Глава 17

– Бабуль, папа приедет часа через три. Ему нужно проверить, чтобы все работало в первый день. Сама понимаешь, – суетливо собираю все в одну кучу. Самое необходимо что может ей понадобиться, пока она приглядывает за Софией. – Ну и чего суетишься и машешь руками по кругу? Дочка смешно смотрит на меня. А у меня нервы. Я знаю, что Захар уже в городе. Он созванивался с отцом и говорил, что никаких задержек не будет. Администрация устраивает большой салют в честь открытия сезона. Я даже видела, что туристы медленно пребывают. Конечно же, никто не полезет купаться в море. Но порой люди приезжают в отпуск не за этим. Не всем дают выходные в июле или августе, вот они и довольствуются тем, что есть у них. Так вот, моя нервная система сейчас в таком напряжении, что лучше мне скорее уйти из дома. Сейчас уже десять. Через тридцать минут мне нужно быть на своей точке. Она самая ходовая. Наша Таня отличный работник. Она и еще одна девочка, которая стоит на второй ходовой точке в данный момент, отличные деньги выручают каждую свою смену. Поэтому сейчас вместо Тани встала работать я в «ад». И это так. Там народа проходит немерено в пик сезона. Порой к вечеру просто хрипишь. Музыка из ресторанов и баров вокруг заставляет работать голосовые связки. Тебе нужно перекричать толпу, которая норовит задать вопрос, расплатиться и просто поговорить. Та еще работенка. Но сейчас июнь. Тишина и покой. Так что я уверена, что справлюсь. – Иди уже, горе луковое мое. Я справлюсь с правнучкой. – Я знаю, – подхожу к ней и целую ее в макушку приобняв. – Спасибо. – Не пуха, внуч. – Ага. К черту. – Чету, чету… – повторяет дочка и мы, не выдержав, смеемся. Она прикрывает рот пухлыми ладошками и смеется с нами, демонстрируя белые зубки. – Дай, мама тебя поцелует, – говорю, и она тут же поднимается на ножки, ухватившись за мою шею. – Слушай бабулю, ладно. – Ма-а-ма, – тянет она, прижимаясь ближе. Боже, я в такие моменты на кисель похожа. – Показывай скорее как маму любишь, – шепчу ей, и она со всей силы меня обнимает. – Сина, сина, – слышу, как скрипят ее зубки, когда она пытается сжать еще сильнее. – А кто маму сейчас задушит? – смеется бабушка. – О, она очень сильная. – Она Сафронова, конечно, сильная. С трудом оторвавшись от моей малышки, я беру сумку, разменные, которые мама раздает всем заранее вечером и ухожу. Дойдя по прямой, а это всего семь минут вниз по склону к морю, я поворачиваю направо и иду по длинной вымощенной плиткой набережной. Прохожу великолепную «Белую невесту», которую так любит моя дочь. У нас, наверное, миллион фотографий с ней. Я прохожу мимо только открывающихся кафе. Рассматриваю издалека самый большой пляжный бар и редких туристов, прогуливающихся в это время по пока еще прохладному песку босиком. На самом деле, сейчас двадцать три градуса и легкий ветерок. С такой погодой земля прогреется еще быстрей, чем обычно, ведь на следующую неделю уже обещают под тридцать жары. На моей точке стоит мама. И разговаривает с тетей Лидой, которая в этом году, как и в прошлом и кучу лет до, выкупила батуты. Они тоже попали под продажу точки и заключили договор аренды с Захаром. Когда я подхожу к ним, они счастливо улыбаются. – Доброе утро. – Прекрасное утро. Приводи Софию ко мне. – Вам придется потом помочь мне ее забрать с батутов. – Великолепно, сейчас, итак, мало детей, не будут толкаться. – Сегодня открытие, поэтому в следующий раз я ее планирую взять с собой, мы к вам заглянем. – Ну ладно, хорошего нам сезона. Поговорим позже. – И вам прибыльного сезона. Открываем с мамой палатку. Хотя, по сути, какая это палатка в обычном ее понимании? Деревянная конструкция, которая обита двойным пластиком белого цвета. Двери служат вывеской для игрушек заманивающих людей. Внутренняя часть поделена на две половины. Одна для игрушек «мелочевок», так как игра беспроигрышная. Выбей ноль и все равно получишь маленький приз на выбор. Вторая половина – это сама конструкция, которая состоит из ячеек с маленькими надутыми шариками в каждой секции. Вот и все. Сто рублей и шесть дротиков у тебя в руках. Хочешь большого зайца или корову, которые являются суперпризом? Выбей все шесть шариков и забирай. Задаваясь вопросом, ну как можно заработать тридцать сорок тысяч в «хороший» день? Это очень даже возможно. Я была свидетелем в пятьдесят одну тысячу выручки за сутки в прошлом году. Раскладываем игрушки, которые являются приманкой. Поправляем остальные, которые сбились или криво висят и отходим на десять шагов назад, зажигая неоновую ленту. Настраиваем режим, чтобы не била в глаза, так как это нервирует людей и бьем друг другу пять. – Начинаем. Мама улыбается. В этот раз мы приготовили и для детей, маленькую досочку с магнитами и отдельными дротиками. Детей подобных моей девочке. Поговорив недолго, мама отправляется дальше по набережной, на следующую точку в пятидесяти метрах от меня. Там цепочка из батутов-кузнечиков, шары на воде, лодочки, наш тир стоит вначале, а дартс в конце. И все это укрыто покрывалом тени деревьев. Кстати, мне не так повезло. Тут единственное дерево и пока тень дойдет до меня, я сгорю. Ближайшая тень в пятнадцати метрах у киоска, так как за палатку зайти и сидеть не вариант. В общем, там обычно девочки в этой точке и находятся пик жары, вооружившись шляпами. Благо сейчас нет аномального тепла. Поставив пластиковый стул, я вытаскиваю упаковку маленьких шариков и начинаю их надувать ручным насосом. – Сюрприз, – слышу позади знакомый голос. Улыбнувшись, оборачиваюсь. – Привет, Вов. Он наклоняется и целует меня в щеку. – Привет. Только открылась? – Да. Вот принялась за работу. – А где твоя малышка? – Не сегодня. Тут будет фейерверк и первый день, молодежи под вечер слишком много, сам знаешь. – Знаю. Это тебе, – оставляет на соседней табуретке шоколадку. – Ох, так мило. Спасибо. – Так ты будешь работать здесь? – Да, через день. Девочка одна не приехала по уважительной причине. Так что я на замене. – Ясно. Может, завтра погуляем? – Смотря какая я буду после этого дня. Не могу ничего обещать, ладно? Но я с удовольствием. Завязываю очередной шарик, который надула и засовываю его в мусорный мешок, поднимаю глаза на Вову и почти вскрикиваю, когда за ним оказывается Захар. – Привет, Олеся. – Привет. Вова оборачивается и смотрит на него. Мужчины сталкиваются взглядами, и я почти битву наблюдаю. Захар прочищает горло сиплым «кхе-кхе». Вова, закатывает рукава рубашки. Господи. Что еще за дела? – Вова, это Захар. Он наш… эм… – Начальник. Я. ЕЕ. Начальник. Говорит так, будто это что-то значит. – А это Владимир, мой близкий и хороший друг. Я знаю, что он не рад подобной характеристике, но что есть, то и говорю. Вряд ли мы перейдем на иную стадию, но я не обрубаю концы. Все ведь возможно. Мужчины жмут быстро руки. – Олеся, нам нужно поговорить о работе. – Говори. Вов, садись тут, – беру подаренную шоколадку и несу ее в палатку, там встроена за платформой с шариками ниша, где мы храним свои вещи. Захар осматривает меня с ног до головы. Я надела короткие шорты с высокой талией и футболку с завязками на животе. «Ха». При этом всем Вова на меня смотрит тоже. Еще раз тебе «Ха», Захар. Даже приятно стало. Когда я сажусь обратно на стул, они снова сталкиваются взглядами. – Ты не мог бы оставить нас? Это разговор по работе, – просит Захар. Я закатываю глаза и вижу, что Вова готов сопротивляться. – Это недолго, буквально пару минут, – обещаю ему, погладив по плечу. – Больше пары минут однозначно, – комментирует Захар. – Я пройдусь за мягким мороженым. – О, было бы идеально. Я буду… – хотела сказать "как обычно". – Ваниль с клубничным сиропом, – перебивает Захар, продолжая за меня – мой любимый вкус. Вова смотрит на него, затем на меня и улыбается. – Я это знал, – говорит тихо, только мне. – Спасибо, – улыбаюсь в ответ. Как только он уходит, я иду в наступление, встав со стула. – Это что такое? Приходишь и ведешь себя как хозяин? Показываешь, как хорошо ты знаешь эту ерунду обо мне? Чего ты добиваешься подобным унижением? – Почему унижением? – останавливаюсь напротив него. – Потому что я представляю тебя как начальника, а ты говоришь буквально: «Эй, я знаю ее вкусы, потому что она была моей». – Но я решил помочь парню, чтобы не было лишних вопросов к тебе. – Он знал ответ и без тебя. Я хотела сказать, что буду, как обычно. – Так вы встречаетесь? – Мы можем иметь серьезные отношения, – загибаю пальцы, – или просто быть друзьями. Мы можем даже просто заниматься сексом без обязательств… Что угодно. Но тебя это не касается, – угрожая пальцем тычу в него и иду обратно к стулу, на который сажусь и продолжаю надувать проклятые шарики.