Глава 55

Маша

День рождения прошел весело и шумно. Основной шум, конечно, наделало наше с Харламовым воссоединение. Ну и моя беременность.

Так что поздравления сыпались в тройном размере.

Удивительно, но дядя Саша отреагировал довольно благодушно на эти новости.

— Ну, что я могу сказать — пути любви неисповедимы. А исправить ошибки не поздно, пока мы живы. Так что если любите друг друга — вперед. Но смотри мне, — погрозил Харламову кулаком, — обидишь Машку снова — по твою душу выстроится целая очередь.

— Я это уже понял, — Арс рассмеялся и крепче прижал меня к себе. — И нет, я больше не облажаюсь. Маруську никуда не отпущу.

— То-то же, — дядя довольно улыбнулся, и сам открыл бутылку шампанского. Пробка с веселым хлопком улетела куда-то под потолок — Ну что, выпьем за счастье молодых и скорую свадебку?

В общем, под шумок как-то стремительно всё закрутилось, и семейным советом было решено свадьбу назначить на начало сентября.

Я бы, конечно, отложила до следующего лета, но кто бы мне это позволил?

— Марусь, — Арс был тверд в своем решении. — Наш ребенок должен родиться в браке. Даже не спорь.

Удивительно, но папа первым его в этом поддержал, как и дядя, так что мне пришлось сдаться.

На работе пришлось договориться, что оставшееся время до декрета буду работать лишь половину дня. Румянцев ворчал, конечно, но лишь для вида. А я обещала непременно прислать ему приглашение на свадьбу. Ну и сильно не засиживаться в декрете.

В предсвадебной суматохе остаток июля и август пролетели неимоверно быстро, буквально в одно мгновение.

Слишком много надо было сделать, приходилось вертеться как мышке в колесе.

Отдельной дилеммой встал вопрос свадебного платья. Думала обойтись чем-то вечерним, но Сеня непременно хотел видеть меня в белом.

— Давай, Машунь, пусть у нас все будет, как в первый раз.

В итоге платье сшили мне на заказ, с учетом заметно выросшего животика. Естественно, никаких корсетов и кринолина.

Свободный крой, квадратное декольте, высокая талия и расходящийся колоколом подол, приятно прикрывающий беременное пузико.

По лифу, спине и подолу шли ручной работы кружева и мелкие жемчужины. В общем, восхитительная красота вышла.

Я увидела себя в зеркале и не сдержала слез. Идеальнее платья быть не могло. Арсу оно точно понравится.

***

И вот долгожданный день настал.

Острое чувство дежавю накрыло с самого утра: знакомая суета, беготня, смех и толкотня.

Всё было как и десять лет назад. Снова осень, снова Питер, и даже жених тот же самый. Вот такая ирония судьбы.

Только за эти годы мы оба изменились. Не стали другими людьми, конечно, но заметно повзрослели, прошли тяжелые испытания и сумели вытащить из пепла свою любовь.

Дали ей разгореться с новой силой. Дали себе шанс на счастье.

Хотя и одно заметное отличие всё же было. В этот раз вместе со мной была и Наталья. Они с моей мамой, кстати, быстро нашли общий язык и даже подружились.

И сейчас у обеих были глаза на мокром месте.

— Будьте счастливы, дети, — Наташа поцеловала в лоб сначала меня, потом Сеню. А потом и перекрестила. — Вы заслужили свое счастье.

— Ну что, — папа хмыкнул, передавая меня в руки Харламову, — я надеюсь, третьего захода не будет? На втором остановимся? А то мое терпение не безгранично.

— Не будет, будьте спокойны, — рассмеялся Арс. — Остановимся на втором. А на следующий год и повенчаемся.

— Что ж, добро. Венчание — дело хорошее.

Я лишь улыбнулась, вспомнив венчание родителей. Мне было тогда лет десять, а Макс только родился.

Так что таинство хорошо запомнила. Горящие свечи, венцы над головами и торжественные речи батюшки:

«Венчается раб божий Даниил рабе божией Екатерине во имя Отца, Сына и Святаго Духа, аминь

Венчается раба божия Екатерина рабу божиему Даниилу во имя Отца, Сына и Святаго Духа, аминь

Господи Боже наш, славою и честию венчай я».

Трогательное было зрелище, которое даже сейчас я помнила. И хотела с Сеней повенчаться. Тем более уже знала, что он действительно тот, кто предназначен мне небом.

***

Дальше был сплошной день сурка. Катание по городу, фотосессии, ЗАГС, снова кольца и снова подписи.

— Боже, — тихо хихикнула, надев Сене на палец кольцо. — Что мы детям говорить будем? Фотки с какой свадьбы показывать?

— А что скрывать-то? С обеих, конечно. Пусть дети знают, что их папка был редкостным долбоебом, и не повторяют моих ошибок. Пусть знают, что от своей любви отказываться нельзя.

— Как хорошо сказано, Сень, — вздохнула, чувствуя, как щиплет в глазах. Чертовы гормоны опять разбушевались.

— А то ж, я теперь могу писать умные мемуары. Заработаю на них очень много. Но об этом потом, а сейчас я буду тебя целовать, дорогая женушка… Я так долго этого ждал….

Ну и поцеловал, конечно. Под одобрение регистраторши, крики гостей и музыку. Так поцеловал, что голову сразу туманом затянуло.

Удивительно, но на этой свадьбе гостей было еще больше, так что вечер был долгим, шумным и утомительным.

Нет, нам было весело, конечно, но под конец я так устала, что едва дождалась самого торжественного момента вечера: церемонии снятия фаты.

В этот раз он был еще трогательнее, потому что Наталья снимала с меня фату, и я видела, как ее разрывает от эмоций. Ее руки дрожали, когда она повязывала мне на голову платок и обнимала сына.

— Совсем скоро мы проводим молодых, — зычно выкрикнул тамада в микрофон, — а пока я объявляю последний танец отца и дочери.

— Ну что, невеста, давай отожжем, — улыбнулся папа, уводя меня в танец. Сегодня на нем был не смокинг, а обновленный парадный китель, и смотрелось это просто захватывающе.

Музыка заиграла громче, защелкали затворы фотоаппаратов, и теперь уже меня размазало от эмоций.

К концу танца я откровенно плакала на плече отца, не выдержав накала момента.

— Не, Марусь, — папа покачал головой. — Так не пойдет. Ну что за сырость? Будешь реветь, и я решу, что ты не хочешь замуж за Харламова. Смотри, отыграть назад никогда не поздно.

— Ну что ты, пап. — вздохнула. — Хочу, конечно, просто гормоны бушуют, справиться не могу. Сейчас, мне нужна пара минут…

— Будь счастлива, моя девочка. — как бы папа ни бодрился, но я видела, что и его глаза подозрительно блестят, а голос слишком уж хриплый. — Будь счастлива, моя хорошая…

Собственно, сразу после этого мы с Арсом и покинули зал. Он пожал руку отцу, а потом поднял меня на руки и вынес из зала под овации гостей.

Впрочем, нести себя я ему позволила лишь до лифта. Сильно перегружаться Сене теперь было нельзя.

Брачная ночь прошла… тихо. Я так сильно вымоталась за день, что сил ни на что не осталось.

Арс это видел, поэтому просто раздел меня, уложил в кровать и подгреб к себе…

А вот утро…Утро было горячим, жарким и бурным… Собственно, мы потом два дня не выбирались из кровати.

Хотелось как можно дольше оставаться вдвоем. Наслаждаться таким долгожданным счастьем.