Глава 29

Из-за всех этих новостей Эш долго не мог уснуть, ворочался на кровати, думал обо всем, пока позорно на сбежал на капитанский мостик. Где развернул окна с состоянием всех систем «ласточки». Если верить расчетам, то дней через десять реактор наконец-то запустится на полную мощность, можно будет еще раз проверить обшивку – и взлетать. Дальше из атмосферы вверх и прочь с этой проклятой планетки. К любимой службе, фаст-фуду, мегаполисам и всему тому, чего ему так не хватало здесь. Кажется, в какой-то момент Эш задремал, потому как перед глазами замелькали лица Ульриха, Одетты, Андрэ и малышки Аники. Также рядом с дьявольским смехом кружилась ведьма Мариса, хлопала крыльями Феломена и механически качала головой Аури. Озерная дева казалась самой печальной и будто обиженной. – Все ответы перед тобой, Эштон, – произнесла она. – Но ты пока не можешь сложить из них цельную картину. Сделай это – и спасешь всех. – О, наш малютка Керриган точно не спасатель, – по ушам резанул хрипловатый смех, а затем из темноты вынырнул Клод, выглядевший куда хуже, чем на портретах. Потное красное лицо с залитыми кровью глазами, всклоченные волосы, сложенные на объемном животе руки. Прошлый барон по-хозяйски развалился в кресле второго пилота и потягивал вино, прямо из бутылки. – Что, думаешь, ты лучше меня? – снова рассмеялся барон, разогнав всех прочих гостей с мостика. – А мы одинаковы. Кто же виноват, что при рождении нам далось немало власти и денег? Да? Только ты все притворяешься хорошим, а вот я брал от жизни все, что она мне давала. – В этом и есть разница, – ответил Эш, хотя понимал, что не стоит разговаривать с галлюцинациями. – Да ну? Вперся в космодесант, где никому из однополчан в жизни не заработать и сотой доли того, что тебе досталось при рождении. Потом издевался над всеми со своим: я такой же, как вы, только на собственной яхте. Ха-ха-ха! – Клод запрокинул голову, наслаждаясь своим смехом. – Да ты монстр похлеще меня, Керриган! Понимаешь, насколько выше обычных людей и наслаждаешься этим. А сделал ли ты что-то полезное? Помог ли кому-то? Не-е-ет. Починишь какую церквушку для очистки совести и живешь дальше. Ты и в десант влез, как в раковину, чтобы никто тебя не тревожил и не заставил работать. А бегать в броне и палить во врагов – прекрасное развлечение для скучающего мажорчика. Клод снова приложился к вину, откашлялся и продолжил. – Даже здесь ты никому и ничем не помог, хотя проторчал больше месяца. Ах да, стащил у друзей несчастные кабачки и заставил местных сажать их и пропалывать. Нагрузил работой, чтобы не скучали. Благодетель! Ты мог бы совершать великие дела, а вместо этого… Тут в голосе барона прорезались совершенно дедовские интонации, а за его спиной незаметно выросла вся немаленькая семья Керриганов с их снисходительным «ты всего-то удачное слияние двух клеток и капиталов, прими это и живи дальше». – Не всем нужны эти великие дела, – отрезал Эш. – Иногда они только вредят. – Угум, – отрезал барон. – Особенно когда ты трус и лентяй. «Маленький человек, творящий маленькие дела», – передразнил он. – Да только ты не Андрэ, ты мог бы сделать много всего, если бы не отсиживался на яхте. Шевелись, Эштон! – Сложи головоломку! – перебила его возникшая из темноты Аури. – Иначе пострадают твои близкие. – Га-га-га! – отозвалась Феломена с каким-то непередаваемым отчаянием. – Кыш! – крикнул на нее Эш и взмахнул рукой. Не хватало еще, чтобы ему гусыня лекции читала! Но от резкого движения он проснулся, поморгал глазами и с силой сжал подлокотники. Совсем уже крыша едет от всего этого, вон даже Феломена снится! Эш потер глаза руками, потряс головой, но страх и тревога никуда не исчезали. Он перевел взгляд на изображения с наружных камер и похолодел от страха. Неподалеку от трапа сидел дракон и тряс головой, а вокруг него рассыпались белые перья. С нечеловеческим ревом Эш сорвался с места и понесся к выходу, едва не протаранив дверь. Еще повезло, что «ласточка» предупредительно распахнула шлюз и выпустила его наружу. Но Эш уже не замечал ничего вокруг, перед глазами так и мелькали разбросанные по траве белые перья. – Убью! – он с разбегу набросился на дракона, вмазав тому в челюсть. Ящер потряс уродливой башкой, в одно движение заглотил уже разжеванное и кхекнул перьями. Эш разозлился еще сильнее и опять напал, в этот раз дракон обиженно зашипел и раззявил пасть, будто хотел накричать, но тут же отлетел назад, кувыркнувшись через голову и выдохнул струю огня, улетевшую в небо. – Пошел! – рявкнул на дракона Ник. Он выбежал на трап в одних трусах и не слишком дружелюбно сжимал кулаки. Рядом с ним через мгновение возникла такая же раздетая и встрепанная Кира. Но тут и удивляться нечему: эти двое всегда одинаковы и всегда вместе. А сейчас еще синхронно сделали непонимающие лица. – Твой дракон сожрал Феломену! – накинулся на Рейсаша Эш. Кира ахнула и закрыла рот ладонями, а Ник нахмурил брови. – Это невозможно, я приказал им ее не трогать. – Тогда это что? – Эш махнул рукой на валявшиеся на земле перья. – Она тебя так бесила, что решил незаметно избавиться? – Ник бы не стал, – покачала головой Кира. – И драконы бы его не ослушались, здесь что-то другое. – Просто ты слишком хорошо о нем думаешь! – от отчаяния Эш хотел вопить и крушить все вокруг, но рядом был только друг и богиня, трогать которую уже чересчур. Еще дракон да, который и так получил от него, хотя чем виновата глупая бессловесная тварь? Сейчас она просто проводник своего голода и чужой воли. – Да пошел ты, – внезапно ответил Ник, развернулся и ушел обратно на «ласточку». Кира же покачала головой, попросила у ИИ добавить света и медленно сошла на траву, разглядывая следы. Судя по всему, кроме дракона и гусыни здесь никого не было. То есть физически не было, а всякими колдунскими способностями можно воздействовать и из яхты. Но Ник… он бы не стал. Не так подло и грязно. Или Эш просто не все о нем знает? *** Гусыня ему не нравилась. Глуповатая, шумная, пытавшаяся ущипнуть каждый раз, когда оказывалась рядом. Пару раз ей это даже удавалось, отчего икры расцветали болезненными синяками. Но и когда гусыню зажевал дракон, радости Ник не почувствовал. Скорее – опустошение и злость за то, что Эш обвинил его в произошедшем. Скормить неугодную гусыню дракону – просто край подлости, неужели друг подумал, что он в самом деле способен на такое? Наверняка чешуйчатый просто проголодался и решил нарушить запрет, хотя это было и странно: летать по ночам драконы не любили. Кира тоже не нашла ничего подозрительно, хотя несколько раз обошла вокруг корабля. Ник и сам хотел все осмотреть, но тогда пришлось бы идти мимо Эша, сидящего на трапе, а трогать его пока не стоило. Потому Ник ограничился записями с камер. Ничего экстраординарного: дракон спикировал на спящую гусыню и тут же ее сжевал. Хотелось верить, что бедняга Феломена погибла быстро и без лишних мучений, но на душе все равно было паршиво. Кажется, за эти недели на Вероне все они измучались и перестали походить сами на себя. А следующее утро уже традиционно началось с Ульриха. Встретил его угрюмый Эш, так и сидевший на трапе, Ник вышел чуть позже, придерживая в руках чашку с чаем. Тоже заваренным из местных трав, потому что запасы именно чая подходили к концу, а с кофе они давно распрощались. Что тоже не добавляло благодушия чародеям. Да и по барону они не успели соскучиться, даже вышедшая последней Кира не потрудилась изображать радость, а только хмуро скрестила руки на груди. Ульрих сжал челюсти, отметив их дружное радушие, но все же заговорил: – Верные люди донесли мне, что к Годдарду прибыла почти сотня наемников. Значит этот подлец давно спланировал атаку на Труа, а козы были только поводом прощупать нашу оборону. – От нас вы чего хотите? – в лоб спросил Ник. – Содействия, – также прямо ответил Ульрих. – Вы живете в Труа и заинтересованы в порядке здесь. – Если Годдард не полный идиот, он не полезет на драконов, – отрезал Ник. – Для тех что десяток людей, что сотня – все одно. – В его распоряжении есть баллисты. На это Кира покачала головой: – Раньше в части нашего заповедника был разрешен отстрел драконов по охотничьей лицензии. И народ пер толпами, притаскивая с собой навороченное оружие с отличными прицелами и скорострельностью, но попадать им случалось нечасто. Драконы быстрые, верткие и обмениваются друг с другом информацией. У баллист Годдарда нет шансов. А обычными стрелами они попросту не пробьют их шкуры. Если кто-то и попадет, то для здешней стаи это не станет потерей. В любом случае они выжгут врагов быстрее, чем те успеют дойти до границ. – Вряд ли Годдард думает об этом, – ответил Ульрих. – К тому же достаточно убрать чародеев, чтобы драконы перестали быть угрозой. Ведь без вашей команды они будут просто сидеть у берега озера. Поэтому я хотел предложить вам временно перебраться в замок. – Нет уж, спасибо, нам и здесь хорошо, – заговорил Эш и тоже встал. – Вы уже один раз втянули нас в свои соседские распри – и зря, нужно улаживать все без чародейской помощи. Потому что мы улетим, а ваши конфликты останутся. – Но вы подвергаете себя опасности, – гнул свое Ульрих. – Случайная стрела или внезапное нападение – и вы тоже пострадаете. – Мы будем осторожны, – заверил Ник. На поддержание силового поля вокруг яхты вполне хватит и солнечных батарей. А то рассчитано на прямое попадание средней ракеты, толпа вооруженных вояк может топтаться у его границ хоть до запуска реактора, чародеям они не повредят. Да и черную броню облика местными мечами не пробить. В чем-то Эш был прав: если чародеи вмешаются в местные разборки, это окажется чрезмерным. Но не хуже ли остаться в стороне? Да и смогут ли? Эш наверняка первым побежит разбираться с нападающими, чуть те развернут копья в сторону одной из деревень. – А чего вообще хочет Годдард? – Эш почесал затылок. – Земель? Выход к озеру? – Ему и своих хватает. Лион куда больше Труа, только жителей маловато, так что… Озеро тоже не исцеляет пришлых, только тех, кто живет рядом. К тому же вокруг него драконы. Нет, дело определенно в чем-то другом. – Вам нужно переговорить с ним где-то на нейтральной территории, обсудить все. Расспросить, нет ли у него незамужних дочек… Ульрих покачал головой, а Кира едва слышно фыркнула. Она к идее договорных браков относилась так себе, а вот для Керригана это было нормой. Несмотря на весь технический прогресс и прочее, влиятельные семьи до сих пор предпочитали скреплять серьезные договора и капиталы именно таким способом. На Авалоне договорные браки тоже не были редкостью, пусть и по другим причинам. Там на правительственном уровне подбирали наиболее подходящие пары и настоятельно рекомендовали сильным псионикам выбирать кого-то из списка, обещая за это солидные выплаты и прочие поощрения. Ника уже который год атаковали с такой рассылкой, но он смахивал списки, даже не заглядывая в них. Сама мысль выбрать себе женщину для постоянных отношений выбивала его из равновесия. Как и многочисленные якобы случайно столкнувшиеся с ним девицы, которые с томным придыханием сообщали об их высокой совместимости. Да, «четверка» как уровень – не так много, но Ник был из уважаемого и могущественного клана Рейсашей, а показатели его родителей, особенно мамы, куда выше средних по Авалону. Так что девицы рассчитывали, что если на Нике природа отдохнула, то на его детях разгуляется за двоих. – У Годдарда только сыновья, – выдернул его из размышлений Ульрих. – Старший когда-то интересовался Одеттой, но у Клода уже тогда было худо с приданым для нее. У меня ситуация еще плачевнее. – Мы обеспечим ей приданое, – уверенно кивнул Ник. – Годдарду оно понравится, поверьте.