Глава 19

– Роба, сынок, – в кабинет вкатывается отец. Расстроенный и мрачный. – Марина говорит, ты нам обыск устроил, – смотрит он на меня и сам не верит происходящему. – Это правда?

Но это так, мать вашу! Вот только откуда Марина узнала?

– Садись, пап, – откладываю в сторону румяную сдобу и подхожу к отцу. Отодвигаю невысокое кожаное кресло. – Чаю хочешь? Галка пирожков напекла.

– Я не… – мотает головой отец, но сестра уже подхватывается с места. Начинает суетиться. Придвигает папе тарелку с оставшимся пирожком, бежит за чаем.

И Платон наш Георгиевич сдается. Со вздохом садится за стол.

– Спасибо, Галочка!

– На здоровье, папа, – ставит она перед отцом чашку с чаем. И скромно возвращается на свое место. Греет в озябших руках чашку, задумчиво смотрит на дождь за окном.

– Роберт, не хочешь объяснить, что происходит? – отхлебывает чай папа. – Я ничего не понимаю. Неужели Марина права? Дожился, так сказать… – вздыхает он.

Подбираю слова, да и сам не знаю, с чего начать. Обвинить всех и вся? Но так неправильно! Лучше дождаться окончания следственных мероприятий.

– Понимаешь, – набираю в грудь побольше воздуха.

– Может, мне выйти? – поспешно вскидывается Галочка. Видимо решила, что я тяну с ответом из-за нее.

– Сиди уже, – бросаем одновременно мы с папой. И улыбаемся друг другу. Это и помогает сбавить накал.

– У нас большие неприятности, пап, – вздыхаю обреченно. – Кто-то травит нашу семью. Рада не просто так сбежала. И тебе не помешало бы сдать кровь.

– Есть доказательства? – буравит меня отец глазами-маслинами. Трет лысую башку и снова повторяет. – Я не понимаю. Зачем? Почему?

– Я тоже, – роняю устало. – Кому-то наши деньги, видимо, понадобились…

– О, господи, как же так, – причитает Галочка. – В нашем окружении никто не мог! – всплескивает она руками.

– Ошибаешься, – отрезаю я. А у самого глаза застилает от бешенства. Только бы сдержаться, никого не убить вот этими вот руками.

Кратко, без эмоций, объясняю ситуацию.

– Следствие разберется, конечно, – усмехаюсь криво.

– Чушь какая-то! Ерунда! – кряхтит отец и даже по столу пухлыми кулачками стучит. – Бред! Самый настоящий бред!

– Я тоже так думал, – соглашаюсь не без доли сарказма. – Но уже есть результаты экспертизы воды, которую мы с тобой пьем. Там яд обнаружили, пап. Я название не запомнил. Но спецы дадут заключение. И я эту суку выявлю, понимаешь? – приподнимаюсь с места и в упор смотрю на отца.

– А обыск с какого…? – пропускает мат папа. – Мало нам проблем?

– С такого, – пресекаю словесный понос. Сейчас начнет кудахтать, не остановишь. – В таком деле важна внезапность. А то бы пошли слухи. И вода бы к проверке оказалась идеальной. И записи с камер наблюдения кто-то бы потер. Нет. Я в поддавки не играю. Хватит. И так уже до края дошли. Дальше некуда.

– Ты веришь этим людям? – горестно трет переносицу отец. Кажется, на него очень сильно повлияла история с отравителем.

– Безусловно, – киваю я. – Миха Капусткин спецов подогнал, – добавляю негромко.

Наверное, ничего особенного. Ну кто такой Миша Капусткин в глазах известного предпринимателя Щербетова? Но папа уважает моих друзей, а Миху – в первую очередь.

– Ну, если так, – понуро вздыхает он. – Ты прав, Роберт, – добавляет веско. – Хороший план. Только надо было меня в курс дела заранее ввести, – проводит пухлой ладонью по абсолютно лысому черепу.

– Прости, но в данной ситуации лишние разговоры могли помешать, – замечаю как можно корректней.

– Ты подозреваешь Марину и ее родственников, я прав? – смотрит на меня в упор отец.

– Есть такие версии, – не собираюсь юлить.

– Ну, я тебя понял, – замечает отец. – Может быть, я так же поступил бы, – словно размышляет он вслух. Собирается добавить еще что-то, как вдруг дверь распахивается, и в кабинет влетает Марина. У нее за спиной мельтешат Дашка и кто-то еще из сотрудников.

– Платон! – охает мачеха. – Ты совсем с ума сошел? У нас ОБЭП чуть ли не полы снимает, а ты тут сидишь… Да еще жрешь всякое говно! – выкрикивает она, уничижительно пялясь на недоеденный пирожок в папиной тарелке. – Это ты, дура, сюда дерьмо всякое носишь? – переводит Марина негодующий взгляд на Галку.

Та идет красными пятнами. Что-то лепечет и чуть не плачет.

– Ах, это, – усмехается папа и на глазах у возмущенной мачехи запихивает в рот оставшиеся полпирожка. – Какого ты тут вопишь, Марина? – жует медленно. Специально бесит мачеху. И прожевав, добавляет холодно. – Закрой дверь с обратной стороны.

– Что тут вообще происходит? – подозрительно смотрит мачеха на меня и на Галку. – Что вы ему наговорили?

– Тебя не касается. Выйди, – рявкает отец, теряя терпение.

– Я все-таки твоя жена, Платон, – возмущенно выдыхает мачеха. – Ты не имеешь права так со мной разговаривать!

– Пока еще жена, – усмехается отец и бросает резко. – По-моему, ты и твои родственники приняли доброту за лоховство…

– Да что происходит? – кричит Марина и чуть не плачет. – Это все ты! – бежит ко мне.

– А ну стоять! – рявкает отец и добавляет жестко. – Не усугубляй, пожалуйста.

Марина словно на бегу замирает как вкопанная. А отец уже отдает следующее поручение.

– Даша, уведи мать. Я сказал.

– Платон, – чуть не плача, смотрит на отца Марина. – Что происходит? Кто тебя настроил против меня? – вскрикивает она. И в ужасе сторонится, пропуская силовиков ко мне в кабинет.

– Сейчас узнаем, – коротко роняет коренастый моложавый полковник, а за ним следом идут мои пацаны. Орел и Решка. – Кто собственник помещения? – обводит тяжелым взглядом нашу немногочисленную компанию.

– Мы с сыном, – кивает на меня отец. – Есть еще доля младшей дочери. Если надо, могу ее вызвать, – протягивает руку полковнику.

Тот пожимает и приказывает громко.

– Остальным покинуть помещение.

– Галя пусть останется, – спохватываюсь я. Марина, сучка, сейчас возьмет нашу тихоню в оборот и все выпытает.

– Да, конечно, – подхватывает отец. – Так сказать, для конфиденциальности.

– А вы кто? – смотрит на Галку полковник.

– Моя старшая дочь, – под гневным испепеляющим взглядом Марины отрезает папа. И даже не обращает внимания, как, демонстративно цокая каблуками, его жена разъяренно вылетает из моего кабинета.

– Тогда приступим, – снова командует полковник. – На большой экран можно данные вывести?

– Да, конечно, – щелкаю пультом, и огромная голубая плазма, висящая на стене, вспыхивает голубым светом.

– Мы изъяли записи с камер наблюдения, – протягивает мне флешку Орел.

– Без вирусов? – усмехаюсь едко.

И уже через минуту тупо пялюсь на мужскую фигуру в сером клетчатом пиджаке.

– Бл.дь, да это же… – не сдерживается отец и тут же переводит взгляд на Галку. – Прости, милая.