Глава 23

– Она позвонила, стала жаловаться на сердце, – вскакиваю. Злюсь. Сам на себя злюсь. – Лан, ну у нее же реально после твоей выходки проблемы с сердцем! – Какой моей выходки? – Ланка оседает на стул. – Ну, – неопределенно машу рукой, – после того как мама застала тебя с… – не могу это выговорить. – Ни с кем твоя мама меня не заставала, – она поднимается и повышает голос. – Я вообще не понимаю, что там произошло! Но проблем с сердцем у нее точно не было! – у нее яростно блестят глаза. – Она выгоняла меня из квартиры взашей, а на следующий день избила мою тетку до синяков! И сейчас ты повез к ней моих детей? Да? Так? – Лана, – кидаюсь к ней. – Не трогай меня, Катаев! – угрожающе выставляет руку. – Ты не имел права! Ты… – Да, – киваю. Стыдно признаться, но это мой прокол. Я действительно не должен был. – Ты права. Но, Лан, если бы сейчас позвонила твоя тетя и дрожащим голосом просила приехать…. – Зачем ты потащил к ней детей? – Черт! Уж не нашел с кем их оставить! – я тоже ору. – Вик пить хотел! Лан, я понимал, что мама не обрадуется, но такой реакции не ожидал. Я виноват. Признаю, – рычу, отворачиваюсь. Ланка молчит. Сопит обиженно. Я на нее не смотрю. – Лан, – зову тихо, – пожалуйста, прости. Я просто не ожидал такого. Не думал, что… Я неопределенно дергаю плечами, а Ланка хмыкает, отворачивается. И что-то в выражении ее лица меня дико бесит. Ланка всем своим видом показывает… Скепсис? Недоверие? Для нее поведение моей матери было совершенно предсказуемо? Но… Это же не так. Мать это же… Мать! Как вот Лана для Вика. Она же не может… обидеть моих детей… Черт. Может. Сам сегодня это видел. А что еще она может такого, чего я просто не замечал? Что Ланка сказала? Выгнала ее взашей? Избила ее тетю? И, как назло, в памяти всплывает Димкина фраза о том, что моя мать очень хорошая свекровь… Для Карины… Да что за дела?! Видимо, все эти мучительные мысли отражаются на моем лице, потому что Лана вдруг вздыхает. – Ладно, – тихо произносит она, – вроде бы они не расстроились. В голове один зоопарк. Я тру лицо, трясу головой… – Да, – пытаюсь перестроиться на другие мысли. – Мы там вольеры спонсируем, – поворачиваюсь к ней, – нас и провели как дорогих гостей. Детям понравилось. Вижу несмелую Ланину улыбку, на душе становится теплее. – Не делай так больше, – почти шепотом произносит она, глядя мне в глаза. – Не буду, – так же тихо отвечаю я. И замираю. Смотрю ей в глаза и тону… Просто улетаю. Моя Ланка. Моя трепетная голубоглазая Лань. Как же хорошо я помню каждую крапинку на твоей радужной оболочке. Помню, как пахнут твои волосы, помню шелк твоей кожи под своими пальцами. Лана! Делаю шаг вперед, но… Она тут же напрягается, отступает. Черт! – Лан… Нет, только не сейчас. Не уходи.. Смотрит испуганно, ресницы дрожат, а я поднимаю руку и касаюсь ее щеки костяшками пальцев. – Лана, – повторяю почти шепотом. Срываюсь, приближаюсь к ней, склоняюсь над ее лицом. Это взрыв, это боль, это дрожь, это сносящий голову вихрь. – Рома, нет! Отворачивается. Но не уходит. Я замираю. Не двигаюсь. И она не шевелится. А между нами миллиметры. Мы стоим почти вплотную. Ее волосы щекочут мне нос, и, кажется, я слышу, как бьется ее сердце. – Лан, – провожу кончиками пальцев по ее волосам, чувствую, что она вздрагивает, и отступаю. Вздыхаю, убираю руки в карманы, смотрю на темнеющее небо. Нет. Это неправильно. Так не должно быть. Должно быть не так. – Слушай, – начинаю почти буднично, – у меня к тебе предложение, – делаю шаг вперед, сажусь на ступеньки, приглашая ее взглядом. Садится. Не близко. Обхватив себя руками, но садится. – Я тут подумал… – медлю. Импровизирую на ходу. И сильно сомневаюсь в правильности своего решения. – Мне завтра на работу надо выйти, – смотрю на нее хитро. – Там кто-то шесть собеседований назначил, – она фыркает и уже не так зажимается. – Давай я пришлю тебе водителя, – продолжаю я, – проедете по поселку и вокруг. Посмотри, какие здесь есть сады, кружки, секции. Я не знаю, что еще, – растерянно пожимаю плечами. – Если действительно ничего достойного рядом нет, то будем искать к сентябрю квартиру в городе, – она на меня не смотрит. Опустила взгляд, напряжена. – Ну, или к тете поезжайте! – произношу совсем уж бодро. – Как у нее спина? Может, ее в клинику надо свозить? – У нее нормально, – на это Ланка отзывается. – Я же ей три раза в день звоню. И соседка там, подружка ее. Она уже почти в норме. – Ну хорошо! – киваю. – В общем! Мне надо утром на работу, а у тебя в распоряжении машина с водителем. Проведи день с детьми так, как считаешь нужным. Она смотрит на меня внимательно, с каким-то сомнением. Хм. Неужели… Замечаю в ее взгляде благосклонность. Да. Угадал. Не с того я начал. Не анализы надо было делать, а… Чтобы она от меня не пыталась сбежать, не надо ее держать. Только и всего. Пусть думает, что жить здесь – это ее выбор. Вдыхаю Тяжело. – Воздух здесь хороший, – по-своему истолковывает Лана мой шумный вздох. – Да, – соглашаюсь, – лес, озеро, красивые дома, много детей вокруг. Мне поселок нравится. Стараюсь звучать естественно. – Мне тоже, – отзывается еле слышно.