Глава 7

Лев долго молчал, разглядывая меня, будто проверял — не сбегу ли, а потом коротко кивнул.

— Скоро полнолуние. В эту ночь природа твоего истинного будет рваться наружу так, что никакая магия не удержит, но этого мало. Нужно найти «якорь» в их доме. Вещь, через которую она его держит. Личный оберег, талисман — что угодно, на чем висит её сила. Если сжечь эту дрянь в полночь, когда он будет на грани превращения... привязка лопнет.

— И он вспомнит?

— У него появится шанс выбрать самого себя. Но учти: Эмма это почувствует сразу. И она не отдаст его просто так. Для неё он — всё. — Он достал из кармана какой-то железный жетон на шнурке, холодный и грубый. — Надень. Мелкие соглядатаи тебя не заметят, глаза отведет, да и послезавтра полнолуние. Либо ты его забираешь, либо она его окончательно доломает.

Он развернулся и ушел, растворившись в сером тумане подворотни. Я стояла, сжимая в ладони этот кусок железа, и чувствовала, как внутри всё выгорает дотла, оставляя только одну голую решимость. Завтра прилетят моя мама и Диана. А потом я пойду в этот дом — не просить, а забирать свое.

Встреча в аэропорту прошла как в полубреду. Я прижала к себе маму и Диану, чувствуя их живое тепло, но мысли были далеко. Мы на моей колымаге относительно быстро доехали до гостиницы, и едва закрылась дверь номера, я обернулась к ним.

— Пожалуйста, из гостиницы почти не выходите, — коротко бросила я. —  Это слишком опасно сейчас.

Мама тревожно нахмурилась, ставя сумку на пол.

— Полин, на тебе лица нет. Ты вся дрожишь. Что происходит? Этот город тебя высасывает, поехали домой, пока не поздно.

— Я не могу, мама. Теперь точно не могу.

Оставшиеся до полнолуния часы растянулись в мучительную пытку. Амулет Льва висел на шее холодным, чужим грузом. Он помогал — чувство слежки притупилось, перестали мерещиться вороны с неестественно блестящими глазами на подоконниках. Но внутри всё содрогалось. Я сидела в номере и готовилась. По наводке Льва купила пузырек для крови, соль, дешевую зажигалку. Эти бытовые предметы на столе выглядели кощунственно.

Когда мама ушла на кухню в конце коридора, Диана закрыла дверь и встала передо мной, сложив руки на груди.

— Рассказывай. Хватит в прятки играть. Я же вижу — ты как натянутая струна.

Я вздохнула, понимая, что скрывать правду больше нельзя.

— Я встретила человека, Дин. Его зовут Лев. Он знает правду о папе.

— Какую? — голос дочери дрогнул. — Он просто нас не хочет знать? Ему что, удобнее там, с ними?

— Его удерживают, Диан. Не цепями, а чем-то пострашнее. Эмма... она не просто его жена, та женщина ─ ведьма. Она вплела свою волю в его сознание. Он в плену, в коконе из чужих воспоминаний.

Дочка долго молчала, её взгляд стал жестким, недетским.

— Ведьма? Ты серьезно, мам? Это звучит как бред.

— Я видела его глаза, Диан. Там пустота. Завтра полнолуние, и я попробую его освободить. Лев сказал, это единственный шанс разорвать привязку.

Дочь вдруг вцепилась в мои руки, её ладони были горячими.

— Мама, нет! Ты понимаешь, что она может с тобой сделать? Если она такая сильная, она тебя просто раздавит. Давай уедем! Нам не нужен такой папа. Нам нужна ты, живая!

— Я не смогу жить, зная, что он там — как сломанная игрушка в её руках, — я погладила её по волосам, сглатывая слезы. — Прости меня, доченька. Но я должна.

— А если ты не вернешься? — выкрикнула она, и в этом крике был чистый, первобытный страх. — Ты подумала, что будет со мной?

— Я вернусь. Я должна. Мы вместе заберем его домой, обещаю.

— Мам, ты точно пойдешь?

— Да. Сидите тихо.

— Возьми это, — она протянула мне маленькую фигурку волка, которую всегда носила в кармане. — Если он... если он станет злым, покажи ему. Может, это его зацепит.

— Спасибо, родная. Я скоро.

Я выключила свет и вышла в ночь.

Доехала до его дома, а потом долго стояла в тени, глядя на окна. Вдруг Артём вышел на балкон. В одной футболке, несмотря на холод. Он смотрел на огромную, давящую луну. Его профиль казался высеченным из камня.

В какой-то момент он повернул голову и посмотрел прямо в мою сторону. Я почувствовала этот взгляд как удар тока.

— Сереж, ты где? Иди, ужин стынет, — раздался из кухни голос Эммы. Артём вздрогнул, будто очнулся, и ушел. Штора захлопнулась.

Во дворе стояла тишина. Луна висела над крышей — огромный, выбеленный диск, от которого на снег падали мертвенно-синие тени. Я вжалась в кирпичную кладку у двери. Сердце колотилось, выбивая рваный ритм.

— Вовремя, — шепнул Лев. Он вынырнул из темноты, принеся с собой резкий дух полыни. — Готова?

— Да. Что делать, если она перехватит меня?

— Не вздумай заговаривать. Закрой уши, если начнет шептать. Иди в спальню, ищи «якорь». Вещь, которая фонит её силой. Скорее всего, лежит рядом с ним.

— А если он... сорвется?

— Тогда действуй вдвое быстрее. Твоя кровь — это единственное, на что он сможет ориентироваться. Мажь предмет и жги.

Он протянул мне узкий нож. Сталь обожгла ладонь холодом.

— Почему ты в это влез, Лев?

— Личные счеты, — он коротко кивнул на замок. — У тебя минут двадцать, пока Эмма на кухне цедит ему сонный отвар. — Я приложила карту. Щелчок показался мне грохотом обвала. — Полина, — негромко бросил охотник вслед. Я замерла. — Если зрачки у него станут совсем желтыми — уходи. Это значит, человеческого там не осталось.

Я не ответила. Толкнула дверь и нырнула в темноту. Внутри пахло чем-то приторным, как в цветочном магазине перед закрытием. Вдруг по ушам ударил ультразвуковой свист. Стены дрогнули, поплыли пятнами. Из углов полезла черная дрянь — густые тени, похожие на шевелящиеся маслянистые лапы. Подготовилась ведьма. Сработала защита дома. Меня не ударило, но накрыло такой волной тошнотворного ужаса, что захотелось вжаться в стену…

Я до боли сжала амулет, который мне дал Лев. «Не смотри на них», — приказала себе. Уткнулась взглядом в шнурки своих кроссовок и сделала шаг. Потом еще. Стала словно продираться сквозь ледяной кисель. Тени визжали, обтекали ноги, но прикоснуться не смели.

Кухня была пуста. На столе — ваза с розами, на плите — чайник. Эта уютная нормальность пугала. Я рванула на второй этаж. Лестница предательски скрипнула. Из приоткрытой детской доносился голос Эммы — она читала сыну сказку. Спокойно, ласково. Я проскользнула мимо, стараясь даже не дышать, и ввалилась в спальню. Здесь магический запах стал почти осязаемым. Я заметалась по комнате. Флаконы, шкатулки, кремы... Всё не то.