Глава 31

После того, как друзья улетели, Эш немного послонялся по яхте, затем уселся на трапе, чтобы допить чай. Если так можно назвать нечто заваренное из местных трав, ароматно-горькое со странным привкусом. Но ничего другого не оставалось, только суровая средневековая еда, а бежать к Анике за новым куском шоколадки – это уж слишком. А еще уши резала непривычная тишина. Без Феломены здесь стало определенно скучно и пусто, слышно даже, как вдалеке заржала лошадь, а где-то в кустах треснула ветка. Была бы гусыня, уже бы отправилась туда проверить, но сейчас о ней напоминали только редкие перья на траве. Надо бы собрать их, оставить себе хоть какую-то память. Все же Мариса с ее теориями о связи любви и страданий была права. Вот он привязался к Феломене, а теперь мучается от ее потери. Это все Андрэ с его гусыней к ужину! Не притащил бы ее тогда, Эш не страдал бы сейчас! Не было бы всех этих совместных прогулок, прудика, болтовни… Хотелось думать, что и Феломена в эти дни была счастлива, гоняя всех подряд и поедая разнообразные вкусности, которые приносил ей Эш. Поэтому он без лишних раздумий встал, подобрал перо и тут же снова услышал тот самый хруст. От злости и недосыпа из него выветрились последние крохи благодушия, потому Эш, не издавая лишних звуков, понесся к тем самым кустам и прыгнул в них. В ответ они пискнули женским голоском, а когда разомкнулись, прихватив на память лоскут футболки Эша, то явили ему уже привычную картину. – Не думали о карьере лесника или егеря? С вашей привычкой сидеть под ветками – самое то. – Эш отряхнул руки, а потом выругался, разглядывая порванную одежду. – Я благородная девушка! – возмутилась Одетта и тут же покраснела. – Так и это должности не для простолюдинов. Одетта громко фыркнула, а потом все же поднялась на ноги. – Вы подумайте, подумайте, – продолжал Эш. – Все равно постоянно в кустах сидите, а так вам за это еще и платить начнут. Или вы здесь из других соображений? За мной подсматриваете? – Вот еще! – при этом Одетта вспыхнула едва ли не сильнее, чем когда отнекивалась от новой перспективной работы по защите живности и лесов Труа. – Я слежу за Ульрихом. И тем, как восхитительно быстро вы решили загасить конфликт моей свободой. Тут она сжала кулаки и пошла на Эша, но из-за ее миниатюрности выглядело не слишком устрашающе. Даже атакующая Феломена была более убедительна, хотя бы своим напором. Потому Эш не стал шарахаться от девы, напротив, подался вперед, ожидая, как же будут развиваться события. Пространства между кустами и деревьями хватило на три шажка Одетты, дальше она застыла почти вплотную к Эшу и ткнула его пальцем в грудь. – От вас я такого не ожидала! – Мы просто мало знакомы, – пожал он плечами. Будут еще всякие веронские оленята изображать его совесть. Не будь которой, Эш бы уже напялил на себя корону местного короля и устроил такую пирушку, что всю планету бы перетрясло. – И один из сынков Годдарда в качестве мужа – действительно отличный вариант стать баронессой. – Годдард поразительно крепкий старикан, он еще лет двадцать проживет! – А Ульриху хватит девяти месяцев, чтобы заделать себе наследника и отдалить ваши мечты о титуле под самый Воронеж. Так что все в мире относительно. Если Одетта и заметила то, как он исковеркал название города, то никак не отреагировала, только продолжила возмущенно сопеть, обиженная в лучших чувствах и планах. – И вам плевать, что Ник решил выдать мне в качестве приданого? Эш чуть не ляпнул «да», но сделал над собой усилие и промолчал, долгим взглядом вперившись в деву. Вообще он уже здорово устал и от Вероны, и от всех ее обитателей с их тайнами, и даже от озерной девы, хоть та и вела себя не в пример тише прочих. – Драконов! – трагическим шепотом выдала Одетта. – Да на кой они Годдарду? – не сдержался Эш. – Летать, по примеру вашего предка? Или ритуально прикончить за тех коз? – Такой финал его бы вполне устроил, – уверенно ответила она. А Эш едва сдержался, чтобы снова не поскрести затылок. Даже если бы Нику пришла в голову такая идея, Кира бы его остановила. Хотя… Полетели они к озеру, где ничего, кроме драконов, нет. Ну еще озерная дева и затопленный корабль Эрики. Но из того выйдет крайне сомнительное приданое, драконы куда вероятнее. Но Ник не настолько циничный, чтобы отдать тех на убой. Они ведь почти разумны, даже умнее лошадей. Жрут все подряд, это да, но в остальном… Белые перья до сих пор метались по траве перед яхтой, а у Эша за грудиной скреблось беспокойство. – Где ваша лошадь? – строго спросил он. – Что? – неубедительно удивилась Одетта. – Лошадь. Не пешком же вы прибежали сюда из замка. – Но я… – Одетта, вы же ждете от меня чудесного решения ваших проблем? Так где же ваше участие и лошадь? Без нее я никогда не догоню Ника и не разберусь с вашим приданым. – Вихрь все равно никого к себе не подпустит. Она прикусила губу, затем проворно понеслась вглубь леса, Эш про себя выругался и поспешил за ней, чтобы через пару минут столкнуться со здоровенным конем, фыркающим и косящимся на него красными глазами. Вихрь тут же попытался цапнуть Эша, но Одетта оплела черную морду руками и зашептала тому что-то на ухо. Конь потряс головой, но безропотно позволил Эшу влезть в седло, а потом послушно пошагал к дороге, на которой тут же пустился вскачь, точно ждал только этого момента. Он несся и несся вперед, прямо по дороге к озеру, Эшу оставалось только изредка направлять его и даже придерживать. Потому что мысли о последней и несчастливой поездке Клода никуда не делись. Вихрь действительно несся так, будто мечтал угробить и этого всадника, и всех потенциальных. И вообще не походил на прежде знакомых Эшу лошадей. Этот скорее был четырехногим демоном, чем простым скакуном, потому и мчал, как в преисподнюю. Но стоило блеснуть озерной глади, Вихрь остановился, выбив копытами фонтаны песка. Потоптался на месте, негромко фыркнул, а потом встал на дыбы, едва не сбросив Эша. Впрочем, он оценил намек на окончание поездки, и как только конь выровнялся, сам спрыгнул на землю и побрел к озеру. Вихрь же потряс головой, круто развернулся и убежал прочь, хотелось верить, что прямиком к Одетте. Но в крайнем случае та дойдет до деревни и попросит кого-то довезти ее до замка, а этого дьявола выловят потом. Вряд ли по Труа бегает много здоровенных черных скакунов. Эш зацепился взглядом за стаю охотящихся на рыбу драконов, поблескивающих янтарем в лучах солнца. Красивые и изящные твари, хотя и непонятно, с чего Эш вдруг заделался таким их защитником. Да и Ник не рисовался в образе драконьего поработителя, он же с ними с самого детства. И не только с ними. Эш прошел еще несколько шагов, машинально переставляя ноги, и застыл, заметив совсем уж неподобающую картину. Его богиня практически раздетая (или, наоборот, уже слегка одетая) бессовестно валялась прямо на его лучшем друге, таком же растрепанном и помятом. Они недвусмысленно переплетались руками и ногами, что совсем не походило на их дурашливые драки или бесконечные споры. И Эш бы даже порадовался за них, если бы его сейчас не душила злоба. Сколько раз он спрашивал Ника, что тот чувствует к Кире, и получал только хмыканье и заверения в его безразличии. И богиня тоже хороша со своим секретами! Они просто пара идиотов! То не разговаривали шесть лет, то вот поглядите, улеглись друг на друге и целуются так, что смотреть тошно! – Эй! – он крикнул сам не понимая зачем. Ну целуются, ну и что? Здесь все взрослые и свободные люди, ни один из которых ничего не обещал Эшу. Хотя нет, один все же обещал… – Ник, ты сволочь! – выкрикнул он и ускорился. Колдуны синхронно повернулись к нему, а потом шустро оказались на ногах, действуя так слаженно, как части единого механизма. Кира при этом закусила губу и нахмурилась, а вот Ник пошагал навстречу с Эшем, не уклоняясь и не отводя взгляд. Так же не дрогнул он в момент, когда кулак Эша впечатался ему в челюсть. – Я же тебя спрашивал! – почти выкрикнул он и замахнулся для нового удара. – Что, сложно было честно сказать? – Сложно, – также ровно и будто виновато ответил Ник, снова не дернувшись от боли. – Угомонитесь, – Кира попыталась влезть между ними. – Я взрослая девочка и сама решаю, с кем быть и что делать. – Вот и мы взрослые мальчики, тоже все решим сами, – отрезал Ник и недвусмысленно отстранил ее. – Ага, – внезапно для себя поддержал его Эш, – не лезла бы. «У меня вроде как кто-то есть»! Сказала бы прямо – кто! Или это было не про Рейсаша, и где-то еще один страдалец сейчас примеряет рога? При этом Ник тоже скосился на Киру, а она фыркнула и тут же скрылась за чернотой облика. А потом взмыла в воздух, так взмахнув крыльями, что Ника с Эшем отбросило на несколько метров друг от друга. А когда они снова оказались на ногах, и друг уставился на него с прежним упрямством, Эш просто пнул ногой песок. – Все равно сволочь. – Сволочь, – согласился Ник. – Прости, если сможешь. Эш только покачал головой и снова пнул песок, теперь куда злее, потому что заметил на нем Кирины шорты, а чуть дальше – футболку. Сейчас как приземлится в неглиже перед Одеттой, будет у девы новый культурный шок. – Знаешь, Мариса была права, – внезапно продолжил почти бывший друг. – Любовь – это очень больно. – Будешь тут еще хвастаться мне. И какая любовь? Ты мне все уши прожужжал со своим «сыном маминой подруги», а теперь? Еще скажи, что только на Вероне разглядел все прелести своей подруги! – Нет, – Ник шумно выдохнул, потом плюхнулся в песок, скрестив ноги. – Кажется, я ее всегда любил. Просто в какой-то момент это стало слишком больно, и предпочел все забыть. – Спорим, из-за того, что ты и с ней не смог поговорить нормально? – Эш не выдержал и тоже сел рядом, а потом с удовольствием поскреб затылок, чтобы хоть так сбросить стресс. – Как будто у тебя такого не бывает. Сам за столько недель даже не попытался рассказать Кире о ее божественности. Ага, а еще не признался никому из друзей в том, что регулярно видит Аури. Которая сейчас деликатно исчезла и не мешала их разговору. – Вся жизнь как-то подлиннее будет. Лети уже, догоняй свою боль, пока она не напридумывала себе всего, и вы опять не расстались лет на десять. – Да иди ты. – Да лети ты. Эш не удержался и пихнул Ника в плечо, а тот наконец будто отмер и стал метаться по пляжу, собирая свои и Кирины вещи. – Я твой должник. – Угу, расскажешь потом, из-за чего вы поссорились, в качестве моральной компенсации. Буду слушать о том, какой ты идиот, и наслаждаться. Ник выдавил из себя кривоватую ухмылку, когда остановился перед Эшем, затем кивнул и взлетел, распахнув черные крылья. Целые и невредимые драконы по-прежнему летали над озером, не интересуясь глупыми человеческими ссорами. А Эш только потряс головой, пытаясь вытряхнуть из нее все события сегодняшнего дня и ночи. Еще он запоздало понял, что обратно к яхте придется топать пешком через лес. Хотя, возможно, оно и к лучшему, успеет прийти в себя и успокоиться.