Глава 20

Моментально становится легче. Тяжелый камень, сжимавший грудь с тех пор, как Марк ушел из кабинета Аркадия Викторовича, будто раскалывается пополам от одного только вопроса Эраста. Даже улыбка появляется на моих губах — слабая, дрожащая, но настоящая.

Я несколько секунд с благодарностью смотрю на Эраста. На его резкий профиль, напряженную линию скулы, на пальцы, вцепившиеся в руль так, что костяшки побелели. И почти сразу понимаю… я не одна. Не одна против всего этого кошмара, который устроил Марк. Не одна против его наглости, угроз и игр.

Расслабляюсь на сидении, откидываюсь на подголовник, отпуская хоть немного чудовищное напряжение этого дня. Улыбка становится чуть увереннее.

— Езжай, — говорю тихо, но четко. — Я тебе по дороге все расскажу.

Эраст несколько секунд пристально смотрит на меня. Его карие глаза сканируют мое лицо, ищут подтверждение, что я действительно могу говорить, что не рассыплюсь. И только после этого мужчина тяжело выдыхает, резко поворачивает голову вперед и нажимает на педаль газа. Машина плавно трогается с места, сливаясь с вечерним потоком.

— Рассказывай! — чеканит он, не глядя на меня.

Секунду сижу молча, а потом начинаю излагать. Рассказываю Эрасту все с самого начала, с того момента, как Полиночка вызвала меня к Альберту Викторовичу, как я вошла и увидела Марка, его победную ухмылку, услышала его фразу “ты теперь моя”. Рассказываю про конференцию, про то, что отель закроют на три дня, про забронированные номера, которые придется отменять или переносить. Голос сначала дрожит, но по мере рассказа становится тверже. Ярость помогает. Рассказываю про отказ Альберта Викторовича слушать мои возражения, про его угрозу уничтожить мою карьеру в регионе, если я уволюсь или сорву сделку. Про то, как Марк остался со мной наедине.

— ...и он сказал, что я боюсь... боюсь не устоять перед ним снова, — фыркаю. — А потом... потом он показал кольцо. Сказал, что женат.

Эраст резко перестраивается, подрезая какого-то лихача. Стрелка спидометра дергается вправо.

— Эраст, ты за рулем! — вскрикиваю я, хватаясь за рукоятку на двери. — Аккуратнее!

Эраст делает глубокий, тяжелый вздох, а потом медленно выдыхает. Расслабляет хватку на руле, сбрасывает скорость.

— Продолжай, — цедит сквозь стиснутые зубы.

Рассказываю про наглый намек бывшего мужа, что Эраст меня не взял в жены, про его телефонный разговор с женой, про то, как Максим предложил мне ужин... вчетвером с ним и его женой, про последнюю угрозу: “будем говорить по-другому”.

— И прислал адрес ресторана, — заканчиваю я, чувствуя себя выжатой.

Эраст молчит. Только сжатые челюсти выдают его напряжение. Машина едет ровно, а внутри нее висит гулкая тишина, наэлектризованная молчаливой яростью мужчины. Я не замечаю, как мы сворачиваем в подземную парковку какой-то высотки. Только когда двигатель глохнет, а Эраст ставит машину на ручник и переводит на меня свой пристальный взгляд, осознаю, что потерялась во времени и пространстве, утонув в своем рассказе.

— Ты молодец, что не поехала на ужин! — говорит Эраст жестко, но в нем слышится одобрение.

Я слабо усмехаюсь:

— Спасибо.

Но Эрасту явно не до смеха.

— Ну каков же падонок твой бывший, — чуть ли не рычит он. — Пять лет прошло! Пять! А он все от тебя не отстанет. Нет, — мужчина резко поворачивается ко мне, глаза горят тем самым опасным огнем, что я помню, — я его встречу, точно ему морду начищу. На этот раз так, чтобы он надолго запомнил.

Сердце сжимается от страха не за Марка, а за Эраста. За этого сильного, надежного мужчину, который готов снова ввязаться в драку из-за меня. Я накрываю его руку, все еще лежащую на ручнике, своей ладонью, чувствую холод его пальцев.

— Не надо, — шепчу, глядя Эрасту прямо в глаза. — Он того не стоит. Меня больше волнует Аркадий Викторович и его угроза. Как думаешь, он может меня в черный список занести, если я уволюсь? Реально ли это? Мне... мне ведь больше негде будет работать здесь.

Эраст сводит густые темные брови к переносице. Задумывается на секунду.

— Подожди, дай мне позвонить. Узнаю кое-что. Пошли пока, — не задерживаясь, выходит из машины, огибает капот и открывает мою дверь.

Помогает мне выйти, сжимая мои ледяные пальцы в своей теплой ладони. Только после этого достает из внутреннего кармана пиджака телефон. Листает контакты с сосредоточенным видом, находит нужный и прикладывает аппарат к уху. Одной рукой он берет меня под локоть и ведет к лифтам. Серебристая дверь моментально открывается, никто даже не успевает нажать кнопку вызова. Ну и ладно, мы просто заходим внутрь кабины. Зеркальные стены отражают наше напряженные лица, когда Эраст произносит в трубку:

— Добрый день. Островский беспокоит. Я с таким вопросом: Что ты знаешь о юридической конференции, которая планируется в “Карлтоне”? Да, в восточном. Организатор — Радионов Марк Сергеевич.

Я замираю. Вцепляюсь пальцами в рукав пальто мужчины. Затаив дыхание, ловлю каждый звук, доносящийся из трубки, хотя разобрать слова на том конце вызова никак не получается. Вижу только, как лицо Эраста становится все мрачнее. Единственное, что мне удается уловить, это реплики самого мужчины:

— …Даже так?

— …Да ладно?

— …Ого!

Живот сводит спазмом, в висках стучит. Я понимаю, ничего хорошего мне не светит. Ничего.

Поэтому когда Эраст произносит:

— Понял. Спасибо. С меня должок. Всего доброго, — и сбрасывает вызов, я уже готова к худшему.

Но створки лифта мягко разъезжаются, открывая вид на роскошный холл, прежде чем Эраст что-то успевает мне сообщить.

— Пойдем, — мужчина снова берет меня под локоть, ведет сквозь холл с мраморными полами и дизайнерской мебелью к стеклянным дверям, как я понимаю, нужно нам ресторана. Хостес, элегантная девушка в строгом черном платье, встречает нас поклоном и без лишних слов провожает к столику у огромного панорамного окна.

Я только на краю сознания замечаю шикарную обстановку: низкое приглушенное освещение, белоснежные скатерти, хрустальные бокалы, нежные орхидеи в вазах. За окном открывается захватывающий вид ночного города с высоты птичьего полета — миллионы огней напоминают рассыпанные драгоценности. Вот только красота не доходит до меня. Я уже заперлась внутри себя, ощущая всю безнадежность ситуации. Поэтому когда Эраст галантно помогает мне сесть за стол, а сам устраивается напротив, просто отворачиваюсь к бескрайнему морю огней за стеклом.

Мысли крутятся вокруг одного: “Куда переезжать?”

Похоже, другого выбора у меня нет. Потому что работать с Марком я точно не смогу. Видеть наглую физиономию Марка каждый день, слышать его ядовитые замечания, чувствовать его власть надо мной — это настоящая пытка. Неделя такой работы, и я сойду с ума. Значит... увольнение. И переезд. В другой город. Где меня не знают. Где нет его тени.

— Лиза, — голос Эраста звучит мягко, но настойчиво. — Посмотри на меня.

Силой воли заставляю себя повернуться к нему. Лицо мужчины серьезное, взгляд прямой, безжалостно честный. В этом весь Эраст — он не станет мне врать, даже если правда будет болезненной.

— В общем, прости, но я буду прямолинеен. Как всегда, — мужчина делает небольшую паузу, давая мне подготовиться. — У меня плохие новости. Твой бывший муж стал... еще той шишкой. Серьезной. И вряд ли кто-то в этом городе, да и в отрасли, пойдет против него открыто. Особенно ради... — он чуть запинается, подбирая слова, — ...рядового менеджера, пусть и очень талантливого. Угроза Альберта Викторовича — не пустые слова. Он действительно может тебя вычеркнуть из списка потенциальных кондидатов, которых можно нанимать на работу.

Холодная волна обдает меня с головы до ног. То, чего я боялась, подтвердилось. В голове стоит сплошной туман, но я все равно выдавливаю из себя вопрос, от которого зависит все:

— И кем стал Марк? Откуда у него такая… власть?