Глава 110. Лера. На самом дне этой ледяной пустоты

Я дергаюсь, чтобы вырваться, но он только сильнее прижимает меня к стене. Холод бетона обжигает лопатки.

— Ты вся пропитана его запахом. Ты покрыта его отпечатками, как место преступления… — Иван скользит пальцами по моей шее вниз, к ключице, к вырезу платья — медленно, почти ласково.

— Все, хватит, пусти! — Я делаю движение в сторону.

На мгновение хватка ослабевает, Иван будто сдается. Но я и шага не успеваю сделать, как он резко разворачивает меня спиной к себе и вжимает щекой в стену. Слышу, как взвизгивает ширинка.

— Ваня, нет!.. — Воздух застревает в легких.

Он входит в меня и сразу начинает двигаться, глубоко, грубо, будто наказывая.

— Вадик не будет последним, кто тебя трахал… — рычит Иван на ухо, прижимая к себе так крепко, что тяжело вдохнуть. — Ты будешь со мной, слышишь?..

Я зажмуриваюсь. Стискиваю зубы так, что сводит скулы, и просто жду, пока это закончится.

Потом он меня отпускает и уходит.

Я остаюсь стоять у стены. Платье задрано до талии, грудь обнажена, на запястьях — красные следы от его пальцев.

Внутри такое опустошение... Если бы сейчас я посмотрела в то зеркало с черным бархатом, что стояло на выставке, я бы увидела себя.

Меня возвращает в реальность тревожное, царапающее чувство. Иван и раньше позволял себе в сексе грубость, но за этим неизменно следовала лавина нежности. А сейчас он просто ушел.

Одергиваю платье. Пальцы не слушаются.

Из кухни доносятся неясные звуки, будто что-то рассыпается с глухим стуком. Иду туда на ватных ногах — и застываю в арке.

Иван стоит у стола и вытряхивает содержимое моей сумочки — помада, ключи, кошелек, расческа — все летит на скатерть, падает на пол.

— Что ты делаешь?.. — мой голос срывается до шепота.

Иван выуживает из вороха вещей упаковку противозачаточных таблеток.

— Я же ждал тебя, Лера… — с горечью говорит он. — Я же, блядь, все для тебя делал…

Он подходит к раковине и включает кран. Вода срывается в металлическую чашу с громким, назойливым шумом.

— Но ничего, справимся, — продолжает Иван, открывая упаковку. — Мы и через это пройдем.

Я с ужасом наблюдаю за его действиями. Не могу пошевелиться. Не могу отвести от него взгляд.

— Хочу, чтобы у нас был ребенок, — заявляет Иван, методично выдавливая таблетки из блистера. — Тогда ты точно успокоишься, я уверен.

По спине пробегает колкий холод. Не могу поверить, что это происходит на самом деле. Что мужчина, с которым я согласилась провести всю жизнь, творит такое. Это какой-то дурацкий сон. Невозможно. Не верю!

Делаю осторожное движение к столу, беру ключ от машины и отступаю на пару шагов. Иван, поглощенный своим безумным занятием, даже не поднимает головы.

На цыпочках иду в прихожую, надеваю туфли, снимаю с вешалки пальто и выскальзываю за дверь. Холодный воздух обжигает легкие, волосы лезут в лицо — я отбрасываю их дрожащей рукой.

Моя машина стоит у ворот в свете уличного фонаря. До нее — метров десять. Семь. Пять. В голове — ни одной мысли, только белый шум и стук сердца в затылке.

Слышу, как за спиной распахивается дверь.

— Лера, стой! — кричит Иван. В его голосе больше нет той спокойной уверенности — только злость и отчаяние. — Вернись, дура!

Хватаюсь за ручку двери — и ныряю внутрь. Захлопываю дверь и с силой жму на кнопку блокировки.

Иван оказывается рядом через мгновение, глухо ударяет ладонью по стеклу.

— Лера, прости, я перегнул палку! — доносится его приглушенный голос. — Да я сам куплю тебе эти таблетки! Не уезжай!

Дрожащими руками вставляю ключ в замок зажигания. Двигатель послушно отзывается рычанием.

— Давай поговорим! Прошу! Лера!..

Ручка двери дергается снова и снова — Иван пытается ее открыть.

Давлю на газ. Машина срывается с места, взвизгивая шинами по гравию.

В зеркале заднего вида вижу его фигуру. Он стоит посреди дорожки в свете фонаря — руки опущены, плечи ссутулены. Смотрит вслед. Его фигура становится все меньше, пока не исчезает за поворотом.

Я вылетаю на главную трассу. Дорога расплывается перед глазами, превращаясь в бесконечный тоннель из летящего под колесами асфальта и яркого света фар встречных машин. Огни города вдалеке расползаются размытыми, неровными полосами.

Смотрю на свое отражение в зеркале заднего вида: расширенные зрачки, мертвенная бледность, прядь волос прилипла к соленой от слез щеке… Не узнаю себя.

Что с нами стало?.. Как такое может происходить на самом деле?..

Я не знаю, куда еду. У меня нет ни плана, ни вещей, ни защиты. Ни телефона. Но сейчас это даже к лучшему — не хочу, чтобы Иван меня нашел. Мне очень нужно время, чтобы успокоиться и все обдумать.

Тишина в салоне давит на барабанные перепонки. Кажется, я все еще слышу голос Ивана, его отчаянное «Лера!» Это звук застрял где-то в виске.

Въезжаю в город. Рекламные вывески короткими вспышками мигают в лобовом стекле ядовитым неоном.

Не знаю, что мне делать. Не знаю, как мне поступить. В этом мире есть место, где мне будет спокойно? Где я смогу чувствовать себя в безопасности?.. Такое место вообще существует?..

Глубоко внутри меня, на самом дне этой ледяной пустоты, всплывает ответ.