Глава 106. Вадим. Убивая меня, она прекрасна
Показ длится недолго и заканчивается долгими теплыми аплодисментами.
Маша возвращается к столу, возле нее по-прежнему вертится парень в красной кепке. Позже является Валик с букетом синих роз для Стаси, эта парочка тоже перемещается к семейному столу. Я наблюдаю за ними от барной стойки, заказывая для Леры бокал мартини — ей наверняка это сейчас нужно.
Сойдя с подиума, она кажется другой — более расслабленной, открытой. Ее щеки все еще розовые от волнения, глаза блестят.
— Ты была великолепна, — искренне говорю я, помогая Лере сесть за стол.
— Неправда. — Она опускает взгляд, но улыбка не сходит с ее лица, смущенная и робкая. В этой легкой растерянности Лера особенно красива.
Она берет бокал, делает маленький глоток и на секунду прикрывает веки. Мне приходится напомнить себе, что мое место не у нее за спиной, а напротив, за столом.
Мы снова сидим далеко друг от друга, как в тот вечер в клубе, когда я в первый раз вернулся из Америки. И точно так же не можем толком общаться — за столом уже полно народу, включая Машу и ее подружек, которые живо обсуждают показ, смеются, перебивают друг друга. Мы с Лерой только время от времени соприкасаемся взглядами — тайком, будто крадем их.
Валик с хитрой улыбкой смотрит то на меня, то на Леру — все же у художников какое-то особое чутье.
Кто-то предлагает караоке, и становится еще шумнее. Крики, смех, звон бокалов, просьбы вынести на сцену микрофон.
— Лера, спой! — выпаливает Маша.
— Нет, что ты… — Лера машет руками, и ее щеки снова розовеют. — Я еще от дефиле не отошла.
— Пусть Вадим Алексеич споет, — заявляет Валик с насмешливой улыбкой, откинувшись на спинку стула.
— Он ни за что не согласится, — с вызовом и азартом произносит Лера. — Вадим Алексеевич уважает только джаз. В исключительных случаях инди-рок…
Она не успевает договорить, потому что я встаю из-за стола, увлекая за собой Валика. Чувствую на себе Лерин удивленный взгляд, и это придает мне смелости.
— Давай, что мне спеть? — спрашиваю я у Валика, поднимаясь на сцену.
Я не пел. Никогда. Даже в душевой. Это за гранью моих представлений о себе. Но сейчас мне плевать. Я готов опозориться, готов выглядеть глупо — только бы между нами снова появилась та связь, как сегодня на подиуме.
— Бери ZNAKI “Все напрасно”, — доверительно предлагает Валик, понизив голос, будто мы заговорщики.
Он пытается что-то сотворить с микрофоном на штативе, совершенно очевидно ничего в этом не понимая.
— Точно? — с подозрением спрашиваю я. — Мне не нравится название.
— Точно-точно! Это прям про тебя... — Он-таки отвоевывает микрофон у держателя и, обнимая его двумя руками, сообщает залу театральным голосом: — Вадим Алексеич Вересаев в новом амплуа! Песня группы ZNAKI “Все напрасно”!
Семейный столик с энтузиазмом аплодирует. Кто-то заливисто свистит. Я стою на маленькой сцене, под софитами, и впервые в жизни чувствую себя экспонатом в галерее.
Начинает звучать музыка — легкая, игривая, как из детского мультфильма. «Я попал», — мелькает мысль.
Смотрю в зал, нахожу глазами Леру. Она сидит, по привычке прикусив губу, в ее взгляде — смесь удивления, любопытства и чего-то теплого.
Отыскиваю глазами экран с текстом песни.
С ромашками в руке,
Сокрытый за туманом,
В кошерном пиджаке
С оторванным карманом…
Сначала голос звучит неуверенно — слышу, как он дрожит, как я не попадаю в такт. Но затем я перестаю об этом думать и просто пою. Для нее.
О-о-о! Все напрасно!
Каждый раз, убивая меня, она прекрасна!
Заплакана и прекрасна!
Прекрасна!
Строки бьют под дых. «Каждый раз, убивая меня, она прекрасна» — я смотрю на Леру, и внутри все обрывается. Она замирает, перестает улыбаться. В ее глазах что-то мелькает — узнавание? боль? — и она отводит взгляд первой. Как всегда.
Ничего. Мы справимся, моя девочка.
На последнем повторе Валик сам ко мне подскакивает и подпевает в микрофон дурным голосом. Он уже без футболки, а я в деловом костюме. Во время проигрыша снимаю пиджак и бросаю его на какую-то табуретку у кулис, закатываю рукава. Чувствую, как адреналин разгоняет кровь, как внутри разрастается что-то горячее, почти опасное.
О-о-о! Все напрасно!
Каждый раз, убивая меня, она прекрасна!
Заплакана и прекрасна!
Прекрасна!
— Спасибо! — ору я в микрофон, как настоящая рок-звезда.
Полное ощущение, что во мне бутылка виски — такие яркие эмоции.
Адреналина столько, что, кажется, ничего невозможного нет. Так что прямо со сцены я иду прямиком к Лере.
— Ну как, понравилось? — спрашиваю я, улыбаясь. — Придешь на мой концерт? Мы тут с Валиком решили… дуэтом.
— Ты пьян? — хохочет Лера.
— Нет, — серьезным тоном отвечаю я. — Во мне ни грамма алкоголя — я же за рулем. — Беру ее ладонь — теплую, нежную, с пульсом под тонкой кожей — и прижимаю тыльной стороной к своим губам. — Но полное ощущение, что все же пьян…
“Тобой”, — мысленно продолжаю я.
Лера молчит. В ее глазах — целая вселенная сомнений, страхов, желаний. Я вижу, как она борется сама с собой. Как хочет мне поверить — и отчаянно этого боится.
— Я кое-что придумал для тебя, — говорю я тихо, чтобы слышала только Лера. — Что-то, способное изменить твою жизнь. Поедешь со мной? Это займет не больше часа.
Пауза затягивается.
— Ладно… — осторожно соглашается Лера.
Я сжимаю ее ладонь чуть крепче.
“Каждый раз, убивая меня, она прекрасна”.