Глава 3

Прошло три года

— Ты засиделась дома, пора выходить в свет. Тем более Настена уже пошла в сад и вполне нормально адаптировалась, — Катя в экране компьютера смотрела на меня с укором. Да, Катя — это единственное, что осталось у меня от той жизни.

— Я привыкла к свободе, — я кручусь на кухне.

— Ага, ты такая свободная, что ходишь только до садика и обратно, — продолжает гнуть свое подруга.

— Кать, у тебя какие-то конкретные предложения? — я поняла, что сопротивление бесполезно. Если Катя решила что-то, то она прет до конца. Сейчас она задалась целью вытурить меня на работу, а я готова вцепиться зубами в свою зону комфорта, и эта зона размером с мою однушку.

— Конечно, у меня конкретное предложение, — и подруга приосанилась, придав лицу вид важного и очень главного руководителя. Ну правильно, за три года она из неопытной девочки-бухгалтера стала главбухом. Когда-то мы работали вместе с ней и боялись, что Маргарита Павловна косо посмотрит на нас. А сейчас Катя встала на место Марго и сама строго смотрит на девочек-стажерок, хотя ее взгляда боятся даже опытные сотрудники.

— Я тебя слушаю, — я решила сперва выслушать предложение, отказаться я всегда успею.

— В сочинский филиал нужен главбух, — и Катя замолчала, выжидательно смотря на меня.

— Ты с ума сошла? — я вскочила со стула на кухне и заметалась. — В его компанию? Ты думаешь, что несешь?

— Можно подумать, он всех своих подчиненных знает в лицо. И сперва ты побудешь помощником главбуха, вникнешь в дела, и потом мы плавно проткнем тебя на эту должность, — Катя смотрела на меня с лицом невинного младенца.

— Признайся, ты пила? — я начала сомневаться в адекватности своей подруги. Она единственная знает обо мне все. Я после развода и того, как узнала, что я беременна, находилась в жутком состоянии. Того и гляди депрессия поглотила бы меня с головой, но Катя не дала мне уйти в себя. Именно она занялась покупкой квартиры, именно она заставила меня думать о дочери и не утонуть в слезах и жалости к себе. Именно эта ситуация проверила нашу дружбу, именно она показала, какой Катя человек. Я ей благодарна до глубины души, но сейчас с сомнением смотрела на девушку.

— Нет конечно! Я ж на ПП, — и девушка показала тарелку с салатом. Она сидела где-то в кафе и болтала со мной по видеосвязи, совершенно не стесняясь окружающих.

— Наверно, тебе пора есть нормально, а не одну траву. Организму хоть иногда нужны жиры, а то он начнет искать их в жизненно важных местах. Например, в мозге, — пошутила я, глядя, как девушка с аппетитом уплетает растительность из своего диетического салата.

— Не у всех фигура богини, кому-то приходится за ней следить, — с укором отвечает Катя. Я-то знаю, чего ей стоит оставаться в форме. На нервной почве из-за новой ответственной должности у девушки произошел гормональный сбой. И тогда же от нее ушел парень, сказав, что жируха ему не нужна. И подруга занялась питанием, привела себя в форму. Но стоило ей хоть чуток расслабиться, как лишние килограммы так и норовили вернуться и облепить талию и живот. — Но мы отвлеклись. Так как тебе предложение?

— И речи быть не может! — я была настроена категорично. Села снова на стул перед экраном. — Меня все устраивает. Не думаю, что зарплату ты предложишь больше, чем я получаю сейчас. Но даже если и больше, у меня маленький ребенок, — напомнила я Кате о ее крестнице Насте.

— Она маленькая лишь для тебя, — девушка смотрела с укором на меня. — Она ходит в сад, пережила без проблем адаптацию и уже обзавелась там друзьями, а ты все сидишь в четырех стенах. Где ты мужика искать будешь?

— Я хожу на пляж и в парке гуляю, — мои слова звучат как оправдание.

— Там кроме курортников никого нет. Для здоровья, конечно, полезен интим без обязательств, но ты же так не хочешь. Ты же хочешь, чтоб на века! — и Катя закатила глаза к небу.

— У меня уже было на века. Сейчас я хочу просто хорошего, заботливого, чтобы любил меня и Настю.

— Ну а где еще найти такого, как не на работе? Ты знаешь, я почитала тут одного умного дядьку, так он советует искать мужа среди коллег. И я решила пересмотреть всех своих, и даже наметился кое-какой списочек, — и подруга предъявила из сумочки лист бумаги формата А4, исписанный плотным текстом.

— Я смотрю, ты основательно подошла к этому вопросу, — я попыталась рассмотреть фамилии кандидатов и даже присвистнула. Там не просто список был, там около каждого имени имелась небольшая характеристика и личная информация.

— Конечно! Я не хочу размениваться, — сообщила подруга и подозвала официанта. — В общем, ты давай решайся, а я побежала, у меня дел невпроворот. Люблю и целую! Затискай от меня Настюшу, скоро приеду вас навестить.

— Мы тоже тебя любим. Беги, птичка ты наша, — я улыбнулась девушке.

— Обещай, что подумаешь, — замерла девушка и внимательно посмотрела на меня.

— Обещаю, — я даже кивнула в подтверждение.

Я и подумала. Как бы ни старалась выбросить эту мысль из головы, но она назойливой мухой жужжала в голове. И в итоге я сдалась и начала просто взвешивать все «за» и «против». И пока что выходило, что в графе «за» значительно больше пунктов, чем в графе «против».

Выяснилось, что для выхода на работу в офис у меня по факту нет даже приличного наряда. Даже идти на собеседование не в чем, пусть оно и должно было носить формальный характер. Но не идти же в джинсах и футболке.

Маркетплейсы придумали для девушек, у которых на руках маленький ребенок и нет возможности бегать по магазинам. Назаказав кучу образов, я решила выбрать парочку. И, естественно, парочку платьев для дочери. Куда ж без этого. Я решила обновить и внешний вид. Не то чтобы я планировала кого-то поразить до глубины души или реально искать себе мужа, но не хотелось выглядеть как мамка в декрете. Поэтому обновила стрижку, маникюр и позволила себе пару уходовых процедур у косметолога. Не думаю, что от них есть много толку, но они скорее для поднятия самооценки, а не для красоты были сделаны.

В общем, через неделю я, чувствуя себя молодой, красивой и уверенной в себе, стояла у административного здания гостиничного комплекса. Когда Катя говорила мне адрес, я сперва даже не поняла, что это самая известная и, к слову, самая дорогая гостиница. Лишь когда залезла в приложение, чтобы вызвать такси, поняла это. И то по стоимости такси. Видимо, если ехать в дорогую гостиницу, то и цена такси будет соответствующая.

Дочь с неохотой осталась в саду, и я волновалась из-за этого. Хотя я сама виновата. Балую ее и часто оставляю дома, вспоминая, как я сама на дух не переносила детский сад. Вот она и привыкла, что стоит топнуть ножкой и надуть губки, как я сдаюсь и соглашаюсь остаться дома, но в последний раз. И таких последних разов может быть на неделе до пяти раз. До пяти, так как в выходные сад и так не работал.

Вот и сегодня она дула губки, топала и делала самый обиженный вид, и даже новое платье с единорогами не растопило сердце. А когда она поняла, что ее капризы не прокатили, то было море слез. Мое сердце уже готово было дрогнуть, и я хотела послать и Катю с ее собеседованием, и новую перспективную работу. Но, услышав шум и гам в раздевалке, к нам вышла воспитатель, которая начала расхваливать новое платье, рассказывать, что сегодня о ней спрашивали детки. И моя звезда пошла в группу, заинтересовавшись словами Татьяны Александровны. Я лишь благодарно улыбнулась и выскочила из сада. Золото, а не воспитатель, любого ребенка уговорит.

Сейчас я стояла недалеко от здания и немного трусила. Как сказала Катя, собеседовать меня будет директор этого самого комплекса. Дмитрий Юрьевич Погодин. Они решили не повышать никого из старого коллектива, так как бывшего главбуха уволили за какие-то темные делишки, и директору поступило указание взять человека с улицы, так сказать, стопроцентно чистого и не замешанного ни в чем. Скандал не раздували, чтобы не портить такими негативными упоминаниями в СМИ репутацию данного гостиничного комплекса.

Последний раз окидываю себя взглядом, все ли в порядке, и делаю шаг вперед. Но, видимо, сегодня не мой день, так как вчерашний дождь оставил лужу на асфальте, а проезжающая машина решила не сбавлять скорость. Итог: я обрызганная с головы до ног. Машина остановилась, и из нее выскочил молодой мужчина, который бросился ко мне.

— Простите, я не заметил эту лужу, — мужчина протянул мне кипельно-белый платок, а я смотрела на него как на идиота. Он что, реально думает, что мне его платочек поможет? Какое место он предлагает мне им вытереть? Видимо, у меня было такое говорящее выражение лица, что мужчина понял свою оплошность и смутился своему предложению. — Да, действительно. Ну давайте я проведу вас ко мне, и вы приведете себя в порядок? — предложил мужчина, и я снова осмотрела себя. Даже если я приведу себя в порядок, идти на собеседование в таком виде — это не вариант, а значит, не судьба. Расскажу как есть Кате, и пусть обижается, если хочет, но думаю, она поймет. Ехать домой в таком виде тоже не стоит, так что я решила принять предложение мужчины, тем более что он виновник моего несчастья.

— А «к вам» это куда? — решила уточнить, а то мало ли что мне только что предложили и на что я соглашаюсь.

— Ко мне на работу. Я недалеко здесь работаю, — и мужчина как-то неопределенно махнул рукой, что я так и не поняла, куда он показывал.

— Хорошо, — согласилась я на предложение. Мне галантно открыли дверь и усадили на переднее сиденье, благо сзади я была чистая, не обрызганная и потому смело уселась в дорогую машину. Я только сейчас поняла, из какой люксовой тачки выпрыгнул этот мужчина. Ехали мы недолго, ровно до этого самого здания, в котором я должна была собеседоваться. Въехали в подземную парковку и на лифте поднялись на самый верхний этаж. Дурные предчувствия начали закрадываться, уже когда мы на самом верхнем этаже прошли в приемную, и девушка, которая больше напоминала статуэтку, а не живого реального человека, вскочила и улыбнулась моему спутнику. После чего ее взгляд соскользнул на меня, и от удивления ее глаза готовы были покинуть орбиты. Но мгновение, и она взяла себя в руки и нацепила на лицо нейтральную улыбку. Вот это я понимаю, вышколенный секретарь.

Мужчина что-то сказал ей, и мы зашли в его кабинет. Кабинет по своим масштабам, шику и лоску напомнил мне кабинет бывшего мужа, и стало еще более не по себе. И ситуация до комизма похожая, и вообще я словила стойкое дежавю.

Мне показали комнату отдыха. Там же была и уборная.

— Вы пока приводите себя в порядок, а я отправлю ваши вещи в химчистку, — предложил мужчина. Я на мгновение задумалась, как это будет выглядеть со стороны, и почему-то разозлилась. Я ведь ничего дурного и предосудительного не делаю. Поэтому согласилась. Переоделась в халат, который висел на крючке около душевой кабины, и отдала ворох своих грязных вещей. — Я быстро, — и мужчина, подхватив вещи, вышел в приемную.

— Спасибо, я вам искренне признательна, но, боюсь, я вам помешаю, — все же ситуация была невероятно неловкая.

— Ни в коем разе, — попытался меня успокоить мужчина. — У меня минут через пятнадцать будет собеседование, но там чисто формально. Вы пока сможете принять душ и привести волосы в порядок, а там уже и ваши вещи принесут из химчистки, — уверял меня мужчина, а я улыбнулась.

— А девушка, случаем, не на должность главбуха должна была претендовать? — я прикрыла рукой рот, чтобы сдержать улыбку.

— Да, — растерянно ответил мужчина. — А откуда вы…., — и мужчина замолчал на полуслове. Видимо, он тоже начал что-то понимать. — Вы?

— Видимо, я. Если вы Погодин Дмитрий Юрьевич, — я протянула ему руку для рукопожатия.

— А вы Виктория? — похоже, мужчина или не посчитал нужным запоминать, или забыл мои анкетные данные.

— Она самая, — и мы пожали руки в знак приветствия.

— Самым разумным будет принять вас на работу, — мужчина пытался не глазеть. Но то и дело пробегал глазами по фигуре и задерживался на ногах, выглядывающих из-под халата. Вроде все скромно, но мне почему-то стало как-то жарко. И появилось стойкое ощущение, что я его заинтересовала. Как женщина заинтересовала. И будет глупо с моей стороны соглашаться на эту должность, понимая, что внимания со стороны начальника мне не избежать. Но затем появилась вторая мысль, которая догнала первую и затолкала ее куда подальше. Она говорила, что у меня не было романа со времен замужества и что пора бы уже думать о будущем. И это не должность главбуха. Мысль намекала про кольцо на пальце и беззаботную семейную жизнь. Хотя семейную жизнь сложно назвать беззаботной, но все же. Где-то внутри захотелось романа, как описывают в книгах. Чтобы бабочки и все сжималось внутри в предвкушении свидания. И я решила не рубить с плеча.

— А я и не против. Я же за этим пришла, — мыслей в голове было много, а слов нет.

— Тогда давайте документы. Сейчас передам их в отдел кадров, а мы пока поговорим и выпьем чаю, — предложил мужчина, а я указала пальцем на свою испорченную прическу. — Конечно же, после того, как вы приведете себя в порядок.

Открыла сумку и передала Дмитрию папку со своими документами, и он вышел из кабинета. Полагаю, чтобы меньше меня смущать. Я вернулась в туалетную комнату и, заперев дверь, скинула халат. Залезла в душевую кабинку и включила воду. Рассчитывала помыть голову, но в итоге струя обдала меня с ног до головы, и я стояла, испуганно моргая. Мало того что я не догадалась снять белье, так как все же не рассчитывала устраивать полную помывку. Но еще я поняла, что весь макияж полетел к чертовой бабушке. Ничего не оставалось, кроме как снять белье и развесить его на сушилке сохнуть в надежде, что кружева высохнут быстро. Макияж было не спасти, поэтому я уже закрыла кабинку, сделав пометку, что надо бы вытереть лужу, что натекла на полу, пока я скакала по туалетной комнате, и приняла душ. Смыла косметику и голову помыла как следует. Спустя минут пятнадцать я вышла свежая и чистая и, напрочь забыв, что убрала коврик, который тоже намочила, сушиться к белью, смело ступила на мокрый скользкий кафель. Я пыталась устоять, старательно размахивала руками и пыталась ухватиться за что-то, но кроме воздуха ничего в руки не попадалось. Поэтому я с размаху упала на пол, создав при этом приличный такой шум. Замерла, переживая падение и прислушиваясь к себе. Все ли у меня цело и не сломано ли? В дверь забарабанили.

— Виктория, что случилось? Вы упали? Вам плохо? Откройте дверь, или я ее вышибу! — мужчина говорил с такой скоростью, что я банально не успевала даже слово вставить в его монолог.

— Дмитрий, не надо дверь, — я испугалась, что он реализует свою угрозу и увидит меня абсолютно голой и в непотребном виде. Такого позора я не переживу. — Я жива, — постанывая, так как моей многострадальной попе досталось. И понимала, что завтра на бедре будет синяк на половину моего раздобревшего окорочка. Я все же смогла встать, и, даже не повторив свой кульбит, мне удалось надеть халат и открыть дверь. В комнату мужчина ворвался, словно на меня здесь напали и он сейчас меня спасет, сразившись в кулачном бою с моими обидчиками.

— Что случилось? — мужчина осмотрел помещение и удивленно перевел взгляд на меня.

— Сегодня явно не мой день, — я села на пуфик и уперлась руками о колени. — Я упала, выходя из душа.

— А куда делся коврик? Уборщица не постелила его обратно? — и Дмитрий уставился на сушилку. А там, кроме коврика, между прочим, висело еще и мое белье. Я понимала, что он видит мои трусики и лифчик. Мужчина понял, что здесь дело не в уборщице. Такого стыда и смущения я не переживала, наверно, никогда в жизни, как за сегодня. Всего лишь за какие-то пару часов.

— Я, наверно, пойду, пока вы приводите себя в порядок, — мужчина смутился и, отведя взгляд, вышел из туалетной комнаты. Боже, какой позор!

Я вытерла пол, постелила коврик и нашла фен. И все это даже без приключений. Высушила волосы и даже придала им подобие прически. Благо они у меня и сами по себе неплохо лежат, даже без специальных средств. Белье за это время высохло, и я его надела. В трусах я чувствовала себя как-то поувереннее. Вышла в кабинет и, естественно, именно в этот момент дверь в кабинет открылась, и на пороге показалась секретарша с подносом в руках. Дмитрий же меня не видел, поэтому махнул ей, чтобы она заходила, а сам продолжил разговор по телефону. Увлеченный беседой, он не заметил, каким высокомерным взглядом девушка одарила меня. А мне хотелось, как в детстве, скорчить рожицу и высунуть язык. Но вовремя вспомнила, что я взрослая и такое поведение будет выглядеть по меньшей мере странно. Я стояла тихонечко, чтобы не помещать разговору, и дожидалась, пока секретарша покинет кабинет.

— Да, Виктор, я все подготовлю к вашему приезду. Да, всего хорошего. До встречи, — мужчина закончил разговор, а меня резануло имя Виктор. Зовут как моего бывшего прям. Хотя имя как имя, просто у меня ассоциативный ряд неправильный, вот и все. Мужчина обернулся и увидел меня. И сразу же на его лице расцвела улыбка. — О, вы уже здесь? Пять минут и ваши вещи будут готовы. Присаживайтесь, пейте чай. Я мигом, — мужчина выскочил из кабинета, а я села на стул для посетителей.

Пить чай не хотелось, но вот от эклера я не откажусь. Они манили свой свежестью. Воспользовавшись предложением, потянулась за одним и, стараясь не испачкаться, откусила кусочек. Я говорила, что сегодня не мой день? Да, от моего укуса с обратной стороны эклера заварной крем, словно торпеда, вылетел и шмякнулся на стол. Возблагодарила небо, что он брызнул на незанятую часть стола. Да что ж за день-то такой, в самом деле! Я положила на тарелку надкусанный эклер и заметалась по кабинету в поисках салфетки. Именно в этот момент в кабинет и вошел Дмитрий. Он так и замер, странно глядя на мои судорожные метания по кабинету. Вернее, как странно. Когда он вошел, то улыбался. Но затем улыбка медленно сползла с его лица, так как я в этот момент как раз открывала ящик стола в поисках влажных салфеток.

— Вы что-то потеряли в моем столе? — я так и замерла у открытого ящика. Мужчина, сверля меня взглядом, прошел в кабинет, прикрыв дверь. — Что вы там искали? Кто вас подослал?

— В смысле, подослал? — так и не смогла отойти от открытого ящика. Не закрыла его лишь потому, что боковым зрением заприметила пачку влажных салфеток и хотела взять одну. — Я от Кати, — заблеяла, как овечка, упорно не понимая, в чем меня подозревают. Ему что, салфеток жалко? Но, отступив на шаг, я посмотрела на стол с разложенными проектами и бумагами, на выдвинутые ящики, в которых я искала салфетки, и наконец-то до меня дошло, о чем подумал Дмитрий Юрьевич. — Вы все неправильно поняли, — даже попыталась изобразить улыбку, чтобы, так сказать, разрядить обстановку.

— И что же я мог неправильно понять? — и бровь так выгнул, что я себя вообще дурой ощутила.

— Я ничего не искала у вас в столе, — пытаюсь убедить мужчину в чистоте своих помыслов.

— Да что вы говорите? — и снова бровь так взлетела ко лбу, что я даже удивилась, как это он так делает.

— Ну в том смысле, что ничего такого не искала. Я ела эклер, и он брызнул. И я хотела найти влажные салфетки, чтобы вытереть. Вот и все. Ничего такого, — я ощущала себя беспросветной тупицей. Как можно столько раз опозориться за такой маленький отрезок времени? Бью все рекорды.

— Что? — мужчина, видимо, так уже у себя в голове поверил в мою виновность, что мои слова поставили его в тупик просто. — Что вы искали?

Я резко схватила из ящика пачку влажных салфеток и показала Дмитрию. А затем так же быстренько вытащила из пачки одну салфетку и бросилась к столу вытирать брызги заварного крема, которые на коричневой поверхности стола выглядели как плевок, или того хуже.

— Вы меня извините. Я обычно не настолько невезучая. Просто сегодня день какой-то такой. Все сыпется из рук и возникают такие вот казусы, — старательно вытирала стол и вроде бы даже убрала все следы моего конфуза.

— Где ваше резюме и документы? — и на мою руку с салфеткой легла мужская рука, а я замерла, как пригвожденная к этому самому столу.

— В сумке, — смотрела в глаза Дмитрия и не могла отвести взгляда. В какой-то момент мне показалось, что он меня поцелует. Так близко друг к другу были наши лица, но он лишь потянулся за моей сумкой. А я облегченно выдохнула. Я была не против поцелуя, но вот вся ситуация и обстоятельства, в общем, не стоит заводить романы на работе. Это я себе точно уяснила.

Мужчина сунул мне сумку в руки, и я судорожно начала в ней рыться. Пальцы не слушались, и потому не сразу ухватилась за небольшую папочку с документами. Извлекла ее из сумки и протянула Дмитрию. Он также молча взял ее и, сунув мне в руки вешалку с моим чистыми вещами, вышел из кабинета. Я со скоростью пули рванула в ванную комнату и скинула халат. Переоделась быстро, но когда вернулась в кабинет, то Дмитрий уже сидел за своим столом, и на экране ноутбука я мельком успела заметить изображение с камеры видеонаблюдения, как раз из этого самого кабинета. Дмитрий быстро свернул картинку и обернулся ко мне. Значит, он решил проверить мои слова. Ну что ж, все логично. Но стало неприятно. Это, знаете, как в старой шутке: «Ложки нашлись, но осадок остался».

— Вы меня еще раз извините за сегодняшний день, — я, одетая в свою собственную одежду и в белье, чувствовала себя значительно увереннее. — Я могу забрать свои документ? — глупо предполагать, что получу работу после всего, что здесь успело произойти.

— Они в отделе кадров. Думаю, завтра, когда вы выйдите на работу, то и заберете свои документы, — ответил мужчина.

— Не поняла вас, — я действительно не поняла. Неужели после этого всего он еще решил меня принять на работу?

— Вы приняты на работу. И извините вы меня, что я посмел вас заподозрить в чем-то плохом. Позвольте вас довезти домой, чтобы ваши приключения на этом и завершились, — и мужчина бросил взгляд на влажную салфетку, которую я так и бросила на столе, где вытирала крем от эклера.

— Я не думаю, что это удобно. Все же вы теперь мой начальник, — не нашла более весомого аргумента, чтобы корректно отказать. По какой-то причине мне не хотелось, чтобы он знал, где я живу. И вообще, пусть будет хоть какие-то границы. Но, видимо, мужчина думал иначе.

— Сегодня я еще не ваш начальник, так что все нормально, — и улыбнулся. Так что я просто не смогла ничего возразить. Перебросила сумку на другое плечо, потопала к выходу. А мужчина галантно открыл мне дверь. Не стоит уточнять, каким взглядом нас провожала секретарша. Словно я у нее мужа отбила. Хотя, может, она на него имеет виды, а тут я нарисовалась. В общем, еще не успев приступить к своим служебным обязанностям, я, судя по всему, нажила себе первого недоброжелателя.

Мы доехали до моего дома без приключений и — о чудо! — даже нашли парковочное место.

— Благодарю и еще раз извините, — я, правда, не знаю, что еще сказать.

— Не за что. Вика, я хотел у вас кое-что спросить, — мужчина замолчал на мгновение. А я почему-то напряглась. Отчего-то была уверена, что вопрос будет о чем-то личном. — Не могли бы вы сегодня вечером составить мне компанию? — произносит мужчина и смотрит внимательно, ожидая реакции.

— Но…., — я замялась, не зная, как корректнее отказать. — Вы мой начальник и такие отношения… — снова замялась. А мужчина, воспользовавшись паузой, перебивает меня.

— Мы же договорились, что я сегодня еще не ваш начальник. Да и потом, начальник я с десяти до шести. А после шести и до девяти обычный мужчина, — и снова взгляд такой, что я слышу двойной смысл в его словах. И руку мне на коленку положил, отчего меня, словно бабочку, пригвоздило к креслу.

— Простите, у меня действительно были другие планы. Я давно дочери обещала прогулку, — при слове «дочь» мужчина меняется в лице, осторожно убирает руку с колена и коситься на мои руки. Видимо, в поисках кольца или какого-то признака занятости меня как женщины.

— Дочь? Может, еще и муж имеется? — я улыбнулась схожести с киношной фразы.

— Мужа не имеется, а вот дочь в наличии, — при моих словах мужчина расслабился и даже попытался вернуть лапку на коленку, но я осторожно убрала его руку. И Дмитрий не стал настаивать.

— Я был настолько впечатлен вами, что даже не взглянул в графу «семейное положение» в вашем резюме, — повинился он.

Я немного растерялась. Так и не научилась принимать комплименты от малознакомых мужчин.

— Рада была знакомству, но мне пора, — взялась за ручку двери, но мужчина снова остановил меня, перегнувшись и накрыв мою руку своей.

— Вика, ну вы же поняли, что понравились мне, — и на это я тоже не знаю, как реагировать. Получается лишь кивнуть. — Подумайте над моими словами. Я не настаиваю и ни на что не намекаю, но давайте эти условности оставим. Если же отклоните мое предложение, я уверяю вас, на вашей работе это никак не отразится, — успокоил меня мужчина. Я хотела снова кивнуть, но в последний момент передумала. Посмотрела на мужчина так же внимательно, как и он на меня.

— И что же у вас за предложение? — ну а что? Мне не пятнадцать, и не вижу ничего плохого в моем вопросе.

— Отношения после пары часов знакомства предлагать — это верх глупости. Но рассмотреть этот вариант и дать возможность присмотреться нам друг к другу, — смотрю на Дмитрия и не могу понять его. Он что, серьезно сейчас?

— Вы правы. Мы знакомы всего несколько часов. И даже чтобы решить, присматриваться или нет, нужно время, — максимально корректно ухожу от ответа.

— Хорошо, я вас услышал, — видимо, Дмитрий понимает мои слова по-своему и улыбается во все тридцать два зуба. Хотя по ширине его улыбки кажется, что их у него в два раза больше.

Мужчина убирает руку с моей руки, и я все же открываю дверь и дергаюсь в попытке покинуть свое место, но вот незадача: ремень-то отстегнуть забыла. По щекам разливается румянец, и я понимаю, что в очередной раз выгляжу глупо. Дмитрий улыбается и отстегивает ремень, и я наконец-то покидаю машину. Иду в сторону подъезда, не оборачиваясь и молясь не упасть, не споткнуться, иначе я просто провалюсь под землю от позора. Когда до подъезда остается пара шагов, я подворачиваю ногу. И если б не открывшаяся дверь подъезда и не мужчина средних лет, который подхватил меня, я бы как минимум разбила себе коленки, а то, может, и нос. Выравниваюсь, благодарю и быстро оглядываюсь. Но машины уже нет. Облегченно вздыхаю. Хоть этого конфуза Дмитрий не видел.

Снимаю злополучные туфли и босиком иду к лифту. Поднимаю к себе на этаж и, закрыв дверь квартиры, обессиленно выдыхаю. Столько всего произошло за один день, что, надеюсь, лимит неудач на сегодня исчерпан. Успеваю переодеться в домашние шорты и футболку, когда звонит телефон. Я еще даже не посмотрела на экран, а уже знаю, кто звонит. Катя.

— Да, — я обреченно вздыхаю.

— Привет! И поздравляю! — верещит подруга в трубку. Я устанавливаю телефон на подставку и начинаю шарить в холодильнике. Эклер-то, предложенный Дмитрием, я так и не съела.

— Откуда знаешь? — я вытащила голову из холодильника и посмотрела на экран телефона.

— Мне кадровичка ваша твои документы на согласование прислала. Ну что, рассказывай, как все прошло, — подруге явно не терпелось все услышать из первых уст. И я поведала все от и до, без утайки и прикрас. — Ну ты, мать, даешь. Я, конечно, могла предположить, что удача отвернется от тебя. Но чтобы настолько, даже в страшном сне представить не могла.

— А в конце он предложил рассмотреть его кандидатуру, — решила добить я подругу.

— В качестве кого? — удивленно вытаращилась Катя.

— Полагаю, что любовника. Но могу, конечно, и ошибаться, — я уже реально начала сомневаться: а правильно ли я поняла мужчину.

— Вот же прохиндей какой! — возмущается Катя.

— Да ладно, проехали. Я сказала, что рассмотрю вариант, в котором рассмотрю его кандидатуру, — попыталась воспроизвести ту гениальную мысль, что выдала в машине.

— Весело с тобой, Вика, но мне пора погонять моих подчиненных. А то расслабились, чаи сидят гоняют, — закруглила разговор подруга. — Еще раз поздравляю.

— Давай. Сильно не гоняй, а я буду обед готовить. Надо вкусненького чего-нибудь бусинке своей приготовить, — я прощаюсь с подругой и приступаю к готовке. Не ведая, что мои приключения на сегодняшний день еще не завершились.

Обед я сварганила довольно быстро. Не стала изображать супер-пупер мать и, разморозив готовое магазинное дрожжевое тесто, испекла сосисок в тесте. Чтоб ребенку было интереснее, я сделал из сосисок и теста цветочки и сунула все это в духовку. Запекаться этой красоте минут двадцать. Как раз хватит приготовить угощение для пикника. Хочу забрать дочку из сада и отвести ее в парк. Пусть ребенок поиграет, а сосисками пополдничает. Дома-то есть суп и плов. После прогулки мы обе будем голодные. Я усмехнулась, представив, как доченька обрадуется прогулке. Переоделась в комбинезончик небесно-голубого цвета. Любила его, купила по распродаже за копейки, но при прогулках с ребенком он идеально подходил. В шортах можно наклониться к ребенку и при этом не демонстрировать свое нижнее белье всей площадке. С годами я стала более практичной и предпочитала удобное красивому, особенно если я с ребенком.

В рюкзак собрала свежеиспеченные сосиски, бутылку с компотом и яблоко, банан и сменную одежду. А еще влажные салфетки, обычную воду и дежурную аптечку. Каждая мама знает, что в ее сумке должно быть все и на все случаи жизни.

Несмотря на день, наполненный неприятностями: мелкими и покрупнее, у меня было хорошее настроение. Я проведу вечер с дочкой. Чего мне грустить? Что может произойти такого, что испортит этот вечер? Правильно: ничего.

Иду в сад и забираю радостную дочку. Не могу описать то радостное чувство, когда ребенок висит у тебя на шее и целует в обе щеки, сжимая твое лицо своими маленькими ладошками.

— Мама писла! — кричит она воспитателю. А женщина средних лет, наш воспитатель Алла Леонидовна, машет нам, что видит и мы можем идти.

— Ты как себя вела? — я опускаю дочь на асфальт и беру за руку.

— Холосо. А Сева кусается! — тут же сдает с потрохами мне своего сосадовца дочка.

— И тебя? — я насторожилась.

— Нет. Я показала ему вот так, — и малышка сложила ладошку в кулачок и сделала грозное выражение лица, сдвинув брови и сморщив маленький носик. — И он отстал.

— А кто тебя научил так делать? — я удивленно смотрела на дочь. Она, конечно, до безобразия забавная, и выражение лица, что она сейчас сделала, было скорее смешным, чем грозным. Но ведь где-то же она это все видела.

— Тетя Катя вчела, — и дочь как ни в чем не бывало высвободила свою руку и поскакала, перепрыгивая трещинки на асфальте. Это значит, вчера, когда я попросила Катю присмотреть за дочкой по видеосвязи, та решила ей преподать курс молодого бойца по поведению в детском саду. Ну Катька, ну крестная, называется! Ничего, придем домой, я поговорю с этим инструктором по самообороне. Хотя если это самое страшное, чему она научила мою дочь, то тогда еще ладно. Она же не бьет никого, только кулаками грозит, а это лишь так, в целях устрашения.

За размышлениям о детском воспитании мы довольно быстро дошли до парка. Время было как раз самое такое, когда все идут после детского сада поиграть на детских площадках, попрыгать на батутах и покататься на самокатах. То есть парк кишит людьми. Благо моя дочь не любительница шумных компаний, поэтому я без особого труда увожу ее в самую дальнюю часть парка. Туда, где находится довольно непопулярная площадка. А все потому, что она довольно старая. Но мою дочь это ни капли не смущает. Самое главное — там есть качели. И больше ей для счастья ничего не надо. А если надоест качаться, то можно поиграть в песочнице. Я покормила дочь сосиской в тесте, напоила компотом, и та ушла в песочницу строить башенки. Как там говорят в книгах? Ничего не предвещало беды. Я уселась на лавочку и, поглядывая на дочь, открыла электронную книгу Ника Старра. И уже планировала погрузиться в космические приключения землянки Яны, которая планирует поступить в космическую академию, как чувствую затылком тяжелый взгляд. Поднимаю взгляд и ищу того, кто на меня пялится настолько пристально, что даже волосы на затылке зашевелились. Когда мой взгляд натыкается на взгляд мужчины, сидящего на лавочке по диагонали, у меня сохнет во рту, а в висках стучит кровь. Это что, Витя? Или у меня галлюцинации? Он видит, что я его заметила, и встает с лавочки. Направляется в мою сторону. Боковым зрением смотрю на дочь. Настюшка увлеченно насыпает песок в формочку, а по другой постукивает лопаткой. Решаю встать и подойти к Виктору самой, чтоб он не обратил внимания на Настю. Может, он не так давно пришел в парк и не видел, что мы с Настей вместе пришли.

Да и потом, я так была поражена и удивлена, что его увидела, что сейчас уже поздно делать вид, что я его не заметила или не узнала.

— Привет, — мужчина улыбнулся и поздоровался так, словно я его одноклассница, а не бывшая жена. Хотя откуда мне знать, как здороваются в бывшими женами.

— Привет, ты какими судьбами здесь? — я не стала скалиться, изображая, что рада его видеть. Не рада.

— Приехал по делам и вот решил прогуляться по парку. Забрел сюда, подальше от людей, и увидел тебя. Признаться, не ожидал тебя здесь встретить, — мужчина смотрел на меня так, что у меня мурашки по спине побежали, а в душе всколыхнулось все, что было у меня когда-то к этому мужчине. Но в голове сразу же возникла картинка, как мушкетер, даже не сняв как следует штаны, делает возвратно-поступательные движения. Эта картинка отрезвила и заставила отмахнуться от ностальгических воспоминаний.

— Я тебя тоже не ожидала встретить, — не знаю, как закруглить разговор и уйти. Почему-то не хочется выглядеть невоспитанной хамкой и грубиянкой.

— Мам, дай пить! — Настя подлетела ко мне ураганом и врезалась в мои ноги, отчего я покачнулась. И Виктор, опасаясь, что я упаду, придержал меня за руки. Меня словно током ударило. Сразу же отдергиваю руки, и мужчина, поняв, что сделал что-то не то, отступает на шаг.

— Да, сейчас дам, — я со скоростью ветра возвращаюсь к лавочке, где остались мои и Настины вещи, и быстро скидываю все в рюкзак. Даю дочери попить и поворачиваюсь к Виктору. Тот смотрит на мою дочь.

— Красивая девочка, — Виктор с любопытством смотрит на Настюшку, которая спряталась за меня и с неменьшим любопытством выглядывала и строила глазки мужчине. Дернул же меня черт пойти в этот парк именно сегодня. — Это твоя дочь?

У меня все замерло внутри от этого вопроса. Боже, сделай так, чтобы он не предположил, кто же отец.

— Да, моя. Но мы уже спешим, нас папа ждет, — вру и не краснею. — Рада была повидать.

— Значит, сбылась твоя мечта, — тихо проговорил мужчина с какой-то тоской в голосе.

— Какая? — я так растерялась, что совсем не поняла, о чем он говорит.

— Ты хотела ребенка, — напомнил мне Виктор.

— Да, сбылась. Прости, нам бежать пора, — я подхватываю дочь и быстрым шагом спешу по аллее, когда слышу слова, сказанные мне в спину:

— Жаль, не от меня.

Эти слова заставили меня обернуться и увидеть, что мужчина провожает нас взглядом.

Как я прибежала домой, как я суетилась, бегала и не могла найти себе место, я помнила смутно. Отошла только перед сном, когда написала длинное сообщение Кате. Она отозвалась моментально и позвонила.

— Реально⁈ — Катя не могла сдержать эмоции.

— Да, — ответила приглушенным голосом, так как ребенок уже спал.

— Ой, прости, забыла, что Настюша спит уже. Ты мне скажи: сердце екнуло? — и замерла в ожидании ответа. А я сама не поняла: екнуло оно у меня или нет, или я настолько сильно испугалось, что все смешалось. — Значит, екнуло, раз задумалась, — вместо меня ответила Катя.

— Не говори ерунды! — я возмутилась ее поспешным выводам. — Ты скажи лучше, что делать?

— С чем? — удивилась Катя.

— С Виктором, — зашипела я в трубку и, осторожно прикрыв дочку, выскочила в ванну и притворила дверь. Дочь от моего шипения начала ворочаться. Еще не хватало ребенка разбудить. Я ее потом не уложу, а ребенку в детский сад, между прочим. Я уже молчу о том, что у меня завтра первый рабочий день.

— А что с ним делать? — Катя словно не понимала, о чем я говорю. — Ты сядешь к себе в кабинет, пока будешь принимать дела и все остальное, с ним пару дней точно пересекаться не будешь, — пытается меня успокоить подруга.

— Может, мне уволиться? — я уже гоняла эту мысль весь день.

— Не лучшая идея. С условием, что тебя вчера только приняли. Ты после такого нигде работу найти не сможешь, так как не объяснишь никому, почему уволилась на следующий день после того, как устроилась.

— Ну да, согласна, — я задумалась. — А чего я, собственно, боюсь? Ну увиделись мы, и что с того? Может, я переспала с кем-нибудь сразу, как развелась, и ребенка родила по-быстрому, — рассуждала я вслух.

— Он, конечно, у тебя слепошарый дятел. Настя хоть и красотка, и на тебя похожа, но от него ж столько всего подобрала. Одна улыбка чего стоит! — перебила меня Катя.

— Ой, и слава богу! — я даже обрадовалась, что Настя унаследовала мою необычную внешность. На мне сыграли шутку гены. Несколько поколений назад в роду была обрусевшая азиатка. Бабушка по какой-то там линии. И я получилась ее копия. А Настя — моя копия. — Ты представляешь, что начнется, если Виктор узнает, что Настя его дочь, — я даже плечами передернула, только предположив это.

— А может, и к лучшему бы, если б узнал. Не хочешь его обрадовать? — Катя-провокаторша закидывала мне в голову мысли, которым там явно не место.

— Не хочу. И не уверена, что радость будет искренней, — я представила, как Виктор забирает у меня Настю, и я больше никогда не увижу дочь. — Нет, не вздумай лезть в эту ситуацию. Ты поняла? — не понравился мне вопрос подруги.

— Поняла, поняла, — сразу же отзывается Катя.

— Поклянись! — требую я у подруги, а то знаю я ее. Потом скажет, что из лучших побуждений. И что ей возразить на такое?

— Да клянусь, клянусь! Что я дура, по-твоему? — возмущается подруга.

— Хорошо. Давай тогда до завтра, а то Настя спит, и я боюсь ее разбудить, — попрощалась я с подругой.

— Хорошо, держи меня в курсе, — попрощалась она и нажала отбой. Я посидела еще пять минут. Все не могла отделаться от картинки того, как Виктор отбирает у меня дочь.

Нет, он так не поступит. Хотя я думала, что он и никогда мне не изменит, а изменил же. Так что не стоит думать о людях лучше, чем они есть на самом деле.

Легла я спать и уснула только под утро, чтоб проснуться от кошмара в холодном поту. Мне снилась Марина, которая гладила Настю по голове. А та называла ее мамой. И Виктор усмехнулся. А потом подхватил дочь на руки и ушел в туман с Мариной за руку.