20. Сон двадцатый. Круги на воде

День прошел как в тумане. Я старалась на что-то переключиться, погулять в зимнем заснеженном саду, почитать книги по магии, разобрать вещи, которые так и не распаковала, — все напрасно. Мысли сами собой возвращались к Руи, к его поступку, к нашей ссоре, к царапине, оставшейся на моем плече — неглубокому, но неприятному напоминанию, бередившему душу. Почему так получилось? Виновата ли в этом я, однажды пойдя у рыжего на поводу и преступив закон? Все было так просто и выглядело почти правильно: мы никому не вредим, не берем много, не попадаемся На самом деле мы вредили сами себе — теперь я видела это четко. Находили кучу оправданий неправильным поступкам. Я и сейчас пыталась найти оправдания для Руи, пусть ясно понимала: он виноват. Попался на воровстве, угодил в отделение стражи, откуда мы его с таким трудом вытащили, и даже не сделал никаких выводов. Но ведь у него было тяжелое детство в приюте. Как и у всех нас Время тянулось бесконечно. От обеда я отказалась — кусок в горло не лез. Я ждала друзей и разговора с ними. Начала с Керри, заглянувшей ко мне по возвращении. — Я должна тебе кое-что рассказать, — я собрала всю свою смелость и взяла Кер за руку, садясь с ней на кровать. Когда-то в приюте мы сидели так же, вместе переживая все невзгоды. И эту переживем. — Помнишь, ты утром удивлялась, когда успела снять халат? — спросила у нее, слыша, как подрагивает собственный голос. — Помню, — кивнула подруга. — Это я его сняла. — Ты стянула с меня халат? — не поняла Кер. — Нет. Я прошла во сне в твое тело и твоими руками сняла халат. Я прошла в твой сон, — сказала и зажмурилась. — А, спасибо! — Керри улыбнулась. — А то бы я так и спала. — Я прошлась в твоем теле к магу. Мы занимались и развивали мои способности! Это было такое задание! — принялась объясняться я. — Я поняла, — подруга улыбнулась. — Все в порядке, правда. Ты так переживала из-за этого? Разумеется, Керри заметила. — Нет. Из-за Руи. В его сне я тоже была. Рассказ вышел сбивчивым. О том, как я прошла в его сон. О задании мага. О том, что увидела в голове рыжего. И обо всем, что случилось после. Керри сидела, низко опустив голову, но мою руку не отпустила. — Я я догадывалась, — прошептала она. — Я видела, что он уходит не к почтовому отделению, нам же в одну сторону Но не решилась спросить А должна была Подруга всхлипнула. — Ты точно не виновата! — я обняла Кер за плечи. — Ты тоже, — подруга подняла взгляд. — Ты все сделала правильно. Надеюсь, Руи подумает о своем поведении и все поймет. В приюте ведь тоже часто наказывали сидением в чулане, — вспомнила она. — Ты там ни разу не была, — улыбнулась я. И мысленно добавила: «Зато Руи почти не вылезал». Только ему это не помогло. Наш разговор прервал стук дверь и вежливый вопрос Хейла: «Можно?» Но со здоровяком я планировала обсудить все с глазу на глаз и вышла к нему сама. — Я поговорила с Руи, — призналась с ходу, когда мы зашли к Хейлу. — И как? — встрепенулся здоровяк. — Я ему постучал, но он не открыл и сказал, что не хочет никого видеть. Что там у него с магом произошло? По последней фразе было видно, на чьей он стороне. — Не с магом, — вздохнула я, собирая волю в кулак. — Со мной. И по новой рассказала про ночные хождения в их сны, про Руи и про Нальера, которому пришлось вмешаться. И про разговор с Руи после, опустив самые неприятные подробности. Сказать, что наш друг угрожал мне ножом, язык не повернулся. По мере рассказа Хейл мрачнел все сильнее. Мы сидели рядом на его идеально заправленной постели — здоровяк любил порядок во всем. На меня друг не смотрел, но я чувствовала его эмоции: грусть и неодобрение. — Тебе нужно было поговорить сначала с нами. Со мной. С самим Руи, — после долгой паузы произнес Хейл. — Не стоило вмешивать в наши дела мага. — Мы живем в его доме, — возразила я. — И есть еще ряд причин, по которым он не мог остаться в стороне. — Чтобы не привлечь внимания к его собственным темным делам, — покачал головой здоровяк. — И это тоже, — не стала отрицать очевидного. — Но один раз Руи попался и не сделал выводов. Считаешь, что разговор с ним мог бы помочь? Он бы точно так же вспылил и сказал не лезть. — Возможно, — Хейл вздохнул. — И все же он один из нас. Так что я еще попробую с ним поговорить. Возможно, Руи остынет, все поймет и извинится перед тобой. Хейлу очень хотелось, чтобы все было как прежде. Чтобы мы оставались друзьями, проводили вечера вместе. Вместе мечтали и строили планы. Как когда-то в приюте, из которого мы давно вышли. Только друг не понимал, что все вокруг меняется. Меняются обстоятельства. Меняемся мы. Мы застряли в прошлом, а должны идти вперед. Поэтому я сказала: — Я знаю, что тебе нравится Керри, что ты ее любишь. Хейл вздрогнул, как от удара. — Я увидела это еще давно, но не стала ей ничего говорить, — поспешила успокоить его. — Но хочу, чтобы ты знал: ты ей тоже нравишься! И выдохнула. Было странно видеть, как розовеют щеки вечно невозмутимого Хейла, как он смущенно отводит глаза. — Ваши чувства взаимны, — продолжила я. — И ты можешь их не прятать. — Не уверен, — Хейл мотнул головой. — Керри всегда боялась меня, воспринимала как старшего брата, которого нужно слушаться — Да нет же! — я схватила друга за крупную ладонь. — Говорю тебе: ты тоже ей нравишься! Не как брат или друг! — Она сказала тебе это сама? Хейл внимательно смотрел на меня в ожидании ответа, поэтому пришлось признаться: — Нет. Она не сказала прямо, но я уловила это в ее мыслях и чувствах. Друг молча смотрел на меня, и в его взгляде было куда больше, чем можно сказать словами. — Фрея, — начал он, — ты же сама понимаешь, что это неправильно — Да, но — Подожди, — мягко прервал меня Хейл, чуть сжав мою руку. — Неправильно читать чужие мысли и узнавать чужие чувства. Пусть ты маг разума и обладаешь такой силой, но к силе всегда прилагается и ответственность Я виновато опустила глаза. Он был прав, как и всегда. — Ты нехорошо поступила, узнав о наших чувствах. И говорить мне ты ничего не должна была, — продолжил Хейл. — Прости, — повинилась я. Кажется, сейчас я лишусь и второго друга — Я, в общем-то, не обижаюсь и даже благодарен, — неожиданно улыбнулся здоровяк. — Но прошу тебя больше так не делать. Пообещай, что если ты снова начнешь на нас практиковаться, то обязательно предупредишь. Я не откажусь помочь, уверен, Керри тоже. — Обещаю! Клянусь! — и как в детстве выставила мизинец. Друг, улыбнувшись еще шире, с готовностью сцепил наши пальцы. — Ладно, идем ужинать, а то я жутко голодный, — признался Хейл. — И передай, пожалуйста, Керри. Он вытащил из кармана пузырек с каплями — не забыл, само собой. — Отдай ей сам, — я встала. — И начни уже что-то делать, а то вы на всю жизнь так и останетесь друзьями. — Звучит неплохо, — пошутил здоровяк, но тут же посерьезнел. — Я попробую. А ты — он замялся и снова покраснел, — попробуй поговорить и с Керри, что ли. Если ты уверена! — Уверена! Поговорю. Я похлопала друга по плечу, заодно убедившись, что оно у него сейчас почти не болит. Этот разговор прошел лучше, чем мог бы. Но одна мысль, болтающаяся на краю сознания, портила едва наладившееся настроение. «Не стану ли я третьей лишней, если у Керри и Хейла все получится?» Мы уже не дети и должны двигаться вперед. Только вдруг это движение растащит нас в разные стороны? Я боялась думать об этом всерьез. Мы мечтали всегда быть вместе, вчетвером. Но что, если это невозможно? — Добрый вечер, — раздался позади голос мага, заставив меня замереть, а сердце, наоборот, пуститься вскачь. — Добрый, — отозвалась я, боясь обернуться. Мы действительно не дети. — После ужина приходи, я придумал, как мы будем заниматься и помогать твоей подруге, — произнес Нальер, как и всегда, подойдя ко мне слишком близко. — Ты поужинаешь с нами? — Нет, можешь выдохнуть. Боюсь, твои друзья мне не обрадуются, — усмехнулся маг и все-таки сделал шаг в сторону, обходя меня и удаляясь к себе в кабинет. — Не задерживайся, — бросил он на прощание. А я взяла себя в руки и направилась к Керри — спрашивать разрешения на воздействие. Хейл прав: побуждения не важны, я не имею права вмешиваться в жизнь друзей и залезать к ним в голову без спроса. Долго уговаривать Кер не пришлось, вернее, не пришлось совсем — подруга согласилась сразу, как только я начала излагать свою просьбу. — Не обещаю, что у меня получится, — сразу предупредила ее. — Я в тебя верю! — Керри радостно улыбнулась. — Всегда верила. И у тебя всегда все получается! — горячо добавила она. Эта вера придала мне сил и еще добавила желание действовать. Так что я быстро поужинала в компании Хейла и Керри и сообщила подруге: — Я иду к Нальеру, ты тоже не задерживайся. Может, пусть Хейл помоет посуду вне очереди? — А в чем дело? — заинтересовался здоровяк. — Фрея хочет мне помочь и избавить от кошмаров, — радостно сообщила Кер, пока я подбирала слова. — Я попытаюсь, — поспешила я уточнить. Знала бы она, какая я неумеха. И что, кроме снохождения, у меня ничего толком не получается — А я могу поприсутствовать? — не остался в стороне Хейл. — Ты мне совсем не доверяешь? — обиделась я. — Нет, что ты! — здоровяк удивленно взглянул на меня. — Мне просто интересно, как ты это делаешь? Все-таки настоящая магия. И он туда же! — Если Нальер не будет против, то, наверное, можно, — пробурчала я. — Но учтите оба: я ничего не обещаю и не гарантирую результат! — Конечно! — Керри выглядела такой воодушевленной, что мне стало неловко. Не хотелось ее заранее обнадеживать. Нальер уже успел поужинать в кабинете. — Мы готовы! — объявила ему. — Мы? — маг вопросительно поднял бровь. — Я предупредила Керри, спросив ее разрешение. И Хейл тоже хочет присутствовать. Ты же не против? — У нас какие-то показательные выступления, а не занятия, — поморщился маг. — Ладно, если тебя это не собьет. — Я очень постараюсь! — Тогда идем. Нальер вышел из-за стола. Он опять выглядел усталым, и неудивительно. Сначала занимался со мной до поздней ночи. Потом с утра пораньше решал проблемы с Руи. И работа во дворце отнимает уйму сил. На секунду стало совестно, что я заявила, будто ему живется легче. Магу по-своему нелегко, да и судьба его тоже не то чтобы баловала И все же с детством в приюте это не сравнить. Керри ждала в моей комнате, слегка волнуясь. Рядом с ней стоял Хейл и что-то с улыбкой рассказывал. Похоже, история была веселой, раз даже наша тихоня улыбалась и местами хихикала. Но стоило нам с магом зайти, как Кер привычно сжалась в комочек, а Хейл резко замолк, оборвав рассказ на полуслове. И все-таки мне показалось, будто между этими двумя что-то неуловимо изменилось. Надеюсь, у них все будет хорошо Пока же Нальер привычно скомандовал: — Ложитесь обе на кровать. — На кровать? — сразу нахмурился здоровяк. — Это же девушки, прилично ли для них — Прилично, — оборвал его маг. — Если ты собираешься вмешиваться, то лучше выйди сразу. Хейл насупился, но смолчал и отошел в сторону, с неодобрением наблюдая, как мы с Керри устраиваемся на кровати. Подруге было жутко неловко. Она бы с удовольствием опять спряталась под одеяло, но я взяла ее за руку и легонько сжала, направляя по венам спокойствие, которого самой отчаянно не доставало. — Вряд ли она заснет, — маг кивком указал на Керри. — Погружай ее сон и меняйся телами. — Мне бы самой уснуть, — со вздохом призналась я. В присутствии такого количества людей привычные действия стали гораздо сложнее. А осознанное погружение человека в сон для меня вообще в новинку. Маг ждал, то и дело поглядывая на часы и отчетливо проявляя нетерпение. Хейл стоял и громко сопел. Ему происходящее совсем не нравилось. Керри ощутимо дрожала, и, несмотря на все мои старания, успокоить ее не получалось. — Давайте вы двое выйдете, — не выдержала я, поняв, что иначе ничего не получится. Тут бы с одной Керри справиться. — Только постарайся недолго, — тяжело вздохнул маг, направившись к двери. Хейл последовал за ним, то и дело оборачиваясь и сочувственно глядя на Керри. На секунду стало завидно: я тоже хотела бы, чтобы кто-то любил меня по-настоящему и так искренне переживал и заботился обо мне. А не потому что я интересный экземпляр с редкой магией. — Керри, — я повернулась к подруге, когда мы остались одни. — Постарайся успокоиться. Твое волнение передается и мне, и у меня не получается настроиться. — Я попробую, — прошептала она и обняла меня, прижавшись покрепче. Помню, как странно для меня было, когда Керри в детстве, едва попав в приют и начав со мной дружить, постоянно старалась лишний раз коснуться или даже обнять меня. Я не понимала этих глупых порывов странной новенькой, раздражалась, но потом привыкла и приняла как неизбежность. Теперь-то я знаю, что ей, росшей в прекрасной семье, отчаянно не хватало любви и ласки в маленьком жестоком мирке никому не нужных озлобленных детей. Поэтому обняла ее в ответ и погладила по голове. Пушистые волосы щекотали ладонь, теплое дыхание грело шею, и я невольно улыбнулась. Если раньше я не любила такие проявления нежности от Керри, то теперь сама с удовольствием лежала с ней на кровати. И еще неизвестно, кто кого в итоге успокаивал. — Спи, — шепнула я, целуя подругу в лоб. Дыхание Кер сразу выровнялось и стало глубже — наведенный сон всегда такой. Теперь можно не бояться ее разбудить и спокойно звать Нальера и Хейла, но я предпочитала переходить в чужой сон в одиночестве, без посторонних глаз. Прикрыв глаза, я быстро — быстрее обычного — уловила ни с чем не сравнимое ощущение погружения в сон и перемещения в чужое тело. Раз — и я уже открываю глаза Керри, сразу увидев спящую себя. Поскорее отвернувшись — смотреть на себя со стороны слишком жутко, я встала. Пол оказался непривычно близко, руки, особенно ладони и пальцы болели. Болели и глаза Капли, купленные Хейлом, нашлись в кармане, не вскрытые. — Керри, Керри, — вздохнула я и откупорила пузырек с пипеткой. С непривычки попала в глаза не с первого раза, потратив несколько капель зря — ужасное расточительство! Подруга бы не одобрила и наверняка расстроилась, я же лишь с облегчением убрала капли обратно в карман. Воспаленные от долгой напряженной работы глаза сразу успокоились, а зрение прояснилось. — Можно заходить, — выглянула в коридор, где, привалившись к стене, ждал Нальер и топтался Хейл. Здоровяк пораженно смотрел на меня, ведь сейчас перед ним стояла Керри и не Керри одновременно. Нальер молча прошел в мою спальню, взял кресло, перенес его к кровати. Он, как ни странно, смотрел больше на спящую меня, так что мне-Керри стало немного неловко. — Тебе лучше лечь обратно, — посоветовал маг. Я, стараясь лечь как можно аккуратнее, чтобы юбка ненароком не задралась, устроилась на постели и вопросительно взглянула на Нальера в ожидании новых указаний. — Сейчас будет неприятная часть, — предупредил маг. — Тебе придется найти самые страшные воспоминания подруги и пережить их вместе с ней вновь. А затем скажи себе, что это все в прошлом. Размой их, сделай воспоминания неясными и нечеткими. На этом Нальер призвал магию, облегчая мне задачу, и воспоминания Керри обрушились лавиной, погребая под собой. Пережить? Сказать, что все в прошлом? Но как?! Я стала беспомощным ребенком, теряющим родителей, семью, а вместе с ней и почву под ногами. Все вокруг окрасилось в черный — цвет бесконечного траура по тем, кого я любила и кого больше нет. Я барахталась в этой черноте, как муха в киселе, увязая все глубже. Страхи. Воспоминания. Побои, щипки, обидные слова — от всего этого на глаза наворачивались слезы. Как справиться с такой болью? Как пережить ее? Как размыть, когда встающие перед глазами образы становятся все четче и четче?.. — Керри, малышка, дядя с тетей сейчас отведут тебя туда, где о тебе позаботятся. Там много других детей, тебе будет с ними хорошо, — произносит приторно-сладкий женский голос. Ложь! Мы обе знаем, что это ложь! Что хорошо не будет. От этих людей ничего хорошего ни Керри, ни я не ждали. И я плачу и пытаюсь выдернуть маленькую ладошку, но ее сжимают до боли и тащат меня дальше. Не получается — Пустите! — я почти вырвалась, еще чуть-чуть!.. — Фрея, это я! — вторгся в мысли голос Нальера. — Я держу тебя! Не теряй собственную личность! Учись этому! Отделяй воспоминая подруги от своих собственных. — Не могу! Там там так плохо! Кажется, еще немного — и я заплачу по-настоящему. Как тогда в теле Руи я стала наглее, так теперь в теле Керри я намного слабее. — Следуй за моим голосом, — хватка Нальера стала мягче, теперь он держал ладонь Керри осторожнее и слегка поглаживал. — Представь гладь воды, реку, ты смотришь в нее, но видишь не себя, а все страхи Керри. Фантазия мгновенно нарисовала нужную картину: темный омут воспоминаний бедной девочки, где кошмары сменялись один другим. Руки дяди и тети, ведущих ее в приют, тянулись из глубины. Вечно недовольные лица наставников. Злые и презрительные гримасы детей. — Коснись воды, запусти круги. Пусть видения станут нечеткими. Я ударила по ним ладонью, ощутив физическую боль. Крупная рябь тут же испортила образы, брызги разлетелись в стороны. Когда воображаемая река успокоилась, на ней не осталось ничего, хотя я чувствовала, что это обманчивое впечатление. Воспоминания никуда не делись, они просто спрятались глубже, чтобы вылезти в самый неподходящий момент. — А теперь найди светлые и яркие моменты и вытащи их на поверхность, — проговорил маг. Мне было страшно по-новой заныривать в глубины памяти Керри: чудилось, что там меня поджидают одни кошмары. Тем невероятнее было найти в них совсем иное. Воспоминания о семье. Улыбки мамы, шутки отца. Семейные праздники и просто дни, которые проводили вместе. Запах пирогов и ласкающий слух звук маминого голоса, ее напевы на кухне, где она готовила для небольшой семьи. Сильные папины руки и щекотные усы, когда он целует дочку в щеку. И ощущение бесконечного счастья такое же отчетливое, как прикосновение ласкового весеннего солнышка к коже. Дальше с нами в приюте. Как мы делились секретами и вкусностями. Как вместе ждали прогулок в дни непогоды. Как настоящая я читала книжки — у меня с детства получалось хорошо читать. С нами после приюта. Сколько хорошего у нас, оказывается, было! Праздники, дни рождения, общие тайны, которые мы бережно хранили ото всех на свете. И снова я, что-то с улыбкой рассказывающая. Хейл, который в глазах Керри выглядел очень привлекательным: большим, сильным, заботливым и надежным. Иногда мелькал веселый и неугомонный Руи И вода сразу стала прозрачной, будто колодезной. Над рекой поднялась радуга, а у мрачного только что берега показались островки кувшинок. Как много можно изменить, если смотреть вокруг и видеть хорошее! — Возвращайся, — шепнул Нальер. И я вынырнула из тела и памяти Керри, открыв собственные глаза. — Ох! — голову будто сдавило тисками. — Потерпи, — маг пересел ко мне и коснулся прохладными пальцами висков, снимая боль. — Такое путешествие придется повторить минимум раз пять, а лучше больше — надо смотреть на эффект. На сегодня пока хватит. Это сложное упражнение, теперь тебе стоит как следует отдохнуть. Нальер не спешил убирать пальцы от моей головы. С висков они скользнули по щеке на шею, сбивая мое едва выровнявшееся дыхание. Я шумно сглотнула, а маг будто очнулся сам. — Отдыхай, — велел он и быстро покинул комнату. Хейл еще немного постоял у кровати, глядя на Керри. — Что ты видела? — тихо спросил друг. — Много чего, — отозвалась я, чувствуя, как закрываются глаза: теперь меня затягивал обычный сон. — Ты тоже там был, такой замечательный, что я сама почти влюбилась. — Фрея! — Шучу, — я улыбнулась, усилием воли заставив себя посмотреть на смутившегося здоровяка. — У вас все получится. — Было бы хорошо, — проговорил он. — Спокойной ночи. И тоже ушел, оставив меня с моими собственными снами.