Глава 15

— Итак, надо кинуть жребий, — вступил в диалог самый старший из присутствующих — Авер Моришеч. Парень достал из кармана брюк крупный прозрачный шарик и показал его окружающим. — Загадайте число от одного до шести, сейчас определим, кто за кем пойдет. Я выбираю номер два, — улыбнулся он, глядя на Жозу, у которой от падения лопнуло по шву красное платье, и теперь девушка выглядела совсем откровенно.

Они с Чучелой стояли, прислонившись к невидимой преграде и заговорщически перешёптывались, посматривая то на Ива, то на василиска.

С разных сторон полетели цифры, я решила не медлить и выкрикнула пять. Идти на испытание первой меня совсем не прельщало, хотелось сначала на весь процесс посмотреть со стороны.

К Жозе подошел Мымрак и заботливо накинул ей на плечи свою удлиненную кофту. Девушка резко к нему обернулась, недобро просверлила взглядом и что-то прорычала в ответ. Что именно я не услышала, стояла слишком далеко. Потом она грациозно стряхнула с себя чужую одежду, которая соскользнула на землю. И, мельком глянув на Арона, приняла еще более соблазнительную позу.

Вот дурында! Я с горем пополам удержалась от язвительного комментария. Сначала угрожает, а потому думает, что парень ради ее форм все забудет и снова влюбится. Потрясающая логика!

К слову, Арон даже не посмотрел в ее сторону, зато от души поучал меня:

— Элея, вода холодная, поэтому долго в ней находиться нельзя, — предупредил он, не выпуская меня из своих рук. — Образы будут накатывать один за другим. Некоторые виденья очень болезненные, но не забывай, что это испытание, надо иди вперед. Если почувствуешь, что омут прошлого тебя затягивает, выкрикни мое имя, и я вытащу. Твои воспоминания для меня ничего не значат, поэтому мне будет легко это сделать, поняла? — строго потребовал ответа василиск, а я неуверенно кивнула.

Хотя точно для себя решила, что ни за что не впущу змея в свое прошлое. Это очень личное, ему о моих проблемах знать не обязательно. Как-нибудь справлюсь сама.

И пока не забыла, решила уточнить:

— То, что я увижу, будет правдой? — обернулась к василиску и тут же почувствовала смущение от наших соприкоснувшихся взглядов. Никогда не думала, что подпущу его к себе так близко, да еще позволю по-хозяйски обнимать. Нонсенс какой-то!

— Да, — подтверждая мои мысли, кивнул он.

Тут Авер попросил всеобщего внимания, и мы отвлеклись на него.

Я заерзала, давая понять Арону, что хочу на свободу. Он не стал сопротивляться и расцепил ладони, выпуская меня из рук. Я отошла от него на пару шагов в сторону и сделала вид, что очень занята происходящим. Так мне было проще думать!

— Народ, первый идет… — парень подкинул шар вверх, в нем всколыхнулась оранжевая дымка и всплыла крупная цифра шесть. — Чучела и Дип — вы открываете инициацию! — торжественно объявил стихийник и все взгляды направились в их сторону.

Я выдохнула и улыбнулась. Хорошо, что не я, а то аж дыхание перехватило. Я опустилась на траву, обняла колени руками и приготовилась смотреть испытание ведьмы. Но внезапно произошло нечто странное: прозрачная преграда, разделяющая пары стала непроницаемой. И мало того, что ничего не стало видно, даже звуки исчезли с той стороны.

Ну вот! Расстроенно надулась я. И в чем наше преимущество?! Я глянула на Арона, а он, словно подслушав мои мысли, пожал плечами.

— Решила, что они тебя будут развлекать представлением? — усмехнулся моей наивности. — А свое готова продемонстрировать? — ехидно поинтересовался, а я отвернулась.

Ну да, в чем-то он прав. Мне бы не хотелось корчиться в муках перед зрителями. Чтобы потом ведьмы между собой меня обсудили и от души поиздевались. Бррр!

Я потёрла урчащий живот, который отчаянно выпрашивал еду или хотя бы пару глотков воды. Но мои вещи остались в карете, которая, после того как мы с василиском вышли, унеслась в неизвестном направлении.

Интересно, нас будут кормить или придётся самим добывать пищу? Вместо инициации бегать по лесам, полям и отлавливать кунцов и моржей! И почему все так сложно и держится в тайне?

Арон отошел к Аверу, а я, воспользовавшись свободой, потопала к Марое. Хотелось поболтать и отвлечься. Предстоящее испытание будоражило нервную систему. Но не успела я дойти до невидимой стены, стихийник объявил номер пять.

Я широко распахнула глаза и застыла на месте.

Это нас зовут? Так быстро? А-а-а! Что делать? Я боюсь!

Ища поддержки, я оглянулась на Арона. Он тоже не сразу отреагировал на оповещение, сначала внимательно посмотрел на Авера, словно уточняя, не издевается ли тот, а потом на шар в его руке. Там каталось черное крупное число пять, недавно загаданное мной. Василиск молча указал мне в сторону водопада и пошел вперед, а я поспешила за ним.

Ноги были ватными, в висках стучали сотни молоточков, прогоняя спокойствие прочь. Я нервно теребила край кофты и постоянно сглатывала. Лучше бы он не рассказывал мне всех тех ужастиков, которые я скоро переживу, так еще страшнее!

Мы встали напротив водопада, я впереди, Арон за моей спиной. Разговаривать не хотелось, все детали и так были обсуждены. Я только уточнила у него, надо ли раздеваться, на что он кратко ответил: «Нет» и в знак поддержки крепко сжал мою ладонь.

Я пошла, разгребая ногами ледяную воду. Тело зазнобило, затрясло, отчаянно захотелось рвануть назад, но я быстро справилась с малодушием, мысленно убедив себя, что другого выхода нет, и нырнула. В этот момент неприятное покалывание от холодной воды резко исчезло, а перед глазами замелькали картины прошлого.

Вот моя юная прелестная мать купается во внимании противоположного пола. У нее много ухажёров, но из знатного рода отроков нет, потому что ведьмам закрыт путь в высшее общество. А ей хочется блистать, жить на широкую ногу, плескаться в роскоши и получать все самое лучшее. Зато у нее есть богатая некрасивая подруга.

Я чувствую, как немеют пальцы ног, а грудь стискивает и давит. Хочу сделать вдох, выпрямиться, но борюсь с собой. Я должна увидеть все, понять, что произошло. Пересиливаю себя и терплю, жадно выхватывая обрывки воспоминаний.

Богатый дом полон гостей, званый ужин. Много роскошных дам, усыпанных бриллиантами, солидных мужчин в шикарных камзолах. Юная Мариса счастлива, что приглашена на торжество. Только на нее никто не обращает внимания, не подходит познакомиться. Словно у нее на лбу вытатуировано, что она ведьма. Она злится, завидует, потому что даже ее уродливую подругу кавалеры приглашают потанцевать, а ее нет.

Кто-то зовет меня, кричит, но я не могу сосредоточиться на голосе и не хочу. Все потом. А сейчас я должна узнать правду.

Мариса, пока никто не видит, поднимается в спальню девушки и забирает из шкатулки понравившуюся ей драгоценную подвеску, а подругу навсегда вычеркивая из своей жизни. Но только кулон на украденной цепочке оказывается зачарованный — если его надеть, то окружающие не увидят недостатков.

И тут картинка меняется.

Мариса снова в центре внимания. Теперь она без труда может заполучить любого знатного мага, потому что на ее пышной груди сверкает секрет. Она довольна и счастлива, крутит своими ухажёрами как хочет, вытягивая из них ливреи и подарки. Жизнь бьет ключом, но тут появляется он — красивый и серьезный, умный и богатый — сын главного инквизитора. И Мариса без памяти в него влюбляется.

Моя грудь наполняется тяжестью, картинка становится нечеткой, меня трясёт. Жизненные силы вытекают из тела тонкой струей, но я не могу остановиться.

Сложная ситуация — она ведьма и нечиста на руку, но игра стоит свеч. Только самый желанный из всех мужчин не смотрит в ее сторону, не реагирует на флирт, не любит ее. В отчаянии, она обращается к темной магии и варит любовное зелье, которым и опаивает своего избранника.

Они вместе проводят девять страстных ночей, но чары со времени тухнут. Он отдаляется от нее, отгораживается, а потом и вовсе заявляет, что все было ошибкой. Мариса приходит в ярость, ненависть захлестывает ее и как раз в это время она узнает, что беременна.

Любовь сменяется ярым желанием отомстить. Она не спешит обрадовать любовника приятным известием, наоборот, уезжает далеко-далеко, чтобы он ее не нашел. Потому что у крылатых за всю жизнь может родиться только один ребенок, и она ему его не отдаст.

Хочу кричать, и плакать, так больно! Но не могу, глаза обессиленно закрываются, тело неподвластно мне. Шепчу заледеневшими губами имя сводного брата и проваливаюсь в темную бездну.

Неужто это конец?!

***

— Дура, что творишь! — меня неприятно тряхнули и перевернули лицом вниз. — Вот упертая! Сто раз повторял, как надо делать, нет, чуть не утопилась! — меня постучали по спине, избавляя легкие от воды. А потом, когда из меня вышло все лишнее, усадили на колени и зачем-то начали целовать.

Я кашлянула, распахнула ресницы и сморщилась, выгибаясь от Арона назад. Почему он решил, что может без спроса меня касаться, непонятно. Но тут же, почувствовав слабость во всем теле, прижалась к василиску плотнее. Без его энергии, которой он добровольно делился, сознание снова уплывало в небытие.

Я всхлипнула и зажмурилась. Воспоминания, всколыхнувшись в голове, подняли цунами чувств и затопили душу горечью. Сердце заходилось в истерике и грозило выскочить наружу. Хотелось заползти под плинтус и, спрятавшись от всего мира, жалеть себя. По щекам покатились крупные капли слез.

— Элея, не реви. Ну что ты! Это же прошлое, — уговаривал василиск, бессовестно целуя меня в щеки, лоб, висок. — Что там случилось? Наваждение скоро пройдет…расскажи, — шептал он, растирая рукой мою замерзшую спину и шею. — Прошлое все равно не изменишь, его надо отпустить, — успокаивая, чмокнул губы.

Я на секунду оторопела от столь наглой выходки, хотела запротестовать, но жалость, так не вовремя разбухнув до размера пропасти, усилила истерику. И я, не удержав в себе боль, выплеснула ее наружу:

— Я видела отца, — заплакала и одновременно нервно засмеялась я. — У него за спиной вот такие огромные огненные крылья, — я раскинула руки в стороны. — И он обо мне не знает, — зарыдала в голос. Было так больно и одновременно хорошо. Хорошо, потому что я, наконец-то, смогла его увидеть, узнать, что он есть. — И он меня не бросал. Она наказала его и меня. Его — за то, что отверг, меня — за то, что вообще существую.

И пусть мысли несвязанным потоком срывались с губ, с каждым произнесенным словом мне становилось немного легче.

Только Арон, похоже, не до конца поняв услышанное, строго свел брови и серьезно уточнил:

— Ты не знаешь своего отца? — поудобнее устроив меня на своих коленях, он убрал со щеки мокрую прядь волос. — Мариса ему за что-то мстит? — удивленно приподнял бровь. А я согласно кивнула.

И тут же замолчала, вдруг подумав, что зря поделилась подробностями своей жизни. Арону ни к чему об этом знать. Если он потом использует информацию против меня или разболтает ее друзьям. Я же со стыда сгорю!

— Расскажи все, — ласково попросил он. — Что ты видела? — погладил меня по волосам и крепче прижал к себе.

Но я, уткнувшись носом в его плечо для себя точно решила, что больше не пророню ни слова. Доверять василиску я не могла, да и не хотела.

Я покосилась в сторону и только сейчас заметила справа от нас стоящего Мымрака, а на нем, как осьминог, обвив щупальцами, висела, недавно надменно фыркающая Жоза. Плечи девушки нервно подергивались, она периодически обтирала руками лицо от слез и всхлипывала.

Ну вот, спесь сбита! Ведьмам, оказывается, тоже может быть больно. Даже не верится!

Мы с тритоном обменялись взглядами. Он грустно пожал плечами, мол, жаль, что так получилось и мы не вместе. Я в ответ согласно кивнула и снова вжалась в Арона.

Через некоторое время ребята отправились к карете, припаркованной у входа в пещеру. Я же, не найдя в себе сил подняться, чтобы последовать их примеру, проводила друга и ведьму задумчивым взглядом.

Интересно, по какому принципу формировались пары? Такое ощущение, что Мымрак и Жоза свалились с разных планет. Антиподы, противоположности, абсолютно не подходящие друг другу маги. Словно они соединены, чтобы вредить, а не помогать инициации.

В нашей паре то же самое. Я бы ни за что по доброй воле не выбрала Арона в качестве отражения. Он вызывает у меня недоверие на уровне подсознания. Хотя я вижу, что он старается. В это время в воду вошла Мароя и я замерла, уставившись во все глаза и забыв об остальных. Оказывается, с этой стороны больше не было преграды, разделяющей пары, и можно было наблюдать за чужим испытанием.

Я занервничала. Захотела встать и приблизиться к воде, чтобы вовремя среагировать, если что-то пойдет не так. Но Арон не дал мне подняться, сказав, что разрывать энергетическую связь, установленную между нами чревато последствиями для моего здоровья. Я подумала, подумала и решила его послушаться. Все-таки он мое отражение, а Лиана велела беспрекословно подчиняться наставнику.

Я затихла, напряжённо наблюдая, как Мароя, трясясь от холода или волнения, продвигается впереди. Она постоянно оглядывается на Ива, следующего за ней, словно проверяя, не бросит ли он ее в самый ответственный момент. А когда макушка сирены скрылась под водой, и вокруг все стихло, я по инерции задержала дыхание и замерла в ожидании.

Какое-то время гладь озера была спокойна, только брызги водопада будоражили голубую поверхность, а легкий ветерок трепал светлые волосы хлада, который тревожным взглядом бороздил воду, словно не видя, где находится Мароя.

— Что там происходит? — взвыла я, чувствуя, как волнение жадно стискивает мою нервную систему в своих объятьях. — Почему он бездействует? Она уже давно нырнула? — я с надеждой глянула на Арона, словно он источник истины на земле и может дать ответ на любой вопрос. Но змей только отмахнулся. Устало зевнув, спокойно пояснил:

— Не нервничай, Элея, Ив быстрее заморозит водопад, чем позволит утонуть подопечной. Она не зовет его, он не видит ее. Пока она не выкрикнет его имя, будет сама бороться с демонами прошлого.

Я заерзала на коленях у василиска, не на шутку взволновавшись от его слов. А вдруг Мароя, так же как и я, не сможет вовремя разорвать связь с прошлым и позвать отражение?! Вдруг утонет?

Я сделала глубокий вдох и, прогоняя тревогу прочь, медленно выпустила воздух через губы, сложенные трубочкой. Мароя и Лиана для меня как родные сестры, самые близкие люди, моя семья. Их боль — моя боль, их страхи — мой страхи, их счастье — мой покой.

И тут же заставила себя стряхнуть оковы паники. У нее все получится! Она сильная, смелая и дерзкая. И вообще, до нее все справлялись с испытаниями, так чем моя сирена хуже?! Тем более она русалка, вода ее любит. И тут на поверхности появилась ладонь Марои и снова исчезла в пучине.

— Все, я так не могу! Ожидание убивает! — взвыла я и дернулась. Хотела вскочить на ноги и ринуться на помощь, но была остановлена крепкой рукой василиска, держащей меня за талию.

— Не лезь, вытащить ее — задача отражения, — рыкнул он, плотно прижимая меня к себе. — Нельзя дважды войти в одну воду. Без дара тебя затянет в воронку былого, и даже я не прорвусь сквозь нее, — поучал василиск, спокойным тоном, но только я не хотела его слушать, потому что задыхалась от тревоги и волнения.

Я снова дернулась, затрепыхалась, как рыбина, лишившаяся воды, засопела. И даже больно ущипнула змея, тем самым требуя расцепить руки. Я не доверяла хладу, потому что в академии он вел себя как безответственный придурок, и чувствовала, что Марое нужна помощь.

— Отпусти! — настойчиво попросила я, по традиции брыкнувшись всем телом. — Я должна ей помочь, он стоит как вкопанный и хлопает ушами, а сирена тонет! — попыталась вывернуться, а потом стечь на пол и удрать, но была скручена как младенец.

— Элея, посмотри на меня, — строго приказал змей и, взяв меня за подбородок, развернул к себе лицом. — Научись доверять окружающим. Не все такие идиоты, как тебе кажется. Ты совсем не знаешь Ива, но уже навешала ярлыки. Надо мыслить шире, не зря он ее отражение, — Арон слегка ослабил хватку, позволяя мне сесть поудобнее. А я поджала губы, насупилась и спросила:

— А зачем жить, если не можешь прийти на помощь близким людям?! Тогда все бессмысленно! — я опять обернулась в сторону озера в надежде, что подруга уже закончила испытание, но, не увидев ожидаемого, снова вспыхнула тревогой как искра. А Арон скептически хмыкнул.

— Помогать надо тогда, когда это необходимо. А у хлада все под контролем, я это вижу, — он поднялся на ноги и потянул меня за собой. — Думаю, нам лучше уйти, чтобы не мешать. Надо переодеться в сухую одежду, пока ты не простыла, — подтолкнул меня в сторону выхода, но я уперлась, не желая подчиняться.

— Нет! — заявила твердо. — Я подожду. Я хочу быть уверена, что с ней все в порядке. Мне надо, — я попыталась обойти Василиска, стоявшего могучей скалой на моем пути, но тут же была, как несмышленый детеныш подхвачена на руки.

— Опять?! — взревела я от возмущения. — Да как ты смеешь так со мной поступать?! Я взрослая, самостоятельная, свободная женщина, что хочу, то и делаю! — взвилась и раздраженно треснула неуправляемого змея по твердому плечу, но он даже не отреагировал на мою выходку.

— Я тебя понял, женщина, — выдал с усмешкой, не планируя меня отпускать, и широким шагом двинулся на выход из пещеры навстречу нашей тыкве.

Я выгнулась дугой, сопротивляясь, и увидела, что Ив выносит из озера русалку. Голова Марои была откинута назад, с длинных темных волос стекала вода, бирюзовый чешуйчатый хвост касался земли, а лицо казалось таким белым, что у меня перехватило дыханье.

Ну вот, дотянули, доигрались! Прорычала я про себя. А я говорила, что надо действовать! И тут Мароя зашевелилась, вздохнула и распахнула большие черные глаза. А я от счастья аж засияла. Слава магам, она жива!

Арон дотащил меня до кареты и только там опустил на ноги. Легонько подтолкнув в спину, указал на тыкву, тем самым намекая, что надо лезть внутрь. Я фыркнула, показательно выражая свое недовольство, но все же послушалась. А куда деваться?

Перебравшись на свое сиденье, я приняла грозный вид, решив, что просто обязана откровенно поговорить с василиском и расставить все точки над i. Верно заметив, что если мы сейчас не найдем общий язык, дальше будет только хуже. И вообще, меня очень бесил тот факт, что он постоянно давит своей волей, а если возражаю, хватает и скручивает.

— Арон, я прошу тебя по-хорошему, не прикасайся ко мне без необходимости, — твердо начала я. — Мне неприятно. Ты мне чужой человек, а я не привыкла, чтобы кто-то нарушал мое личное пространство. И пусть это испытание заставило нас держаться вместе, оно никак не изменит мое отношение к тебе, — я нервно откинула назад мешающие мокрые после испытания волосы. — Если мне будет нужна твоя помощь, я об этом скажу. А в остальном, я буду сама решать, что делать или не делать, — выдала на одном дыхании и строго глянула на василиска, проверяя, понял ли он меня. Но на этом мой монолог не иссяк. — И еще, не надо делиться со мной энергией, это лишнее. Я сама справлюсь. Всегда справлялась и сейчас смогу… — в этот момент карета дернулась, покатилась и довольно резко взмыла ввысь. Меня снова повело, подбросило и завалило на змея.

Ну почему все происходит так не вовремя!

Когда тыква выровнялась и спокойно полетела вперед, я распахнула ресницы и с трудом разжала пальцы, намертво вцепившиеся в футболку Арона. А потом еще больше расстроилась, поняв, что снова лежу на василиске сэндвичем, а он смотрит на меня со снисходительной усмешкой.

— И кто к кому льнет? — философски поинтересовался змей, приподняв голову.

— Это не в счет, — гордо заявила я и полезла на свое место.