71

— Такая приятная музыка, да? — спросил Максим спустя некоторое время.

Нас обоих расслабил и разморил напиток…

— Да, красивая…

В ресторане играла живая музыка. Скрипка, красивый вокал… Атмосферу создавало очень приятную. Романтичную, я бы сказала.

— Потанцуем? — вдруг протянул мне руку Малинин.

Неожиданно, но я не стала отказываться.

Как я могу отказаться немножко пообнимать Максима? Не смогу.

Я подала ему руку в ответ и он осторожно вывел меня из-за стола.

Он обнял меня за талию, привлёк к себе одной рукой, а другой мягко сжимал мою ладонь.

Мы покачивались в такт прекрасной музыке, и мне казалось, что я качаюсь на маленьком, пушистом облачке и летаю не по тесной вип-кабинке, а на седьмом небе.

Мы смотрели друг другу в глаза. Чувствовали тепло и запах друг друга.

Мы были вместе. И мне это очень нравилось, я испытывала невероятное удовольствие от общения с ним и нежных объятий.

Он обнимал меня так, словно дорожил мной, словно я ценна и важна, и это опьяняло сильнее любого напитка с пузырьками в бокале…

— Может, пора нам всё же на “ты” перейти, Марьяна? — спросил он.

— Наедине?

— Ну… Пока что да. Не будем афишировать это в офисе и давать повод для сплетен.

Сплетни действительно полетят с космической скоростью, едва мы начнём звать другу друга просто по имени при других сотрудниках. Конечно, это логично, если мы буквально бок о бок работаем, и оба теперь начальники, ведь я теперь — заместитель президента строительной компании. Но всё же пока перед сотрудниками не стоит показывать, что наши отношения с Малининым стали куда более личными и близкими. Слухов о себе мне бы не хотелось…

— Согласна.

— Но сейчас зови меня просто Максим. Мне это будет приятно. Как раньше… Помнишь?

— Да.

Я помнила всё. В тот наш яркий, но такой короткий брак, мы уже переходили на “ты”.

Потом разлука и новые отношения начальника и подчинённой.

И теперь снова мы уходим в более личные отношения…

Какая же всё-таки удивительная штука — жизнь.

— Марьяна, я хочу вас поцеловать, — сказал он, глядя мне в глаза. — Очень хочу. Вы позволите?

— До этого два раза вы не спрашивали, — поддела я его, при этом млея от того, что он хочет поцелуя. Он хочет меня. Я тоже его хочу. Очень.

— А теперь спрашиваю. Позвольте мне…

— Позволяю, — тихо ответила я, глядя на него из-под ресниц.

Он наклонил голову ниже и коснулся моих губ.

Тут же все бабочки в моём животе вспорхнули с веток сакуры разом и закружили внутри меня, щекоча стенки желудка нежными крылышками.

Я тонула в этом сладком, нежном поцелуе.

Максим не торопился, он словно наслаждался моими губами, близостью со мной.

— Я люблю тебя… — сорвалось с моих губ.

Я не смогла удержаться. Меня переполняли эмоции, любовь билась во мне птичкой, которая искала выход, искала ответа…

Максим застыл на секунду, услышав моё признание.

А потом снова склонился и почти коснулся моих губ своими.

— Я тебя тоже люблю, Марьяночка, — сказал он мне в губы, обжигая горячим дыханием. — И очень сильно хочу. Хочу тебя. Поедем со мной? Всё будет хорошо и приятно. Поедем?

Я понимала, что он хочет отвезти меня туда, где мы останемся только вдвоём, и понимала, что там будет… Любовь. Мы станем снова близки…

И я не смогла бы отказаться.

— Да… — почти прошептала я, но этого было достаточно.

Он сжал меня крепче, а потом отпустил меня, чтобы позвать официанта.

Максим оплатил счёт и вызвал такси. За рулём после выпитого напитка ехать было опасно. И мы поехали туда, где должно случиться то, чего мы оба очень сильно хотели.

Но сначала я решила сказать правду ему.

Сказать о Лизе.