Глава 24

Глава 24

Лёша

Отлично знаю, как действуют гормоны счастья, и сейчас хожу, как наркотой накаченный, за малым не вприпрыжку по больнице. Оля дала нам шанс, правда дала. И ночь, которую провела у меня, можно смело назвать самой лучшей за прошедшие годы.

— Дядь Лёш, ты бы не улыбался так сильно, а то половина больницы, которая ещё не влюбилась, влюбится.

Мишка встречает в отделении. Вспоминаю — он вчера слышал, как я Олю домой звал. Вообще у меня до сих пор больничный, надо дома сидеть, но кто удержит? Оля уехала в пять, сказала, что надо себя в порядок привести, у неё сегодня важная конференция по зуму. Как пройдёт, я её заберу и… И отвезу обратно к себе. Сна ни в одном глазу, хотя мы совсем не спали. Разговаривали в основном, никак не могли наговориться. Ладно, не только разговаривали, конечно.

— Пусть влюбляются, это не мои проблемы, — беспечно пожимаю плечами. Улыбаюсь зав.отделения. — Маргарита Васильна, вы как всегда сияете!

— Это ты сияешь, — фыркает она. Подходит, внимательно осматривает. — Что, простила тебя любовь из прошлого?

— В этой больнице вообще можно что-то скрыть?..

— От нас — ничего. Тем более, если дело касается тебя. Такие страсти развернулись, мы только и успеваем поп-корн заготавливать. Расскажешь, что там у вас на самом деле когда-то было?

Маргарита облокачивается о стойку медсестёр, вокруг сразу собирается стайка девушек. Миша тоже греет уши. Обвожу их всех взглядом.

— Вы серьёзно подробности ждёте? Ну, нет. Питайтесь сплетнями!

— Главный ловелас больницы обзавёлся двумя очаровательными дочками, и ты думаешь, мы не будем требовать подробностей? — низко тянет Маргарита и ведёт пальцами, покрытыми бордовым лаком, по моей груди.

— Всё, уже не ловелас, — отвечаю с лёгким смехом. — Почти женатый человек!

Стоп. Я сейчас сказал, что женюсь на Оле? Конечно, женюсь, нас в ЗАГСе десять лет уже ждут. Как подумал, сразу всё просто стало. Судя по ошарашенным лицам вокруг, такого шага от меня точно никто не ждал. Значит, и для Оли сюрприз будет, или она понимает, что теперь никуда их от себя не отпущу?

— Пригласишь на свадьбу? — спрашивает Миша в повисшей тишине.

— Какую свадьбу? — громко спрашивает Юля. Поворачиваюсь — только подошла. Но, конечно же, всё знает. Подпирает спину, как будто живот уже огромный. Вообще он уже немного виден, и не по себе от мысли, что там может быть мой ребёнок. Размечтался о будущем и совсем забыл о грехах недавнего прошлого. Точно помню, что презервативы были. Точнее, это до автоматизма отточено, только с Олей вчера не до них было, но она сказала, что на таблетках.

— Алексей Николаевич женится, — говорит одна из медсестёр, Катя.

— Как женится? На ком?! — Юля распахивает глаза, хлопает ресницами. Да уж, не слишком приятная ситуация. Но кто мог знать, что так получится?! В голову приходит обречённое и честное: если бы Оля не вернулась, я, наверное, женился бы на Юле, когда стало ясно, что ребёнок от меня. Да, сперва, наверное, ломался бы, но женился в конце концов. Чтобы у ребёнка отец был, и чтобы не болтаться одному в стороне… Это откровение неприятное, но толку себя обманывать? Меня воспитывали, как человека, который умеет отвечать за свои поступки. Теперь, правда, не знаю, как отвечать буду. Ребёнок-то не виноват.

— На матери его детей, — отвечает Миша с отчётливой неприязнью. Когда ему Юля успела дорогу перейти? А она отшатывается, как пощёчину получила. Глаза щурит и смотрит на меня злобно.

— На ней, серьёзно? Тут тебе тест ДНК не понадобился?

Твою мать, мы что, будем выяснять отношения перед всем отделением? Заняться больше нечем?!

— Зачем там тест, там результат на лицо, — смеётся Маргарита, разряжая обстановку. Тоже поняла, что начинается цирк. — Расходитесь давайте, хватит сплетни разносить. Лёлик, зайди ко мне.

Расходятся все с явной неохотой, но знаю, что через час новости разлетятся по всей больнице. Надо Олю поймать быстрее, чем она успеет узнать про нашу свадьбу.

— Ты серьёзно говорил? — сходу спрашивает Маргарита, подходя к своему столу.

— Тебя это тоже волнует? — весело хмыкаю.

— Ну, как минимум это возможность заполучить в наш штат хорошего неонатолога. Сам знаешь, у нас с ними вечный дефицит. А тут такой кадр…

— Кто о чём, а ты о работе!

— Раз с тобой больше не о чем говорить… — Она многозначительно ведёт бровями. Да, наш дружеский секс тоже теперь в прошлом. Развожу руками, не чувствуя и капли вины. Марго была исключительно отдушиной и возможностью отвлечься к обоюдному удовольствию. Тут чувствами никогда не пахло.

— Семья — это хорошо, — говорит она как ни в чём не бывало. — Я рада за тебя, правда.

— Спасибо. — Киваю, зная — это искренне. — Могу идти?

— Иди. Отдыхай. У тебя ещё две недели больничного, между прочим!

— Я уже оперировал, забыла?

— Вот за это хочется по башке надавать, жаль, что нельзя пока. Домой, отдыхать!

— Исчез! — выхожу из кабинета, вспоминая, где именно у Оли должна проходить конференция. Не на нашем этаже, скорее всего на втором, где вся администрация больницы сидит. Лифты как всегда забиты, спускаюсь по пожарной лестнице и нос к носу сталкиваюсь с Серым, который поднимается навстречу.

— Ты здесь что забыл? У тебя ещё больничный две недели!

— Вы все сговорились, что ли? Ухожу уже!

Рассказать или нет? Всё равно узнает. Ревности больше не чувствую, потому что знаю — Оля только моя. А с кем спала… Неприятно, что с другом, но мы никому тогда не были должны.

— Лёш, — он останавливает, когда спускаюсь на пару ступенек ниже. — Хочу, чтобы ты знал: я собираюсь всерьёз за Олей ухаживать.

— Да ну? — оборачиваюсь. Неприятно тянет в груди: судя по виду, реально хочет ухаживать. — Попробуй, вдруг повезёт.

— Мне уже повезло. — Серый скрещивает руки на груди, смотрит с лёгкой насмешкой. Раздражение идёт рябью по нервам: намекает на выходные, которые они провели вместе. Нет ревности? Да меня пробирает до костей!

— Хочу, чтобы ты тоже знал: эту ночь она провела со мной. И сегодняшнюю проведёт тоже. И ещё много ночей впереди, потому что я её от себя не отпущу.

— Даже так… — тянет Серый и стучит пальцами по подбородку. — Думаю, это ей решать — с кем остаться.

— А есть варианты? — спрашиваю надменно. Естественно, она выберет меня, что тут думать вообще?!

— Я тоже могу стать хорошим отцом твоим дочкам. А ты будешь приходящим папой.

— Скажи честно: ты охренел? Это моя семья, мои дети и моя женщина! — поднимаюсь и теперь стою вровень с ним.

— Она была твоей женщиной когда-то. Про детей ты совсем недавно не слышал. Поэтому Оле решать, с кем быть.

— Она уже решила! Когда вчера у меня осталась!

— А со мной два дня провела!

— Я же сказал: у нас всё впереди!

— Устанешь пыль глотать! Сегодня же на свидание приглашу!

— Какое свидание? Мы сейчас ко мне едем!

— Вы что, реально меня делите? — потрясённо спрашивает Оля. Как давно тут стоит, сколько слышала? — Я вам что, переходящий приз? Никак не наиграетесь в царя горы? — Она качает головой и смотрит на меня: — Я думала, ты вырос. — Потом поворачивается к Серому: — Не думаю, что захочу сходить с тобой куда-то в ближайшее время.

— Оль, стой! — бросаюсь за ней, оставляя Серого одного. Так хорошо всё было, на хрена лезть туда, куда не просят?! Ловлю её на два пролёта ниже, хватаю за локти, разворачиваю.

— Прости. Как подумал, что ты с ним… Меня занесло. Прости.

— Тебя всегда так будет при встрече заносить? — спрашивает, вздыхая. Не злится. Или злится, но не так сильно, как показалось.

— Постараюсь держать себя в руках. — Взгляд бегает по её лицу, пальцы неосознанно гладят плечи. — Посмотри на меня. Ну. Позволь немного ревности.

Она выдыхает, я — тоже. Улыбаюсь.

— Ты освободилась? Тогда поехали.

— Куда?

— Как куда? Домой. — Сплетаю наши пальцы. Склоняюсь к уху: — Продолжим с того места, на котором остановились…

— Там, где ты зевал и говорил, что стёр колени? — отвечает насмешливо.

— Там, где я обещал тебе ещё пару ярких оргазмов.

— Лёш, надо девочкам всё сказать. И начать решать проблемы с переездом. — Оля упирается в грудь, но я наступаю и заставляю прижаться к стене.

— Начнём. Всё начнём сегодня вечером. Приедем в гостиницу и будем родителями. Серьёзными и взрослыми. А сейчас я хочу побыть твоим любовником, и только.

— Уже избегаешь ответственности? — она хмурится, но я не даю развиться новой ссоре. Целую, заставляя забыть обо всём и себя, и её.