Глава 7. Пятничный переполох
– Моня, шо это ты такой уморенный?
– Ой, сегодня полдня бегал как ошпаренный. А потом ещё секс!
– Шо, таки догнали?
Пятница прошла сумбурно.
Для начала примчался со сборов Ян и, как всегда, обеспечил меня стиркой на всю субботу. Уж сколько раз твердила:
– Сын мой! Стиральная машина – прибор, освоить который тебе вполне по силам.
Но кому это?
Пока дочь жила дома, вопросы стирки, мытья посуды и уборки с роботом-пылесосом, закрывались без проблем, но стоило Яночке отбыть к нашим юго-восточным соседям, как система пошла вразнос.
Янек почему-то нашел общий язык только с нашим роботом Иннокентием, с которым и закорешился, по его собственным словам:
– Кеша, друг мой, а пойдем потусим на кухне? Иннокентий, приглашаю вас на партию в шахматы, поехали со мной в гостиную… Кеш, ты чего? А ну, давай еще раз в кухню шуруй! Фигово убрал, я крошки под столом отсюда вижу…
Как-то они там договаривались, и в доме было относительно чисто, да.
Ну а Толику пришлось взять на себя загрузку посудомоечной машины, что он обычно делал, скрипя зубами и бубня, как старый дед.
А стирка досталась мне, с сушкой и глажкой, естественно.
И в каждое возвращение сына с выезда это было три полные загрузки, не меньше.
Дальше было веселее.
На работе коллеги упирались всеми лапами, лишь бы никуда не ехать, ничего не решать и ничего не делать. Бесили нестерпимо. В итоге я, устав уговаривать нужных специалистов, просто настучала на них вышестоящему руководству. И после большой пятничной планерки, на которой заместитель генерального директора по капитальному строительству и ремонту орал минут пятнадцать на нерадивых подчиненных, у меня мгновенно укомплектовалась группа для выезда. В которой теперь меня смущала только изначальная парочка засланных, бессмысленных представителей «золотой молодежи»:
– Вот за каким мне там, в полях, у компрессорного цеха нужны эти мажоры? – спрашивала начальство.
Шеф сурово хмурил брови:
– Давай, Лилиана Станиславовна, передавай опыт. Скоро на повышение уйдешь, кто работать будет? У них хорошая база, надо обстрелять в трассовых условиях…
Звучало чудно.
Вот только наши «молодые специалисты» в большинстве своем категорически отказывались лазить в траншеи, осматривать фундаменты и вообще выбираться из машины, которую нам обычно выделяло для поездок родное Управление.
– Ладно, разберемся на месте, – вздохнула, понимая, что по этому вопросу с шефом каши не сваришь.
По каким-то внутренним соображениям ему нужно было этих мальчишек выгнать «в поля». Ладно, поедем, посмотрим на трассе, чего они там, в институте, выучили.
Финальным аккордом в последний рабочий день непростой недели стал внезапный визит свекрови.
– Лиля, ездила тут за цветочками. Решила забежать к тебе ненадолго. На чай, – широко улыбалась Клементина Александровна, протягивая пакет из винотеки.
Внимательнейшим образом изучив содержимое подарка, присвистнула:
– Хорош нынче чаек. Испанский вижу и южноафриканский… аж четыре бутылки! Ну, тогда милости прошу к нашему шалашу. Из еды есть сыры, рийет, и вроде какой-то деревянный батон завалялся в хлебнице.
Госпожа Третьякова-самая-старшая взбодрилась и быстро организовала нам бокалы для чая, пока я резала сыр, искала хлеб и доставала баночку с рийетом из куриной грудки с красным перцем.
Разлив первую бутылку отличного сухого «чая» из провинции Дуэро, свекровь вздохнула:
– Я все понимаю, Лиль. Верность – вопрос в браке принципиальный, да. Я тебя не буду уговаривать Толика простить. Жаль его, дурака, конечно, но я столько лет гляжу на своего мужа, который может уходить в запой, но при этом оставаться все эти годы верным, и понимаю четко: не все мужики изменяют. Некоторые осознают последствия и если дорожат браком, то налево не ползут даже в состоянии помутненного сознания.
Выпили за понимание.
Потом за фатальные ошибки, после которых «фарш невозможно провернуть назад».
Затем за детей и внуков, потому как с тренировки приполз Янек, обнял мать и бабушку, посидел с нами полчаса, послушал «чайные беседы» и вздохнул:
– Я понял: папу ты назад не пустишь, а нам стоит готовиться к самостоятельной жизни, как ты и говорила пару лет назад…
Мысль эта была интересная, и я себе отметила в телефоне: обдумать отличную идею. Пора бы моей «корзиночке» отделиться от материнской юбки. Скоро уж четверть века крошечке, так-то.
– Ты же мужчина, Ян? – уточнила у внука изрядно порозовевшая Клементина Александровна.
И дождавшись кивка, припечатала:
– Самостоятельность, ответственность и способность себя содержать – эти качества характеризуют настоящего мужика, дорогой. Пора тебе продемонстрировать нам и миру в целом, что ты вырос.
Ребенок понял, что «детство кончилось нежданно» и, насвистывая «Куда уходит детство…», удалился к себе, призвав с собой Кешу для компании. Будут сейчас жаловаться друг другу на жизнь, а заодно, может, и в комнате Яна нехоженые тропы ликвидируют.
А мы со свекровью открыли южноафриканский «чай» и перешли к обсуждению печальных вопросов раздела имущества согласно брачному договору.