Глава 38

Артем

Все перевернулось с ног на голову.

Я вообще не узнаю свою жизнь, настолько она изменилась.

Мое детище, дело, на котором я был сконцентрирован все это время, отходит на второй, третий план. На первое место выходит дочь и бюрократические процедуры, с помощью которых я должен поменять ей фамилию и официально объявить моей дочерью.

Я забил на работу, и она ударила в ответ. Потому что нельзя так делать — переносить внимание на что-то другое и полностью забывать о проекте.

Сорвался в столицу, потому что необходимо было заключить договор с партнерами. Планировалось, что это растянется на пять дней, но в итоге я все уместил в два дня.

Нужно было мчаться назад, домой, но я застрял в аэропорту, потому что на город опустился туман. Как идиот, названивал Ярославе, хотел услышать ее голос, поболтать с Есей, но ее телефон был недоступен.

Тревога шандарахнула по голове болезненной пульсацией.

Что-то не так…

Звоню другу.

— Артем, черт! Тут такая жопа! Тебе лучше вернуться, и как можно скорее, — Богдан встревожен.

— Что случилось? Почему Ярослава мне не отвечает?

— Яра? Да, она забыла телефон в моей машине, — что-то шуршит, видимо, друг берет его в руки. — Точно. Батарея села.

— Богдан! — рявкаю на него.

Женщина, которая сидит рядом со мной в зале ожидания, шарахается от меня.

— Да… да… — тараторит друг. — Тём, у Есении случился приступ. Скорая отвезла их в больницу, но там сказали, что ничем помочь не могут, вызвали вертолет. В общем, их увезли в краевой центр грудной хирургии.

— Когда?

— Час назад. Прости, что сразу не позвонил, у нас тут запара. Все в шоке. Артем, тебе нужно поменять билет и лететь туда… к ним!

Отключаюсь от друга, спешу к стойке, меняю билет на ближайший рейс в город, где расположен центр. Прохожу кучу бумажной волокиты, снова сижу в зале ожидания, теперь уже жду вылета в другой город.

Всю ночь не нахожу себе места. Богдан со мной на связи. Пока ничего непонятно, от Ярославы тишина. Неужели она не могла позвонить мне? Черт, за что такая жестокость.

Друг успокаивает тем, что она, возможно, не помнит мой номер, что вполне логично. Да и не до этого сейчас.

Созваниваюсь с мужем сестры. У него много связей. Кратко обрисовываю ситуацию. Они с Ксюшей уже в курсе, что у меня есть дочь. Знают ситуацию в общих чертах. Кирилл поднимает на уши все свои связи. Перед самым вылетом сообщает мне, что вышел на врача. Что Есю будут оперировать сегодня.

Я никогда не знал такого страха.

А Яра? Она вообще прямо там, в гуще. Одна борется со всем.

Наконец мы вылетаем. Полет длится вечность, хотя проходит едва ли пара часов.

После прилета я сразу же покупаю новый телефон и вставляю туда симку, вбиваю свой номер, скидываю звонок, заношу новый контакт.

Такси тащится по пробкам долго. Черт, мы летели меньше, чем едем по городу. Наконец меня высаживают у центра. Кирилл и там договорился — меня проводят к операционной, где сейчас находится Еся.

Яра тут. Серая, потерянная. Никакая. Со стеклянным взглядом.

— Яра! — зову ее, и девушка встает на ноги.

Не выжидая ни секунды, спешу к ней, подхватываю на руки. Только в этот момент выдыхаю, понимаю, что все это время был напряжен до предела и накален, как оголенный провод.

Яра начинает плакать. Ее трясет. Кажется, она стала еще меньше. Совсем худенькая стала, видимо, вообще не ела ничего все это время. Руки ледяные, хватаются за мою рубашку. Утыкается носом мне в шею, и я плавлюсь от этого доверия. От понимания того, что нужен, что она ждала, что рада видеть меня.

— Тём, ее оперируют, — голос дрожит. — Сказали, это на несколько часов. Мне так страшно, Тёма! Тёмочка, а вдруг что-то пойдет не так?

Срывается в истерику.

Подхватываю ее на руки, сажусь на стул вместе с ней. Плевать, как мы выглядим со стороны.

— Все будет хорошо, Яра, — я, взрослый мужик, хочу разрыдаться от этого страха, одного на двоих. От понимания, что сейчас ты вообще бесполезен и никак не можешь повлиять на происходящее. — Я узнавал, врач, который оперирует Есению, очень хороший. Грамотный мужик. Яра, сейчас нужно успокоиться и просто довериться ему. Я уверен, что все пройдет хорошо и совсем скоро Есения пойдет на поправку. Ведь я правильно понял, что после реабилитации можно жить обычной жизнью?

Перевожу тему с эмоций на план действий, и это работает. Яра медленно успокаивается.

— Да, после операции предстоит долгий период реабилитации, а дальше будут анализы, обследования. Если все пройдет хорошо, то Есения может жить обычной жизнью. Даже спортом можно заниматься, — ну вот, подобие усталой улыбки.

Провожу рукой по волосам Яры. Это порыв, и я подчиняюсь ему. Мне хочется успокоить ее, сказать, что я рядом. Все. Теперь все.

Она выглядит дико уставшей. Мешки под глазами, губы сухие, кожа лица бледная. Она ела вообще хоть что-то?

— Прости, что не позвонила тебе. Понимаешь, скорее всего, я забыла телефон в машине у Богдана. А номера твоего я не помню наизусть. Вообще ничьего номера не помню, — произносит растерянно.

— Ничего, все в порядке. Я так и понял, — достаю из кармана пиджака коробку. — Вот, возьми. Это новый телефон. Там уже вставлена симка, и я вбил свой номер. Теперь будешь на связи.

— Спасибо, — принимает телефон, хотя вижу, что она не очень рада этому подарку, но, слава богу, здравый смысл побеждает. — Я верну тебе деньги.

… или нет.

— Вернешь — перекину тебе в пять раз больше.

Поджимает губы.

— Яра, ты ела что-то все эти дни? На тебе лица нет, ты в курсе? Ты нужна Есении. Откуда у тебя возьмутся силы, если ты еле стоишь на ногах?

— Да-да, Тём, я понимаю, — произносит растерянно.

Я стираю мокрые дорожки слез с ее щек. Яра окончательно успокаивается, слезает с моих рук, садится рядом. Разговариваем. О Есе. О работе, о документах, о сестре. Кирилл обещал помочь и с этим. У него большой опыт в том, как создать людям неприятности. Я больше чем уверен, что сестра Ярославы сядет надолго. Я не спущу с нее глаз.

Время тянется черепахой, кажется, пролетело несколько дней, хотя прошла пара часов.

Наконец выходит хирург, устало снимает шапку и вытирает ею лицо. Мы с Ярой замираем.