Глава 55

Лиза

Выхожу из подъезда и замираю. Сердце пускается вскачь, желудок болезненно сжимается. Смотрю на мужчину, стоящего недалеко от подъезда моего дома, и не могу поверить, что он приехал ко мне рано утром.

Вчерашний вечер я провела в странном оцепенении. Та самая коробка с пиццей лежала на кухонном столе, как неразорвавшаяся бомба из прошлого. Два слова “Прости меня” на смятой записке были выведены уверенным, резким подчерком Марка, который я когда-то знала лучше собственного. Эту записку точно написал мой бывший муж. Но за что он извинялся? За то, что изменил мне с Дарьей? За наш неудачный брак? Или за провальный вечер?

Я тысячу раз прокручивала в голове события прошедшего дня, и они все равно не складывались в единую картину. Появление Марка, этот ужин, его внезапная агрессия и такая же внезапная уязвимость — все это не сходилось в образ одного человека. Такое чувство, что в моем бывшем муже живут несколько людей и они находятся в постоянном конфликте между собой. Такое чувство, что я что-то упустила, что-то важное, о чем надо было спросить, но в тот момент мозг просто отказался работать.

Вчера внутри бушевала самая настоящая буря из обломков старых обид, новой злости и какого-то щемящего, непонятного чувства, от которого разболелась голова. В итоге, я ушла спать, но, конечно, перед этим съела пару кусочков знакомой до боли пиццы. Она была все такой же вкусной, как и в наши студенческие годы — с упругой, немного подгоревшей по краям корочкой, сладковатым томатным соусом и дымящейся, тягучей моцареллой. Этот вкус оказался похож на машину времени, которая на секунду вернула меня в те дни, когда мир был проще, а сердце — целым. И разбила его вдребезги именно та самая рука, что принесла эту пиццу. Та же, что написала два разрывающих душу слова.

Да и позавтракала сегодня я этой же пиццей же, запивая кофе с горьковатым привкусом ночных раздумий. В итоге, приняла решение, что хватит себя мучать. Если люди вокруг меня хотя говорить загадками — это их право. Я же не обязана ничего разгадывать. Смирившись с тем, что не узнаю правду, если мне не захотят ее рассказать, я надела свою броню — максимально нейтральный деловой костюм: серую юбку-карандаш и пиджак того же цвета, под который выбрала бордовую блузку, единственный яркий акцент. Волосы собрала в тугой гладкий пучок, на ноги обула классические лодочки. Мой внешний вид должен был кричать о профессионализме, а еще, о желании отстраниться от происходящего, создать непробиваемую дистанцию.

Вот только стоило мне выйти из дома, как все мои планы полетели к черту. На пороге меня ждал… он.

Стоял, прислонившись к своему внедорожнику, с темными волосами, зачесанными назад, в идеально сидящем черном деловом костюме и с руками, засунутыми в карманы брюк. Утреннее солнце золотило его профиль, и он выглядел так, будто сошел со страницы глянцевого журнала, а не явился выяснять отношения у подъезда “возлюбленной”.

Мне требуется несколько очень долгих секунд, чтобы прийти в себя и сделать первый шаг к нему, а потом еще один. После чего я быстро подхожу почти вплотную и, склонив голову набок, заглядываю мужчине в глаза, пытаясь разгадать его намерения.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю резче, чем я планировала.

— Приехал отвезти тебя на работу и кое-что обсудить, — как ни в чем не бывало заявляет Эраст, при этом его взгляд остается спокойным и непроницаемым.

Видеть Эраста сегодня перед своей дверью кажется чем-то невообразимым. Особенно после того, как я вчера весь день его игнорировала, а потом просто укатила ужинать с бывшим мужем. Вот только Эраст, похоже, не из тех мужчин, которые любят сдаваться. Поэтому вместо того чтобы оставить ситуацию как есть, он решил выяснить отношения до конца. Я, конечно, не особо к этому готова, но поделать ничего не могу — вряд ли Эраст пустит ситуацию на самотек, учитывая, что он ждал меня… непонятно как долго. Тем более, я не против, чтобы меня подвезли. Моя машина вчера осталась у отеля, а цены на такси рано утром в Москве — просто космос. Я еще дома поняла, что придется ехать на метро в час-пик, но если меня подвезут… Да и поговорить нам с Эрастом все равно надо. Нам надо заканчивать с балаганом, который творится вокруг нас. Мы же должны целый месяц проработать вместе.

— Ладно, — сдаюсь я, пожав плечами.

Брови Эраста резко взлетают вверх от такого неожиданного и быстрого согласия. Но ему удается моментально сориентироваться. Эраст тут же отталкивается от машины и открывает для меня пассажирскую дверцу. Я принимаю его помощь в виде протянутой руки, забираюсь в салон. Пока он обходит автомобиль, пристегиваюсь, а потом разглаживаю по коленям складки на юбке. В салоне витает аромат парфюма мужчины — улавливаю древесину, кожу и что-то холодное, мятное. Знакомый запах, который сейчас почему-то действует на нервы.

Эраст максимально быстро занимает водительское место и заводит двигатель, видимо, боится, что я передумаю, ведь через пару минут мы уже выезжаем из моего двора и вливаемся в утренний поток машин. В салоне царит давящее молчание. Похоже, никто из нас не знает, с чего начать разговор. Но начинать надо, поэтому я беру инициативу в свои руки и, глядя на профиль Эраста, произношу:

— Прости.

Эраст резко поворачивает голову в мою сторону, бросает на меня быстрый удивленный взгляд, после чего сразу возвращает внимание на дорогу.

— За что ты извиняешься? — спрашивает он рово, но его голосе слышится настороженность.

— За свое поведение. Ты же вчера ничего такого не хотел, а я психанула по собственным причинам, — признаюсь. — Просто я смирилась с тем, что мне придется работать на этой конференции с Марком, лишь потому что хотела получить красивую строчку в резюме. Поэтому твое “вмешательство” не сыграло мне на руку.

Эраст на несколько секунд замирает, его пальцы сжимают руль чуть крепче.

— Ты собираешься уволиться? — наконец спрашивает он.

— Конечно! — выпаливаю. — После того как Аркадий Петрович показал, насколько он меня “ценит”, — рисую пальцами в воздухе кавычки, — я не собираюсь оставаться в этом отеле, — отворачиваюсь к окну и смотрю на мелькающие дома.

Эраст какое-то время молчит, обдумывая мои слова, после чего произносит осторожно:

— Я думаю, Аркадия просто прижали к стенке. Зная твоего бывшего, он умеет манипулировать людьми и ставить условия, которые невозможно не выполнить.

— Кому как ни мне это знать, — горько усмехаюсь.

В памяти всплывают картинки со вчерашнего вечера: насмешливый взгляд Марка, его рука на моей талии, его слова, от которых кровь стыла в жилах и одновременно бросало в жар… его поцелуй. Я до сих пор не понимаю, зачем Марк все это творит. Не понимаю вообще ничего в его поведении.

Эраст барабанит пальцами по рулю, явно о чем-то раздумывая, а потом вдруг спрашивает:

— Что тебе вчера предложил твой бывший касательно конференции?

Снова поворачиваюсь к мужчине и смотрю на него с недоумением, сердце начинает стучать чуть быстрее.

— Откуда ты знаешь, что он мне что-то предложил? — произношу максимально осторожно.

— Ну, я же, во-первых, не дурак, — Эраст бросает на меня быстрый взгляд, — сразу смекнул, что Марк, согласившись на мое участие в проекте, поступил так, как было выгодно ему. А во-вторых… — он делает небольшую паузу, и я чувствую, как по спине пробегают мурашки, — он сам вчера сказал мне, что ждет от тебя решение касательно конференции.

Дыхание застревает в горле, становится трудно дышать.

— Когда он тебе это сказал? — сипло произношу я, чувствуя, как кровь отливает от лица.

Эраст плавно перестраивается в другой ряд, его лицо остается абсолютно спокойным:

— Вчера. Когда приезжал ко мне, чтобы поговорить… о тебе. Так же, как сделал это пять лет назад.

Все внутри меня замирает. Все мои благородные намерения, все попытки сохранить спокойствие и дистанцию моментально ухают в небытие, оставляя после себя лишь ледяную пустоту и оглушительный гул в ушах.