Глава 31

Вот только бегать и искать виновных, как того просил Артур, я не перестала, поэтому уже на следующий день я уехала, решив переждать несколько дней и основательно подумать без давления Артура. А его давление было сильно, ведь даже рассказав мне все, как было на самом деле, муж не спешил признаваться, что был не прав по отношению ко мне.

Между нами возникла стена недопонимания: Артур не понимал, почему я не лечу радостно в его объятия, забывая обо всем на свете, а я не понимала, сколько еще он собирался скрывать от меня то, что было для меня так важно. И собирался ли он вообще — рассказывать?..

Все эти несколько дней, которые были мне необходимы, я находилась у Леры, жены Игоря. Тайно.

Был второй вечер.

— Лера, с кем ты там разговариваешь, я не понял? Я ведь не первый раз слышу голоса…

Подруга вздрогнула и резко зашевелилась, пытаясь поднять с кровати и меня.

— Эля, срочно прячься! Прячься, Игорь сюда идет…

А я не могу прятаться, у меня нет даже сил, чтобы встать с дивана и убежать в ванную и запереться там в шкафу.

— Элька! Игорь же сейчас увидит тебя!

Но, мне кажется, я слишком погрузилась в себя, чтобы понять все происходящее. Проходит минута, прежде чем Игорь поднимается по лестнице и резко распахивает дверь в комнату, которая давно не использовалась в их доме и служила чем-то вроде комнаты для гостей.

— Какого черта ты заперлась в этой спальне, Лера? И я повторяю вопрос: с кем ты тут разговариваешь? Ээ… Эля?!

Я продолжаю лежать на коленях Леры, слушать ее ободряющие слова и советы, вот только Лера не перестает перечислять аргументы в защиту Артура, отчего я расклеиваюсь еще больше.

— Эля, Эля! А ты кого еще хотел здесь увидеть, муж, ревнующий меня к каждому столбу?!

Игорь не реагирует, только сканирует меня взглядом.

— Все это время Эля была здесь?

Хмурый взгляд Игоря прошелся по нашим фигурам, и выражение его лица не сулило нам ничего хорошего. Насколько Лера может подействовать на своего мужчину, чтобы тот не выдавал меня? Если он хоть немного похож на Артура, значит, все это обречено на провал, и он непременно выдаст меня.

— Да, — выдыхает Лера.

Я занимаю вертикальное положение:

— И что теперь? Ты выдашь меня ему?

Лера прищуривается и смотрит на Игоря исподлобья:

— Конечно же нет! Игорь ведь не хочет, чтобы…

Лера начала придумывать разные способы шантажа, но на Игоря, похоже, не действовали эти женские штучки. Он только лишь сильнее распалялся.

— Что за цирк вы здесь устроили? Эль, Артур ищет тебя уже несколько дней, и все это время Лера укрывала тебя в нашем доме?

За несколько секунд Игорь преодолевает между нами расстояние, хватает подругу за руку и выводит ее из комнаты. Очевидно, он очень зол, ведь настроение Артура точно передалось и ему.

Супруги начинают спорить, а я медленно прихожу в себя, взъерошиваю волосы и оглядываю в зеркале свое отражение. Я провела эти несколько дней в спокойствии, полностью погруженная в свои мысли, а вот Артур… как он провел это время? Наверняка в беспокойстве. Волнение охватывает меня.

— Что ты делаешь?! Отпусти меня!

— Ты понимаешь, что ты вмешалась в их семью, Лера? Она его жена, пусть разбирается с ней сам.

— Вот так и начинается домашнее насилие! Она его жена, пусть разбираются сами, не лезь не в свое дело и…

— Какое насилие, Лера? Артур и пальцем ее не трогал! И да, мы не имеем права вмешиваться, Лера. Если бы ты скрывалась от меня, а мой друг бы знал и покрывал тебя, я бы свернул ему голову и тебе бы по ней навалял!

— Это женская солидарность называется! — насуплено заявляет Лера, — я не могла поступить иначе, Игорь!

— Хватит, Лера. Я обязан сообщить Артуру о ее местонахождении, иначе, как говорится, не сносить нам с тобой головы.

— Нет! Эле нужно было подумать. Всего несколько дней, Игорь.

Не в силах слушать, как они распаляются еще больше, я выхожу. Лера схватила Игоря за руку, и в ее глазах отразилась мольба.

— Прекратите, пожалуйста. Я уйду.

— Куда ты уйдешь, Эля? — подбирается Игорь.

— Игорь, не нужно сообщать ему, что я здесь. Пожалуйста, — прошу я.

— То есть возвращаться ты не планируешь?

Прищуренный темный взгляд впился в меня не хуже, чем впиваются глаза Артура. Я почувствовала себя ребенком рядом с ним, мы обе вместе с Лерой почувствовали себя беззащитными.

— Я не могу отпустить тебя на ночь глядя. С утра делайте, что хотите, — бросает он.

Не дождавшись ответа, Игорь уходит, рассекая пространство широкими шагами. Он спустился вниз.

Лера беспомощно кусает губы

— Он расскажет?

— Дело в том, что я не знаю. Я никогда не видела Игоря таким… гневным. Видимо, настроение Артура полностью передалось ему, а Артур сейчас, вероятно, рвет и мечет.

Я киваю и захожу обратно в спальню. Как уже сказала Лера, мне нужно было лишь несколько дней, чтобы принять эту ужасную правду. Я не могу остаться к ней равнодушной, потому что она касается меня, и я не могу отказаться от нее и сбежать от Артура, потому что нас связывает нечто большее, чем не остывшие за годы чувства. Нас связывает результат этих чувств, и что бы я ни думала, куда бы я ни бежала, внутри себя я всегда возвращаюсь к одной мысли: у нас будет ребенок, и я не способна на побег. Я… люблю Артура, но пока я не научилась жить с этой правдой.

Мне было нужно всего лишь несколько дней. Подумать без давления, что оказывал на меня Артур, однако…

Однако выбора мне не предоставили.

Я встала пораньше, чтобы в выходной день не нарваться на и без того в эмоциях Игоря и уйти, поблагодарив Леру за ее помощь. Она помогла мне принять взвешенное и адекватное решение, и, если бы Игорь только знал, сколько аргументов она приводила в пользу Артура, он бы однозначно подобрел. Но пока он видел в Лере лишь ту, которая помогла сбежать жене его лучшего друга, и только мы с ней вдвоем знаем, что это было не так.

Я не собиралась сбегать, сегодня утром я достала телефон, чтобы позвонить Артуру и сказать, что скоро я вернусь. Однако, как теперь объяснить это Артуру, вломившемуся в мою временную спальню?

Я вышла из душа, вытирая полотенцем мокрые волосы. В зеркале я заметила, как сильно они потемнели от воды — от рыжего ближе к каштановому, но не от этого мое сердце билось о ребра как бешеное. В зеркале я увидела Артура, сидящего в кресле позади меня. Расслабленная поза, вытянутые ноги, а в его руках был мой телефон, который он крутил как ненужную вещь.

На дрожащих ногах я поворачиваюсь, сжимая в руках влажное полотенце. У двери стоит моя сумка, из душа я вышла уже полностью одетая, готовая вскоре покинуть дом и вернуться к себе. В моих глазах стоял страх от внезапного появления Артура, но он, конечно, прочел все задом наперед и расценил все совсем иначе:

— Сумку собирала впопыхах, из душа вышла одетой, а сердце сейчас выскочит из груди, потому что твой побег накрылся медным тазом?

Я хочу сказать, что он все не так понял, и я бы не поступила столь опрометчиво — не разрушила бы нас снова, но мрачный взгляд Артура заставляет меня закрыть рот.

Артур перехватывает мой телефон и крепко сжимает его в руках, так, что костяшки его пальцев белеют.

— Тебе больше не нужен телефон, Эля.

Игорь меня сдал. Как изначально и планировал, ничуть не сомневаясь! Даже на ночь предложил остаться, чтобы с утра, пока Лера спит, Артур тихо и спокойно забрал меня. Хоть силой, хоть нет, ему было все равно, но Игорь не знал одного важного факта: я не хотела сбегать.

— Знаешь, почему? Потому что я выброшу его к чертям, оборву все связи с твоими подружками, а тебя привяжу наручниками к кровати, чтобы все твои тараканы в голове оставались только там, не имея возможности выбраться наружу.

Я продолжаю стоять на одном месте, наблюдая за тем, как родной мне человек превращается в монстра. Точнее, он хочет, чтобы я в это поверила.

— Чтобы в твою красивую рыжую головку никогда не приходили мысли о побеге!

Артур взрывается, резко встает с кресла и преодолевает расстояние между нами за считанные секунды. Я дергаюсь назад, но не в желании сбежать, а в секундном порыве неожиданности, но внезапно я упираюсь бедрами в стол. Жесткие пальцы Артура впиваются в мой подбородок и вынуждают посмотреть на него.

— Ничего не скажешь в свое оправдание?! В отличие от тебя, Эля, я изменился! А вот ты снова бежишь от меня, и не одна, твою мать! А с моим ребенком!

— Прекрати! — шепчу хрипло, удерживаемая его рукой.

Артур впился в мое плечо, не позволяя отвернуться или уйти. Он не в состоянии меня выслушать, как и я была не в состоянии выслушать его.

— Ты че творишь, Эля?! Ты реально думаешь, что имеешь право сбегать от меня?!

— Успокойся, и мы поговорим.

— Успокойся?! Ты, милая, похоже успокоилась! Уже с сумкой намылилась, спокойная вся такая!

Пребывая в шоке, я наблюдала за тем, как резкими движениями Артур хватает со стола Лерин фен, подключает его к розетке и обхватывает мое лицо своей широкой ладонью.

— Что ты делаешь? — охаю я.

И я нервно кусаю губы все то время, пока Артур орудует феном, трогает мои волосы и сушит их мощным потоком воздуха. Сейчас весь дом ведь разбудит… Но эти мысли отходят на второй план, когда он случайно или нет причиняет мне боль, иногда дергая запутавшиеся волосы. Они и так не были послушными, а сейчас он сушит их хаотично и даже не расчесав. Мне приходится глотать слезы и терпеть его грубые прикосновения к своим волосам, которые от мощного потока воздуха разлетаются в разные стороны, но Артуру, кажется, было все равно.

Я давно перестала узнавать доброе лицо Артура, мне казалось, что будь его воля, он бы дал мне пощечину — в такой ярости он пребывал. Закончив с сушкой, он бросил фен на стол, резкими движениями пригладил мою прическу вуаля восьмидесятые и приказал:

— С вещами на выход.

Я открыла рот, чтобы попросить обращаться со мной не как со сбежавшей заключенной, но ведь это был Артур. Совсем не добрый Артур. Увидев в моих глазах возмущение, он резко вскинул руку и приложил к моим губам несколько пальцев. Я было дернулась, но этот жест, жест скорее нежного порыва, выбил меня из колеи.

— Я ценю, что ты любишь спорить, но сейчас не стоит этого делать, Эля. Ты носишь моего ребенка.

— Нашего, — выдохнула шепотом.

— А это будет зависеть от твоего поведения, — рявкнул он.

Что?!

Пока я смотрела на его спину распахнутыми глазами, он подхватил мою сумку и вышел за дверь. Я оглянулась, чтобы посмотреть на себя в зеркало, но не узнала саму себя: бледная, испуганная, взгляд то и дело лихорадочно бегал от все еще влажных волос к дрожащим рукам, ведь ко мне пришло осознание моего поступка. Я сбежала, чтобы взять себя в руки, но выглядело это так, словно я вновь хочу повторить события нашей студенческой давности.

Не желая злить мужчину еще больше, я спустилась и вышла из дома следом за Артуром. Его напряженная фигура ждала меня у автомобиля, и мы встретились с ним взглядом.

— Быстрее!

Рядом с ним стоял Игорь. Лера точно спала.

— Прости, — шепнул Игорь одними губами.

Я молча сажусь на пассажирское сидение, дверь которой Артур так заботливо передо мной открыл. Но на этом заботливость заканчивается и начинается самый страшный разговор. Страшный, потому что я забыла, каким Артур может быть жестоким и пугающим.

Артур

Время было пять утра, когда в телефоне раздался звонок. Я не спал и сильно удивился звонку Игоря.

— Артур, забирай свою жену. Она спит у меня дома, у тебя есть несколько часов.

— В смысле у тебя дома? — мрачнею я.

— У нас с Лерой. Все это время моя прятала Элю, я узнал об этом вчера вечером, и Эля тут же хотела уезжать. Я запер дом, чтобы она осталась до утра.

— Я буду через 20 минут, — мрачнею еще больше.

Сбежать, значит, собралась? Утром. Куда дальше? Куда на этот раз, Элечка?!

Что вообще с тобой, черт возьми, происходит? Гормоны? Нет, этим ты не оправдаешься… Сам себя не помня от собственных мыслей, ровно через 20 минут я оказываюсь в спальне, до которой меня проводил друг. Чертовка! Познакомились же с Леркой на наши головы…

Еле нахожу, как включить этот дурацкий фен, включаю на полную мощность и пытаюсь быстро высушить ее длинные волосы. Черт бы побрал эти женские нюансы… но какие красивые нюансы! Чертыхаясь, я еще больше не понимаю, как женщины вообще сушат свои волосы. Я что-то неправильно делаю? Почему они разлетаются в стороны? Или это на эмоциях все катится к чертям?4f7b7c

Впрочем, такой злой я и был все эти дни, а когда Игорь позвонил мне, так вообще хотел голову открутить этой рыжей ведьме. Сразу по приезде. А сейчас вот даже волосы сушу, черт бы ее побрал.

В машине я не выдерживаю молчания первым, потому как Эля притихла и, судя по всему, даже не собиралась мне ничего объяснять. Что ж, тогда будем действовать радикально. Это и без силовых методов возможно, Эля.

— Знаешь, сколько раз я анализировал ошибки прошлого? Сколько раз, черт возьми, я их анализировал?! И тогда я понял одно: я лучше куплю загородный дом и запру тебя там навсегда, но никогда не повторю свою ошибку. Я не отпущу тебя.

Выдыхаю, отчеканив свою речь. Она снова молчит, и я сжимаю руль покрепче. За рулем я спокоен, потому что переживаю о ней, думаю об Эле и нашем малыше, а думала ли Эля обо мне, когда сбегала?

На светофоре я торможу и хватаю Элю за подбородок, чтобы повернуть ее к себе.

— Не любишь меня?

Дергается, прикрывает влажные глаза и кусает губы. Едем дальше, и тогда я мрачно бросаю:

— Ничего, стерпится и слюбится.

— Хватит, пожалуйста.

И все? «Хватит, пожалуйста?»

Продолжаю:

— Может быть, ты хочешь развод? — поджимаю губы, стреляя в нее взглядом.

— Не хочу.

— Отчего же? У нас есть совместное имущество, я ничем тебя не обокрал, однако, даже такие перспективы не помогут тебе забрать ребенка. Он останется со мной.

— Артур, ты в своем уме?!

Ее шепот сводит меня с ума. И я заканчиваю весь этот фарс.

Эля

Артур замолкает, только крепче сжимая руль. До дома мы добираемся в считанные минуты, так и не проронив ни слова.

Я не знала, правда ли Артур способен на все то, чем он грозился в машине, но где-то в глубине души я чувствовала, что за него говорили эмоции. Нами всегда руководили чувства, но сейчас мы, прожженные опытом, прекрасно понимаем, что врознь нам не жить, поэтому эмоции нужно вовремя приглушить. И оттого мы будем пытаться вернуть все любыми путями.

Да, Артур осознанно пошел на дело, которое закончилось трагично. Но можно ли сказать, что он лишил меня счастья? Кажется, что произошло все только наоборот: он лишил меня несчастья.

Эта мысль прочно закрепилась в моей голове, когда мы подъехали к нашему дому.

Едва мы оказались в квартире, как Артур схватил меня за плечи, так, что наверняка останутся следы, а его взгляд поймал мои испуганные глаза.

— Успокойся, — выдохнул он.

— Это сложно сделать после всех слов, что ты мне сказал. Ты мне угрожал, Артур.

— Если по-другому ты не понимаешь, Эля? Ты ведь хотела сбежать!

— Я не знаю, сможешь ли ты поверить мне, но меньше всего я хотела совершать ту же самую ошибку и сбегать от тебя, Артур. Мне нужно было время. Пожалуйста, отпусти, ты делаешь мне больно.

Артур тут же отнимает свои руки от меня и отходит на несколько шагов. Он все еще смотрит на меня из-под прищура.

— Если бы я хотела сбежать, я бы сбежала, а не отсиживалась в доме твоего лучшего друга. Я даже документы оставила дома, Артур. Посмотри, они лежат в нашем сейфе!

Артур уходит, но совсем в другую сторону, не к сейфу. Мы оба остаемся в одиночестве, чтобы через несколько часов попросить друг у друга прощения. Он — за то, что так долго от меня скрывал, за нарочное внушение страха и за свои слова, а я вновь пообещала ему никогда не сбегать. Впрочем, я и так не собиралась этого делать, потому что никого роднее Артура и нашего с ним малыша у меня не было.