Глава 5 · Дом, милый дом

Очнулась. Огляделась.

Просторная комната с серыми каменными стенами и таким же полом, справа от меня — два узких окна, закрытых звериными шкурами, слева — камин с потрескивающими дровами. Я лежу в центре помещения на громоздкой кровати, укрытая колючим шерстяным пледом. Больше никакой мебели не наблюдается.

Где я?!

Но толком запаниковать не успела, ибо шум, донесшийся с той стороны закрытых деревянных дверей, оповестил о том, что принцесса в гневе!

Далее случилось следующее: дверь распахнулась, и в комнату влетели двое, один держал в руке огромный чугунный подсвечник с двумя желтыми свечами, а второй нес брыкающуюся Маришу, при этом закрыв ей ладонью чуть ли не пол-лица.

— Может, ее того, вырубить? — миролюбиво предложил Зирг, отчего принцесса сразу замерла в его руках.

Азгорд согласно кивнул.

— Только аккуратно, — предостерег он, наверное, вспомнив, как Хаш случайно свернул шею придворному, и направился в мою сторону.

— Нет! — прохрипела я, откинув шерстяной плед, в попытке вскочить с кровати, в результате чего с изящным грохотом свалилась на пол. Там же через мгновение оказалась и принцесса, так как по неизвестным мне причинам Зирг неожиданно ее отпустил и схватился за кинжал, висящий у него на поясе. Видать не признал мой голос.

— Шани, золотце, ты очнулась, — прошептала Мариша, ползком преодолела разделяющее нас расстояние и крепко меня обняла.

— Я думала, они тебя убили, изверги! А ты чем думала, выбирая себе кровного родственника?! Я чуть не поседела, когда тебе от этого родства плохо стало, да что там поседела, я чуть за тобой на тот свет не отправилась! — причитала она хуже бабки, всхлипывая на моем плече.

Азгорд поморщился, наблюдая эту картину, прошел через всю комнату, поставил подсвечник на каминную полку и вернулся обратно. Постоял секунду, а потом оторвал от меня обезумевшую, по его мнению, «няню».

— Воды принеси! — приказал он ей, подумал и добавил окончание: — те!

Зирг, бурча себе что-то под нос, послушался. Забросил принцессу на плечо, как мешок с картошкой, и, не обращая внимания на ее рыдания, вышел из комнаты.

— Как ты? — подхватывая меня с холодного каменного пола, поинтересовался супруг.

Смотрю, осунулся весь, кожа стала еще серее. Прижал к себе, держит, не отпускает, такое чувство, что даже не дышит, будто я видение, которое может в любое мгновение раствориться в воздухе. Положила голову ему на плечо, вдыхая уже ставший таким родным аромат чабреца. Уткнулся носом в мою макушку, стоит, не двигается.

А в комнате холодно, и даже фланелевая сорочка до пят не спасает от пробирающей до самых костей стужи.

— Что случилось? — спросила шепотом.

Молчит. Опустился на кровать, усадив меня к себе на колени.

— Такое больше не повторится, — уклончиво ответил Азгорд, заботливо заворачивая мое тельце в лежащий на постели плед.

А ведь произошло что-то кардинальное, заставившее и его, и Зирга поменять свои взгляды…

— Ты уверен? — нахмурилась я, не люблю, когда говорят загадками.

— Да. И это… твоя няня — монстр! — попытался пошутить супруг.

Улыбнулась ему.

— Я все слышу! — послышалось от дверей.

В комнату вошла Мариша с полным подносом в руках, а за ней тенью следовал хмурый Зирг со свечою в руке.

— Все? Увидели ее? Можете оба идти! — командным голосом выдала принцесса.

— Она моя жена! — зарычал Азгорд.

Зирг решил благоразумно промолчать.

— Тем более! — рявкнула Мариша в ответ. — Посмотрите, до какого состояния вы ее довели. Да она на призрака стала похожа! Ей нужен покой и хорошее питание, а не чтобы ее душили в объятиях, не давая сделать вдох! Всё, все свободны!

Поставив поднос на край кровати, принцесса воинственно указала рукой на дверь.

Кажется, муж не пошутил, он действительно считает ее монстром.

Азгорд молчал, но убийственный взгляд, которым он наградил принцессу, не сулил ничего хорошего. Коснулась его груди, успокаивающе погладила, муж вздрогнул от неожиданности, перехватив тонкое запястье. Улыбнулась ему и нежно поцеловала в щеку.

— Я жду! — напомнила о себе Мариша.

Супруг встал, уложил меня в постельку, поправил подушку под головой и, гневно сжав кулаки, направился к выходу.

— И ты тоже! — приказала принцесса Зиргу.

Тот усмехнулся, но за супругом проследовал.

— Не слишком ли ты с ними сурова? — спросила я.

— Нет! — буркнула принцесса и поспешила закрыть за орками дверь.

Смотрю на нее и не узнаю, что-то изменилось в ней, что-то неуловимое, как будто повзрослела она, стала старше своего возраста, жестче.

— Уф, — облегченно выдохнула Мариша, прислонившись спиной к двери. — Ну и напористый у тебя мужик! А Зирг… он, правда, теперь твой родственник?

— Ага, — улыбнулась и села.

Принцесса подошла, взяла с подноса глиняную пиалу с горячим бульоном, наваристым, ароматным.

— Давай, я сама, — протянула я руку.

— Нет! — рыкнула обиженно.

Нет, все-таки общение с орками на нее плохо влияет!

Мариша присела рядом, зачерпнула ложечку, подула на нее и поднесла к моему рту, это было так трогательно и так приятно, что комок подступил к горлу.

— Ешь, иначе не расскажу ничего!

— Ух, какая грозная! Всех тут уже построила? — пожурила я ее, попробовав бульон.

— Ты просто не представляешь, что здесь творится! Не понимаю, как они так живут?! Все серое, тусклое, мебели минимум, зато хлама всякого — тьма. Поэтому давай, выздоравливай быстрее. Тут столько дел, столько дел!..

— Так во всех комнатах? — поинтересовалась я.

— Нет, во всех остальных шагнуть негде! А это моя комната, она в северной башне находится, тут даже потайной ход есть, я его тебе потом покажу. Там пыли много и паутины, но зато он ведет прямиком на кухню.

Я съела еще ложечку бульона. Вкусно.

— А что за хлам? — спросила, ведь «хлам» понятие относительное.

Принцесса задумалась.

— Ну, капканы всякие, стрелы, копья, секиры… Орки с утра до ночи сидят в своих комнатушках или в главном зале, и все точат и точат их, потом тряпочкой полируют, потом снова точат. Им что, больше заняться нечем?! Они даже из всего этого железа букеты собирают и в вазы ставят! Романтики недоделанные.

У меня отвисла челюсть, чем сразу воспользовалась Мариша, влив очередную порцию бульона.

— Да-да, у них повсюду стоят огромные фарфоровые вазы! — опять запихивая в меня ложку с едой, пробормотала принцесса.

— Ты шутишь, что ли?

— Нет, сама увидишь! А знаешь, что они едят все время?

— Что?

— Мясо, мясо и еще раз мясо! А я все думала, почему у них такая серая кожа, да им же витаминов не хватает!

Молчу, ребенок просто не может быть не прав!

— А ты видела, какие орки все время мрачные?

— Угу, — поддакнула, внимательно слушая ее рассуждения.

— Я пришла к выводу, что это окружающая обстановка на них давит, все эти серые тона. Глядя на них ежедневно просто невозможно не впасть в тоску!

— Мариша, ты по-прежнему хочешь им мстить?..

— Нет. Я решила добавить ярких красок в их унылое существование!

— Врешь!

— Вру! — не стала девочка отрицать очевидное.

Она поставила пустую пиалу на поднос и, неожиданно став не по годам серьезной, прошептала:

— Няня, ты хоть представляешь, каково это — видеть, как единственный дорогой тебе человек падает на твоих глазах в беззвучном крике? Смотреть, как лицо его искажает боль, и знать, что ничего не можешь сделать. Каково остаться одной, среди совершенно чужих, даже не людей, орков?

Я молчала, не в силах что-либо сказать, видя, как Мариша из последних сил борется с рвущимися на волю слезами. Притянула ее к себе, обняла, желая поделиться своим теплом, даря безмолвную поддержку, успокаивая, поглаживая, давая возможность выговориться, потому что знала, каково это. Я все это уже пережила много лет назад, оставшись одинокой маленькой и никому не нужной сиротой.

— Ты неделю не приходила в себя, как будто уснула, не желая просыпаться. Их шаман сказал, что Азгорд и Зирг чуть не убили тебя своей яростью и жаждой крови. Я думала, что сама их поубиваю, честное слово!

Поежилась, представив, сколько пришлось всего пережить моей девочке.

— Может, шаман ошибся? — предположила я.

— Нет, — послышалось от дверей, и в комнату вошел Хаш.

Не ожидая гостей, мы с принцессой вздрогнули. Мариша отвернулась, чтобы незаметно стереть слезы, ибо орки — сильные духом, презирали людей за их слабости.

— Темный Властелин когда-то, не желая расставаться ни с одним из них из-за их вражды, наложил на Азгорда и Зирга проклятие, — продолжил он, приблизившись к нам. — Они и раньше были идеальным оружием для убийства. Но после этого стали более жестокими и кровожадными… Но не имеющая выхода ненависть сжигала их изнутри, делая непобедимыми яростными врагами, рождая в черных сердцах соперничество.

— Но они же теперь вроде нормально общаются… — возразила я.

— Общаются? — усмехнулся орк. — Каждый из них был уверен, что нет ничего хуже, чем жаждать смерти другого, но не иметь и маленького шанса убить своего соперника. А теперь ты стала их слабым местом, месть потеряла смысл. Ни один не ожидал, что откат на тебя причинит им в сто крат больше боли, причем не физической, к ней воины привыкшие, а душевной — ранее неведомой для орков. Для нас даже родственные связи не имеют значения. Я думал, ничто не способно заставить орка опустить секиру перед врагом, но ошибался. Не знаю, что за ритуал совершил Зирг, но он связал вас навечно. Теперь любая твоя боль, это и его боль.

— А Азгорд?.. — прошептала я.

— Ты меняешь его. Не знаю, хорошо это или плохо, но они оба впервые в жизни сложили оружие, придя к мировой.

— Ну да, ничто так не объединяет, как общий враг! — намекнув на себя, усмехнулась Мариша, попытавшись разрядить повисшее в воздухе напряжение.

Подхватив с подноса чашу с травяным сбором, она заставила меня его выпить и сообщила:

— Золотце, раз ты пришла в себя, я тут прогуляюсь с Хашем кое-куда, послезавтра вернусь. Не скучай, восстанавливайся, кушай хорошо. За твоими дверями я пару орков оставлю, они никого к тебе не пропустят, кроме повара, так что отдыхай и ни о чем не беспокойся.

И пока я соображала, что это значит, принцесса, быстро чмокнув меня в щечку, исчезла за дверью.

— Не переживайте, я присмотрю за вашей няней, — сказал Хаш и скрылся следом.

Сижу, непонимающе хлопая глазками.

— Ой, забыла, — воскликнула Мариша, вбежав в комнату.

Подхватила поднос и снова удалилась.

— Няня! — крикнула я во все горло. — А ну немедленно вернись обратно!

А в ответ тишина. Захотелось догнать ее и хорошенько всыпать ремня. Но неожиданно такая усталость навалилась, комната закружилась, завертелась калейдоскопом, и я начала стремительно проваливаться в сон, с убийственной уверенностью, что Мариша снова мне что-то подмешала, уж больно отвар был странным на вкус.

* * *

Следующее мое пробуждение было несколько неожиданным, ибо проснулась я укутанная в пятнистый мех, полусидя на чьих-то могучих коленях, в теплых объятьях. Подняв глаза, встретилась с задумчивым взглядом Зирга и вздрогнула.

— Что происходит? — поинтересовалась, туго соображая.

— Ничего, — оскалился он.

Осмотрелась бегло. Это была совершенно другая комната, и хотя окна все так же закрывали шкуры, стены здесь были не голые, их хаотично украшали деревянные щиты и различного вида оружие.

Мы сидели в кресле возле камина, в котором мирно потрескивали поленья и завораживающе играли языки пламени. По обе стороны от очага висели факелы, освещающие комнату, добавляющие уют в атмосферу. Мой взгляд натолкнулся на небрежно заправленную кровать, и все внутри похолодело от непонимания происходящего.

— Ты хочешь прилечь? — проследил он за моим взглядом, явно неправильно оценив мою внезапную бледность, но вопрос поставил меня в тупик.

— Зирг, что мы здесь делаем? Что я здесь делаю? — переформулировала, посмотрев ему прямо в глаза.

— Прячемся, — последовал ответ.

— От кого? От Азгорда?

— Да, — спокойно подтвердил орк.

— Ты с ума сошел! — крикнула я. — Вы же прекратили вражду! Зачем ты все усложняешь?

— Пусть ищет! — нахмурившись, рыкнул он. — Тем более что мы не покинули пределов его крепости.

Ну, Маришка! Спи, отдыхай, тебя здесь никто не побеспокоит… Ага, как же!

Я еще раз осмотрела комнату, но на этот раз мой взгляд остановился на знакомой секире, стоящей в углу. Ее невозможно было спутать с другими из-за особой рукоятки, которую украшали три изуродованные головы гоблинов.

Зирг точно повредился рассудком!

— Ты еще и секиру у него украл?! — ужаснулась я, застонав, ибо личное оружие для орков — это святое. И если мое исчезновение супруг мог и не заметить, то пропажа любимой секиры грозила большими неприятностями.

— Женщина, я ничего у него не крал!

Ну да, я тоже своими ногами сюда пришла.

С улицы неожиданно донесся звук горна, оповещающий о срочном построении. Послышалась беготня, ругань, а я начала быстро озираться, ища место, где можно было бы переждать надвигающуюся на нас грозу.

— Надеюсь, он тебя не убьет… — прошептала, придя к печальному выводу, что спрятаться тут негде.

— За что? Если он тупой, как самка гоблина, и у него не хватает мозгов заглянуть в свою комнату, чтобы найти тебя, это его проблемы.

Посмотрела на Зирга с сомнением. Неужто и впрямь супруг поднял всю крепость на мои поиски? А братец-то хитер! Спрятать меня от Азгорда в его же комнате… Одного не учел, что мне их игры могут не понравиться.

— Вам что, скучно и заняться нечем? — рявкнула я на орка, совсем не ожидая, что он стыдливо отведет взгляд в сторону.

Почесала возмущенно запястье, не сразу осознав, что это жжет брачная руна.

— Вот гад, он жульничает! — возмутился Зирг, закрывая мне глаза рукой.

— Он же не может…

— Еще как может! Сконцентрируйся. Быстро же ты прощаешь. Ставь щиты в своем сознании, не давай ему смотреть твоими глазами.

Щиты… Уж лучше кирпичики, так и стеночку можно построить, вьюночком с цветочками украсить…

— Зирг! — прозвучал разъяренный рык супруга за дверью, и она распахнулась.

Вместо того чтобы броситься в объятия супруга, я положила голову братцу на плечо и поинтересовалась:

— Мальчики, а где моя няня?

Первый раз вижу, как вздрагивают орки при упоминании о человеке.

— С Хашем, — уклончиво ответил супруг, медленно приближаясь к креслу. — Ушли совершать набег на соседнее государство.

— Куда?! — воскликнула, вскочив с колен Зирга.

Муженек тут же сцапал меня, плотнее закутывая в мех.

Братишка даже не шелохнулся.

— Не волнуйся, Хаш ее задержит по возможности, — будничным тоном обрадовал меня Азгорд.

— Верни ее! — воскликнула, извиваясь. Высвободила руку и с силой ткнула супруга пальцем в грудь: — Верни сейчас же!

Зирг покатился со смеху. Предатель, он теперь тоже в черном списке!

* * *

Следующий утро я встретила в постели супруга одна, расстроенная и разбитая, а еще зареванная, но этому чурбану бесчувственному все равно! Он просто ушел в самый разгар моей истерики. И Зирг за ним следом убег, только пятки сверкали, а отмазку какую хорошую придумал, мол, в крепости им всем тесно, и он со всем своим войском решил расположиться за ее пределами, вдоль русла горной реки, а теперь ему нужно срочно удалиться, дабы все проконтролировать.

Села, темно в комнате, только камин тихо потрескивает, кто-то поленьев в него подкинул, тепло.

Отодвинула одеяла, спустив ноги на холодный пол, и уже хотела встать, как меня остановил властный голос:

— Куда собралась?

Вздрогнула от неожиданности.

Азгорд встал из своего кресла, которое было развернуто к кровати, и медленно направился ко мне. Похоже, он всю ночь провел в нем.

Я поежилась, а он сел рядом. Провел мозолистой ладонью по шее и вниз, оголяя плечо. Дыхание мое сбилось, а он неожиданно остановился, убирая руку, слегка тряхнул головой, как будто пытаясь избавиться от наваждения.

— Тебе нужно больше отдыхать, — пробормотал, вставая с постели.

— Стой, — потянула его за руку, заставляя сесть обратно.

Уступил моему желанию, а я, встав коленками на мягкую кровать, потянулась к нему. Надоели мне его поцелуи в макушку, бесят уже! Я ему кто, ребенок? Хочу нормальный поцелуй, хочу чувствовать, что нужна ему, а еще хочу, чтобы он вернул Маришу домой, но последнее, по-моему, нереально.

Потянулась к его устам, коснувшись невесомым поцелуем, заглядывая в горящие глаза. Провела языком по нижней губе, откровенно совращая неприступного супруга, углубила поцелуй, не давая времени опомниться, вынуждая потерять голову. Забралась на его колени, тихонько надавив на обнаженные мускулистые плечи, заставляя лечь на мягкую перину, подчиниться. Рывок, и это уже не я сверху лежу, а он! Обхватила его талию ногами, теснее прижавшись, не позволяя разорвать поцелуй, а дальше все как во сне, будто и не со мною вовсе, ведь нежными орки не бывают? Или бывают?

В результате проснулась уже ближе к обеду в объятиях супруга, который беззастенчиво разглядывал меня.

Улыбнулась ему, самое время снова попробовать заговорить о няне.

Даже рот открыть не успела, как мне четко сказали: «Нет»! Еще и брови нахмурил устрашающе!

Зарычала в ответ. Ну как на него повлиять? Орк же, поэтому пошла на крайние меры, врезала по его наглой морде подушкой. А как еще доходчиво объяснить, что он неправ? Толку, правда, мало было, одного его удара хватило, чтобы меня завалить, и как еще оказалось, это он слегка, желая поддержать мою игру. И точно, у него даже подушка была намного легче моей. Благо приземлилась я на кровать удачно, но больше с орком силой мне тягаться не хотелось. Себе дороже!

А вот дуться я продолжила, гадая, когда он сдастся и велит вернуть «няню».

* * *

Полторы недели молчаливой борьбы и противостояния между хрупкой, ранимой мной и бессердечным, властным орком…

А вообще, удивляюсь терпению Азгорда, я бы на его месте уже давно себя пристукнула, а он — нет, держится, то рычит, то целует, противоречивая личность. Но за пределы комнаты не выпускает и практически не оставляет меня одну, без присмотра.

Вот и сейчас сидит в кресле, хмурится, секиру свою мучает, а я очередные его штаны на себя перешиваю, искоса бросая на него гневные взгляды, а то докатилась, одеть даже нечего.

Раздался очередной глухой звук горна, предупреждающий о гостях.

Даже не пошевелилась, ибо устала уже к окну бегать, то и дело поднимая за край тяжелую шкуру, чтобы увидеть, кто к нам пожаловал. А это просто Зиргу с его воинами делать нечего, вот они и шастают туда-сюда.

Азгорд встал с кресла, отложил в сторону отполированную до блеска секиру и, игнорируя обиженную меня, подошел к окну.

— Вон, вернулась твоя няня, целехонькая, даже не потерялась по дороге, — пробурчал супруг.

Я радостно спрыгнула с кровати, нырнув под руку мужа. Морозный воздух ударил в лицо, зима! О боги, как же я давно не была на улице!

Посмотрела на открывающиеся центральные ворота, на толпу собравшихся жителей крепости, наблюдающих за возвращением войска из похода.

Радостные эмоции накрыли с головой, захотелось рвануть вниз навстречу своей маленькой девочке, но супруг пресек мой порыв, положив руки на мои плечи.

Это заточение меня уже реально раздражает.

— Что это? — прорычал Азгорд, прижавшись к моей спине.

«Возмездие близко!» — подумала я, смотря на груженые повозки, которые варгам помогали тащить изможденные орки. Оглянулась и буркнула:

— Витражи.

Нет, ну а то прямо прошлый век, завешивать окна шкурами, когда можно поставить добротные деревянные рамы с красивыми, с эльфийскими веселенькими мотивами, стеклами!

Мариша гордо восседала впереди Хаша на сером варге, одетая все в ту же шубку и кожаные штаны. Снежок, недовольно пофыркивая, шел следом. Она окинула толпу пристальным взглядом, а потом подняла голову и посмотрела прямо на меня.

— Все, полюбовалась своей няней и хватит, — заявил Азгорд, опустив шкуру.

И прежде чем я успела возмутиться, меня нагло подхватили на руки и уложили в кроватку.

— Но…

— Спать! — рыкнул он.

Накрыл шкурой, я бы даже сказала, спеленал. Отошел, оценил свою работу, поправил краешек и, довольно оскалившись, снова уселся в кресло.

Глубоко вздохнула, закрыла глаза и стала мысленно проговаривать: «Я спокойна, совершенно спокойна. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь…»

Не успела досчитать до десяти, как в комнату влетела принцесса, вся грязная, лохматая, но счастливая.

Увидела меня в кровати, прищурилась и, не здороваясь, перешла к нападению:

— Это что такое?! Почему мое золотце все еще лежит? О боги, какая она бледная! Я так и знала! Ее нельзя было оставлять здесь одну. Ей же нужен свежий воздух и…

Азгорд встал и выскочил из комнаты, так и не дослушав тираду моей подопечной.

— Няня, я сейчас все объясню, — она подошла, сбросила на кровать шубку и уселась рядом. — Я не специально. Честно, у меня даже и в мыслях не было так надолго задержаться! И вообще… меня нагло обманули. Откуда мне было знать, что до эльфийских земель почти целая неделя пути?

— Ну и что ты там натворила? — спросила, вздохнув, потому что наивно было бы предполагать, что Мариша вернется без происшествий.

— Скажу, если не будешь ругаться…

— А есть за что?

— Ну, это как посмотреть, — уклончиво ответила она.

— А конкретнее?

— Думаю, что нет.

— Ладно, не буду я тебя ругать, но…

— Знаю-знаю, больше ни шагу без твоего разрешения!

— Вот и умница! Ну, я жду!

— Няня… ты всегда говорила, что дети — это счастье, какими бы они ни были и чтобы ни сделали…

Черт, мне уже страшно!

— И?.. — в нетерпении произнесла я.

Дверь внезапно распахнулась.

— Куда? — недовольно гаркнули в унисон двое запыхавшихся орков.

— Вон туда, — Мариша указала пальчиком на пустой угол слева от камина.

Грузчики занесли в комнату и поставили в нужное место красивый резной сундук, судя по узорам — явно эльфийский.

Принцесса дождалась, когда нас оставят одних, грустно взглянула на меня, а потом выпалила на одном дыхании:

— Я знаю, дети — это огромная ответственность, им нужна ласка, забота и внимание, поэтому сразу предупреждаю, не стоит меня отговаривать, я все для себя решила. У меня будет ребенок! Вернее, он у меня уже есть, и я его никому не отдам на воспитание, так и знай, он мой!

Повисла гнетущая тишина.

Мариша, опустив глазки, рассматривала свои пальчики, я же пребывала в ступоре. Нет, я, конечно, понимаю, что девочки более развиты, чем мальчики-одногодки, но моя воспитанница — сама еще, по сути, дитя неразумное. А ее сволочной дядюшка отдал племянницу-подростка оркам, страстно желая от нее избавиться, так как она могла оспорить его права на Руссгард. О боги, что же мы теперь будем делать?!

— Кто он? — прошептала я, имея в виду отца ребенка.

— Орк, — с вызовом сообщила принцесса.

Я так и знала! Хаш — ты труп!

— Это, надеюсь, все новости?

— Да. Кстати, а кто тебе сказал о набеге?

— Азгорд, — пробормотала рассеянно, размышляя о нашей дальнейшей участи.

— Няня… — тихонечко позвала меня Мариша, отвлекая от тяжелых дум.

— Что, родная?

— Я тебя так люблю… — с придыханием сказала она.

Села и крепко обняла свою девочку. Что сделано, то сделано, назад время не отмотаешь…

Из коридора послышался звук приближающихся тяжелых шагов, и первым в комнату влетел мой муженек.

— Няня, — обратилась я к принцессе, — ты не хочешь погулять?

Вошедший вслед за Азгордом, Хаш сразу напрягся.

— Зачем? — не поняла она.

Я злобно зыркнула на орка, а супруг, заметив это, сразу нахмурился.

— Я все объясню, — Хаш порывисто опустился на колено перед своим командиром и склонил голову. — Я не хотел, она заставила меня!

— Ты не оставил мне выбора! — разгневанно выпалила Мариша, вскочив с кровати.

И тут меня прорвало.

— Заставила?! Тебя, громилу двухметрового, это тщедушное создание?! Ты бы еще сказал, изнасиловала! Мерзавец! Негодяй! — я спрыгнула на пол, подлетела к Хашу и занесла руку, чтобы врезать по его лживой серой роже.

Но растерянно замерла, услышав приглушенный тоненький плач.

Все напряженно уставились на сундук, стоящий в углу.

Я ошарашенно посмотрела на Маришу. Она же, проигнорировав мой немой вопрос, гордо вздернула подбородок, подошла к сундуку, распахнула крышку и достала оттуда малыша-орка лет двух-трех от роду, если судить по человеческим меркам.

— Посмотрите, какой он миленький! — проворковала она, прижав его к груди.

Я облегченно выдохнула, что не ускользнуло от окружающих.

Как мне, дуре такой, вообще могло прийти в голову, что моя маленькая девочка забеременела в походе?!

— Ты же не подумала… — подозрительно прищурилась принцесса, глядя на меня.

— Нет, конечно! — уверила ее, не дав договорить.

Она заливисто рассмеялась, чем вогнала меня в краску. А оба орка, судя по их недоуменным лицам, так и не поняли причину моего эмоционального выплеска.

— Встань, а то коленку застудишь, — сказала я Хашу, невинной жертве моей бурной фантазии.

Подошла к принцессе, чтобы разглядеть малыша. Страшненький, как и все орки: кожа серая, скелет мощный, смешной пушок на голове, вот только взгляд не холодный, а теплый, нежный, полный надежды.

— А где его родители? — поинтересовалась, взяв мальчонку на руки, и крякнула от неожиданной тяжести.

— Золотце, ты представляешь, у них дети растут сами по себе, и их судьба никого не волнует!

— Как такое возможно?! Большинство животных заботятся о своем потомстве, прививают навыки выживания в дикой природе, учат добывать пищу! Даже некоторые виды змей, лягушек, рыб и червей, к твоему сведению! — закончив тираду, возмущенно глянула на хмурого супруга, который все это время молчаливо наблюдал за происходящим.

— Земля орков не терпит слабаков! — рявкнул Азгорд.

— И как же вы все, брошенные родителями с младенчества, выжили такими здоровыми и сильными, а?! Облизывали росу с камней и жрали крыс, которые пришли, чтобы сожрать вас?! — заорала я, потом шумно перевела дух и, посмотрев на Хаша, попросила:

— Отнеси малыша на кухню, его надо накормить.

— Нет, — последовал от него неожиданный ответ.

— Он должен сам всего добиться, — твердо стоял на своем муж, окинув младенца ледяным взглядом, отчего тот сразу захныкал.

— Каким образом?! Выставишь в холодный коридор не умеющего толком ходить и говорить ребенка?! И он должен там бродить, пока не унюхает, откуда идет запах еды? И что дальше ему делать, если он не «слабак»? Постучаться и плюнуть на ногу открывшему ему дверь орку, тем самым показав свою силу? Да вы тут все сумасшедшие!

Грубо выругалась себе под нос и подошла к кровати, так как стоя держать орчонка было тяжело. Он посмотрел на меня умными глазками и неожиданно улыбнулся. Мое сердце растаяло, и я поцеловала малютку в лобик.

— Зачем ты засунула его в сундук? — тихо спросила принцессу, которая села рядом.

— Мне с трудом удалось уговорить только Хаша, а остальные орки категорически отказались брать малыша с собой, вот я его и спрятала… В надежде, что, когда приедем в замок, ты мне поможешь… — прошептала она.

Да, в нашем положении он, определенно, добавит хлопот, но проехать мимо, да еще и зимой, я бы тоже не смогла.

— Ясно, — буркнула Марише и обратилась к Хашу: — Распорядись, чтобы принесли лохань и горячую воду.

— Ребенок здесь не останется! — сказал как отрезал Азгорд.

Давно не слышала столько металла в его голосе. Интересно, к своим детям он так же будет относиться?..

— Нет, не останется, — подтвердила я. — Малыша нашла няня, и он будет жить с ней, поэтому воду с лоханью пусть доставят в ее комнату.

Супруга перекосило, но ответить он не успел, так как из коридора раздался грозный рык Зирга.

— Чего вы здесь собрались?!

Значит, за дверью уже столпились любопытные…

Грозный орк ввалился в комнату, посмотрел на меня, на ребенка, на Азгорда, потом перевел взгляд на Хаша, который по-прежнему стоял на колене. Нахмурился.

— Шани?.. — вопросительно поднял он бровь.

Молчу. Брат должен всегда поддерживать, а не смеяться над моими поступками или словами.

— Пошел вон, — обласкал его супруг.

— Откуда орчонок? — задал вопрос Зирг, проигнорировав слова мужа.

— Он мой! — заявила принцесса.

— Дети… — начал было братец, но я его резко оборвала, предупредив:

— Еще слово, и я тебя никогда не прощу!

Может, это для них и норма, но не для нас с Маришей. Поэтому никакие уговоры или угрозы не заставят меня изменить решение — малыш будет жить с нами! И я даже не намерена это обсуждать!

— Понял, — кивнул здоровяк, стремительно подошел, вырвал у меня из рук мальца и направился к выходу. Удивительно, но тот даже не пискнул.

— Зирг! — воскликнули в один голос мы с Маришей, рванув за ним.

— Да я только кухню ему покажу и сразу верну! — сообщил он, окатив супруга ехидным взглядом, и вышел из комнаты.

Мариша поспешила следом.

Хороший поступок, даже не ожидала от него, но я вредная, поэтому Зирга не простила, всего лишь поставила ему маленький плюсик в длинном списке минусов. Принцесса права, пора наводить здесь порядок! Во всех смыслах.

Азгорд зыркнул на Хаша, и тот мгновенно скрылся за дверью, плотно закрыв ее за собой.

Муж приблизился и навис надо мной. Встала на кровать, чтобы не давил своими габаритами.

— Тсс, — прошептала ему в самые губы.

Обвила могучую шею руками, потом обнаглела и запрыгнула на него. Соскучилась по его теплу. Улыбнулась, ласково разгладила пальчиками хмуро сведенные брови. Легонько поцеловала серые, плотно сжатые, губы…

— Шани! — дверь резко открылась, с глухим ударом врезавшись в стену, и в комнату ворвалась Маришка.

Азгорд в бешенстве зарычал.

— У них мыло закончилось! — воскликнула принцесса, полностью игнорируя злобный настрой моего мужа.

— Да ты что? — Я крадучись приблизилась к возмущенно сопящей Марише.

— Ой, а чем вы тут занимались? — неожиданно поинтересовалась она.

Подхватила ее под локоток и быстрым шагом направилась к выходу, надеясь, что Азгорд меня не остановит, а то сил уже нет сидеть взаперти в четырех стенах. Очень хочется осмотреть замок, да и всю территорию крепости.

— Шани! — рявкнул супруг из комнаты, стоило нам только скрыться за дверью.

— Бежим! — взвизгнула я, и мы рванули по коридору.

— Стоять! — раздался сзади приказ, и я против воли застыла на месте.

А-а-а! Кирпичные стенки с цветочками — я напрочь забыла о защите!

— Золотце, — обратилась к Марише, — а кто сказал Азгорду, что я теперь все время должна лежать и отдыхать?

— Я… — как-то неуверенно пролепетала девочка.

Убью! Нет, ну нормально, а? А то, что орки шуток не понимают и воспринимают все буквально, учитывать не надо?

— Вот теперь разубеждай! — прошипела, чувствуя, что озверею, снова оказавшись в комнате.

— Так ведь я ему уже сказала, что тебе необходим свежий воздух…

Зная своего супруга, я почему-то уверена, что проблему со свежим воздухом он решит буквально, просто посадив меня возле открытого окна.

* * *

Следующий день начался с боевых действий.

Азгорд не пошел на уступки, а наоборот, ужесточил надзор надо мной, выставив возле дверей двух охранников, когда сам был вынужден уйти по делам.

Почему мой муж так себя ведет, не мог понять никто. Что со мной случится, если я на пару часов выйду из комнаты? Если он переживает за мое самочувствие, так я окрепла за долгое время, проведенное взаперти. И отсутствие одежды — уже не повод, чтобы лишать меня возможности осмотреться, так как у меня теперь целый эльфийский сундук эльфийского барахла!

Кстати, Зирг нехотя поведал, за что в крепости так невзлюбили Маришку. Оказывается, она всех заставила помыться по возвращении с нами из похода, что орки и сделали, искупавшись в ледяной горной реке, решив пойти по легкому пути. Именно поэтому они к ее приезду после набега на чужие земли спрятали все мыло, совершенно не задумавшись, чем это для них чревато.

— Няня, — позвала меня Мариша, все это время молча наблюдающая за моими метаниями, сидя в кресле.

Я прекратила задумчиво вышагивать по комнате, наконец, обратив на нее внимание.

— Что?

— Может, мы тебя по веревке через окно спустим?.. — внесла предложение моя подопечная.

— Нет, слишком высоко, я еще молодая и умирать не собираюсь, — ответила ей и внесла другой, более безопасный, вариант побега: — А если Зирг вырубит охрану?

— Он не хочет, — «обрадовала» меня Мариша.

Вот гад! Список предательств братца пополнился еще одним!

— Ладно, раз не могу отсюда выйти, то все бразды правления отдаю в твои надежные руки! — приняла я неожиданное решение.

Страшно, конечно, за жизнь принцессы, но она уже не маленькая и, как показала практика, постоять за себя в состоянии.

Глазки у моей подопечной заблестели, она даже ладошки потерла в предвкушении.

— С чего начнем? — злорадно оскалившись, задала она главный вопрос.

— С уборки! — выпалила, очень надеясь, что нервная система Азгорда такого не вынесет, он, наконец, прекратит свою чрезмерную опеку и выпустит меня отсюда. — И еще… ты права, оркам действительно не хватает витаминов.

— Уверена? — прищурилась Мариша.

— Да!

Принцесса вскочила с кресла и радостно захлопала в ладоши.

— Все, пошла открывать сундуки! Взрыхли же надо! — воскликнула она напоследок.

О, да, у нас было не приданое, а настоящее оружие для мести, так как в большинстве наших сундуков хранилось не что иное, как земля! Ведь дядя Мариши ни ей, ни мне, как ее няне, — кроме десятка платьев, ничего больше не дал.

Но принцесса Руссгарда не могла выехать из дворца с пустыми сундуками. Об этом сразу бы растрезвонили слуги, которые грузили их на задок кареты. Маришу просто высмеяли бы напоследок.

Поэтому мы с ней загодя заполнили наши вещевые ящики плодородной почвой и гордо отправились навстречу новой жизни.

* * *

За уборку принцесса взялась рьяно, подключив к этому занятию всех обитателей замка.

Удивительно, но первым не выдержал вечно спокойный Хаш, который пришел уже после обеда, заявив, что хочет убить мою няню, и за это ему многие даже готовы заплатить. После ужина меня навестил Зирг, прорычав, что тоже хочет убить Маришу, но единственное, что его беспокоит — сильно ли я расстроюсь. При этом здоровяк обиженно добавил, что отказывается пользоваться мылом воняющим розами. Спрашивается, а кто в этом виноват?

Супруг, вернувшись, осмотрел перемены в замке и, как сказала принцесса, вне себя от счастья удалился тренироваться на полигон, прихватив с собой самых нервных.

В итоге он не пришел ночевать…

На следующий день уборка и перестройка в замке продолжились с удвоенной силой, но Азгорд, явившись в главный зал на обед, держался так, будто его все устраивает. Эх, стальные нервы у мужика. Неужели наша с принцессой затея обречена на провал?..

Еще через два дня Зирг все-таки не выдержал и вырубил мою охрану.

— Прошу, — галантно подав мне руку, сказал брат.

— А мой супруг не станет возражать? — поинтересовалась, пристально посмотрев на братца.

Скривился как от лимона. Значит, Азгорд не просто возмутится, он будет в ярости.

— Он не узнает! — последовал ответ.

Не поверила, но терять возможность выбраться отсюда не стала.

— Я сейчас! — выпалила, мило улыбнувшись.

Закрыла перед его носом дверь и подбежала к сундуку с эльфийскими нарядами, к которому раньше не подходила, целыми днями перешивая под себя одежду Азгорда.

А сейчас вдруг захотелось надеть какое-нибудь платьице в эльфийском стиле, красивое и соблазнительное.

Вздохнула мечтательно, глянув на сундук.

Красивый, из светлой древесины. Неудивительно, что принцесса прихватила его с собой, ибо мимо такого трудно пройти, не обратив на него внимания. Изысканный, наверняка принадлежал какой-нибудь эльфийской принцессе.

Провела пальчиками по объемным резным веточкам, оплетающим крышку, по кленовым листочкам с застывшими на них прозрачными капельками смолы — будто утренняя роса переливающаяся в лучах солнца.

Раздался странный щелчок, осторожно открыла крышку и чуть не задохнулась от восторга. Воздушное платье нежно голубого оттенка с вышитыми на нем золотыми нитями узорами и тонким, словно паутинка, кружевом!

Наряд достойный королевы.

— Шани! — крикнул Зирг из коридора, не выдержав ожидания.

Дверь распахнулась, и челюсть у кровного братика отвисла.

Подплыла к порогу, словно лебедь, слегка приподняв кружевной подол великолепного платья. Я даже успела прическу сделать, точнее — косу заплела, но не обычную, а объемную.

— Сестренка, а может, ты все-таки оденешься? — выдохнул Зирг, нахмурившись.

Я расстроилась. Для него, конечно, необычное платье, но красивое же! И выглядывающая из декольте грудь прикрыта, правда… прозрачным кружевом, которое плавно переходит в рукава, но прикрыта же!

— Зирг, ты здесь хоть одно зеркало видел?

Глаз у братика задергался.

— Нет, — нерешительно пробормотал он.

— Вот и я — нет! Так какие ко мне претензии? Я надела первое платье, которое попало мне под руку, и со стороны видеть себя не могу! — и ведь не соврала.

— Но я же…

— А тебя мне слушать не велено! Идем.

Ура, наконец-то свобода, пусть и мнимая, но такая приятная, опьяняющая!

— Прошу, — Зирг с ухмылкой протянул мне руку и открыл дверь.

За порогом, заградив проход, лежал ничком без сознания здоровенный орк. Братец издевается надо мной, что ли? Судя по его ехидному взгляду, он только и ждет, что я отступлю. А ведь мог же за ногу охранника оттащить в сторону, но нет!

— Возвращаемся? — поинтересовался он.

Нет уж, раз нарядилась, теперь только вперед!

Подобрала подол, решительно наступила орку на спину сапожками из мягкой кожи и сразу спрыгнула на пол.

— Идем! — буркнул недовольно Зирг и повел меня в неизвестном направлении.

Мельком заметила, что на первом этаже уже почти застеклили окна, увеличив их в размерах, правда картинки на витражах значительно отличались от эльфийских мотивов. То есть рисунок вообще отсутствовал, но все равно, беспорядочное расположение цветных стеклышек разбавляло окружающую серость.

Шагаю за братцем, озираюсь по сторонам. Все такое непривычное, громадное, без шика и блеска, но в то же время — таинственное. Сумрачные каменные коридоры без окон, освещенные свечами на стенах, на поворотах стоят фарфоровые напольные вазы. Некоторые из них пустые, а в большинстве — «букеты» из стрел, сабель и топориков.

Зирг резко остановился, отчего я влетела в его спину, и быстро втолкнул меня в открывшуюся дверь, после чего вальяжно зашел сам.

— Золотце, неужели ты вырвалась из клетки? — радостно воскликнула Мариша, деловито помешивая половником что-то бурлящее в кастрюльке.

Именно ее голос не дал мне скатиться до истерики. Стыдно признаться, но возникло чувство, что я в ад попала: вокруг духота неимоверная, на стенах факелы чадят, пышет огонь в громадных печах, на которых из кастрюль со сковородками вздымается к потолку пар. И орки повсюду с ножами разгуливают…

Лишь приглядевшись, поняла, что нахожусь на кухне.

— Ну, ты и вырядилась! Прям облачко к нам с неба спустилось! — улыбнулась принцесса. — Тогда обойдемся без обнимания, а то испачкаю тебя.

В своем воздушном платье я и правда почувствовала себя здесь неловко. Моя подопечная щеголяла в кожаных брюках, длинной холщовой рубахе с разрезами по бокам и кожаном жилете, обтягивающем ее, как корсет. Кошмар! Если кто-то из людей увидел бы принцессу в таком виде, меня бы точно казнили! Но выглядело ее одеяние здорово, да и наверняка удобно в нем. Я-то думала, что Мариша, приобретя во время набега кучу эльфийских нарядов, будет в них разгуливать по замку, но ошиблась. И сейчас, смотря на воспитанницу, в сердце кольнуло, ибо пришло осознание, что Назургард — именно то место, где мы с ней в полной безопасности и можем стать по-настоящему счастливы.

Вздохнула, отметив, что вся компания в сборе: и Хаш тут, и Снежок, нервно постукивающий хвостом по полу. Лиц женского пола, кроме Мариши и меня, в помещении не было.

А самое удивительное, что кухня поделена на две зоны. В одной, меньшей, правит несравненная принцесса, а во второй — орк по имени Нарзок, главный повар замка.

Маришкины поварята беспрекословно следуют ее указаниям, что-то старательно добавляют в кастрюльки, беспрерывно помешивая, но никто из них почему-то не рискует даже попробовать то, что готовит.

У Нарзока тоже вовсю кипит работа: в котлах мясо тушится, в печах мясо жарится, в кастрюлях мясо варится.

— А что моя няня делает? — поинтересовалась шепотом у Зирга, подходя к выстроенным в ряд на столе кастрюлькам.

— Готовит что-то, — склонившись над одной из них, он скривился. — Пахнет ужасно!

Ну, поверю ему на слово, тем более, зная кулинарные способности своей подопечной — вернее, отсутствие таковых, — даже не удивляюсь этому.

Отыскала взглядом Маришу, дабы узнать, что она тут такое кашеварит, смотрю, а волк и принцесса воюют по-тихому, то она наступит ему на хвост, то он подножку ей поставит.

— А чего это они со Снежком не поделили? — спросила у братца, который решил глотнуть винца из бурдюка.

Зирг подавился, закашлялся, аж глаза покраснели, пришлось его по спине похлопать.

— Я слышал, что его называют Белой Смертью, но Снежком… — прохрипел он.

— Никому не нравится, как я его называю, но при этом и имя его никто не говорит! — буркнула обиженно.

— Азгорд — единственный, кто знает истинное имя оборотня. И твой, кхе-кхе, Снежок все время пребывает в шкуре варга. Не знаю, что его держит в зверином облике, но человеком его еще никто здесь не видел.

Не поверила словам братца, как-то уж очень странно они звучали, да и наблюдать за волком у меня не было возможности.

— Кстати, мне сказали, что варг твою вредную няньку укусил во время похода, — сообщил Зирг, сделал еще один глоток вина и добавил: — Правильно сделал.

— Как? Куда укусил?! — испугалась я за свою подопечную.

— Маленькая еще знать! — рыкнул орк, бросив бурдюк на скамью рядом со столом.

Жду ответа, а он, гад, молчит, делает вид, что занят, усердно рассматривая содержимое в стоящей рядом посудине.

Подошла поближе, тоже взглянула на мутную консистенцию, бесспорно изготовленную принцессой.

— А если у нее серьезная рана, и она, вредная гордячка, это скрывает от меня? Ну, скажи, я тебя ей не выдам, — жалобно прошептала Зиргу на ушко.

— Насколько мне известно, — сдался он, — нянька отняла у варга косточку, сказав, что грызть их неприлично, за что он ее и укусил за… филейную часть.

— Чего? — не поняла я.

— За задницу! — раздраженно рявкнул орк и, увидев мое изумление, быстро добавил: — Но не сильно.

В этот момент к нам подошла Мариша, взяла одну из своих кастрюлек и с важным видом отправилась обратно к печке, не дав мне и слова сказать. Путь ее пролегал через кухонный закуток мстительного варга. Я увидела, как тот лапой наклонил бутыль с маслом и усердно размазывал его хвостом по полу, театрально изображая нервное постукивание своей пятой конечностью. Не успела я выкрикнуть предупреждение принцессе, как она поскользнулась и упала, а кастрюлька с горячим содержимым… полетела в Снежка!

— У-у-у! — гневно взвыл он.

— Бедняжка! — фальшиво проворковала Мариша, кое-как поднялась с пола и схватила со стола первую попавшуюся тряпку.

Черт, она таки придавила ее к лапе варга, по которой обильно стекала мутная жижа.

— И чего он так орал? — недоуменно произнес братец. — У него даже следа от ожога через минуту не останется.

— Зирг, няня не умеет готовить и единственное, что она может сварить, так это свечи!

По его глазам увидела, что он ничего не понял, да и до Снежка пока еще не дошло, как он попал.

— Подвинься, дай я сам посмотрю, — буркнул орк, локтем отодвигая принцессу в сторону.

Мы с Маришей, предвидя, что сейчас произойдет, предпочли отвернуться, заодно плотно закрыв уши ладошками.

Раздавшийся вой превзошел по силе сигнал горна раза в три, и большинство присутствующих стремительно освободили помещение.

Да, восковая депиляция — это вам не шутки!

Принцесса убрала одну руку с уха, прислушалась, а потом нерешительно убрала вторую, я решила последовать ее примеру.

— Золотце, как-то подозрительно тихо, — прошептала она.

Пришлось повернуться.

Зирг и Снежок ошалело взирали на меховую тряпочку в руках орка.

— Идем, пока они не очухались, — пробубнила Мариша. — Давно хотела тебе кое-что показать!

Она подхватила меня под руку и потащила к выходу во двор.

— Рррр! — послышалось за спиной.

— Держите его! — воскликнула принцесса, запрыгивая на стол.

— Стоять! — приказала я варгу, грозно зыркнув на него и выставив вперед руку.

Обидно, он даже скорость не сбавил, а просто взял и перепрыгнул через меня.

— Ну чего ты злишься, мой сладкий? — проворковала принцесса, бросая в волка мелкую кухонную утварь. — Второй раз это будет совсем не больно!

И вроде бы Снежок приземлился удачно, на край деревянной лавочки, вот только никак не ожидал, что его тушка перевесит, стоящую на другом конце восьмилитровую бадью.

Я зажмурилась, не желая наблюдать, как коричневая кашица стекает по белоснежной шерстке разъяренного волка.

— Что это? — спросил Зирг, подойдя к варгу, коснулся пальцем жижи, посмотрел пристально, понюхал и вынес вердикт:

— Гадость какая-то!

Потом мой заботливый братик вытер руку о шерсть Снежка, остолбеневшего от второго нервного потрясения за последние десять минут.

— Это хна, а не гадость! — возмутилась Мариша, хватая тряпку, в очередной попытке помочь.

Но волк второй раз на эту уловку не попался и отскочил в сторону. И зря. Во-первых — обидел принцессу своим недоверием, а во-вторых — в тщетных попытках обтереться о каменные стены кухни его белоснежная шерстка приобрела бесподобный морковный цвет!

— Какая красивая шторка могла бы получиться, — проворчала Мариша, отчего у бывшего Снежка, а нынче Рыжика — задергался глаз, но с целью навредить он к ней больше не приближался.

Неожиданно на помощь невезучему варгу пришел Нарзок. Нависнув над ним, повар небрежно перекинул за спину свою тоненькую белую косичку, протянул ему флакончик с какой-то жидкостью и прокомментировал:

— У эльфов украл. Они этим волосы отбеливают.

— А это, случаем, не… — попыталась вклиниться я, почуяв что-то нехорошее, но закончить вопрос мне не дали.

— Золотце, смотри, какой изумительный желтый цвет дают корешки растений! — воскликнула моя проказница, схватила меня под локоток и потащила к столу с кастрюльками.

— Но…

— Шани, пусть взрослые дяди сами разбираются, а мне нужен твой совет, — проворчала она, подталкивая к самому крайнему котелку.

Мариша уверенно взяла деревянные щипцы и достала из него ядовито-желтого цвета ткань.

— Веселенькая скатерка может получиться, правда? — спросила она радостно.

Я начала заглядывать в стоящие на столе кастрюли, а затем и в многочисленные чаны и бочки, выстроившиеся на полу.

— Ты сдурела?! — выкрикнула я в итоге.

— А что тебе не нравится? — искренне возмутилась принцесса. — Я же сказала, что добавлю в жизнь орков красок!

— Ну, было дело, не спорю, но должно же присутствовать чувство меры!

— Я что, зря от эльфов все эти сушеные травки тащила?!

Да, Мариша может быть убедительной, когда хочет. Я и не представляла, что у нее имеется столько различных природных красителей. Сразу видно, план мести принцесса давно вынашивала, и когда в поход с Хашем отправилась, точно знала, что ей нужно получить от него. Не удивлюсь, если она еще что-нибудь экстраординарное привезла оттуда.

— А красители качественные? — так, на всякий случай поинтересовалась, вдруг отстирать еще можно.

— Натуральные красители всегда качественные! — гордо заявила принцесса.

Звучит как смертный приговор.

— Кстати, а ты знаешь, что во флакончике, который шеф-повар дал варгу? — спросила ее.

— Жену дяди помнишь? — спросила Мариша, наблюдая, как несчастного оборотня уговаривают попробовать чудо-средство.

— Такую колоритную даму трудно забыть.

— А как мы ей отомстили за то, что она забрала мои фамильные украшения?

Я в ужасе вытаращила глаза, закрыв рот рукой. Если тогда нас по счастливой случайности не убили, ибо, после нашей малой шалости ей пришлось побриться наголо, то Нарзок попал по-крупному!

— Мариша, варг же его загрызет!

Принцесса глянула на меня, потом на орка, поморщилась, но все-таки решила успокоить свою нервную няню.

— Не думаю, он же главный повар, — привела она неопровержимый аргумент, но спустя мгновение, еще раз задумчиво посмотрев на чужую половину кухни, добавила: — Хотя… если так и произойдет, то нам это будет даже на руку. Идем!

* * *

Наш уход никто не заметил, уж больно все были увлечены процессом отбеливания варга, печальный итог которого нам с Маришей был заранее известен. Поэтому, воспользовавшись моментом, мы выскользнули на улицу.

На дворе в легком платье сразу стало холодно, но я все равно улыбнулась тоскливому дню. Только на землях орков такой суровый климат, ибо крепость Назургард расположена на севере, на горе Назур. К ней трудно подобраться: скалистая почва, извилистые серпантины и множество ловушек на подступах. Не зря орков считают талантливыми инженерами, одни их катапульты чего стоят. Да и толстые крепостные стены, выложенные из огромных булыжников, стесанных в гладкую скользкую поверхность, делали крепость неприступной.

Говорят, орки живут в пещерах, и легенды в некотором смысле не лгут, ибо замок уходит в самую глубь горы.

Я вдохнула бодрящий морозный воздух и посмотрела на хмурое небо, с которого, кружась, неспешно слетали белые снежинки.

— Сильно замерзла? Потерпи, сейчас будем на месте, — сказала принцесса.

Она схватила меня за руку и потянула по тропинке мимо каменных одноэтажных строений в сторону домика, который на общем унылом фоне казался сказочным.

Все вокруг такое серое, а на нем ярко-красная черепичная крыша, в окнах цветные витражи, и хотя стены этого жилища тоже были выложены из темного камня, оно не смотрелось таким грубым и мрачным, как остальные.

Преодолев три ступеньки, мы остановились у самого порога этого странного дома, принцесса улыбнулась мне, открыла дверь и гордо воскликнула:

— Моя теплица! Заходи быстрее, только обувь от снега отряхни!

Удивленная, я постучала ножками о порог и шагнула внутрь.

Дневной свет, проникающий сквозь цветные стекла с изображением цветов, делал это место поистине волшебным. В помещении пахло землей и еловыми ветками, повсюду были разбросаны большие шишки, а в печи потрескивал огонь. Все это создавало какую-то особую атмосферу, теплую, уютную и действительно сказочную.

Я неспешно направилась в конец помещения, но неожиданно остановилась. В центре комнаты, между выстроенных в два ряда сундуков, на полу лежала серая пушистая шкура, на которой, свернувшись клубочком, мирно посапывал во сне орчонок. Такой маленький, беззащитный… Улыбнулась, глядя на эту милую мордашку. В это время принцесса осторожно закрыла дверь, не желая разбудить малыша. Я опустилась рядом, укрыла его краем шкуры и, повернувшись к Марише, шепотом возмутилась:

— Ты почему ребенка одного оставила?

— Здесь его никто не побеспокоит, все знают, чей это домик, поэтому гостей тут не бывает, впрочем, как и в моей башне, но оставлять его там мне не захотелось, здесь куда уютнее и красивее, согласись? — тихо ответила принцесса, подходя ближе и тоже опускаясь на шкуру.

Трудно не согласиться, только одного не пойму, орки ее действительно так боятся, что старательно избегают общения, или все-таки у их поведения есть другие мотивы?!

— Ты права, — кивнула, помня реакцию орков на появление этого малыша у нас, и решила сменить тему: — А в замке другие витражи устанавливают…

Я поднялась с пола.

— Угу, их вчера путем проб и ошибок восстановили из разбитого стекла, — буркнула принцесса, вставая следом. — Не любят они меня, взяли и разбили все вдребезги. Эти чудом уцелели, и то потому, что их в это время Хаш устанавливал.

Я даже остановилась, так и не дойдя до ближайшего сундука с землей.

— Хаш? — изумилась я, зная, что орки люто ненавидят эльфов и все эльфийское.

— Ну да, — пожала она плечами. — А что в этом такого? Его кстати не так уж и трудно было уговорить, достаточно попросить посидеть с ребенком, и через две минуты он уже сам умолял меня разрешить помочь.

Что-то не верится!

— Да? — я подозрительно прищурилась.

— Да! И чего ты так этому удивляешься? — возмутилась Мариша, открывая крышку ближайшего сундука доверху наполненного плодородной землей. — Знаешь, сколько времени мне пришлось малыша уговаривать, что бы он описался? Понарошку, разумеется. Еле уговорила его мешочек с водой в кармашек положить, но видела бы ты лицо Хаша в этот момент, я той растерянности в его глазах никогда не забуду!

М-да, мне это даже трудно представить…

— Ну, что сажать будем? — сменила принцесса тему разговора.

— В одном из сундуков припрятан мешочек с семенами, правда там их немного, но для начала и этого хватит! — обрадовала я ее, вспомнив, как в последнюю минуту перед отправлением забежала на кухню, насыпав внутрь кожаного мешочка семена укропа, тыквы, зерна пшеницы, гороха, кукурузы и многого другого. Жаль только, количество этих семян было ничтожно малым, кто же знал, что у нас появится шанс все это вырастить.

— Няня, тремя семечками, что ты прихватила, стадо орков не накормишь! Смотри, что я раздобыла у эльфов.

И почему я этому даже не удивляюсь?..

Мариша прошествовала к дальней стене, вытащила из нее приличных размеров камень и достала из скрытой ниши белый сверток.

Из любопытства подошла ближе, наблюдая, как принцесса разворачивает бархатную ткань.

— Там золото? — усмехнулась я.

— Ага, эльфийское! — улыбнулась мне Маришка, доставая на свет небольшой хрустальный ларец на серебряных ножках.

Я ахнула от восхищения, прикоснувшись к прозрачной крышке, украшенной тоненькой витиеватой веточкой виноградной лозы, листья которой покрывала зеленая эмаль.

— Что это? — спросила, как только Мариша открыла этот шедевр эльфийского мастерства, внутри которого, оказалось множество разноцветных бархатных мешочков.

— Сама посмотри!

Точно — эльфийское золото! Заглядывая в каждый тканевый кармашек, находила там семена различных растений. Но семена не простые, а пропитанные магией светлых.

— Неси воду! — воскликнула восторженно. — Сегодня на ужин у нас будут свежие овощи!

Принцесса радостно сомкнула ладошки и мышкой юркнула на улицу. А я, снова устроившись на меху, приступила к тщательному отбору благородных растительных культур.

И, о, ужас! Кроме семян тыквы, огурцов и томатов, ну и, конечно, семечек подсолнуха, все остальные оказались мне незнакомы. Решила поступить проще, выбрала самые красивые, необычные, а некоторые даже полосатые, и приступила к погружению их в грунт.

Спустя некоторое время дверь распахнулась, и в теплицу вошла Мариша, неся полный бурдюк и несколько свечей.

— Вода? — поинтересовалась у нее.

— Вино! — грустно констатировала она.

— А вода?

— Эм… чистой нет, только с красителями.

— А… — протянула недоуменно.

— На речку я не пойду! Там орки голышом бегают, — выпалила принцесса и шепотом добавила: — Очень злые.

Да, прозвучало достаточно пугающе.

Я прищурилась подозрительно, это ж откуда у нее такие сведения?

Мариша выражение моего лица поняла правильно, поэтому поторопилась объяснить:

— Мне Зирг сказал, у них там лагерь разбит.

Тяжелый вздох был ей ответом.

Придется поливать растения винцом, а завтра с братцем договорюсь, и он нам воды сюда принесет, желательно сразу целую бочку.

— А что это за полосатики? — поинтересовалась Мариша, ткнув пальцем в мою ладошку.

— Не знаю, в красном мешочке были, посадим их возле входа, а потом посмотрим, что вырастет. Если что — выдернем и выкинем.

— Давай, — согласилась она, забрав у меня оставшуюся половину семян.

* * *

На небе взошла полная луна, рассеивая своими лучами мрак, в который погрузилась крепость. Ярко засверкали звезды, словно крупные драгоценные камни, и создалось впечатление, что стоит протянуть руку — и спокойно сможешь дотянуться до них.

— Уже ночь? — спросила я у Мариши, засыпая последнее семечко грунтом.

— Скоро ужин, здесь рано темнеет, — ответила она, зажигая заранее приготовленные ею свечи.

Значит, надо торопиться. Надеюсь, Азгорд еще не знает о том, что меня нет в комнате.

Подхватила бурдюк и по капельке приступила к орошению земли, из недр которой сразу потянулись пропитанные магией зеленые ростки. Думала, они только взойдут, но нет — стебельки начали стремительно набирать силу, переплетаться между собой, сползая вниз по сундукам. Пришлось даже отступить в сторону, чтобы не мешать растениям. Появились первые цветы, в мгновение ока превращающиеся в сочные плоды.

— Ух ты, тыковка! — запрыгала принцесса от радости, хлопая в ладоши, наблюдая, как та увеличивается в размере, приобретая рыжий оттенок.

— Тише! — шикнула я на нее, но поздно, малыш проснулся и, потерев кулачками глазки, начал удивленно озираться.

— Привет! — сказала я ему. — А мы тут шалим немного, хочешь с нами?

Орчонок кивнул головой, соглашаясь, а я продолжила творить чудеса, орошая вином семечко за семечком.

— Это помидор, — сказала Мариша, подведя кроху к только что появившемуся растению. — Его можно кушать.

Ребенок понял буквально, выдернул куст и стал запихивать его в рот.

— Фу-у-у, — выплевывая горькую зелень, прокомментировал орчонок, попутно вытирая язык рукавом.

— Глупенький, едят плоды, а не ботву!

— Мариша, отстань от него, лучше полей последние семена.

— Полосатиков?

— Да.

Принцесса забрала из моих рук бурдюк и неэкономно вылила все его содержимое в сундук.

— Готово! — воскликнула она, внимательно разглядывая землю.

— Молодец, — похвалила принцессу, подошла к ребятенку и, присев перед ним, поинтересовалась: — Малыш, а как тебя зовут?

Молчит, нахмурился, прям как взрослый орк, и ведь не видела его совсем ничего, а чувство, что он уже подрос немного, хотя чему я удивляюсь, у каждой расы свои особенности.

— Что-то не растет ничего, — разочарованно пробормотала Мариша, не отрывая взгляда от сундука.

Я оглянулась. И правда.

— Пойду на кухню, еще вина принесу, — сказала она и, бросив мне пустой бурдюк, скрылась за дверью.

Я снова повернулась к орчонку.

— Так как тебя зовут? — повторила вопрос.

Опять молчит, сжался весь. А мне его так жалко стало, притянула малыша к себе, обняла, пусть он и страшненький, немного не пропорциональный, а все равно ребенок.

Замер, не дышит.

— Зорэк, — нерешительно пробормотал он.

Отстранилась немного.

— Зорэк, ты теперь наш, — твердо произнесла, заглянув в его глаза, полные грусти, в которых неожиданно отразился ужас.

Он начал пятиться назад, потянув меня за собой.

Удивительно, сам маленький, а силы в ручонках немерено, хотя, возможно, он старше, чем я вначале предположила.

— Бежим, — еле слышно прошептал он.

Куда бежим, зачем бежим?

Медленно повернулась к двери, ожидая увидеть там самого страшного и грозного орка. Нет, ну а кого еще так сильно мог испугаться ребенок? Конечно же, моего супруга.

От увиденного непроизвольно икнула.

— Ик… — словно дразнясь, выдал следом зубастый… цветочек!

Тенькнула мысль в голове, что нас с малышом сейчас как минимум покусают, как максимум съедят живьем!

Зорэк снова потянул меня за руку, и мы начали отползать, стараясь не делать резких движений, дабы не спровоцировать монструозный цветок.

Хлопнула входная дверь. Ох, как не вовремя Мариша вернулась.

— А вот и я! — радостно воскликнула она, держа в руках бурдюк.

— Беги! — прошептала, так как голос сел от страха.

Мариша посмотрела на нас, потом на растения огромной величины. Перевела взгляд на толстые стебли, которые, я думаю, и секирой с одного удара не разрубишь, оценила большие листья с шипами и алые бутоны, похожие на створки ракушки, с большими острыми зубиками, торчащими из слюнявых пастей.

— Ик, — сказала принцесса и, откупорив бурдюк, сделала большущий глоток.

— Мариша! — прорезался у меня голос от возмущения.

— А сколько мы семечек посадили? — спросила она, проигнорировав мое восклицание.

— Два, — прошептала я.

Слава богам, что у каждого ростка было всего по одному кровожадному цветку!

— Вы пачкаете мой пол! — возмутилась Мариша, наблюдая, как из их пастей капает на доски вязкая темная жидкость.

Вот что значит «пьяному море по колено», ибо замахнувшись бурдюком, она врезала по первому растению!

Бедняга взвыл и, уткнувшись в плечо другу, начал жаловаться, хлопая челюстями, при этом тыкая листочком в сторону обидчицы.

Товарищ избитого монстра терпеливо выслушал, отодвинул его в сторону и цокнул челюстью прямо перед носом принцессы, за что тут же получил по зубам.

— А ну, быстро в ящик забились, алкаши переростки! — рявкнула на них Мариша, которая, кстати, тоже была далеко не трезвой.

Недаром говорят «у страха глаза велики!». Монстры-полосатики оказались не такими уж и огромными, так как удивительным образом свернулись плотным клубочком и приняли единственно верное решение в данной ситуации — «залечь на дно», напоследок обиженно хлопнув крышкой сундука.

— Не, ты видела? — возмутилась Мариша, бросив бурдюк на пол. — Я, принцесса Руссгарда, собственноручно надраила тут полы, а они заляпали мне их какой-то дрянью!

Крышка слегка приоткрылась, и оттуда медленно выползло зеленое щупальце.

— Ну и как это теперь оттирать? Фу, гадость какая… — продолжала ворчать принцесса, не обращая ни на что внимания.

Щупальце плавно спустилось на пол и потихонечку направилось к Марише.

— Ма…

— Вот и я говорю! Беспредел! — перебила она меня.

— Мариша! — рявкнула я.

— Что?

Поздно, страшное щупальце схватило… бурдюк, и кряхтя, утащило его к себе в сундук.

— Нет, ты видела? Им еще и мало, пьянчуги! — возмутилась принцесса.

А я выдохнула с облегчением и успокаивающе улыбнулась орчонку, который до сих пор крепко держал меня за руку.

— И кто это теперь будет вытирать? — все так же продолжая стоять над лужицей и уперев руки в бока, проворчала она, обращаясь к цветикам.

Из сундука снова вынырнуло щупальце. Выбросив на пол уже пустую тару от вина, растение подползло к принцессе, дернуло ее за рукав, оторвав приличный кусок ткани, и невозмутимо вытерло лужу. Затем вручило принцессе использованную тряпочку и снова удалилось в сундук.

Мы с малышом хихикнули.

— Каков наглец… — прошептала моя подопечная.

— Идемте-ка отсюда, — сказала я.

— А овощи?

Из сундука послышался красноречивый храп.

— Ладно, я потом сюда с Хашем приду, или лучше с Нарзоком, — задумчиво протянула принцесса.

Мы с Зорэком быстренько, бочком-бочком, плотно прижавшись друг к дружке, обогнули храпящий ящик на максимально большом расстоянии.

— Бу! — послышалось от зубастого бутончика, наблюдавшего за нами в щелочку приоткрытого сундука.

Нас как ветром сдуло из теплицы, и мы рванули в замок.

* * *

Расставшись в темном коридоре с Маришей и Зорэком, я побежала в свою комнату. Ведь если пока в замке не поднята тревога, мое отсутствие Азгордом не обнаружено. Но не тут-то было…

— Где она?! — послышался разгневанный голос супруга из-за угла, за последним поворотом.

Замерла, вжавшись в холодную каменную стену.

— Зирг… он приходил, — сдавленно прохрипели в ответ.

— Кого-то потерял? — лениво поинтересовался мой братец.

Звук падающего тела и разъяренный рык подтвердили мои самые худшие опасения.

Мужской логике нет предела, вначале вытрясут друг из друга все мозги, а уж потом догадаются поговорить.

— Где она?! — снова прорычал Азгорд, под сопровождение лязга металла и звон бьющегося стекла. Значит, вазу в коридоре все-таки разбили.

— Она должна быть в комнате! — неуверенно ответил Зирг, отбиваясь.

— Ее там нет! — зловеще прошипел супруг.

Седьмое чувство подсказывало, что мне лучше переодеться перед встречей с мужем, дабы лишний раз не провоцировать. Поэтому, выглянув и убедившись, что они кубарем удаляются, стремительно направилась в свои покои.

На полу перед дверью по-прежнему лежали двое орков, упорно изображающие трупики, но глазки их дергались, значит, приходят в себя. Аккуратно наступив на того, кто заблокировал проход, спрыгнула перед массивной деревянной дверью. Лежащий у стены орк удивленно приподнял голову и уставился на мое местами порванное, грязное платьице. Все же с землей возилась, а это, как оказалось, не так уж и просто.

— Умри, — приказала ему.

Он, секунду подумав, решил, что таки да, изображать труп в данный момент для него куда безопасней, поэтому, закатив глаза, имитировал предсмертные судороги.

Вбежав в комнату, плотно закрыла за собой дверь, огляделась и, прижавшись к ней спиной, съехала на холодный пол.

Итак, меня искали, тщательно, с особым рвением, а возможно, и с желанием придушить…

Тряхнула головой, отгоняя плохие мысли.

Нужно срочно переодеться!

Решительно встала и, аккуратно приподняв подол платья, стараясь ни за что не зацепиться, перешагнула через оторванную крышку сундука. Сняла воздушный наряд, обогнула кресло, подняв с пола свои кожаные бриджи, сбросила обувь и сразу натянула их на себя. Подхватила перешитую рубашку супруга, надела ее и еще раз огляделась. Вот и зачем надо было разбрасывать все мои вещи? Зачем кровать перевернул, шкуры содрал со стен? Благо, эльфийский сундук не тронул, только свой разворотил.

Обмотала широкий кожаный пояс вокруг талии, подражая Марише и, решив, что так будет лучше, бросила платье в горящий камин. Оно вспыхнуло, заискрилось, зашипело, окрасив пространство вокруг яркими красками, ослепляя и в то же время завораживая. Отвела взгляд в сторону. Так горит только особая эльфийская ткань, сотканная из магических нитей, переплетенных с тончайшими нитями шелка.

«Кажется, я поторопилась от него избавиться!» — подумалось с грустью, но сделанного уже не вернешь.

С улицы раздался звук горна, и топот тысяч строящихся в шеренги воинов нарушил ночную тишину.

Я схватила черную меховую жилетку и понеслась на улицу.

— Что происходит? — спросила Мариша, столкнувшись со мной у порога.

— Не знаю, — ответила ей.

Она попыталась заглянуть мне за спину, но затрубил второй горн, значит, не только Азгорд собирает своих воинов, но и Зирг.

— Бежим! — воскликнула я, хватая ее за руку.

— Может, не надо? Пусть сами разбираются, — буркнула принцесса, но увидев мой хмурый взгляд, сразу пошла на попятную: — Хотя… отличный повод собрать всех за ужином! Кстати, ты варга нашего не видела?

— Нет, идем быстрее! Мы обе знаем, что он будет зеленым, — как оказалось, хна не дружит с химией, и результат получается неожиданным и жутко стойким.

— Это да, но у них алхимик в подземелье сидел и, насколько мне известно, на данный момент он пропал!

— Мариш, золотце, давай потом варга поищем…

Принцесса всегда понимала меня с полуслова, поэтому, улыбнувшись, уверенно потянула навстречу глобальным разборкам, а мне что-то резко перехотелось туда идти. Я начала опасливо оглядываться, и с каждым шагом холод все сильнее окутывал тело.

— Стой здесь, я узнаю, чего там у них, — дала распоряжение принцесса и толкнула меня в темный угол за дверью, из которого в щелочку просматривалась вся площадь.

Мариша летящей походкой направилась к Азгорду, проплывая между двумя рядами орков, стоящих с факелами в руках.

— Что здесь происходит? — громко спросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Азгорд окинул принцессу гневным взглядом и, не ответив, раздраженно развернулся к ней спиной.

Плохо дело.

К Марише подошел Зирг, что-то сказал. Она удивленно открыла рот, но через секунду совладав с эмоциями, злобно зыркнула на Азгорда и направилась обратно.

— Ну, что там происходит? — схватила я ее за плечи.

— Меня отстранили от должности няни!

— За что?! — выкрикнула возмущенно.

— «За халатное отношение к своим обязанностям!» — процитировала она. — Оказывается, тебя похитили, а я об этом даже не знаю. Как следствие, меня сделали главной виновницей!

— Мариша, ты о чем? Я же здесь!

— Вот именно! — Она схватила меня за руку и потащила в самую гущу событий.

— Золотце… ты чего удумала? — начала я сопротивляться, но Мариша не собиралась меня отпускать.

— Хотела с ними по-человечески, а они… — обиженно пробубнила девчонка, подходя к Азгорду, и во всеуслышание заявила: — Вот моя подопечная, которую вы потеряли в своей спальне!

Мне сразу так капелек своих захотелось, успокоительных…

— И раз все в сборе, через полчаса жду на ужин. Всех! — закончила принцесса свою речь и, чеканя каждый шаг, направилась в замок, потом остановилась и кинула через плечо: — Золотце, ты чего застыла?! Идем, а то они тебя снова потеряют!

Ноги стали ватными. Вся эта ситуация мне совсем не нравилась. Из двух зол нужно всегда выбирать меньшее. Оставаться рядом с гневным супругом, который откровенно испепелял меня взглядом, не хотелось. Но и Мариша молодец, ударила его по самому больному — мужскому самолюбию! Кто же захочет признать, что не заметил свою жену в своей же комнате?..

Бросила короткий взгляд на окаменевшего Азгорда и, больше не колеблясь, рванула за принцессой.

— Шани! — гаркнул он, и я застыла, скованная черной магией, которая забурлила по моим венам, вызывая оцепенение.

— Что? — пискнула я.

Тишина повисла над площадью, лишь тихое потрескивание горящих факелов нарушало гнетущее молчание.

Мариша тоже остановилась и, развернувшись, сложила руки на груди.

Азгорд подошел ко мне, взял за плечи, и я зажмурилась от страха, вдруг ударит…

— Посмотри на меня, — приказал он.

Открыла глаза, и на них против моей воли начали наворачиваться слезы.

— Где ты была?

— В теплице с Маришей, — призналась я.

Взгляд мужа немного смягчился, но по-прежнему оставался серьезным.

— Хаш, отведи ее на кухню, — буркнул супруг, разрешив мне пока не возвращаться в разгромленную комнату и побыть с принцессой.

Мы шли под гробовое молчание, спиной ощущая напряжение, повисшее в воздухе.

— Боюсь даже представить последствия, если кто-нибудь опоздает на ужин! — подумал вслух Зирг, усмехнувшись.

Как только он это произнес, все орки наперегонки, толкаясь и пихаясь, ринулись в замок, при этом отбрасывая друг друга назад, кто за шкирку, а кто за волосы.

Азгорд громко выругался на черном наречии.