52

— Найди к нему подход! — рявкает на меня мама. — Что ты сопли распустила? Ты проигрываешь! Ольга!

— Я так не могу, мама… — шепчу я, обнимая себя за плечи, — он… меня не любит…

— А кого он тогда любит?!

— Какой интересный вопрос, — вздыхает с дивана мой брат Денис. — И какой сложный! — смеется. — Кого же?

— Ты должен быть на стороне сестры!

— Я был на ее стороне ровно до тех пор пока она не потребовала решить вопрос с Настей в сторону ее смерти! — рявкает Денис.

— Она борется за свою семью! — восклицает мама. — за своего ребенка!

— О котором она сегодня ни слова ни сказала, — Денис фыркает. — Она все утро страдает, какая она бедная несчастная, но о сыне не заикается.

Денис закатывает глаза и тянется к стакану с лимонадом.

— Ты… не прав! — охаю я.

Я ведь знаю, что с Колей все в порядке. Аркаша с него пылинки сдувает, он его обожает, он о нем заботится, он его балует.

Он его любит.

Но не меня.

Я его разочаровала. После операции он очнулся, отрезвел, оглянулся по сторонам и осознал, что натворил.

Теперь его тяготит настоящее. Теперь он тоскует по прошлому, а я для него лживая жестокая женщина, с которой нельзя оставлять наедине с сыном.

— Надо как-то убрать Настю, — мама хмурится. — Эти бывшие жены всегда мутят воды.

— И ты туда же, мам? — Денис вскидывает бровь.

— Я не хочу развода своей дочери!

— Да не будет никакого развода! — Денис смеется. — В это-то и проблема! Никуда ваш Аркаша не уходит, никого не бросает, ни с кем не разводится, — переводит на меня взгляд, — в этом-то и проблема, да, сестренка. Ты оказалась в ловушке.

— Я не понимаю… — мама медленно опускается на край дивана.

Я отвожу взгляд. Я не просто в ловушке. Я в капкане. На улице меня ждет охрана, которая последует по пятам даже на край света.

Люди Аркадия прослушивают мои телефонные звонки, и он будет в курсе, что я сегодня была у мамы.

Я устала.

Я его боюсь.

Я не хочу просыпаться по утрам. Я сама себе не принадлежу. Я начала худеть, мне каждый день становится все тоскливее и тоскливее.

Я не живу… и даже не существую рядом с Аркадием. Я умираю.

— Тогда у вас просто сложный период в жизни, — лопочет мама, — я поговорю с Настей, чтобы она… перестала лезть в вашу семью…

— А она лезет? — Денис делает глоток лимонада. — Или, может, это мы полезли в ее семью, м?

Комната утопает в тяжелом молчании, и Денис усмехается:

— Да, это мы полезли в их семью ради мечты нашей Оленьки. Нашей чокнутой Оленьки, но ей опять все не так и не эдак. Аркаша с ней в браке. Аркаша не отказывается от нее. Аркаша все также часть нашей тупой и подлой семьи…

— Но он меня не любит! — в отчаянии кричу я. — Не любит! Он любит Настю! И всегда ее любил!

Я не выдерживаю и осдаю в рыданиях на пол. Закрываю лицо ладонями.

Если бы ко мне сейчас вышел Дьявол и предложил сделку, в которой я за любовь Аркаши отдаю ему нашего сына, то я бы, не задумываясь, согласилась.

Сквозь душащие рыдания, цепляясь за остатки воздуха, я шепчу, почти вою, слова сами вырываются из моей груди:

— Он должен любить меня… Только меня… И никого больше… Я так старалась для него… Все для него… А он любит Настю… Я не хочу привыкать… А если он не будет меня любить, то…

— Я бы тебе советовал сейчас заткнуться, — угрожает Денис.

Я отравлю детскую смесь в банке кальцинированной содой, а после…

— Мам, ты ее слышала, — Денис массирует переносицу.

— Это стресс…

Я сказала все это вслух? Смеюсь в истерике.

— Это депрессия, — мама переходит на шепот, а Денис ищет в кармане брюк смартфон. — Наша Оленька бы никогда…

Если Аркаши видит во мне наказание, то я тогда буду тем наказанием, от которого у него сердце остановится.

— Я звоню твоему мужу, — Денис в касается экрана телефона, — Оль, ты совсем кукухой поехала. И, похоже, у тебя проблемы были с детства.

— Если он не разводится с тобой, — сипит мама, — то тогда… успокойся! Возьми себя в руки! Будь умнее!

— Мам, он хотела отравить твоего внука, — Денис прикладывает телефон к уху.

Я безумна?

Возможно.

Столько лет бредить о мужчине, ждать его, соблазнять, обманывать… Мою паутину уже не спасти, не залатать… она разорвана самой смертью, которая отрезвила Аркашу и напомнила ему, кто его женщина.

И это женщина — Настя.

— Аркаш, — вздыхает Денис в динамик смартфона, — я думаю, тебе стоит приехать.

— Предатель… — шепчу я и расплываюсь в улыбке, — запахло жаренным и сменил тактику?

— Да, Оля, — Денис кивает. — Чудит… это мягко сказано. Надо что-то решать. И это ты молодец, что с Колей сегодня уехал, а то… мало ли…