Глава 27

— Купил бы он. Позёр.

Я фыркаю себе под нос. Не при Рустаме, конечно, а два дня спустя. Просто его слова внезапно всплывают в сознании.

Я встряхиваю головой. Возвращаюсь к другим покупкам. Более важным. Такие, как молоко или карандаши.

Ставлю свою подпись на счетах, чтобы не забыть, что я их оплатила. После сразу отправляю платёжку через банк и отдаю Ире.

Работа помогает отвлечься. Теперь, когда у меня есть няня, всё делается намного быстрее.

Не то, чтобы малышки так сильно отвлекали. Это скорее моя вина. Я постоянно их проверяла. Старалась уделить максимум внимания.

Теперь у меня есть время лишь для работы. И это приятно. Разобраться с делами быстро, а после быть свободной.

А ещё приятно, что Алмазов больше ко мне не наведывается. Кажется, наличие мужа его немного успокоило.

Это хорошо. Мне немного обидно, что я сама не смогла разобраться. Но некоторые мужчины могут слышать только других мужчин.

— Кать, — заглядывает моя помощница. — Там привезли вещи?

— Иду, — я быстро поднимаюсь. — Спасибо.

— И ещё приехал таргетолог? Говорит, вы договаривались о встрече.

— Отлично.

— И... Алмазов.

Помяни чёрта! Я морщусь, бросаю взгляд на календарь. Да нет, вторник. По таким дням мужчина не заглядывает.

Я прошу провести таргетолога в мой кабинет. Нам нужно обсудить рекламу. Я решила сделать бюджет больше, чтобы привлечь новых клиентов.

Первым делом разбираюсь с вещами. Это результат переговоров с Нинель. Место для одежды уже готово.

Я передаю через курьера рекламные флаеры. И быстро возвращаюсь в кабинет.

Алмазов пытается меня перехватить, но я не позволяю. Говорить мне с ним не хочется. Взгляд у него нехороший.

Серьёзный и злобный.

Поэтому я прошу Иру передать, что времени на встречу нет. Это не помогает. И даже затянувшаяся встреча с таргетологом не отваживает его.

Настойчивость это хорошо, но не в случае Алмазова.

— К вам не попадёшь, Катерина, — Егор кривится, заходит в кабинет. — Мне подобное отношение не нравится.

— Загруженный день, — спокойно отрезаю я. — У меня всё время расписано.

— На меня время найдёшь.

— Боюсь, что нет.

Я стараюсь не поддаваться мужчине. Хотя его голос грозный и дерзкий. Снова переходит на "ты".

Алмазов заваливается на кресло, будто оно принадлежит ему. Всё вокруг его собственность. Такой посыл отправляет мужчина.

И если у Рустама это получается более мягко и естественно... То энергетика Алмазова придавливает меня. Шипами вспарывает кожу.

Я приподнимаю подбородок. Веду плечами, сбрасываю неприятное ощущение. Я готовлюсь к неприятному разговору.

И уступать я не планирую.

— У меня есть пять минут, — произношу я ровным голосом. — После я уезжаю. Если хотите что-то высказать...

— Хочу, — перебивает он. — Я забираю детей из садика.

— О, хорошо. Конечно. Ирина даст вам заявление. До конца месяца у вас оплачено, эти деньги не возвращаются. Если вы заплатили за какие-то кружки наперёд, мы вернём. Ирина вас по всем вопросам проконсультирует.

Я выключаю компьютер. Убираю документы по пакам. Мне становится спокойнее от новостей Алмазова.

Если он надеялся меня этим напугать, то не получится. Да, садик будет едва в ноль выходить. Но это лучше, чем постоянные нервы.

К тому же благотворительный вечер сделал своё дело. На неделе у меня назначено несколько встреч.

Я уверена, что хотя бы несколько детей попадут в мой садик. А это уже неплохое начало.

Лицо Егора сереет от гнева. Я сглатываю, тянусь к телефону. На всякий случай незаметно связываюсь с помощницей.

Взгляд у мужчины звериный. И ничего хорошего это не сулит. Поэтому я хочу подстраховаться.

— Со мной уйдут и мои друзья, — чеканит Алмазов. — И твой садик тогда загнётся.

— Благодарю за предупреждение, — я ставлю папки на места. — Но не совсем понимаю, зачем вы это говорите.

— Ты же вроде умная девушка, Кать. Ты прекрасно всё понимаешь. Раньше ты с радостью принимала мои знаки ухаживания, а теперь мужем отгораживаешься?

— Оу. Господи. Простите. Ваши постоянные визиты в мой кабинет были ухаживаниями? Я не поняла.

Я хлопаю ресницами. Я сжимаю ручку сумки, пытаюсь отвлечься. Но волнение бьёт ключом.

Алмазов не раз намекал, что привёл многих друзей сюда. И так же по его совету они уйдут.

Желудок скручивает узлом. Я не хочу считать, как тогда просядет доход. И как мне придётся выкручиваться.

— Не играй со мной, — рявкает Егор. — Либо твой бизнес потонет. Либо... Ты дашь мне то, чего я хочу.

— А хотите вы... — я тяну слова, выигрываю себе время, чтобы успокоиться.

— Тебя.

— Если вы ещё не поняли, Егор Викторович, я не заинтересована. Вряд ли вам понравится, если я буду без желания с вами.

— А мне плевать. Я привык добиваться цели. Чисто из принципа. И я найду способ, чтобы ты подчинилась. Не этот, так другой. Облегчи себе жизнь, Катя, и согласись.

Я сжимаю кулаки. Меня всю трясёт. Даже кончики ногтей вибрируют. От желания вцепиться Алмазову в рожу.

Я всё не могла понять, почему я так нравлюсь Алмазову. Объективно у него очень много вариантов. Но теперь всё ясно.

А здесь дело не в симпатии. Сначала я ему понравилась, конечно. Зацепила взгляд. Но после он просто решил, что я буду его.

И здесь уже дело не в том, что он меня хочет. Алмазов просто хочет. И как избалованный ребёнок не может пережить отказ.

Я глубоко вдыхаю. Грудная клетка ходуном ходит. Реакцию не получается скрыть.

А этот ублюдок только улыбается. Он принимает это не за омерзение и злость, а за страх.

— Вот и подумай, — настаивает он. — Ты вроде не дура.

Не дура.

И вестись на эти угрозы я не собираюсь. Никогда и ни за что.

Я поджимаю губы. Подумываю, насколько уместно сейчас будет прикрыться Алиевым.

Он же сам заявил, что мой муж. Я могу использовать это в своих интересах?

— До свидания, Егор Викторович.

В моём голосе ни капли уважения. Я вкладываю всё призрение, что сейчас клубится во мне.

Я вылетаю из кабинета. Ловлю обеспокоенный взгляд Иры. Она слушала всё.

— Убедись, что он ушёл, — прошу я. — Закроешь здесь всё?

— Конечно, но... Ты в порядке?

— Да.

Я спешу. Не хочу оставаться в одном помещении с Алмазовым. Есть риск, что тогда меня за предумышленное увезут.

Я падаю в машину. Мои руки трясутся. Я дважды роняю ключ, а после едва попадаю в замок зажигания.

Я крепко сжимаю руль. Опускаю голову на ладони. В горле ком — меня тошнит от этого.

Какой же мерзкий тип. Но я лучше потеряю весь бизнес, чем подчинюсь ему. Начинать с нуля мне не впервой.

Мне просто нужно собраться. Подумать. И тогда мне будет легче, точно. Я соберусь и что-то придумаю. Я...

Я стараюсь глубоко дышать, чувствую, что не хватает воздуха. Откидываюсь на спинку кресла, прикрываю глаза.

Меня трясёт и не отпускает.

Дико от мысли, что ещё Алмазов может придумать.

Я обхватываю пальцами ключ, но не поворачиваю. Качаю головой. Сейчас я не в состоянии вести машину.

Я на нервах. У меня перед глазами только то, как я Алмазова душу. Нет, нельзя.

Мне нужно забрать детей. В безопасности отвезти их домой. Нужно вызывать такси.

В окно раздаётся резкий стук. Я вздрагиваю, с тревогой поглядываю на незнакомого мужчину.

Только новой угрозы мне не хватало. Но мужчина выглядит опрятным. И встревоженным.

Я завожу машину и опускаю стекло. Немного, сантиметра на два. Лишь для того, чтобы слышать голос незнакомца.

— Екатерина Тимуровна, вы в порядке? — уточняет он. — Я видел, как вы выходили из садика.

— А вы...? — я знаю ответ до того, как мужчина озвучивает очевидное.

— Артур. Я водитель Рустама Рамилевича. Он сказал присмотреть за вами.

— Насколько я помню, это нужно было делать издалека.

— После того как вы в таком состоянии за руль сели? Мне приказано реагировать на любую опасность. Даже от вас самой.

— Не собиралась я ехать.

Я фыркаю. Вздохнув, я забираю свою сумку. Предварительно закрыв окно, я выхожу из машины.

Водитель Алиева всё равно следует за мной попятам. Почему бы тогда не воспользоваться этой возможностью?

— Вы дальше за мной ехать будете? — уточняю я. Получаю в ответ кивок. — Хорошо. Тогда вы могли бы отвезти меня в парк, а после — домой?

— Конечно.

Артур помогает мне забрать детские кресла из машины. Я пишу Рустаму про то, что нагло пользуюсь своим положением.

Мне кажется правильным предупредить. Я не хочу лишний раз злоупотреблять его помощью.

Не из-за того, что мне Алиева жаль. Я его на махр развела, и ни о чём не сожалею.

Просто для себя. Для собственного напоминания, что я и без него могу справиться. Получалось же столько времени.

Я не успеваю даже дойти до машины, как мне звонит Рустам. Очень оперативно.

— Что случилось? — без предисловий начинает он. — Ты в порядке?

— Да, — тяну я с сомнением. Вряд ли у него и в садике шпионы. — Почему ты спрашиваешь?

— Ты бы в жизни не села к моему водителю просто так. Должна быть причина. Я могу узнать у Артура, если ты сама не расскажешь.

— Помнишь, мы говорили о границах? Вот сейчас ты их нарушаешь.

В трубке повисает молчание. Я как наяву вижу Рустама. Его нахмуренные брови и недовольный взгляд.

Мужчина явно обдумывает следующий шаг. Я жду, потому что... Действительно же водителю позвонит.

— Расскажи, — смягчив тон, просит Рустам. — Если я могу помочь...

— Ничего особенного, я перенервничала немного. Не хотела в таком состоянии выезжать на дорогу. И как раз показался Артур... Поэтому я решила сэкономить на бензине.

— Повод для нервов? — он игнорирует мою попытку пошутить.

— Просто бизнес, Алиев. В нём бывают и взлёты, и падения. Не так ли?

— А конкретнее?

— Ничего.

Я не хочу даже заикаться про то, что произошло. Обращаться к Рустаму без крайней необходимости.

Мужчина вернулся в мою жизнь без моего желания. И я не собираюсь давать повод, чтобы он решил, что нужен мне. Хоть как-то.

Мы только прошли эту стадию "я тебя верну". И возвращать её я не хочу.

— Ладно, — цедит Рустам. Ему не понравился мой ответ. — Как насчёт того, чтобы эти нервы успокоить? У меня есть отличный способ.

— Обойдусь сама, — я пристёгиваюсь. Машина начинает движение. — Мне подойдёт ванна и чай.

— Это приглашение?

— Алиев!

— Попробовать стоило.

Этому мерзавцу хватает наглости рассмеяться. Я раздражённо пыхчу.

Интересно, есть такой способ, чтобы бросить статуэтку в Алмазова, и по касательной задеть Рустама?

Так, немного. Он ведь явно заслужил.

— Поехали, — мужчина не сдаётся. — Гарантирую, что к вечеру забудешь о проблемах.

— Это вряд ли, — меня передёргивает. — К тому же мне нужно забрать детей.

— Отлично. Все вместе отдохнём. У меня как раз через полчаса заканчивается совещание.

— Заканчивается? Ты посреди совещания звонишь?

— Ты моего водителя взяла. Ситуация явно критическая.

У меня даже нечего возразить на это. Я закатываю глаза, как если бы Рустам мог меня видеть.

Вот что имела в виду бабушка, когда говорила про ежовые рукавицы для мужчин. Впервые принимаю помощь — и тут же беспокойство.

— Тогда скажи водителю, чтобы отвёз в офис, — решает Рустам.

— Я не соглашалась, — возражаю я.

— Я могу сделать по-другому, Катюш. Попрошу Артура выбрать путь по пробкам. Перехвачу вас до того, как ты домой зайдёшь. И всё равно смогу убедить, что нужно поехать отдыхать.

— Ты невыносим.

— Заметь, я спрашиваю и предлагаю. А не действую по проверенному методу. Скажи мне "да". Один вечер. Если не понравится — я больше не буду настаивать.

— Да. Лишь бы ты отстал.