Глава 5. Верный союзник

Матвей приезжает через сорок минут, хотя я звала на вечер. Появляется на седьмом этаже с рюкзаком через плечо и двумя стаканами кофе, один из которых молча ставит мне на стол. Американо. Без сахара.

— Ты сказала «по-тихому», — говорит он, падая в кресло напротив. — Я решил не тянуть. Рассказывай.

Я закрываю дверь кабинета. Сажусь. И понимаю, что не знаю, с какого места начать, чтобы не начать с перекрёстка, с воды с лимоном, с большого пальца, который трёт пустое место на его пальце.

Начинаю с безопасного.

— Наш новый сосед снизу. «Радич Инвест». Его владелец — Стефан Радич.

— Тот самый строительный холдинг, я же говорил. — Матвей отхлёбывает кофе. — А что не так с владельцем?

— Мы были женаты.

Пауза. Матвей ставит стакан. Смотрит на меня так, будто я сообщила, что здание заминировано.

— Восемь лет назад, — добавляю я. — Развелись. Он уехал в Белград. Теперь вот вернулся, снял этаж ровно под моим и держит контракт, от которого зависит половина моей годовой выручки. Он уже намекнул, что может отдать «Северный дом» другому агентству, если я оступлюсь.

— Совпадение?

— Не знаю. — Я верчу стакан. — Этаж он снял давно. Но о том, что это Стефан, я вот только узнала. А ещё, наши машины столкнулись. Авария была случайной, тут я почти уверена. Но дальше… — Я замолкаю. — Дальше он ведёт себя так, будто у него есть план. А я не люблю, когда у людей на меня есть план.

— И ты хочешь знать, есть ли он.

— Я хочу знать, копает ли он под меня. Под агентство, контракт и сотрудников. Есть ли у него на нас что-то. И если он собрался меня душить — я хочу увидеть руку раньше, чем она коснётся шеи.

Матвей кивает. Он никогда мне не отказывает и всегда приходит на помощь даже раньше, чем я прошу.

— Закрою периметр, — говорит он. — Заодно посмотрю, кто им интересуется снаружи. Если люди Радича щупают нашу сеть, я это увижу. Дай мне доступ к логам за последние полгода и не мешай.

— Не буду мешать. Только… — Я подбираю слова. — По-тихому. Без имён в переписке, без следов. Если он такой, каким я его помню, он замечает всё.

— Яна. — Матвей улыбается. — Я всегда был невидимкой, ты же знаешь.

Он уходит в серверную и пропадает там до вечера.

Возвращается в половине девятого, когда офис уже пуст, Лера ушла, а я доедаю салат из пластикового контейнера прямо за столом, потому что дома всё равно некому готовить.

По лицу Матвея я сразу вижу: он что-то нашёл. Матвей, когда находит, становится тихим. Азарт у него уходит внутрь.

— Садись, — говорю. — У тебя лицо человека с новостями.

Он садится. Разворачивает ноутбук экраном ко мне.

— Начну с хорошего. Твою сеть никто не ломает. Периметр чистый, я закрыл пару дыр, спи спокойно. — Он делает паузу. — Теперь об интересном. За тобой следят.

Я перестаю жевать.

— В смысле?

— В прямом. Не за сетью — за тобой. — Он показывает строчки, которые мне ничего не говорят, но по его тону я понимаю, что говорят они много. — Кто-то за последние недели трижды пробивал тебя. Не любитель. Работают чисто, через прокладки, но почерк профессиональный. Так делает служба безопасности, а не ревнивый бывший с телефона. Тебя аккуратно изучают, Яна. Кто-то хочет знать о тебе всё.

Я кладу вилку в контейнер, чтобы Матвей не увидел, как дрожат пальцы.

Значит, план есть. Я права. Но почему-то от собственной правоты мне не легче.

— Это он, — говорю я. — Радич. Изучает противника. Логично.

— Возможно.

Мы молчим. За окном река, редкие огни, снег закончился.

Я собирала эту жизнь восемь лет по одному чертежу: он изменил, разрушил, я ушла, точка. Всё разложено по ящичкам, подписано, ящики закрыты. И вот Матвей достаёт один-единственный лист, которого в чертеже не было, и от этого листа вся конструкция вдруг начинает казаться не той, что я построила.

Я не хочу этот лист. Я честно его не хочу.

Матвей смотрит на меня долго.

— Хорошо, — говорит он. — Всё выяснили. — Он закрывает ноутбук, встаёт, вешает рюкзак на плечо. У двери оборачивается. — А может, поужинаем?

— Прости, не сегодня.

Улыбается и уходит.

Я остаюсь одна с пластиковым контейнером и мыслью, которая не даёт мне успокоиться: а что если Стефан что-то задумал насчёт меня.

Открываю ноутбук. Нахожу папку с фотографиями, ту, что тащу за собой из года в год, ни разу не заглянув внутрь. Открываю.

Кухня цвета топлёного молока. Он смеётся. На столе перед ним — бутылка воды с лимоном.

Я закрываю ноутбук и сижу в темноте, но успокоиться уже не могу.