Глава 4

Лера. Вращая на столе колпачок ручки, смотрю в окно. Небо стремительно затягивает чёрными тучами, хотя ещё утром светило яркое солнце и на голубом полотне не было ни облачка. Гроза будет? По спине прокатывается волна колючих мурашек: я боюсь грозы с детства. Я что, выиграла в какую-то лотерею жизни сегодня? Иначе почему она проверяет меня через все мои уязвимости и фобии? Гром и Громов. Что может быть лучше для моей психики? Время тянется мучительно. Секундная стрелка настенных часов делает круг, царапая циферблат. А потом ещё круг, и ещё… Много-много кругов ада рядом с моим персональным сатаной. Это не стандартная летучка на двадцать минут, это масштабное собрание с освещением всех приоритетных тем, с которыми нам предстоит поработать. Тимур за час в офисе нашёл столько недочётов, что нас, кажется, проще закрыть, чем исправить. – …Особенно меня сейчас интересует развитие логистических альянсов, – Тимур перелистывает слайд, поворачивается к большому экрану с диаграммами. – Взглянем на статистику… Важный такой. Раздулся, как жаба. О чём он говорит? Я ничего не соображаю. Мне хочется сбежать… Резкий поток тёплого, пахнущего влагой ветра врывается в помещение, подкидывая жалюзи. Шелестит бумагами на столе и подхватывает газовый шарфик нашей кадровички, срывая с шеи. – Ой! – Пищит Елена Анатольевна. – Шарфик мой! Небо рассекает яркая молния. Гремит гром. Девчонки испуганно вздрагивают, чуть подпрыгивая на своих местах. Срываюсь, чтобы закрыть окно. Давлю на пластиковую раму, но она не поддается: ветер давит в мою сторону, создавая сильное сопротивление. Пару секунд неловко и совершенно не грациозно борюсь со стихией, буксуя на своих каблуках на глазах у ошарашенной делегации и коллег. Твёрдая рука ложится поверх моей на ручку рамы. Нажимает. Окно захлопывается. Свежий воздух смешивается в моих лёгких с плотным мужским парфюмом. – Спасибо, – туплю взгляд в пол. Тимур дёргает бровью и молча возвращается на своё место. Я семеню за ним следом. Мы ещё два часа разглядываем графики, слушаем об успехах коллег в других филиалах и с умным видом киваем на всё, что говорит Тимур. Наконец, совещание подходит к концу. Я к этому времени уже очень хочу в туалет! Но терпела, чтобы ещё больше внимания к себе не привлекать. Подрываюсь из-за стола самая первая. Не думай, Громов, что я из-за тебя смываюсь! Просто в ушах уже булькает. Бегу в конец коридора. – Лера, Лер, погоди, – ловит меня у входа в женский Света. Натянуто улыбается. – Я там договорчик отправила, согласуй, а? У нас с ней вечные контры и взаимная ничем не обоснованная неприязнь… Света – это ложка дёгтя в бочке мёда компании «Биолайф». Она улыбается, когда ей самой что-то нужно, но при этом и пальцем не пошевелит, когда речь идёт о её помощи кому-то. Делаю шаг в сторону, пытаясь пробиться к двери. – Свет, я позже гляну. – Мне срочно надо. – Всем срочно надо. – Мне очень срочно! – припадает спиной к двери. – Вот упадёт он в программу, тогда и согласую. В порядке очереди. Отойди. – Не отойду, пока не пообещаешь. Дёргаю дверь за ручку так, что Света по инерции пробегает на своих шпильках пару метров вперёд. – Дурная, – шипит себе под нос. О, как мне уже наплевать на всё! Я просто на грани. В туалете закрываюсь в кабинке. Пытаюсь отдышаться, потому что у меня стойкое ощущение, что мне перекрыли кислород. В висках пульсирует, перед глазами плывёт. Мою руки, брызгаю на лицо прохладной водой. Лерок, успокойся. Ничего страшного не произошло. Он потопчется здесь и уедет, а ты продолжишь жить свою размеренную, предсказуемую жизнь. Опасливо выглядываю из туалета, осматриваясь на предмет врага. Ни Светы, ни Тимура. Бегу к Максиму Максимовичу. Стучусь. – Войдите! – Максим Максимович, не отвлекаю? – Входи, Лерочка, входи, – указывает он на кресло для посетителей. – Что-то случилось? Проблемы? Да, шатается тут одна двухметровая проблема по нашим коридорам. – Максим Максимович, эта московская делегация… Они правда приехали на месяц? Шеф снимает очки, протирает стёкла о борт пиджака и снова водружает на нос. – К сожалению, так и есть. У тебя с ними какие-то недопонимания? Отрицательно верчу головой. Я же не ребёнок, чтобы жаловаться на то, что этот взрослый, реализовавший себя во всех сферах мужчина задирается, как обиженный мальчишка. С его выпадами в свою сторону я способна разобраться сама. Но это вовсе не означает, что они мне приятны. – А есть ли вероятность, что они уедут раньше? – Ну, возможно, если они останутся довольны качеством нашей работы… – Максим Максимович поджимает губы. Короче, вероятность нулевая, потому что Тимуру вообще. Ничего. Не нравится! – Грядут перемены? – Перемены – это ведь не обязательно плохо, Лерочка. – Я лишь надеюсь, что они никак не отразятся на штате. – Толковых юристов сейчас днём с огнём не сыщешь, так что можешь не переживать за своё место, ты его не потеряешь. Да и я всегда рад походатайствовать за тебя. Шеф печально улыбается одними глазами. Он знает про мою ситуацию с папой и что деньги мне позарез нужны. – Спасибо, Максим Максимович. Ладно, я тогда пойду. Встаю с кресла. – Лер, если у вас произошёл какой-то конфликт, лучше скажи сразу, чтобы я подыскал им другого человека в помощники. – Нет, всё прекрасно! Не нужна ему другая помощница. Ему нравится издеваться именно надо мной. Что ж, у меня тоже есть зубы. И молча проглатывать все его безосновательные упрёки я не намерена. Хочет войны? Он её получит.