Чарократия 2. Драконий плющ — 19. Летняя практика. Дубль два.

19. Летняя практика. Дубль два.

Светлана.

Две недели пролетели совершенно незаметно. Зато весьма продуктивно: по итогу вышло восемь амулетов с учётом подзаряженных и один меч. Временно прозвали его «кладенцом», ассоциативно со старинными сказками. Влад не мог на него налюбоваться, а если бы ещё узнал о секретных опциях, вообще бы с ним не расставался. К сожалению, в них его не посвятили, самостоятельно экспериментировать с бериллием запретили, зато подарили несколько самоцветов, негодных для трансформационных амулетов по техническим характеристикам и разрешили использовать для личных нужд. Жене серёжки изготовить, заодно будет время вкусить её благодарность в полной мере – учитель-то уезжает. По особому приглашению магистра Головина. Для обмена опытом, так сказать. В свой безразмерный кофр он впихнул добрую половину артефактов, в первую очередь, взяв различные измерители и уловители. Анализировать музыкальную магию собрался, естественно, предварительно поклявшись в конфиденциальности информации. Оформить это дело решил отпуском, который накопился за неиспользованные года неимоверно. Драконы тоже двинулись на Алтай, так и не уговорив Ризолу остаться в долине. Та прекрасно понимала, на какой риск идёт, но теперь, имея возможность перекинуться во вторую ипостась независимо от местонахождения, решила не прятаться. Тем более, что ближайшее время они собирались провести в клане музыкальных магов.

Сказать, что наше прибытие вызвало фурор – значит, ничего не сказать. Во-первых, Радислав:

его приезду были откровенно не рады. Не все, конечно, но как минимум половина встречающих всячески выражали недовольство. Впрочем, они и на нас косо смотрели, видимо, те, что были против просветительской миссии Александра. Успокоились они только после того, как мы принесли клятву о неразглашении, а когда прилетели наши общие знакомые, то и вовсе выпали в осадок. Марина и Данила, восседавшие верхом на ящерах, так вообще стали чуть ли не героями, преодолевшими систему.

С них даже клятву не хотели брать, но Данила настоял, мало ли, вдруг ментальная проверка, а это гарантированная защита от взлома.

Вечер прошёл за знакомством, поеданием пельменей и питиём сбитня. Истеру наливали с опаской – помнили, как он с парочкой адептов в прошлый раз накуролесил, но сегодня полукровка вёл себя, как паинька. Неудивительно, ведь рядом так мило краснела белокурая фея, теребя пальчиками его руку под столом. Данила заметно расслабился, как будто всегда натянутая пружина беспокойства перестала донимать. Похоже, не зря его вызывал для приватной беседы сам глава клана. Люсия смотрела на него тёплым янтарным взглядом и счастливо улыбалась его открытой, не сдерживаемой постоянным самоконтролем симпатии. Одна Тамара недовольно хмурила бровки, глядя, как у неё из-под носа уводят мечту девичьих грёз. Высокий, как фонарный столб и тощий, как жердь парень с буйно вьющейся шевелюрой всячески отвлекал её от грустных мыслей. К слову сказать, успешно.

На следующий день, хорошенько выспавшись, мы пошли на вводное занятие, долженствовавшее подготовить нас к обряду посвящения. Интересно, а здесь есть Источник?

То, что мы услышали дальше, не шло ни в какое сравнение с тем, что мы уже знали о музыкальной магии. На вопрос: «Почему только сейчас?» учитель таинственно улыбнулся и сказал лишь: «Всему своё время и свой порядок».

Итак, мой очередной взрыв мозга начался с того, что весь нотный стан прекрасно ложился на чакры, и относящиеся к ним ноты прорабатывали их, очищая и обновляя. Определённые гармонические сочетания были способны как стимулировать или стабилизировать их работу, так и разрушить энергетический баланс и разорвать связи. Начинается всё снизу, где начальное До отзывается вибрацией в районе копчика, постепенно повышаясь до финального Си, раскачивающего теменную часть энергетического тела. В общем, правильно проведённый обряд звукотерапии гармонизирует работу всех наших тел и потоков, устраняет разрывы, восстанавливает целостность структуры, чем мы, собственно, коллективно занялись на обогреваемой солнечными лучами поляне.

Как ни странно, но практически все звуки оказались нам подвластны, невзирая на пол и индивидуальные диапазоны. Дело было то ли в месте, то ли в расслабленном состоянии, а, может, повлияло всё в совокупности, но мы лежали на непромокаемых одеялах и «возгудали». Положили нас кругами в несколько ярусов, как многоступенчатую ромашку: в центре верховное жречество, следующим кругом старшие ученики, а во внешнем младшие вперемешку с преподавателями – для контроля. Гудели унисон: мощный, красивый. Он растекался по окрестностям, как густая патока, проникая в каждое деревце, в каждую зверушку, в каждую частицу наших тел. Я вновь растворялась в потоке силы, но в этот раз добавилось единение с огромным количеством людей. Мы сливались, резонировали, подпитывали друг друга, под конец почувствовав себя чем-то единым и необъятным.

Ощущения от таких разных обрядов в чём-то совпадали, а в чём-то кардинально отличались. В Аркаиме всё основывалось на энергии Источника, она шла извне и вливалась в нас, насыщая, растворяя внутренние границы. Здесь же мы сами генерировали поток, расширяя резервы и объединяясь воедино, чтобы насытить друг друга и окружающее пространство. В конечном итоге я бы сказала, что мы сами стали своеобразным Источником, что вызывало во мне безмерное удивление и гордость. Да, мы крутые!

Особенно, когда в тельняшках.

Радислав с полукровками стояли с разных сторон поляны и фиксировали показатели: один ловил волны, другая кванты, а сам артефактор смотрел в окуляры для видения тонкого мира. Ризола же отвечала за энергомер, фиксировавший каждые четыре секунды количество излучаемых чар. Стоит ли говорить, что он ещё два дня ходил со вздыбленными от результатов волосами, составляя какие-то таблицы. Даже константу умудрился вычислить, правда, признавать таковой её пока остерегался из-за недостаточного количества опытов. Мы, как могли, подсобляли в её калибровке, работая не покладая связок.

Кстати, о связках, но уже в ином смысле: наша троица окончательно сформировалась в полноценную певческо-магическую единицу, что означало, что теперь мы достигли уровня выпускников, а по некоторым показателям даже магистров 1-й степени. Тамара нас догоняла и грозилась отпинать за то, что молчали о драконах. Кстати, на удивление остальные ученики, прибывшие из Школы, довольно адекватно восприняли информацию о чешуйчатых. Похоже, дело не обошлось без воздействия, но я об этом ничего не знаю, ибо не посвятили. Конечно, нас-то убеждать в том, что драконы в целом хорошие ребята не имело смысла – мы и так были очень даже в курсе. Более того, сами «подружились» плюс нехило прокачались в процессе совместных приключений. Как сказал Александр, такой резкий рост способностей – уникальный случай.

Знали бы мы, что нас ждёт из-за подобной уникальности, молчали бы в тряпочку…. Хотя, попробуй тут утаи, когда результаты налицо. Теперь нас учили работать в большом коллективе для масштабных обрядов. И пусть в общем звуке не было слышно индивидуальности, но вклад в магическую структуру оказался весьма существенным.

Что касается межличностных отношений, то мы ощутимо чувствовали суровые отголоски дедовщины. Спасал нас Данила, одним своим серьёзным видом отпугивая некоторых особо настырных личностей. К сожалению, не всегда и не всех. И если насчёт Марины уже никто особо не обольщался после пары познавательных бесед с Истером, то ко мне цеплялись нещадно. Нет, меня не обижали. Да, друзья всем видом показывали, что мы одна банда и готовы стоять друг за друга горой. Но мелкие подколы никто не отменял. Народ считал, что раз моего милого нет рядом, то он и подвинуться может.

При этом открыто ухаживать никто не собирался, пока лишь прощупывали почву насчёт характера и прочих особенностей. Единственное, женскую половину коллектива здорово прищучила Ризола, пообещав всем космы повыдёргивать, ежели с её снохи хоть один волосок упадёт. Парни, естественно, насчёт шевелюр не переживали и продолжали исподтишка «проверять на вшивость».

Странные они какие-то, как будто с девушкой не умеют нормально обращаться. Или это только меня касается? Других, вроде, не особо трогают. С одной стороны смешно, с другой немного грустно.

Впрочем, я старалась не заморачиваться и львиную долю намёков пропускала мимо ушей. В конце концов, нам вливаться надо, приспособиться ориентироваться в масштабном многоголосье и не сбиваться с ритма, ибо есть в массовых песнопениях одна большая подстава – скорость звука.

Приходилось буквально смотреть в рот запевающему и отслеживать его артикуляцию, иначе, полагаясь на одни уши, мы безбожно опаздывали. Занимательная штука, особенно, когда у того зубы сверкают на солнце… золотые. Видимо, до керамических протезов здесь пока не додумались. Кстати, парень-то молодой, явно не от старости обеззубел. Судя по вредному характеру, выбили. Зато как поёт, как поёт!

Густой, обволакивающий тембр так и манил закрыть глаза и слушать, слушать… и не видеть сияние солнечных зайчиков в неположенном для них месте.

Не успели мы выучить пару песен, как нас тут же приспособили к общественной работе. В одной из деревень километрах в двадцати от клана начался птичий мор. Бедные животинки за каких-то пару дней иссыхались, синели и гибли пачками. Ни травы, ни заговоры не помогали, пришлось вызывать ударную силу. Естественно, вернуть усопших пернатых мы не могли, требовалось попросту очистить место от специфической инфекции.

Птичка – невеличка по полю летала

По полю летала.

По полю летала, травку пригортала,

Травку пригортала.

Травку пригортала, сокола искала,

Сокола искала.

Ты гортуешь мною, как ветер травою,

Как ветер травою.

Как ветер травою, туман долиною,

Туман долиною.

Улетай подальше, забирай поклажу,

Улетай подальше, забирай поклажу

Забирай поклажу0.48

Удивительное дело, но от нашей работы лица селян, усталые и даже какие-то сероватые, менялись на глазах. Как будто и их терзала неизвестная хворь, только без летального эффекта. Спев под конец пару веснянок, дабы очистить место от эманаций смерти и просто поднять всем настроение, мы отправились обратно. Задерживаться на обед не стали, иначе не успели бы вернуться до наступления темноты, но взяли харчи с собой. Похрустывая солёными огурчиками, мы щурились от ласкового солнышка, болтали ногами и радовались, что смогли помочь в такой трудной ситуации. Вокруг не смолкали трели птиц, так и зазывая подпеть, а нам только дай повод…

И только вернувшись обратно, отужинав и упав на кровать, мы поняли, насколько устали.

После столь волнительного и довольно изнуряющего опыта хотелось лежать и не вставать с постели, как минимум день. Наутро, как ни странно, никто не погнал нас на медитацию, более того, принесли завтрак в спальню. Жили мы, к слову сказать, в общинном доме по трое в каждой комнате. Девочки отдельно, мальчики отдельно, не считая живности. Вездесущая кошка, успевшая засунуть свой любопытный нос во все закутки общины, вальяжно растянулась рядом и смачно вылизывалась.

- Ну как тебе наш вояж? – поинтересовалась я, попивая чаёк и заедая его сдобным крендельком.

- Занимательно, - между делом взмуркнула хвостатая, - я и не подозревала, как интересно в других кланах.

- И не говори, - довольный вздох, полный творческого удовлетворения. Всегда приятно, когда дело приносит хорошие плоды, - только люди здесь странные.

- Мур? – не поняла магиня.

- Да меня всё никак не оставят в покое. Ты заметила, Тамару так не мучают, остальных, вроде, тоже. Правда, Том? У артефакторов проще было.

- Как сказать, - лукаво прикрыла глазки младшенькая.

- Ты до сих пор не поняла, почему к тебе цепляются? – кошка умудрилась изогнуть бровь даже в животном облике. - Ты в зеркало давно смотрелась? Ходишь тут вся такая красивая и при этом ни на кого не обращаешь внимания.

- Как не обращаю? – возмутилась я. – Не, девчонки, вы слышали, какой тут на меня поклёп возводят? Да я наоборот, стараюсь всех запомнить, имена не путать. После Аркаима немного отвыкла быть всегда на виду.

- Одичала ты, вот что я тебе скажу, - встряла мохнатая. Остальные как-то подозрительно молчали. - Старается она, - ехидно усмехнулась в усы, - но искренне ты практически никем не заинтересована, а парни это чувствуют и нервничают.

- Так, я ведь сказала всем, что помолвлена, - недоумённо пожала плечами, - кто ж виноват, что они не слушают?

- Красота твоя и сила, - быстро нашла виновных, - и отстранённость. Короче, будь проще, и люди к тебе потянутся.

Подружки – предательницы согласно закивали.

- Где-то я уже это слышала, - подтянула верховную жрицу храма Зелёной луны и без экивоков почесала её за ушками. Та в свою очередь, несмотря на высокий статус, довольно замурчала и подставила мягкий живот. – Да ну их нафиг! Если сразу не понимают – это их проблемы, - всплеснула руками.

- Ты чеши, давай, не отвлекайся.

***

От новоизготовленного меча Данила оказался в полном восторге. Он буквально залип и постоянно с ним тренировался, нахваливая удобный вес, баланс и прочее. Истер, по его словам самоотверженно, а как по мне, так из любви к экстриму, позволил протестировать его на драконопроницаемость. Что я могу сказать? Проницает, ещё как. После опасного тест-драйва Марина – это хрупкое, эфемерное создание – надавала подзатыльников обоим. Потом, правда, долго утешала пострадавшего, смазывала рану целебной мазью, прописала постельный режим… совместный, ага. Вы только не подумайте плохого, она лишь сидела около больного и контролировала процесс заживления… время от времени… в перерывах между умопомрачительными поцелуями.

Радислав, довольный результатами проверки, предложил нам поработать над мечом ещё и музыкальной магией. И ненавязчиво так приготовил пару приборчиков. Александр сию идею поддержал, а кто я такая, чтобы идти против собственного руководства? Вот только подходящую песню надобно подобрать. За неимением более точногоо текста, мы воспользовались закромами моей памяти и спели до жути бодрую казачью строевую:

Ой, из-за лесу да лесу копия мечей,

Едет сотня казаков-лихачей,

Э-эй-эй-эй, живо, не робей!

Едет сотня казаков-лихачей.

Ой, перед сотней есаул, ой, молодой.

Он скомандовал: «Ребята, все за мной!».

Э-эй-эй-эй, живо, не робей!

Он скомандовал: «Ребята, все за мной!».

Ой, «За мной, братцы, - он кричит – эй, не робей!

На завалы поспешайте поскорей.

Э-эй-эй-эй, живо, не робей!

На завалы поспешайте поскорей.

Ой, а кто первый до завалов добежит,

Тому орден – крест Георгия надлежит.

Э-эй-эй-эй, живо, не робей!

Тому орден – крест Георгия надлежит».

Ой, на завалах мы стояли, как стена,

Пуля сыпалась, жужжала, как пчела.

Э-эй-эй-эй, живо, не робей!

Пуля сыпалась, жужжала, как пчела.

Ой, пуля сыпалась, жужжала, как пчела.

Пуля ранила донского казака.

Э-эй-эй-эй, живо, не робей!

Пуля ранила донского казака.

Пуля ранила донского казака,

Кровь лилася под копытами коня.

Э-эй-эй-эй, живо, не робей!

Кровь лилася под копытами коня.

Лихой вахмистр ходит-делает наряд,

Молодые казаченьки говорят.

Э-эй-эй-эй, живо, не робей!

Молодые казаченьки говорят:

«Ой, не боимся мы ни пуль и ни снаряд.

Эй, разобьём мы весь вражеский отряд.

Э-эй-эй-эй, живо, не робей!

Эй, разобьём мы весь вражеский отряд».

Да, что это за донцы, да(й) молодцы.

Рубят, колют и сажают на пики.

Э-эй-эй-эй, живо, не робей!

Рубят, колют и сажают на пики.49

Несмотря на то, что добрая половина песни относилась к огнестрельному оружию, об устройстве которого меня потом долго и нудно пытали, всё получилось очень даже. Восторгу Радислава не было предела. Он со всей компетентностью заверил, что крепче этого меча нет на земле оружия, по крайней мере, из того, что он знает. В неосведомлённости артефактора было трудно уличить: что не видел собственными глазами, о том он умудрился прочитать. Хотя, взять тот же кинжал, к примеру, о нём тот не слышал никогда, так что не стопроцентный показатель, да. Но всё же, мы, окрылённые успехом, окончательно нарекли меч Кладенцом (не путать с леденцом, пусть и названия похожи!) и общими усилиями придумывали дизайн ножен. Эх, жаль, что по итогу всё было отвергнуто и сделаны самые что ни на есть обычные, дабы не привлекать излишнего внимания. Мужики, одним словом! А как же камушки вдоль лезвия? На худой конец гравировка.

***

Тамара.

Я так рассчитывала на практику на Алтае! Думала, что вне стен Школы, вдали от Дознавателя и строгих правил Данила расслабится и поймёт, наконец, какое счастье ходит рядом с ним. Каково было моё удивление, когда они с Мариной прилетели верхом на драконах. Я сначала даже глазам своим не поверила, а потом, когда стало понятно, что это не галлюцинации (признаюсь, могли быть – мы с ребятами хорошо вчера отметили мой отъезд из клана магов воздуха), поразилась, насколько спокойно реагируют местные на чешуйчатых. Нет, они засуетились, некоторые даже глаза выпучили, но, насколько я поняла из обрывков разговоров, вовсе не из-за наглости крылатых рептилий, а наличия на них незнакомых всадников. А когда два красных ящера трансформировались в таких же красноволосых людей, я окончательно выпала в осадок, такой же устойчивый, как хлорид серебра.

Буквально тут же всех новоприбывших собрали в доме главы и заставили принести клятву на крови о неразглашении клановых секретов. Ничего удивительного, стандартная процедура в любой общине. Странным оказался тот факт, что дружба с драконами и особенности их физиологии оказались в одном списке с музыкальной магией. После нам спели какую-то нежную песню, от которой весь хаос в головах отлично улёгся, как будто не произошло ничего выдающегося. Ну, драконы, ну имеют вторую ипостась… и даже людей не едят… Товарищ преподаватель по расологии, ау! Где вы? Заберите, пожалуйста, свою лапшу назад!

Самое обидное во всей ситуации оказалось, что Данила, похоже, серьёзно запал на драконицу.

Блин, я бы не так сильно расстраивалась, если бы соперницей оказалась Марина – она реально красотка и моя любимая подруга. И что? Эта зараза умудрилась по уши втрескаться во второго рептилоида!

Извращенцы…. Если честно, я на них сильно обиделась, и даже не из-за сердечных дел, а потому что ничего мне не рассказывали. Правда, они быстро реабилитировались, поведав историю их знакомства с высшими оборотнями. Нет, я, конечно, давно заметила, что Светланка немного странная, но списывала это на особенности сибирской глубинки. М-дя! Куда я попала? С кем связалась? Мама меня точно убьёт – говорила же быть осторожнее. А я ещё думала, что плохо себя веду – запрещённые препараты пробую…, ну как запрещённые, конопли пару раз покурила да водку с пивом смешивала… и водку с шампанским тоже. В конце концов, ничего ведь плохого не произошло, брат контролировал ситуацию, говорил, что уж лучше я всё попробую у него под присмотром, чем абы с кем да абы где.

И вот на фоне моего внутреннего раздрая появился некто, произведя поначалу очень странное впечатление: парень постоянно балагурил, кривя в усмешке полные губы или строя какую-нибудь прихотливую рожицу. Огромный рост впечатлял, рядом с ним даже я казалась себе коротышкой, хотя была самой высокой на потоке. Раздавая комплименты направо – налево, он успел обнять и оценить стратегические места у всех новоприбывших девушек, вызвав хмурые взгляды парней. Тёмные вьющиеся крупными кольцами волосы давно нуждались в стрижке или, на худой конец, расчёске.

Возникло безотчётное желание запустить в них пальцы и попробовать на ощупь, еле сдержала начавшие зудеть кисти. Стоп, мне же Данила нравится!

А когда нас разложили на поляне, он самым наглым образом плюхнулся по соседству, и никакого спасу от него не было. Окончательно поразила моё воображение его аура: казалось, она пылает ярче всех, я специально приподнялась на локтях, чтобы сравнить с другими. Не в силах отвести взгляд от притягательной фигуры, я весь обряд просмотрела на него, лишь в конце осознав, что меня разглядывают с аналогичным изумлением и пристальностью. Когда всё закончилось, он без тени балагурства галантно подставит локоть и повёл куда-то в сторону, признаться, направлением я интересовалась в последнюю очередь. Пошатываясь после поразительного обряда и столь же ошеломительного вида его ментального тела, я с трудом воспринимала реальную действительность. Что уж говорить об ощущениях! Казалось, будто меня окутало тёплым коконом: ласковым и согревающим саму душу. Отойдя достаточно далеко, чтобы нас никто не увидел, он притянул к груди, голова как раз улеглась на солнечное сплетение, и вдохнул аромат моих волос. Осторожные поглаживания вызвали дрожь, кожа покрылась мурашками, в груди как будто вспыхнула звезда. Странно, я к огню не имею никакого отношения. А потом…, потом он меня поцеловал. Бережно взял лицо в шершавые от тренировок и работы пальцы и прикоснулся чувственными губами, увлекая в бурный водоворот вскипевшей крови. И тогда я отчётливо осознала, что все мои увлечения, даже влюблённость в Данилу были чем-то далёким и несерьёзным. А вот стоящий рядом со мной парень вдруг оказался удивительно близок, хотя я знала его без году неделя. Но это не значит, что я вот так просто возьму и окончательно очаруюсь! Я отстранилась и ехидно ухмыльнулась.

- А разрешение тебя мама спрашивать не учила?

На его выразительном лице мгновенно нарисовалась хитрая моська - Так я из непонятливых! - нагнувшись, вскинул меня на плечо и довольно прихлопнул по заднице. От высоты голова закружилась ещё больше, а в живот воткнулась плечевая кость.

- Эй, вообще-то мне через месяц только пятнадцать исполнится!

- А мне семнадцать, так что мы оба несовершеннолетние, и вопрос кто кого совратил неактуален.

- Ты соврати для начала, а потом бахвалься, - огрызнулась я.

- Как прикажете, моё прекрасное виденье!

К счастью, а, может, и сожалению – я пока не разобралась – совращать в том самом смысле меня никто не стал. Просто утащили на заветную полянку, посадили на поваленное дерево и зацеловали до потери ориентации. Впрочем, та отказала давно и надолго.

- Учти, теперь ты моя, и я никому больше не позволю к тебе прикоснуться.

- Тоже мне, запретитель, - хмыкнула я, растекаясь от блаженства.

- Я серьёзно, - продолжал парень, - либо ты переезжаешь сюда, либо в ближайшее время свадьба. Хотя, одно другому не мешает, - он задумчиво поскрёб кудрявую макушку.

- Какая свадьба? – признаться, после такого я начала трезветь, - да меня мама убьёт на месте, если узнает.

- С чего бы вдруг? – он лихо подмигнул и притянул ещё ближе. – Я ведь с самыми честными намерениями!

- Сначала образование, - повторила я менторский тон мамы.

- Ясен пень, детей будем заводить после двадцати.

- Пень от ясеня, - передразнила балбеса, - детей не заводят, а рожают.

- Для начала их зачинают, - он огладил моё бедро, - и если ты сейчас не замолчишь, то свадьба состоится сегодня же, постфактум первой брачной ночи.

- Молчу-молчу, - мурлыкнула я, притягивая к себе вихрастую голову.

Странно, но почему-то никто не удивился, когда Женя, а именно так его звали, объявил во всеуслышание о нашей паре. Более того, познакомил с родителями! Я ещё долго не могла прийти в себя, узнав, что магистр Головин его отец. Вот скажите, как у довольно невысокого мужчины и миниатюрной женщины родился такой богатырь? Его сестра, Настя, гораздо больше соответствовала семейному генотипу, нежели он. Мать, довольно суровая женщина, довольно быстро сменила гнев на милость, когда пригляделась к нашей энергетике. Похоже, мы оказались тем редким случаем, когда две души притянулись раньше, чем это осознали физические оболочки. Да уж, с таким раскладом особо не поспоришь – мы действительно идеально подходящие друг другу половинки. Только как теперь это моей маме объяснить, ведь она всегда считала подобные явления чушью? Возможно, потому, что воочию никогда не встречала…