Глава 20

Ярослава

Всю неделю мы максимально отстранены друг от друга.

Устройство нашего офиса предполагает, что мы может работать в любой из его частей. В переговорных, если они не заняты, в кофейне. Да хоть на матах в спортзале — вообще пофиг где, только работай.

Вот Артем и работает. Где угодно, только не на своем рабочем месте напротив меня.

Дома он тоже, можно сказать, не ночует. Приходит не каждый день. Но если и возвращается, то очень поздно, далеко за полночь. Спит пару часов и убегает на пробежку. Мы с ним не сталкиваемся, потому что когда мы с Есей просыпаемся, его уже нет.

Я не знаю, где он проводит вечера и ночи.

«А это и не должно тебя волновать, Ярочка!» — шепчет пренебрежительно внутренний голос.

И я понимаю, что да — не должно. Но ревность душит, душит, и не деться от нее никуда.

— Итак, ребята! — хлопает в ладоши Богдан. — Нам слишком много нужно запланировать на следующий релиз! Самое главное — аналитика!

— Она сырая, — закатывает глаза Максим, один из наших разработчиков.

— Насколько? — хмурится Богдан.

— На сорок процентов, — отвечает Макс.

— И что мы будем делать с этим? — спрашивает у команды Богдан.

Максим хмурится, размышляя, остальная часть команды кидает косые взгляды друг на друга. Артем вообще витает где-то в облаках, будто даже не желает участвовать в обсуждении.

— Давайте переносить на следующий релиз, — предлагаю я. — Лучше мы запилим эту фичу позже, чем запилим ее с багом.

— Согласен, — тут же кивает Макс и мягко улыбается мне.

Вообще он хороший парень. Постоянно оказывает мне мелкие, но приятные знаки внимания.

— Что скажешь, Арт? — обращается Богдан к Артему.

Артем поворачивается и смотрит на своего друга пустым взглядом. Мне кажется, что он даже не слушал нас, но, тем не менее отвечает:

— Давайте переносить, — устало и отстраненно.

— Хорошо, — кивает Богдан. — Макс, Яра — перенос под вашу ответственность. Если и к следующему релизу не уложитесь, спрошу с вас.

Киваем с парнем. Это было ожидаемо.

Народ начинает расходиться, но Богдан нас останавливает:

— Это еще не все. Предлагаю на следующих выходных выбраться на пикник. А то что-то давненько мы не поднимали командный дух.

Все ребята радостно улюлюкают.

— Берите с собой жен, мужей, детей, подруг и всех кого пожелаете. Поедем на природу, дышать свежим воздухом и купаться.

Шум и гам усиливается, а я думаю о Есеньке. Обязательно ее с собой возьму. Дочка здесь стала совсем раскрепощенной, трещит без умолку, вечерами убегает к своему другу, который живет в соседнем коттедже, а он приходит к нам. Ей будет полезно.

Ко мне подсаживается Макс и спрашивает:

— Возьмешь свою дочку?

— Хочешь с ней познакомиться? — спрашиваю с улыбкой на лице, не относясь к ответу серьезно.

Но Макс удивляет:

— Я бы хотел познакомиться с Есей, — кивает, немного смущаясь. — Арина много рассказывала про нее. Мне кажется, она влюбилась в твою дочь.

По лицу парня расползаются красные пятна, и он опускает взгляд, смущаясь.

— Да, я собираюсь взять ее, — стараюсь отвечать нейтрально и делаю вид, что не вижу заинтересованности парня.

Даже собственные отцы порой уходят из семей, когда сталкиваются с болезнью ребенка. Мужики вообще слабые. Некоторые не вывозят этого груза и уходят туда, где нет проблем, где чувствуется свобода, где можно дышать полной грудью.

Вероятность того, что чужой мужчина примет меня вместе с моим ребенком, мизерна. Есения как ящик Пандоры — может рвануть в любой момент. И один Господь знает, когда это случится. А оно случится, это лишь вопрос времени.

Валера — единственный мужчина, который принял меня с ребенком. Просто потому, что никогда не обращал особого внимания на Есю. Она всегда была тихой и послушной, так что проблем не доставляла. И слава Богу, что он ее не замечал.

Если бы тронул ее хоть пальцем — я бы убила его.

Так что к этому проявлению внимания Максима я отношусь скептически и скорее снисходительно.

— А ты кого возьмешь? — спрашиваю его.

— У меня тут нет никого, — пожимает плечами. — Родители далеко, в родном городе. Друзья тоже. Ну а девушки или собственной семьи у меня нет.

Не то чтобы я интересовалась этим, но ладно.

Чувствую, как у меня начинает гореть щека, будто ее жжет что-то. Немного поворачиваю голову и смотрю на Артема. Он сидит на том же месте и прожигает меня взглядом. Его взгляд давит на меня, и тело моментально сковывает воспоминаниями о том, как у нас было. Той ночью в гостинице.

Максим продолжает что-то говорить, но я совершенно не слышу его. Он трогает меня за плечо, пытаясь привлечь внимание. Оболевский замечает это касание, и желваки на его лице начинают двигаться.

— Ребятки! — снова хлопает в ладоши Богдан.

И я разрываю этот зрительный контакт, бросая Максу извиняющуюся улыбку.

— Я составлю списки, а вы скиньте мне инфу, кто кого возьмет, чтобы я знал, сколько продуктов закупать и мяса мариновать.

Артем встает и направляется к выходу, но Богдан кричит через весь офис:

— Арт, ты будешь один?

Оболевский оборачивается и смотрит на друга, игнорируя меня и остальных:

— Нет. Запиши плюс один.

Уходит.

Плюс один.

Ну какова вероятность того, что он придет с сестрой?

И ночует он не дома.

Дура ты, Малинина. Не будет долго в одиночестве такой мужик, как он.

А вот для тебя это самое то. Та самая ноша, которую ты выбрала нести на собственному горбу.

Вот и неси.