Глава 29

Кусков

— Надень черное платье, — с укором смотрю на жену, которая нацепила на себя не пойми что.

— Чем тебя это платье не устраивает? — обиженно произносит. — По-моему, оно очень даже подходит для благотворительно вечера.

— У тебя ровно пять минут. Жду в машине.

Выхожу из дома, сажусь на заднее сиденье джипа, и засекаю время.

Татьяна в курсе, что я не люблю опаздывать, и словно нарочно копошится.

— Сколько можно переодеваться? — закипаю, глядя на наручные часы.

Идет, наконец-то.

— Прости, что задержалась, — виновато смотрит на меня, садясь рядом.

— Другое дело, — оглядываю черное платье, которое смотрится на ней гораздо лучше, чем то красное, в которое она изначально вырядилась.

Терпеть не могу яркие цвета, и она прекрасно знает об этом. В разноцветных платьях пусть ходит на встречи с подругами, а рядом со мной должна выглядеть так, как я скажу.

— Тебе назначили дату операции? — киваю на ее грудь.

— Нет еще. Я завтра пойду на первичный прием, и доктор скажет мне, когда…

— Услышал, — обрываю ее.

— Дим, я бы раньше сходила, честно, но доктор, к которому я хочу попасть на операцию, только вчера прилетел в Москву.

— Мне было достаточно предыдущей информации, — пронзаю ее суровым взглядом. — Я не просил тебя вдаваться в подробности.

Полгода не может сделать пластику груди. Постоянно находит какие-то нелепые причины: сначала ей было страшно снова ложиться под нож, затем сделала вид, что болеет, и в итоге выбрала пластического хирурга, который долгое время отсутствовал в Москве.

Разве я много требую от нее? Всего лишь хочу, чтобы моя супруга выглядела младше своего возраста, и была идеальной во всем: подтянутой, стройной, с красивой грудью.

Я готов оплатить ей все эти операции. Любая другая на ее месте бежала бы в клиники на всякие разные подтяжки и процедуры, а моя супруга без конца твердит:

— Я и так не выгляжу на свой возраст, зачем мне пластические операции? А вдруг возникнут осложнения?

— Осложнения возникнут в нашей семье, если ты не последуешь моему совету, — ответил я.

Если б не отец Татьяны, то я давно бы уже развелся с ней.

Моему тестю семьдесят лет, и помирать он пока что явно не собирается. Может, и меня переживет, кто его знает. Каждый день закаляется, бегает по утрам, плавает в бассейне, который занимает четверть территории у его дома. Одним словом, он запросто может дать фору тем, кто младше его лет на двадцать.

Жду не дождусь того дня, когда я смогу выдохнуть, осознав, что он больше не следит за каждым моим шагом. Да, я безусловно благодарен ему за то, что он помог мне подняться почти до самого верха. Осталось совсем немного подождать, и я займу должность, к которой стремлюсь. Но если я оступлюсь, то он в два счета поставит крест на моей карьере.

Он не только приятель мэра города, но еще является дальним родственником пресс-секретаря президента, а также среди его друзей много влиятельных чиновников.

Тесть, благодаря своим связям, вынуждает меня ходить по струнке. Я не должен допускать ошибок. Особенно сейчас, когда моя кандидатура на должность председателя верховного суда находится там на рассмотрении.

В прошлые выходные тесть встречался в неформальной обстановке с пресс-секретарем, а по возвращению сообщил, что у меня есть все шансы.

Сначала я займу эту должность, а затем буду думать, как грамотно избавиться от него.

Самое главное, чтобы сейчас не вылезла еще какая-нибудь змея вроде Лары. Я устал от нее отбиваться. Слава богу, она больше не дает о себе знать, и вопрос с Одинцовыми тоже закрыт. Отрубил бы голову этой кобре, но кто знает, какие были бы последствия. Возможно, она не солгала, когда говорила о том, что видеозаписи находятся у надежного человека, и, если с ней что-то случится, то в первую очередь все подозрения падут на меня, а обе видеозаписи будут опубликованы в сети.

А возможно солгала.

Я не рискнул это проверять. Проще было пойти на ее условия, чем избавиться от нее, а затем загреметь в тюрьму.

Сейчас на горизонте все спокойно. Осталось только дождаться, когда Галина с моей внебрачной дочкой покинут Москву. Я ясно дал понять, что здесь им жизни не будет. Как только дочь окончит первый курс, заберет документы из ВУЗа, и они вернуться домой. Там пусть и поступает. И заодно пусть скажет спасибо своей матери за ее длинный язык.

— О чем задумался? — спрашивает Татьяна, берет меня под руку, и кладет голову на плечо.

— О работе, — вздыхаю я.

— Выглядишь уставшим, — целует меня в плечо, смотрит влюбленными глазами.

Татьяна терпит мой непростой характер, и никогда не жалуется на меня отцу, только потому что очень любит меня. Увы, я не могу ответить ей такой же сильной любовью. Я бы и не женился на ней, если б не ее влиятельный отец.

Но на судьбу не жалуюсь: у нас взрослые дети, у которых по два высших образования, есть внук, скоро еще один появится.

— Вот и приехали, — улыбается мне супруга. — Мы можем совсем недолго побыть здесь. А когда вернемся домой, я сделаю тебе массаж, и ты как следует отдохнешь.

— Посмотрим, — отвечаю я, выходя из машины.

Подходим к крыльцу и слышим за спиной громкий женский голос с итальянским акцентом.

— …Да-да, уже завтра я прилечу домой. Я тоже безумно по тебе соскучилась. Прости, я не могу больше говорить. Приехала на благотворительный вечер. О, нет, что ты, я всего лишь хочу передать музею картину Алессандро Росси. Ты же знаешь, что после тех ужасных событий в моей семье, я избавилась почти от всех картин, что украшали наш дом.

Алессандро Росси?

Задержавшись на крыльце, оборачиваюсь и вижу женщину с короткими рыжими волосами, и затемненными очками на пол лица. Она цокает каблуками к крыльцу, держа в руке запечатанную картину.

Я являюсь большим поклонником этого итальянского художника, поэтому не могу не задать вопрос:

— Прошу прощения, я случайно услышал, что вы собираетесь передать музею картину Алессандро Росси. Могу уточнить, какую именно?