Глава 22-1

Хэмлин

Было слишком много знаков. Слишком. Но я не обратил внимания ни на один из них. Она так спокойно восприняла весть об отъезде в дальнее поместье, что я именно в тот момент должен был понять всю глубину бездны, в которую мы угодили. Но я был ослеплён её спокойствием и… Да зацепила она меня, зачем придумывать глупые оправдания? Поэтому я, как последний глупец, смотрел то на тонкий стан её, то на белоснежные локоны, то на губы, что то и дело изгибались в насмешливой ухмылке, доводя меня буквально до бешенства, или экстаза, тут я ещё толком не определился.

А нужно было думать о другом. Например, кто же так упорно нападает на мою супругу? И зачем она искала информацию о магическом договоре? Конечно, мне польстило то, что она решила прочитать книгу о том, как должно вести себя идеальной супруге, но на тот момент я уже слишком хорошо изучил её. Поэтому ночью того же дня вернулся в библиотеку и перепроверил книги. Тогда-то я и узнал о договоре, вот только что было его предметом разгадать не смог, а если быть точным – не пожелал разгадывать, увязнув в ревности к самому себе.

Теперь же, видя как Аннэт борется сама с собой, картина сложилась в единое целое. Джошел, действительно, хотел, чтобы я отдал ему шахты в пылу агонии из-за случившегося, но я «протрезвел», если так можно выразиться, слишком рано. И на этот случай у него был запасной план. Чего проще? Заставь племянницу заключить с ним договор, по которому она обязана убить собственного мужа и дело решено. При этом чужими руками, что немаловажно. Коннор только в выигрыше.

Не удивлюсь, если бы после всего Аннэт объявили бы виновной и упекли за решётку, а может вовсе – сразу отправили бы на плаху.

Но девушка не хотела в этом участвовать. Поэтому и согласилась уехать, и так отчаянно сопротивлялась сущности, что требовала исполнения договора. Я видел в её глазах тьму, с которой не каждый маг мог бы справиться, а она, девушка без мельчайшей искры дара, смогла.

Большего идиота, чем я сам, найти будет крайне сложно. Я мог бы обрести в её лице надёжную союзницу, поведи себя с самого начала иначе. Сейчас же для неё я был последним гадом, и ещё не понятно, что мне нужно сделать, чтобы завоевать её доверие. Обещание помочь с приютом не очень-то её воодушевило.

Я смотрел на то, как она бережно держит маленькую девочку, как шепчет ей успокаивающие слова и хотел точно так же взять её на руки, прижать к себе и пообещать, что всё обязательно будет хорошо.

– Нам нужно поговорить, – бросил, вместо пустых обещаний.

Девушка вздрогнула, и девочка на её руках тоже. В ясных глазах зажглось недоверие и даже страх. Но она быстро справилась с собой и равнодушно пожала плечами:

– Раз надо, значит поговорим, – потом обратилась к девочке и попросила: – Сбегай пока к Вистере, а я скоро приду, хорошо?

Аделия уходить явно не хотела, но, тем не менее, послушно кивнула и спустилась на пол. Но, прежде чем уйти, ещё раз крепко прижалась к ногам Аннэт. Та звонко поцеловала её в макушку и легонько подтолкнула к выходу.

– Так о чём ты хотел поговорить? – спросила девушка спокойно. И не скажешь, что минуту назад в её глазах горел страх.

– О договоре, – сказал прямо.

Аннэт улыбнулась и покачала головой:

– Я же уже ответила, что ничего не могу тебе сказать…

Я перебил её:

– Говорить буду я, а ты будешь слушать. И только в том случае, если я не прав, то поправишь меня, хорошо? – я старался говорить располагающе, но судя по тому, как Аннэт прищурилась, мои слова она восприняла совсем не как просьбу, а скорее как приказ. Но она промолчала. Осторожно кивнула, и прошла к кушетке, на которой не так давно лежала без сознания.

Только подумать, в этом приюте даже лекаря не было! А я надеялся, когда вёз её сюда, что здесь ей могут оказать хоть какую-то помощь. Хорошо, рядом была Вистера. Она долго хлопотала над девушкой, хмурилась, порой даже ругалась, но делала это тихо. Наконец, спустя час, когда я уже был готов прямо под проливным дождём отправиться за лекарем, она сказала, что с Аннэт всё хорошо. Ей просто нужно отдохнуть. И вправду, дыхание жены выровнялось, она перестала метаться по кровати и уснула спокойным сном.

Теперь же я собрался устроить ей допрос. Заботливый муж, ничего не скажешь, но… Другого выхода у меня не было, лучше решить всё сейчас.