62

— Я думаю, что надо менять весь забор, — заявляет Аркаша, когда подходит к крыльцу дома.

В сторонке под ноябрьским солнцем в коляске спит Коля. Вместе с Маркизом, а их сторожат Облачко и Зефирка.

— Думаешь? — я вскрываю стручок высушенной фасоли и высыпаю фасолинки в миску. Поднимаю взгляд.

Пальцы немного подмерзли.

— Определенно, — Аркаша поправляет шапку на лбу. — Я вызываюсь добровольцем.

Прищуриваюсь, раздумываю и подхватываю из ведра новый стручок фасоли. Не отвожу взгляда.

Аркаша не рвется быть опять моим мужем. Не требует того, чтобы мы сошлись. Не набивается в женихи и не ждет, что я решу быть мамой его сыну.

Он сейчас лишь предлагает починить весь забор, а потом скажет, что и сарай надо подремонтировать. Он уже туда заглядывал и что-то записал в свой ежедневник в кожаном переплете.

— Платить не стану, — вскрываю стручок, — будешь работать за еду. Мне экономить надо.

— Я еще не получал более привлекательно предложения поработать батраком, — смеется, а из коляски раздается сонное покряхтывание. — Но я согласен.

Стягивает перчатки и ныряет к сыну в коляску. Слышу мяуканье маркиза.

— Вам тут тесно, хвостатый, — Аркаша подхватывает сонного Колю на руки. — отожрался ты знатно, Маркиз.

Облачко и Зефирка тянут морды к Коле, а тут фыркает и улыбается.

Вычищаю новый стручок фасоли, с интересом поглядывая на то, как Аркаша вальяжно прогуливается среди грядок с Колей.

— Мам, — из дома выглядывает Ира, — картошку и капусту закинула.

— Мясо порезала?

— Да.

— Тогда минут десять и зажарку можно кинуть.

Зефирка и Облачко следуют за Аркашей по пятам. Лезут к Коле, хотят его лизнуть.

— Папа на обед останется, — откидываю пустой стручок фасоли.

— Правда? — охает Ира.

— Он теперь работает у нас за еду.

Я позволяю сегодня ему подойти ко мне ближе, потому что не хочу, чтобы он так скоро уезжал в город.

Пусть пообедает с нами, а только потом вернется к своей жизни, в которой он опять оформляет развод.

— Значит, скоро останется на ужин? — хитро спрашивает Ира.

— Я не знаю, — пожимаю плечами и перевожу взгляд на спину Аркаши, — но сегодня он останется на обед. Я теперь не заглядываю даже в следующий день. Сейчас есть только сейчас.

Аркаша чувствует мой взгляд. Оборачивается и вопросительно вскидывает бровь.

Без понятия к чему приведет ремонт забора, но я не хочу, чтобы из моей жизни Аркаша исчезал.

Может быть, мы будем друзьями, у которых было общее прошлое и была любовь.

Может быть, в какой-то из дней я его прогоню под вспышкой боли и обиды.

Может быть, однажды он все же останется на ужин вместе с Колей, а после и на ночь…

Этих может быть — сотни вариантов, но сейчас я скажу ему про обед.

— Твой взгляд меня пугает… — говорит Аркаша.

— Через пятнадцать минут будет готов борщ, — Ира встает рядом со мной.

— Это твоя первая зарплата, дружочек, — подмигиваю я.

Коля чувствует в морозном воздухе отцовскую радость. Пускает слюни, хрюкает и в детском неосознанном восторге поднимает руки.

— Его же тоже можно прикормить чуток борщом? — спрашивает Ира.

— Только надо все в пюре разбить, — разминаю шею.

— Поняла.

Ира исчезает за дверью. Слышу как она скидывает уличные тапки, а Аркаша подходит к крыльцу, а затем садится рядом.

Коля на его руках хитро косится на меня, кусает губы и смущенно тянет ручки к голове, а после чихает.

Чихает и испуганно замирает, округлив на меня глаза.

— Он так сейчас похож на Архипа, — отставляю миску с очищенной фасолью. — Тот тоже, когда чихал, то не знал, что делать дальше. Смущаться или плакать.

Поджимаю губы, потому что на секунду вернулась боль из той ночи, когда родился сын Аркаши.

Коля замечает и тоже поджимает губы. И хмурится, как я.

— Ой, нет, — прогоняю печаль, — вот это точно не надо повторять.

— Маааа, — тянет он с улыбкой и шлепает меня по носу, когда я к нему наклоняюсь.

Закрываю глаза.

Может быть, этот мальчик, который очень похож на Архипа, останется только сыном Аркаши, а, может быть…

Не буду так далеко заглядывать.

Сейчас я поправляю на его голове шапочку, проверяю температуру и вытираю с его подбородка слюни платком, который достала из внутреннего карман куртки.

— Насть… — шепчет Аркаша. — Я тоже не знаю, что будет завтра.

Поднимаю взгляд.

— Но сейчас я там, где должен быть.

— Я могу в любой момент прогнать тебя, — я тоже отвечаю ему шепотом. — ты это понимаешь?.

— Главное, что сейчас позволяешь быть рядом.