ГЛАВА 15
Алёна
Дрожащими руками достала телефон, собираясь отправить сообщение Тимуру, но даже понять не успела, как всё поплыло перед глазами, и вот я уже сижу на капоте дорогущей машины, а Рязанцев смотрит на меня большими, круглыми от испуга глазами.
– Алёна, вы как? Что случилось? Где болит? Вам срочно надо в больницу! Нельзя же так… – тараторил он, не давая мне вставить ни слова. – Нельзя же так безответственно относиться к своей беременности! Вы вообще хоть раз у врача были?
– Всё хорошо, Николай Павлович, – хмуро прошептала я.
Конечно же, я ни разу не была у врача. Стоять в очереди в обычной поликлинике не было ни сил, ни времени. Зато, благодаря Тимуру, была целая гора проблем, которые нужно было срочно решать.
К тому же…
– На учет только после второго месяца ставят. Я читала об этом, – сказала, чтобы хоть как-то его успокоить.
– А как же обследование? Здоровая мама – здоровый малыш! Потеря сознания – это ненормально. Я немедленно отвезу вас в больницу, и даже не пытайтесь возражать!
Рязанцев подхватил меня, словно перышко и загрузил в машину. У меня даже не было сил сопротивляться. Накатила какая-то волна безразличия. Ребенку он точно не навредит, а мне… А мне ближайшие полгода бояться нечего.
Где-то в глубине сознания поскреблась мысль о том, что нужно собрать вещи и сбежать отсюда.
Я не знаю этих людей, даже предположить не могу, что придет им в голову в следующую минуту. Что, если кто-то из них попытается забрать у меня ребенка?
Тимур, его ненормальный папочка, да тот же Рязанцев, у них ведь с Ирмой нет своих детей, а, насколько я знаю, брак у него поздний и единственный.
Даже жалко стало Николая Павловича. Где он так нагрешил, что ему досталась развратная Ирма?
Оглянуться не успела, как мы доехали до больницы. Правильно говорят, много думать вредно! Только голова разболелась от всех этих мыслей…
"Частная клиника "ПРОмед" – гласила надпись на табличке.
Частная… Частная? Э, нет! Где я возьму денег на частную клинику?
Надо срочно что-то придумать, чтобы уехать отсюда!
Босс выволок меня из машины и затащил к регистратуре, вернее, к очаровательной девочке-администратору.
– Добрый день, чем я могу вам помочь? – мило улыбнулась она.
– Девушке надо пройти полное обследование по беременности. Она потеряла сознание пятнадцать минут назад! – сообщил Рязанцев, опершись на стойку регистратуры.
– Конечно, можно ваш паспорт? – обратилась она ко мне.
Точно! А это выход. Без паспорта не смогут принять.
Я для виду порылась в сумочке, повздыхала, посопела…
– Кажется, я его дома забыла… – промямлила неуверенно. Ну не умею я врать!
– Займитесь девушкой уже! – грозно проворчал Николай Павлович. – Будет вам паспорт!
Он отошел и стал кому-то звонить.
Блин! У него же есть копии, сдавала при устройстве на работу.
– Идемте! – администратор ухватила меня под локоток и потащила к кабинету.
Доктор посмотрела на меня поверх изящных очков и сделала жест, мол, присаживайтесь.
Администратор что-то ей прошептала и ушла, а я…
В голове вертелась одна единственная мысль: с каких доходов я буду отдавать Рязанцеву деньги?!
– Ну что, милочка, нагуляла?! Сдаем анализы и делаем аборт? – поинтересовалась врач.
– Что?! – я тут же вскочила с места и уставилась на нее как баран на новые ворота. – Я не нагуляла! И никакого аборта делать не собираюсь! – рявкнула так, что чуть стекла не задрожали.
Сама от себя такой реакции не ожидала, но это от испуга и неожиданности. Не каждый день гинеколог предлагает тебе ребенка убить.
– А, значит, решила родить? Хочешь от женатого мужика денег оттяпать? Не стыдно? Он семейный, уважаемый человек! – ответила врач, совершенно невозмутимо наблюдая за мной из своего кресла.
– Знаете что? Да идите вы… – едва ли не впервые в жизни я позволила себе не сдерживать слов и высказала всё, что думаю о ней, громко хлопнула дверью и вылетела в коридор, словно ужаленная.
Да как она вообще посмела такое мне заявить?! За кого меня приняла? За любовницу Рязанцева? Вот вам и платная клиника!
Видимо, эта тетка знает Ирму, поэтому позволила себе вопиющую бестактность.
– Алёна, что случилось?! – оказывается, Рязанцев ждал у кабинета.
– Мне предложили стать порядочной и сделать аборт! – фыркнула я. Конечно, стоило сдержать эмоции и промолчать, но мне было так обидно…
– Ясно, идем.
Он ухватил меня под локоток и опять куда-то потащил, бросив администратору через плечо:
– Я скоро вернусь, не расслабляйтесь и вызовите начальство!
Блин! И всё из-за меня… Так стыдно стало, что я опять чуть не разревелась.
– Тише, Алёна, оно того не стоит. Вы совершенно правильно сделали, накричав на врача! – попытался успокоить меня Николай Павлович, но стало еще хуже. Получается, он слышал всю мою тираду?! Мамочки!
Очнулась я уже на больничной койке. Правда, услышав голос босса, глаза открывать не стала.
– Угрожаю? С чего бы мне тебе угрожать, Тимурчик? Или есть за что тебе через твою девушку мстить? Ты ничего мне не хочешь рассказать? – вкрадчиво поинтересовался Николай Павлович.
В палате было тихо, а телефон у босса отменный, потому я услышала и ответ Котова:
– Ничего не хочу. Просто у вас такой тон был… Вы обычно им на подчиненных давите, когда они кочячат. Вот я и спросил!
Вот же… Врет, зато как уверенно! Но я-то видела, насколько он боится того, что Рязанцев узнает правду. Даже детально представила себе, как он взял руку в кулак и напряг мышцы до белых костяшек и дрожи.
– Видимо, я слишком перенервничал, – ответил Рязанцев, а я вдруг поняла, что он знает правду. Знал с самого начала, но всё равно взял меня на работу, всё равно носится со мной…
А что, если он действительно хочет держать меня поближе, а потом как-то заберет у меня ребенка, чтобы отомстить Тимуру?!
Тимур
Не знаю, насколько убедительно у меня получилось, но вроде бы Рязань мне поверил.
Я быстро переоделся, схватил комплект сменной одежды для Алёны и вихрем сбежал вниз, запрыгнул в свою ласточку, бросил пакет на сиденье рядом и помчался по названному адресу.
Судя по знакам, успел даже несколько штрафов схватить за превышение скорости, но мне было совершенно всё равно. Было всё равно, даже если заберут права. Алёна в больнице и я должен появиться там как можно быстрее!
Встретился с Рязанцевым уже на входе, он как раз выходил, а я собирался таранить дверь.
– Как она? – спросил не здороваясь. Слышались и виделись уже.
– Спит еще, врачи сказали, что у Алёны сильный стресс и ей нужен покой. Ты уж постарайся сделать всё, чтобы она не нервничала.
– Я не пущу ее на работу! – выпалил, понимая, что благодаря мне мышка нервничает рядом с Николаем Павловичем.
– Это ей решать, – спокойно ответил он и направился к машине.
Да твою ж мать! Она уже нарешала. Была бы дома, никакого обморока бы не было!
Быстро поднялся по ступеням и аккуратно приоткрыл дверь в палату.
Алёна как раз закончила переодеваться из больничной одежды в свою.
– Далеко собралась? – спросил, бесцеремонно входя.
– Домой, – ответила она, почему-то покраснев до кончиков ушей.
– Уверена? – подошел и прижал ее к себе. – Что врач говорит? Просто так беременные в обморок не бахаются.
– Как раз и бахаются. У меня гипертонус. Нужен покой.
– Тогда никакого "домой". Останешься тут, под присмотром специалистов.
– Угу… – она уткнулась носиком мне в плечо и вдруг расплакалась.
– Мышка, ну ты чего? – поцеловал ее в макушку и погладил по волосам, пытаясь успокоить.
Обычно женские слезы меня раздражали, но сейчас я был готов убить любого за каждую ее слезинку. Проблема была только в том, что убить мне нужно себя, а этого я делать не собираюсь. Ведь именно я виноват во всех ее несчастьях.
Пока ехал сюда, сто раз возненавидел себя и то проклятое испытание, благодаря которому мышка оказалась в моей постели.
Страшно даже подумать, что будет, если она узнает… Ведь никогда же не простит!
Такое ощущение, что меня взяли в тиски и с каждым мигом сдавливают их всё сильнее.
– Тимур, Николай Павлович точно ушел? – тихо спросила Алёна.
– Да, я встретил его на выходе из больницы.
– Я должна тебе кое-что рассказать! Вместо офиса он повез меня в ресторан к Ирме, а когда я из него вышла, прежде чем потерять сознание, увидела, что там стояла машина, а в ней один из людей Рязанцева. Не знаю, за кем именно, но он определенно следит! – выпалила Аленькая и расплакалась еще сильнее.
Блин, пойти сдаться Рязанцеву, что ли? Чтобы он отстал от моей девочки… Только тогда она лишится и меня. По-любому информация дойдет до отца и он все-таки выполнит угрозу отправить меня в Лондон.
И плевать ему на то, что я скоро стану отцом.
– Я знаю, – соврал ей. – Не переживай, я больше не общаюсь с этой стервой. Никто тебя не обидит, я не позволю!
– А тебя? Ты думаешь, мне будет всё равно, если Рязанцев со своей охраной тебя где-нибудь на стройке в асфальт закатают? – всхлипнула и заглянула мне в глаза. Боже, а ведь Алёна всё еще действительно любит меня. Если до этого момента я не был в этом окончательно уверен, то теперь убедился на все сто процентов.
Я должен защитить ее, просто обязан! Она попала в эту переделку из-за меня.
– Алён, – приподнял ее лицо за подбородок и нежно поцеловал в кончик носика, – думай, пожалуйста, только о себе и малыше. А все остальные проблемы оставь мне, я же мужчина в нашей будущей семье! – сказал неосторожно. Или нет?
Неужели я и вправду готов жениться на ней? Что-то я окончательно запутался в своих чувствах.
Я всегда твердил ей, что Алёна зануда, но после общения с ней мне было неинтересно с другими…
– Семье? – она тут же фыркнула и отстранилась, выпустив шипы.
– А разве ты этого не хочешь? – спросил, сделав шаг к ней и снова привлекая ее к себе.
– Я знаю точно, что этого не хочешь ты. Тебе оно не надо, Тимур. Ты просто не создан для семейной жизни, а я не выдержу той, которая привычно тебе. Помнишь уговор? Я помогаю тебе избавиться от Рязанцева и ты больше ко мне не лезешь!
– Я тогда не знал о ребенке, – покачал головой, вдруг почувствовал себя ответственными за жизнь, растущую внутри моей девушки.
– И что? Что это меняет, Тимур?! – Алёна поджала губы и уселась на кровать.
– Да всё это меняет! Аленькая, тебе же нельзя нервничать. Давай успокоимся и потом всё это обсудим. А пока тебе нужен покой и отдых! – Уселся напротив нее и взял за руки.
– Уходи, Тимур. Не трогай меня и моего малыша! Это лучшее, что ты можешь для нас сделать! – она закрыла лицо руками и улеглась, зарывшись с головой под одеяло. – Мне действительно надо отдохнуть, я устала. И на ночь останусь здесь, а ты можешь радостно устроить вечеринку!
Черт! Где я так нагрешил, а? Я должен как-то заслужить ее доверие, должен исправить ситуацию!
– Хорошо. Я приеду за тобой завтра утром. – Сжал кулаки и встал. Придется поговорить с отцом. Возможно, он если и не поможет материально, то хотя бы даст пару дельных советов?