Глава 42 Доверие

Мы вышли из машины. Артём взял меня за руку, и мы направились в ледовый дворец.

Я всегда считала, что доверие – это основа любых отношений. Поэтому, потеряв доверие к Артёму один раз, думала, что наша история закончена навечно.

И не смотря на то, что я уже сдалась его бесконечному напору. Не смотря на то, что я пустила его в нашу с Вадюшей жизнь…

Только сейчас. Чувствуя тепло его сильной ладони. Всё ещё терзаясь вопросами по поводу Джесс. Я решила довериться ему полностью.

Понимала, что это решение может дорого мне стоить.

Этот мужчина может разбить мне сердце. Снова.

И боюсь, после этого раза, оно уже никогда не начнёт биться вновь.

Мы шли по коридорам ледового, собирая взгляды случайных свидетелей нашего появления. И я чувствовала, как напряжение постепенно уходит.

Он держал меня за руку.

И это так много для меня значило.

Вадюша уже вышел из раздевалки, таща свой баул.

Как только сын заметил нас, его лицо озарилось широкой улыбкой. Он бросился к нам, и Артём отпустил мою руку, подхватил Вадюшу, кружа в воздухе.

— Папа! — громко закричал Вадюша, обнимая Артёма за шею. — Ты пришёл!

А меня снова пробрало на слёзы.

Артём засмеялся и поцеловал сына в щёку.

— Конечно, пришёл, — ответил он. — Как я мог не прийти?

Вадюша начал взахлёб рассказывать о своих успехах на льду, а я стояла рядом и улыбалась. Это было то, ради чего стоило бороться – наша маленькая семья

Я почувствовала, как тяжесть сходит с моих плеч, и мне стало легче, чем когда-либо.

Тренер подошёл к нам и, обращаясь к детям, сказал:

— Дети, вы знаете, кто это? Это Артём, он играет в НХЛ. Этот дядя достиг больших высот в хоккее, и если вы будете усердно тренироваться, то тоже сможете стать крутыми игроками.

Дети восхищённо смотрели на Артёма, а Вадюша светился счастьем, сидя у него на руках.

— Это мой папа, — сказал он, гордо выпячивая грудь.

Когда мы покинули ледовый дворец, Вадюша держал Артёма за руку, а я шла рядом, наслаждаясь моментом. Мне больше не нужно было тащить тяжёлый баул – Артём взял это на себя.

— Как дела в садике? — спросила я, когда Вадюша дорассказал про какой-то свой финт на тренировке.

Я, кстати, даже не поняла, о чём они говорят на своём хоккейном сленге.

— Хорошо, только Арина Петровна заболела и мне не дали играть с моими игрушками.

Я нахмурилась.

— Как это? Разве у вас там игрушки не общие? — спросила я.

— Ну помнишь, я говорил про разные машинки? Джип Чероке, Нисан Пафайндер…

— БМВ Икс Пять, — помог ему Артём.

— Ага, ещё Шивроле…

— Тахо, — подсказал он.

— И Туарег.

Я вскинула брови.

— Откуда ты знаешь, какие машинки у него в садике? — спросила я Артёма.

— Вадюша уже сто раз про них рассказал, — довольно ответил тот.

Доверяй. Доверяй. Доверяй.

Я повторила это слово, как мантру, и села в машину.

Мы поехали домой.

Господи, какое же это счастье — просто всей семьёй приехать в нашу квартирку.

Артём захватил с собой небольшую сумку с вещами. Вытаскивая её из багажника, он сказал:

— Я надеюсь, скоро всё устаканится, и мы переедем в местечко посвободнее.

Я испуганно оглядела наш двор.

Здесь было так привычно, так комфортно… Вадюша уже ускакал на детскую площадку.

— Да не бойся ты так, — усмехнулся Артём, обнимая меня за талию и ставя сумку на багажник своего авто. — Я не собираюсь рушить твою рутину и всё сразу менять. Просто эта квартирка для нас маловата.

Он был прав… Артём на моей кухне выглядел как крупный волк в маленькой клетке.

— Тебе какой район больше нравится?

— Этот, — сразу ответила я.

Артём улыбнулся и кивнул, поглаживая меня по спине.

— Хорошо, значит, будем искать здесь, — сказал он, и в его голосе было столько уверенности и спокойствия, что я почувствовала себя немного лучше.

Мы еле как забрали Вадюшу с детской площадки, вошли в подъезд и поднялись на наш этаж.

В прихожей Артём вдруг присел у моих ног и начал расстёгивать мне туфли.

— За женщинами всегда надо ухаживать, — сказал он Вадюше.

— Цветы дарить, да? Это ты маме купил? — прошептал сын, но я услышала.

— Да, — кивнул Артём, — я спущусь за твоим веником, — сказал он мне.

Я засмеялась.

— Спасибо.

Вадюша пошёл переодеваться, я направилась на кухню, чтобы поставить чайник, но меня отвлёк незнакомый звонок телефона.

Мобильник Артёма, лежащий поверх его сумки, разрывался.

“Джесси” — гласила надпись.

— Джесси, значит? — нервно сказала я вслух и взяла трубку.

— Hi babе! Before you hung up, I just wanted to tell you that I miss you very much. You are now with your family, with her… and I am very happy for you. Just…

[Привет, малыш! Пока ты не бросил трубку, я просто хотела сказать, что очень скучаю. Ты сейчас со своей семьёй, с ней… и я просто счастлива за тебя. Только…]

Она начала плакать в трубку, а меня будто саму залило её слезами. Будто она рыдала у меня на плече.

В этот момент в коридор вошёл Артём с моими цветами.

Я нервно подала ему телефон.

— Это тебя, — сказала я, пряча взгляд.

— Конечно меня, — сказал он хмуро, забирая трубку. — Вряд ли бы кто-то звонил тебе на мой сотовый.

Я сглотнула.

Он всучил мне букет цветов, приложил телефон к уху и вышел из квартиры.

Я услышала только, как он поздоровался с ней и сказал, что перезвонит через пару минут, потому что сейчас ему неудобно говорить.

И отдаляющиеся шаги, а потом хлопок закрывшейся двери подъезда.

И вместе с этим хлопком я словно бы сама очнулась.

— Мам, куда папа пошёл? — спросил Вадюша.