ГЛАВА 16

Алёна

– В принципе, я могу вас выписать завтра, – заключила врач, делающая обход, – берегите себя, мамочка, – пожелала она мне, сложила свои документы и вышла из палаты.

Еще сегодня было УЗИ, где я увидела очертания своего малыша, пришли результаты анализов. Причин для беспокойства не нашлось, но мне рекомендовали не перенапрягаться.

Все знают, что беременность не болезнь, и я не планировала пролежать весь срок на диване. Но, чтобы обеспечить себя финансово, мне нужно работать. А Тимур против моего способа заработка, он хочет помогать и принимать участие в моей жизни… В моей и ребенка…

Семья. Он так твердо и четко сказал это слово.

Как будто и правда намеревается жениться.

Но поверить я ему не могу. Такой, как Котов, для брака не предназначен.

Куда он ушел? Устраивать вечеринку? К очередной девке? Встретиться с друзьями и напиться до поросячьего визга? Ну уж явно не покупать кроватку, детские вещи и не на курсы молодых отцов.

И пусть я волнуюсь за Тимура, но мне нужно сосредоточиться на малыше, на Котова надежды никакой. Он только влипает в проблемы, не знает, как их решить, и живет под вечным гнетом того, что отец отправит его в Лондон за выкрутасы.

А это значит, что, если отец потребует его бросить меня, Тимур так и сделает. Не будет он за нашу любовь бороться.

“Ничего, малыш, – подумала я, гладя округлившийся живот, – мы с тобой не пропадем. Будем друг у друга и без папы твоего справимся”.

Загрустила и не заметила, как уснула.

А разбудила меня вибрация телефона, который я сунула под подушку. Привстав, достала его и увидела в полумраке светящийся экран. Соседка по двухместной палате уже уснула и, наверное, проспит до ужина, который в больнице будет по расписанию, поэтому я, чтобы ее не тревожить, вышла в коридор.

– Привет, – осторожно, с беспокойством в голосе сказала Лиза, а я улыбнулась через силу, пытаясь придать голосу оптимистичных ноток.

– Привет.

– Как дела, Алён?

– Нормально, завтра уже меня выпишут, с малышом всё в порядке, скоро на ужин пойду, а потом – спать.

– Как в армии у вас там расписание? – она попробовала пошутить, но услышала, что я не отвечаю смешком, и сразу догадалась, что я не в настроении. На то она и есть лучшая подруга. – Колись, Мышкина, это тебя Котов опять обидел?

– Не опять, а снова, – буркнула я, не желая обсуждать непутевого папашу своего ребенка.

– Рассказывай, я же не отстану, – пригрозила она, а я прошла по коридору и нашла себе пристанище в кресле, приставленном к стеллажу со стопками чистого белья.

Никого не было рядом со мной, только одинокие пациентки отделения ходили кто в туалет, кто к холодильнику.

– Что рассказывать? Тимур живет своей прежней жизнью, а мне говорит, что хочет быть отцом моего ребенка, и называет нас семьей.

– Прямо семьей? – подруга очень удивилась, я слышала по голосу. Вот. Даже Лиза не может поверить в подобную чушь.

– Да, так и говорит. В больнице меня навещал. Но я ему не верю.

– А ты что хотела?

“Чтобы он забрал меня из больницы, поговорив с врачом”, – ответила я честно сама себе, а подруге сказала другое:

– Ничего я от него не хочу. Хорошо даже, что в больницу попала. Я привычная к казенным учреждениям, мне здесь нормально, а дома у Тимура я себя чувствовала незваной гостьей, хоть Котов и пытался казаться милым и заботливым.

– Думаешь, он просто играет? Не веришь, что действительно о тебе заботится?

– Не знаю, Лиз, как я могу ему поверить после того, что он в прошлом сделал? Ладно, а ты как?

– Алён, ты только сядь, не хочу тебя расстраивать.

– Да я сижу, и не надо так переживать за меня, я не хрустальная.

– Короче, я сегодня пойду на ночные гонки. Меня позвал Арсений. Ну, как позвал. Я в одном чате состою, где он – администратор. Называется “Асмодеи”. Я толком не в курсе, что это такое, в беседу меня добавили под другим ником, то есть никто не знает, что я – это я. Так что я не совсем поняла, чем эти Асмодеи занимаются, но всех позвали на гонки.

– Ой, Лиз, звучит как-то странно, что за авантюра? Зачем не под своим именем? Ты точно хочешь туда пойти? Зачем тебе?

– Там и Тимур будет твой, про него в чате говорят. Девчонки по нему кипятком писаются.

– А он сам бывает в этом чате? – спросила я, затаив дыхание.

– Нет, он занятой парниша у тебя, как звезда, про которую все говорят, но сама она редко появляется на небосклоне.

– А про меня там пишут?

– Я не видела.

– Ну вот, выходит, он меня скрывает. Так бы писали, что Котов со своей девушкой, да еще и беременной, а они ни словечка обо мне, будто не существую, – проговорила я с обидой и почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

– Нет, может, и не так! Не надо перекручивать. Может, он тебя оберегает от своего фан-клуба. Вдруг они тебе навредят.

– Если у него есть целый клуб фанаток, тем более не хочу с ним иметь ничего общего! – сказала я пылко. – И ты, Лиз, не ходи туда. Это опасно. Гонки же нелегальные, могут в полицию загрести, родителям напишут, в университет, тетя Таня тебя по головке не погладит. Да и как ты Арсению объяснишь то, что ты в курсе гонок, если ты в чате под другим именем? Зачем ты это вообще придумала? Он нравится тебе, что ли?

– Почему сразу нравится? – фыркнула Лиза слишком наигранно, и я сразу поняла, что угадала.

Вляпались мы обе в мажоров.

– Если не нравится, зачем на гонки идешь? Никогда в тебе не замечала страсти к быстрой езде.

– Буду следить за твоим Тимуром и вести репортаж с места событий.

– Лиза, ты меня с ума сведешь своим авантюризмом! – вздохнула я. – Мне хватило рассказов о том, как ты пыталась похитить волос Котова и пошла к нему на вечеринку.

– Волос я добыла и бережно храню. Если Котов решит отказаться от отцовства, то по закону у него ничего не получится. Вот. А что там про меня говорили? – спросила она испуганно. – Это Арсений или твой Котов?

– Не пугайся, я всё равно на слово никому не поверила бы. Не люблю, когда что-то передают через третьи руки.

– Я бы тоже не поверила, если бы про тебя гадости рассказали, Алён. Слушай, мне по второй линии звонят, девочки из чата. Я пойду собираться, жди от меня фоток и сообщений. Звонить уже не буду, вдруг ты спать будешь. Целую.

– Лиза! – только и успела вскрикнуть я, но она уже сбросила вызов.

Я немного посидела на своем насесте, потом пошла на ужин и в палату, девочка-соседка разговорила меня, и я на какое-то время забыла про ночные гонки, но, когда легла спать, так и не смогла избавиться от любопытства. Крутилась, вертелась.

Ждала звонков или сообщений от Тимура или Лизы.

“Завтра приеду к тебе навестить”, – написал мне Котов.

Я не ответила. Тогда он написал снова, и даже само сообщение показалось мне настойчивым.

“Мышкина, не дуйся, я уже скучаю”.

Только вот, как он на самом деле “скучает”, я узнала из фотографий, посланных Лизой…

Тимур

– Решил прислушаться к моим словам?

Обернулся на довольную морду Короля и закатил глаза. Думает, внушение мне сделал и я послушным кабанчиком побежал жить так, как ему нравится?

– Решил проследить, как вы тут без меня справляетесь.

Криво улыбнулся и оттолкнулся от тачки, на которую опирался, отправляя сообщение моей мышке. Очень мне не понравился наш с ней разговор. Упрямая Аленькая!

– Нормально справляемся. Пока ментов нет, успеем пару загонов, ты в деле?

Король, значит, выбрал путь отрицания? Хмыкнул мысленно, принимая его способ помириться. Раз он хочет изобразить, что спора не было, пусть. Я в любом случае здесь долго не пробуду.

Если бы не затеял дома ремонт, вообще бы сидел в квартире, как примерный семьянин, и изучал сайты и форумы молодых отцов, а так я здесь, в гуще событий и на виду.

Мышкина скажет, что я не изменился.

Хорошо, что она меня не видит и не сделает неверных выводов.

Ведь стоит признать, что я куда больше хотел бы оказаться рядом с ней, а не здесь, где визжат шины и пустоголовые девки-куклы готовы заляпать меня слюнями.

Так вот, Котов, залип ты на свою мышку с острыми зубками.

– Не, я пас, – поднял руки, показывая Арсу, что в гонке не участвую.

– Слушай, там главный приз ого-ого какой, мы же год собирали пожертвования с Асмодеев. Ты должен участвовать. Зря, что ли, тачку прокачивал? – Арс смотрел на меня с недоумением.

– Пусть победит новая кровь, – кивнул я ему на второго фаворита после меня, которого бы с легкостью сделал. Но я не хочу. Пусть побеждает, забирает себе славу и деньги.

Сказал – и сам поверил в собственные слова. Не взыграл азарт, когда подумал, что другой урвет победу. Она мне не нужна. Мне Мышкина нужна, чтобы наконец сдалась и поверила мне. Она – слаще любой победы, любого мифического выигрыша, она и наш ребенок.

– А говорил, что ничего не поменяется! – буркнул Королев и отошел в сторону. Обиженку опять решил сыграть? Да пофиг на него.

Взял телефон и хотел отправить сообщение мышке, как ко мне подошли две пигалицы на шпильках. Как там их называла моя девочка? Курицы. Вот точно – они. Надушились так, что дышать нечем. Волосы, ногти, ресницы – всё наращенное. Брови как шмели. Красные губищи. Они думают, что звезды, а мне хочется побыстрее от них избавиться.

– Тим-а-а… – протянула одна, подхватывая меня под локоть, прижимаясь всем тощим телом и заглядывая в глаза. – Ты не будешь участвовать в гонке? А я за тебя хотела болеть.

– И я-а-а-а… – манерно пропела вторая курица, похожая на первую, как близняшка. Клонируют их, что ли?

– Не, крошки, я сегодня просто смотрю.

– А кто будет участвовать? На кого ставить? Ты же ска-а-ажешь? – снова заныла первая девица, наверняка думая, что таким образом выглядит соблазнительно.

– Вон ваш герой, – показал на красную низкую тачку, у которой уже урчал мотор. – Скорее бегите, а то не успеете пожелать выигрыша.

Благословил дурынд и отправил их восвояси, по привычке ударив по задницам. Придал, так сказать, ускорение.

Слева что-то мелькнуло и щелкнуло.

Зыркнув туда, заметил, что за машиной появился высокий рыжий хвост. Это же…

Ну, я тебя сейчас поймаю!

– Стоя-а-ать! – схватил за локоть подружку Мышкиной. – Ну-ка, дай! – протянул руку за телефоном, на который она меня снимала. Папарацци недоделанная. Откуда она тут взялась? Следит за мной? Или за Королем?

– Отпусти! – малая сопротивлялась дико, как кошка.

Арс оказался тут как тут.

– Что тут у вас происходит? А ты тут что делаешь?

– Она делает фотки. Щас мы посмотрим, – отобрал у нее телефон и стал листать, увидев снимок, от которого волосы на загривке встали дыбом.

Я в окружении девчонок в коротких юбках. Обнимаю их, тискаю. Довольный жизнью мажор. Любимец публики, собирающий на себе женское внимание.

– Верни мою собственность! – вопила Лиза, а Королев пытался ее удержать, но она ловко уцепилась за телефон, я же тянул в свою сторону, и в результате он шмякнулся об землю. Экран пошел рябью.

– Ты разбил мой телефон! – возмутилась наглая девчонка.

– А ты снимала то, что не положено. Зачем? – напирал я на нее, а Арс вторил мне в ответ:

– Ты чё тут трешься, а? Откуда узнала про гонки? Это тайное мероприятие только для членов клуба.

– Арс… – я шикнул на друга, напоминая, что клуб на то и тайный, чтобы об его существовании никому не говорить, тем более приближенным моей девушки.

– Мимо шла, – ответила рыжая егоза, – и обратно пойду домой. А Алёна узнает, как ты развлекаешься, пока она лежит в больнице. Оставь ее в покое, Тимур, – вдруг сказала она совершенно серьезно, и наши взгляды пересеклись. – От тебя ей один вред. Ребенку можешь помогать, у Лизы нет родни и собственного угла, но обижать я ее такому, как ты, не позволю.

– Я не обижу Алёну. У нас всё серьезно. И ты не помогаешь, пытаясь меня перед ней очернить, – я говорил грубо, и кулаки сжимались сами по себе.

Выбесила, рыжая зараза. Какого черта пытается нас разлучить?

– Помогаю. Пусть она узнает, какой ты. Увидит фотки.

– Ты что, отправила их? – взревел, напирая на девчонку. – Арс, оставляю тебе эту… – сжал зубы и проглотил рвущееся наружу оскорбление, ринулся подальше, чтобы позвонить мышке и предупредить катастрофу, но тут дорогу мне преградила… чертова Ирма!