Глава 21

— Ты не интересовалась тем, чем сейчас занимается твой бывший муж? — выгибает бровь Эраст. Смотрит на меня тяжелым, изучающим взглядом, будто взвешивает мою реакцию еще до того, как она появится.

Мотаю головой резко, почти отчаянно.

— Ты же знаешь, что я вычеркнула Марка из жизни полностью, — зажимаю ледяные руки между бедер в попытке их согреть. Мне резко становится холодно, предчувствие чего-то необратимого нависает надо мной и не дает расслабиться. Чувствую себя загнанным зверьком, впервые осознавшим масштаб клетки. — Понимаю, что с моей стороны это не очень дальновидно, но я ни разу не заглянула в соцсети, не спросила у общих знакомых, как там Марк… И им про моего бывшего мужа запретила рассказывать. Поэтому не знаю о нем ничего. Как будто его и не было в моей жизни.

Эраст тяжело вздыхает, откидывается на спинку стула. Взгляд мужчины уходит куда-то за мое плечо, в сверкающую бездну ночного города за панорамным окном. Выражение его лица становится сосредоточенным, почти суровым.

— Да, ты говорила, что не хочешь ничего знать о Марке после развода, — произносит Эраст отстраненно, будто размышляя вслух. — Но, если честно, думал, что не выдержишь и хотя бы загуглишь его имя, — уголки губ мужчины на мгновение приподнимаются, словно тот уловил мимолетную шутку, но тут же снова превращаются в жесткую линию. — Что ж… тогда я тебе расскажу, — ловит мой взгляд и произносит, — можно сказать, что твой бывший муж стал не просто шишкой. Он — “серый кардинал” в юридическом мире. И не только нашего региона. Его фирма, “Доминирующая Юридическая Группа”, или просто ДЮГ, — это не просто консалтинг. Это… система.

— Что? — хмурюсь, чувствуя, как холодок страха пробегает по позвоночнику. Слова Эраста звучат грозно, но расплывчато. — Система? Что это значит, Эраст? Говори понятнее.

Мужчина наклоняется вперед, опираясь локтями о стол. Карие глаза Эраста, обычно такие спокойные и расчетливые, сейчас горят тревожным огнем.

— Это значит, Лиза, что твой бывший муж контролирует не бумаги, а людей. Самых влиятельных. Клиенты Марка — это крупнейший местный бизнес, госкомпании, чиновники высокого полета, силовики. Те, у кого есть реальная власть и… реальные проблемы. Марк и его команда предоставляют им не просто юридические услуги. Они “решают проблемы”, — он делает паузу, подбирая слова, которые не будут звучать слишком жестко в шикарном ресторане. — Защита от уголовного преследования — через свои связи в Следственном комитете, прокуратуре. “Оптимизация” отношений с налоговой — чтобы проверки проходили гладко или не начинались вовсе. Ведение корпоративных войн, причем часто с применением самых грязных методов, вплоть до недружественных поглощений. Управление репутацией… — Эраст беззвучно усмехается, — …а проще говоря, сбор и сокрытие компромата. Твой Марк знает все скелеты в шкафах сильных мира сего. И умеет этим пользоваться. Без его “крыши” или “благословения” в этом городе не проведут ни одну крупную сделку, не отобьются от серьезного иска или проверки. Власть Марка — это контроль над юридическими рисками элиты. И это делает его практически неуязвимым.

Я слушаю, затаив дыхание. Слова Эраста падают, словно тяжелые камни, в бездну моего ужаса. Так вот почему Аркадий Викторович так трясся! Марк не просто богатый юрист. Он — тень, которая может поглотить целый отель. Целую карьеру.

— А эта конференция… — произношу я хрипло, — …это же не просто собрание юристов? Альберт Викторович сказал, что мы закрываем весь отель на три дня. Зачем? Что там будет?

Эраст кивает, его лицо мрачнеет еще больше.

— То, что мне удалось узнать от человека, который видел детали контракта… Это не конференция. Это закрытый клубный выезд под названием “Эксклюзивная Неделя Правовой Безопасности и Стратегического Консультирования”. По сути, это сбор самых важных и самых “проблемных” клиентов Марка. Топ пятьдесят. Владельцы компаний из серых зон, наследники с грязными разбирательствами, публичные фигуры, чья репутация висит на волоске, топ-менеджеры госкомпаний с “особыми поручениями”. Плюс — ключевые партнеры Марка из силовых структур и судов. Не действующие открыто, конечно, а, скорее, как “консультанты” или “эксперты”. Отставные или очень осторожно приглашенные действующие следователи, оперативники, судьи.

Я чувствую, как желудок сжимается в комок. Весь отель… для таких людей?

— Но зачем им весь отель? — шепчу, уже догадываясь.

— Главная фишка — абсолютная конфиденциальность и персонализированный сервис. Каждый клиент получит свой люкс или отдельный зал для “индивидуальных стратегических сессий”. По два-три часа наедине со своей командой юристов Марка и приглашенными… “экспертами”. Там они будут обсуждать конкретные, самые деликатные проблемы: текущие расследования, сливы компромата, семейные скандалы. Разрабатывать шаги по “нейтрализации” проблем, — Эраст произносит последнее слово с явной иронией. — Аналитики Марка прямо на месте могут проводить “аудит” угроз или презентовать свежесобранные данные на оппонентов клиентов. Вечера — для нетворкинга под присмотром команды Марка. Он — гарант и брокер таких контактов. Возможно, там же будут заключаться сделки. Захват всего отеля — демонстрация силы, эксклюзивности и тотального контроля Марка над пространством и информацией. Отель превратится в неприступную крепость для решения самых грязных дел элиты.

Тишина повисает между нами, густая и тягучая. Я смотрю на сверкающие огни города, но вижу только тени, сгущающиеся вокруг меня.

Такое чувство, что Марк создает вокруг себя крепость, а я невольно становлюсь заложницей внутри.

Нужно спросить у Эраста, откуда он знает такие подробности, кто мог ему рассказать подобные подробности, но не могу выдавить из себя и слова. И если честно, не хочу ничего знать. Да и вряд ли сам мужчина поделиться информацией, кто является его контактом. Не захочет подставлять.

Поэтому я отбрасываю все лишние мысли из головы и концентрируюсь на другом.

— Эраст… — голос предательски дрожит. — Я не могу. Я не могу этим заниматься. Видеть Марка каждый день, знать, что происходит за закрытыми дверьми… Это… Это пытка. Не говоря уже о его наглости! Он даже посмел пригласить меня на ужин со своей женой! Как Марк мог подумать, что я приду? Как? — слезы подступают к горлу, но я глотаю их. — Могу ли я просто отказаться? Уволиться? Сказать Альберту Викторовичу, что я не выдержу? Даже если он занесет меня в черный список… Может, я смогу найти работу в другом городе? В другой области? Вряд ли там Марк сможет мне навредить…

Эраст смотрит на меня с такой жалостью и пониманием, как мне на самом деле больно. После чего протягивает руку через стол, накрывает мои ледяные пальцы своими большими, теплыми ладонями. Его прикосновение напоминает якорь в бушующем море страха.

— Теоретически, можешь, — говорит он тихо, но твердо. — Но Лиза… Угроза Альберта Викторовича — не пустые слова. Марк действительно может сделать так, что тебя не возьмут ни в один приличный отель не только в городе, но и в регионе, а может и вообще в России. Его влияние распространяется далеко за пределы судов. Он может надавить на владельцев сетей, на ключевых игроков индустрии гостеприимства. “Рядового менеджера”, пусть и талантливого, никто не захочет защищать, когда противник такой человек. Если только в другую страну переезжать… да, это вариант. Но это бегство. И признание его власти над тобой. А насчет вреда… — глаза Эраста становятся ледяными. — Да, Марк может навредить. Не физически, скорее всего. Профессионально. Репутационно. Слить какую-то информацию, спровоцировать проверки… Он мастер создавать проблемы из воздуха для тех, кто ему перечит.

Отчаяние накатывает волной. Я чувствую себя загнанной в угол, без выхода.

— Значит… нет выхода? — шепчу, глядя на наши сплетенные руки. Его пальцы сжимают мои чуть сильнее.

— Есть, — его голос наполняется сталью. Мужчина выпрямляется, и в его позе появляется та самая непоколебимая уверенность, которая когда-то заставила Марка отступить. — Ты не одна. Я здесь. И я не позволю ему сломать тебя или твою карьеру. Работай. Делай свою работу профессионала. Организуй эту их мерзкую конференцию так, чтобы никто не мог упрекнуть тебя ни в чем. А с Марком… — губы Эраста складываются в тонкую, опасную линию. — С Марком буду разбираться я. Он не посмеет тебя тронуть. Ни словом, ни делом. Я тебя защитил от него однажды, — его взгляд становится пронзительным, — защищу и сейчас. От всего на свете. Обещаю.

Слова Эраста, полные силы и решимости, должны вселить в меня уверенность. И они вселяют… частично. Но в них же слышится отголосок той давней драмы, тех шрамов, которые Марк оставил на нас обоих. Вот только я не могу позволить себе полностью довериться этому мужчине, ведь вспоминаю кое-что, висит между нами тяжелым грузом все эти годы. Поэтому спрашиваю тихо, но отчетливо:

— А как же твоя жена, Эраст?