Глава 4

Еще одна причина, почему я так хотела научиться летать на море — я плохо переносила портальные перемещения. Такое ощущение, что меня разбирали на части, сжимали в шарик, швыряли, а потом на быструю руку собирали обратно. После перехода я чувствовала головокружение, тошноту и рассеяность. Мне нужно было время, чтобы прийти в себя. И я была такая не одна. Многие души испытывали дискомфорт, пользуясь услугами порталов, но пока это был самый быстрый способ добраться до места.

Рядом с «Академией чародейства» находилась дверь телепортации, куда я отправилась после того, как из моей комнаты убрался настырный василиск. Опустив ливрей в ячейку, я написала мелом пункт назначения и сдула буквы. Ровно через минуту я вывалилась на улице Вербен. В горле першило, ноги подкашивались, а картинка вертелась перед глазами.

Глотнув свежего воздуха, я отошла в сторону, чтобы отдышаться и, припав спиной к высокому баобабу, закрыла веки. Я чувствовала себя не очень, но мой путь был еще не окончен. Чтобы попасть в поместье Дрейков, мне надо было идти пешком около получаса, что я и сделала. И как следствие, я сильно опоздала.

— Элея, ты в своем репертуаре! — распахнув массивную дверь, на меня налетела мать разодетая в длинное золотое платье с глубоким декольте и разрезом на ноге до самого пупа. — На тебя абсолютно нельзя положиться! — прошипела она, небрежно втолкнув меня в дом. А я мысленно фыркнула: кто бы говорил!

Мориса не стала утруждаться и ждать, пока я разуюсь. Рявкнув, чтобы я поторопилась и, цокая тонкими каблуками по мраморному полу, она двинулась в столовую, где ждали ее корреспонденты из журнала «Богатые и великие». А я, проводив мать расстроенным взглядом, села на белоснежный пуфик, расстегнула босоножки, скинула их и достала из сумки пузырек с настойкой смелости. Покрутив его в руке, я призадумалась.

Если дома источником храбрости для меня были верные подруги, то тут, в чужом месте, я чувствовала себя загнанным зверьком, попавшим в ловушку. Давили даже стены и потолок. Мать, мало того, что не проводила в столовую и не представила гостям, так еще и разозлилась. А повторная встреча с Ароном вообще вызывала во мне приступ отчаянья. Я снова посмотрела на пузырек с золотой жидкостью и, немного посомневавшись, положила его обратно в сумку.

Я смогу выпить настойку в любой момент, — пообещала себе, — но пока не время.

От мыслей меня отвлекло странное шуршание за спиной, и я резко обернулась.

Из-за пуфа выглянуло белое пушистое чудо с розовым носом, крылышками и с огромными наивными черными глазами, и тут же спряталось. Но через пару секунд появилось опять. В этот раз оно с любопытством сопело, принюхивалось, но ближе подойти не решалось.

— Ух ты, Кюза! — улыбнулась я, протягивая навстречу малышу руку. — Детёныш лохматого дракона, обитающего в зимнем лесу. И как он здесь оказался? Эти ящеры хоть и не вырастают больше собаки, все равно довольно своенравные и в неволи не живут.

Я полезла в сумку за кусочком шоколяпки. Вдруг еда ему понравится, и он подойдет ближе, а я смогу его погладить. На предложенное лакомство детеныш заинтересованно повел носом. Засуетившись и издав странный мурчаще-рычащий звук, наполовину вышел из своего убежища, но от громкого окрика: «Не смей!», тут же дал деру, скрывшись за диваном.

— Вот гадство! — прохрипела я, вскинув голову. — И снова он! — глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, видя, как Арон спускается со второго этажа. — Чтоб его в портал засосало, расщепило и больше не сложило! — рассержено прошептала себе под нос и поднялась на ноги. Расправив складки тонкого сарафана, я приготовилась отбиваться.

— Чего смотришь? — довольно грубо выдал змей, подойдя ближе и встав напротив меня. — Кюзе нельзя сладкое. Решила убить домашнего питомца? Это месть такая? — прищурился вредный василиск, а я насупился.

Опять все сначала! Как же мне надоело! Он раздражает меня, бесит, выводит. Просто не передать, что я чувствую, когда этот гад рядом!

— Ты глухой или тупой?! — рыкнула я, решив, что нападение, лучше, чем смирение. — Просила же не подходить ко мне и не разговаривать. Страдаешь короткой памятью? — я резким движением сдернула с пуфика сумку. И хотя мне отчаянно хотелось сказать ему еще одну гадость, я осеклась, заметив, как потемнели от злости глаза василиска.

Я сделала шаг назад, а потом вообще, обойдя преграду в виде борющегося с приступом гнева мужчины, потопала в столовую, где разговаривали люди, но тут же была поймана за запястье и рывком возвращена на место. Только ойкнуть успела.

— Ты совсем охренела, сестренка?! — не отпустив моей руки, наоборот, сжав до боли, процедил василиск прямо в лицо. А я слегка отклонилась назад, чтобы мы носами не соприкоснулись. — Думаешь, я буду терпеть твой длинный язык, раз ты теперь член моей семьи? Хочу тебя разочаровать — со мной это не пройдет, — его губы искривились в брезгливой ухмылке, а я дернулась, попытавшись вырваться.

Но это не помогло, меня рывком притянули ближе, да так, что я чуть не завалилась на проклятого змея, только каким-то чудом удержалась на подкосившихся ногах.

— Или как твоя наглая мать будешь манипулировать, давить и шантажировать?! — по лицу василиска прошла рябь, частично покрывая его кожу змеиным орнаментом, а я попыталась его оттолкнуть, но не вышло.

Зрелище, когда маг трансформируется, скажу вам, не из приятных. Поэтому я, не удержавшись, опустила взгляд, мысленно собираясь с силами, чтобы дать достойный отпор. В груди снова зажгло, а к горлу подкатил давящий ком, не дающий ровно дышать.

Чего он ко мне прицепился? Почему как заведённый постоянно сравнивает меня с матерью? Он совсем меня не знает. Чего такого ужасного натворила Мориса, что Арон люто ненавидит ее и меня?

Конечно, по-хорошему, надо было бы разобраться в ситуации. Спросить, в чем дело. Но, к сожалению, я совсем не горела желанием общаться с ненавистным василиском, поэтому предпочла пойти по пути меньшего сопротивления, просто отмахнувшись от проблемы.

— Пусти или я заору! — предупредила я, мысленно продумывая, как удачнее укусить василиска, если угроза на него не подействует. — Я приехала по просьбе матери, чтобы расхвалить твою семейку, — язвительно протянула, расставляя акценты. — Сейчас корреспондент сделает оттиск, и я тут же вернусь в академию. Так что перестань ко мне цепляться и все быстро закончится! — я отчаянно пыталась заглушить эмоции, душащие меня, и включить здравый смысл, но мне удавалось это с трудом. — И к слову, я не претендую на место в твоем сердце, и не пытаюсь влиться в твою придурочную семью. Ты мне никто, доволен?! — произнесла нарочно с брезгливыми нотками в голосе, но, по-моему, Арон мне не поверил.

— Да что ты! — оскалился он, люто блестя глазами. — Так любезно с твоей стороны! — процедил сквозь ровные белые зубы и тут же глянул в сторону столовой, где внезапно смолкли все разговоры. — И чем докажешь? — понизив тон, перешёл на грозный полушепот.

— Я ничего не собираюсь тебе доказывать! — от души рявкнула я, сдув непослушную рыжую прядь, падающую на лицо. — И вообще плевать, веришь ты мне или нет! Меня мало заботит твой комфорт! — только поорать мне не дали, тут же перебив.

— Тогда, может, по доброй воле уберешься из «Академии чародейства» и перестанешь маячить перед моими глазами? — Арон многозначительно подергал левой бровеью и потянул меня вглубь дома, подальше от гостей, чтобы нас никто не услышал.

Я стала упираться, но босые ноги легко скользили по мраморному полу, не давая возможности затормозить. Где-то жалобно заскулил испуганный дракоша. Видимо, маленькому Кюзе, как и мне, наш с василиском разговор на повышенных тонах совсем не нравился. Только кто бы нас спрашивал?

— Размечтался! — фыркнула я, зацепившись рукой за косяк и растянувшись как шланг между мужчиной и дверью. — Я буду учиться до конца. И мне плевать, что тебя раздражает мое присутствие в «Академии чародейства». Сам проваливай, если хочешь! — прошипела, стараясь взяться удобнее, но Арон слегка дернул меня за руку. Этого хватило, чтобы мои пальцы соскользнули, и я потеряла опору.

Меня снова потянули как козла на верёвочке. А спину в районе лопаток защипало и зажгло. Захотелось остановиться и почесать беспокоящее место, но у меня не было шанса реализовать задуманное.

— Ничего, придется смириться, — уверенным тоном констатировал противный змей, даже не оглянувшись, а я снова вспылила:

— Отвали от меня! Я что непонятно сказала: не лезь ко мне! — стала дергаться, отчаянно выдираясь. Даже пару раз огрела ненавистного василиска кулаком по плечу. Но он не проникся моими потугами, наоборот, сжал запястье еще сильнее. — Я закончу академию любыми средствами, и не стой на моем пути! — рявкнула я, разозлившись не на шутку, и все же свободной рукой почесала спину.

Совсем офигел, придурок! Мало того, что угрожает, еще как швабромойку, волочит за собой.

— Не ори! — Арон предостерегающе глянул на меня своими черными узкими глазищами, а я раскрыла рот, чтобы назло увеличить звук выступления, но не успела, потому что меня уронили на огромный бежевый диван, стоящий в холле. А василиск, наклонившись и уперев руки по бокам от меня, навис сверху.

Легкий, пьянящий аромат, смесь земли после дождя и муската, уловило мое обоняние, вызвав интерес, но я не стала зацикливаться на необычных ощущениях, оставив разбор чувств на потом. С опаской и осторожностью глянув на рассерженного змея, я вжалась в мягкую спинку, а в целях самообороны поставила между нами ладонь.

Что он задумал?

— Запомни, детка, и матери передай, вы не с тем связались. Будете лезть в мою жизнь, попрощаетесь со своей: уютной и богатой, — приблизившись к моему лицу, процедил сводный брат, а я от возмущения аж рот раскрыла и воздухом захлебнулась.

Что он несет?! Какая богатая жизнь?! По мне не видно, что я еле свожу концы с концами. Хотя, пусть лучше так думает, а то мое материальное положение станет еще одним поводом для его насмешек.

— Сейчас только ты лезешь ко мне, а я, наоборот, стараюсь обходить тебя стороной! Да нужен ты мне, как сарану третий хвост! Подавись своими ливреями! — взвизгнула я, задыхаясь обидой и яростью. Да еще решительно пнула Арона ногой в коленку, посчитав, что это единственное сопротивление, которое я могу оказать.

К моему великому удивлению, маневр удался. Правда, его результат меня не порадовал, быстрее привел в ужас. Потому что Арон, попытавшись выпрямиться, потерял равновесие, и практически накрыл меня сверху, в последний момент, выставив вперёд согнутую в локте руку. Только это не спасло его от того, чтобы клюнуть губами мой рот.

Сказать, что мне на голову упал потолок, значит, ничего не сказать. Я чуть сознание не потеряла от такого исхода событий.

А ненавистный змей, вместо того, чтобы тут же с меня встать, даже не сразу от губ отлепился. Задержался на пару секунд, передавая тепло и странные импульсы моей коже.

Вопреки здравому смыслу, горячая волна поднялась от кончиков пальцев, прошлась по нервным окончаниям, достигла горла, даря любопытные ощущения. Я даже неосознанно на секунду прикрыла веки, но тут же, вернув себе самообладание, распахнула их и уставилась на мужчину круглыми глазами. Мысленно молясь, чтобы это был просто дурной сон.

Арон глаз не закрывал, наоборот, так пристально смотрел, что паника во мне стала буквально осязаемой. Его взгляд гипнотизировал и притягивал, не позволяя разорвать визуальный контакт. Но я собралась с силами и, впившись ногтями в его плечи, оттолкнула от себя.

— Ты…Что ты делаешь?! — громко прошептала, когда мой рот получил свободу. Я кипела праведным гневом, захлебываясь от возмущения. — Ты это нарочно? — предположила самое вернное, но гадкий змей, не пожелав даже слезть с меня, фыркнул:

— Ты совсем рехнулась, Элея! — скривился он, только слегка привстав, чтобы лучше видеть мое вытянутое от негодования лицо. — Я что больной на голову? — ответил вопросом на вопрос, растянув на губах ехидную улыбку. — Это ты нарочно рот подставила, — заявил уверено, с удовольствием следя за моей реакцией.

Я от такого наглого вранья, чуть дар речи не потеряла. Как рыба открывала и закрывала рот, пытаясь выразить свое возмущение и не желая признавать полное фиаско. Правда, немота длилась недолго, уже через пару секунд я сообщила:

— Придурок! — выругалась от души, отчаянно желая обтереть губы тыльной стороной ладони, чтобы не чувствовать фантом прикосновения, терзающий воображение.

— Истеричка! — полетело мне в ответ от хамской морды.

— Что здесь происходит? — раздался знакомый женский голос, доведя возникшую ситуацию до крайности.

Я чуть в обморок не упала, увидев через плечо Арона, влетевшую в зал мать, у которой от представшей картины отвисла челюсть. Но вся полнота нелепости этого мгновения достигла апогея, когда за Морисой вошел Крон и озадачено уставился на нас.

О, маги, пусть это будет дурной шуткой моего воображения! — проскулила я, собирая мысли в кучу, чтобы придумать выход, который никак не придумывался.

А невозмутимый василиск тут же, оттолкнувшись руками от дивана, принял вертикальное положение. Протянув мне ладонь, чтобы я встала, как ни в чем не бывало пожал плечами.

— Ничего особенного, — спокойно глянув на удивленного отца, пояснил: — Ты же просил поближе познакомиться со сводной сестрой, вот я и познакомился, — откинув назад черную челку, задвинул меня за свою спину, а я чуть не расплакалась от досады.

Все я пропала!

— Ну не таким же способом! — возмутился высокий широкоплечий мужчина в строгом камзоле с золотыми пуговицами и с легкой сединой в черных, густых волосах.

— Ты не уточнил методы, поэтому я как умел, так и общался, — с сарказмом в голосе заявил Арон, совершенно не смущаясь.

Недоумение в глазах Крона сменилось замешательством, а в воздухе повисло напряженное молчание. Правда мать быстро опомнилась. Засуетившись перед мужем, заявила наигранно бодро и требовательно:

— Так, сейчас некогда разбираться, нам нужно сделать семейный оттиск для журнала. Давайте пройдем в столовую, там отличный фон, — она взяла мужа под руку и, шепнув ему что-то на ухо, увела за собой. А мы с Ароном молча и не смотря друг на друга, двинулись за родителями.

На входе в комнату я слегка замедлила шаг, чувствуя замешательство от уместности своей персоны на общем снимке, но василиск одним тычком в область поясницы бессовестно втолкнул меня в столовую и вошел сам.

Чуть не задохнувшись от раздражения, я оглянулась на Арона, и с моих губ сорвалось рассерженное шипение.

— Не трогай меня, — мстительно сообщила я ему, — без тебя разберусь, — ускорила шаг, чтобы оторваться от ненавистного гада.

— Хватит сопеть, топай быстрее, — последовало мне в ответ.

Столовая была выполнена в светло-кофейных тонах и поделена на две зоны. В левой части стоял большой темный круглый стол, обрамленный удобными мягкими креслами, а сверху парил яркий кристалл в виде каменной розы, освещающий все помещение.

В правой части, рядом с камином и напротив огромных панорамных окон, располагался длинный уютный диван. Около него — невысокий стеклянный столик для вечерних напитков и два широких кресла, украшенных пухлыми подушками. Очень красивый интерьер, но какой-то неживой, словно сделанный напоказ.

— Так, рассаживаемся за столом, — засуетилась Мориса, жестом показывая троллям, шустрым девчонкам с яркими разноцветными волосами, ставить посуду для аломянного напитка и подавать фрукты с шоколяпом. — И не забудьте чашечку для несравненного, потрясающего, гениального Фанер Худнисола, который создаст неповторимый оттиск нашей дружной семьи, — прочирикала она, на ходу поправляя рыжую гриву.

А меня аж передернуло от неприкрытой лести, которая как из рога изобилия лилась из моей матери.

Я плюхнулась на свободное кресло и, надувшись, скрестила на груди руки. Пусть делают, что хотят, только побыстрее! Но проходившая мимо Мориса, больно щипнула меня за плечо и длинным худым пальцем указала, чтобы я пересела ближе к Арону, чем вызвала во мне бурю негодования, но я сдержалась. И так за окном уже спустился мрак, а если я начну выступать, то оттиск затянется на всю ночь. Я молча перебралась на соседнее кресло и, закинув ногу на ногу, отвернулась от Арона в другую сторону, отчаянно изображая, что его вообще не существует.

Когда все расселись по своим местам, длинный, худой ушастый эльф, с белыми волосами, вдохновенно обвел нашу непутевую семейку оценивающим взглядом. Взметнув кисть над мольбертом, стал рисовать, не касаясь листа.

— Обнимемся, сестренка? — издевательски шепнул Арон мне на ухо, застав врасплох. Я даже дернулась от неожиданности.

— Обойдешься, — фыркнула я, сморщившись, словно съела неспелую лимонку, а мать громко цыкнула, заставляя всех замолчать.

— Нельзя отвлекать Фанер Худнисола, а то его покинет вдохновение, — громко прошептала она, приложив длинный ноготь к пухлым губам. А я только сейчас осознала, почему мать с годами совсем не меняется. Видимо, за бешеные ливреи покупает «живую воду» и пьет ее в полнолуние. Эта может.

Пока корреспондент журнала «Богатые и великие» вдохновенно малякал, я следила за хорошеньким маленьким дракошей, который, спрятавшись за диваном, порой высовывал мордочку и принюхивался. А когда слегка осмелел, решив, что его никто не видит, стал увлеченно грызть ножку дивана, уцепившись когтистой лапой за обивку.

— А ну-ка! — услышав хруст и не поменяв позу, рыкнула мать на проказника. — Сейчас я кому-то! — ругалась, не переставая изображать широкую улыбку.

Бедный Кюза, раскрылившись, с такой скоростью рванул из столовой, что, пробегая мимо, чуть не сбил великого маэстро с ног. А мне стало бедолагу жалко: ему бы в зимний лес, на свободу. Чего они зверя взаперти держат?

Я подняла глаза и пересеклась взглядом с отцом Арона, который задумчиво меня рассматривал. От неловкости ситуации я заерзала в кресле, что тут же было замечено вездесущей матерью.

— Элея не вертись и улыбайся, а то выглядишь, как бледная моль, — прокаркала Мориса, еще сильнее распрямив плечи и шире растянув неестественную улыбку. — Арон, глаза открой, нечего спать! — змею тоже досталось.

Только василиск как дремал, откинувшись в кресле, так и остался сидеть в удобной позе. А мать перешла к следующему объекту придирок, находившемуся рядом с ней.

— Дорогой, — протянула она, стряхивая несуществующую пылинку с плеча мужа, — не хмурься, а то у тебя лицо покрывается морщинами, — поправив край ворота его камзола и даже не подумав, что своими словами она может обидеть мага, Мориса снова приняла застывшую позу. И в этом вся моя мать.

Еще полчаса мы маялись бездельем и боролись со сном. Но я не переживала что поздно, потому что планировала вернуться в академию через личный портал Дрейков. Недаром отец Арона был учредителем компании по производству портальных плетений.

— Все сюда, — разбавив тишину, утонченный ушастый мастер похлопал в изящные ладони. И жестом позвал нас, чтобы продемонстрировать свое творение.

Взволнованная Мориса, чуть не сбив поднимающегося с кресла мужа, рванула первой. Громко стуча каблуками по мрамору, понеслась смотреть оттиск.

Я же не спешила идти за родителями, в принципе, результат меня не интересовал. А Арон вообще не разлепил ресницы, так и продолжив спать в кресле.

— Что это?! — вскрикнула Мориса, прижимая ко рту хрупкую ладонь. — Кто это?! — она склонила голову на бок, с удивлением рассматривая желанный оттиск, а Арон, не открывая глаз, усмехнулся вслух. — Почему у меня на носу гигантская бородавка, а зубы острые, как у сирен?! Я, вообще-то, почетная колдунья, член благотворительного общества «Спасем женскую красоту»!

Утончённый эльф, встав за спиной клиентки и еще раз оценив придирчивым взглядом свое бесценное творение, невозмутимо пояснил:

— Глубокоуважаемая Фанья Дрейк, я рисую не оболочку, а душу. Мой оттиск — это отражение общей картины…

— Но я не такая! — заорала Мориса, не дав эльфу закончить мысль. — Вы исказили, опорочили меня! Почему все остальные, не считая незначительных деталей, похожи на себя? У Крона и Арона пол лица покрыто змеиной чешуей, но это нормально, они василиски. Элея объята огнем, который, могу сказать, ей к лицу. Так почему я получилась вся перекошенная и страшная?! Разве я такая?! — прокричала она, привстав на носочки, но эльф как был безмятежен и умиротворен, так и остался.

— Крон, сделай что-нибудь! — не добившись ничего от гения оттиска, взревела Мориса, кидаясь к мужу. А я решила, что пора уносить ноги, потому что мать разошлась не на шутку и готова порвать всех.

— Мне вообще-то пора, — пролепетала я, поглядывая в сторону огромного зеркала, висящего в коридоре. — Мам, пожалуйста, мору пришли к понедельнику, а то у меня занятие по левитации, — попросила тихо и тут же была проткнута недобро горящим взглядом Морисы.

Со скоростью света она подлетела ко мне и, больно схватив за локоть, процедила:

— Ничего не получишь, шлюха. Я тебя для оттиска позвала, думала, ты порядочная, как я. А ты решила залезть в трусы наследника! — у меня даже ноги подкосились от ее слов и дыхание сбилось. — Только знай, ничего у тебя не получится, отношения между родственниками караются каноном. Так что сдвинь свои ноги и проваливай из моего дома, — заорала она, оглушительно и беспощадно пронзая меня в самое сердце.

Кадык Арона рассерженно дернулся, выражая крайнюю степень недовольства. Змей, распахнув глаза, поднялся с места и двинулся в нашу сторону. Но я не стала ждать, пока противный василиск подойдет и добавит. Сорвалась с места и ринулась в коридор.

За считанные секунды, накропав мелом пункт назначения на ободке зеркала, я сдула буквы и провалилась в портальный мрак. Мысленно обещая, что больше никогда и ни за что не вернусь в этот проклятый дом!