Глава 8

Утром, сразу после завтрака, мы достаточно большой группой отправились на свалку. Нас было человек пятнадцать. Все в старой, потёртой одежде. Я, конечно, выделялся. Одежда, доставшаяся мне в больнице, выглядела новее и дороже, чем у ребят, но, думаю, пройдёт пара месяцев, и, глядя на меня, сразу можно будет признать ученика интерната. Вот только, я постараюсь подобного не допускать.

Немного пройдясь по улице, мы дождались автобуса, который спустя минут сорок высадил нас на остановке практически в чистом поле. Впереди виделась громадная свалка, огороженная забором.

Нашу группу уверенно вёл Леший. Мы следовали за ним, как стадо за пастухом. Когда подошли к воротам, ко мне подбежал Ким.

— Леший попросил тебя проинструктировать! — заявил паренёк. — Здесь мы берём тележки и двигаемся в квадрат, который нам выделят. Собираем отдельно железо, отдельно дерево. За это добро тоже разные расценки. Алюминий и медь дороже, простое железо дешевле. Дерево ценится только благородных сортов и крупные панели. Я покажу.

Леший в это время переговорил о чём-то с группой работяг, которые стояли у крупных напольных весов, после чего ребята выкатили большие тележки, и мы двинулись дальше.

Сама свалка представляла из себя высокие кучи мусора, среди которых были проложены коридоры, напоминающие целые лабиринты. Чего здесь только не было. Я узнал стиральные машины, с которыми вчера вечером имел честь познакомиться, встречались автомобильные остовы, разобранные почти до основания. Старая мебель, разломанные диваны и столы. Какая-то техника.

Мы немного поблуждали и вышли на окраину свалки, где в этот момент пара грузовиков вываливала из своих кузовов свежий мусор. Рядом с соседней кучей уже копошилась группа людей.

— Это постоянные, — помрачнел Ким, кивая на них, — там главный по имени Август. Ты только не смейся над его именем. Он этого не любит.

— Понял, — успокоил я его, — они не справляются, и мы в помощь?

— Не совсем. Мы сами по себе. Но они, как шакалы, выискивают только самое ценное, а мы и мелочёвкой не брезгуем. Так что будь готов, что, если тебе что-то хорошее попадётся, могут и отобрать!

— Пусть попробуют! — усмехнулся я, расправив плечи.

Мы подошли к огромной куче мусора, от которой как раз, чадя тёмным дымом, отъехал грузовик.

— Слушайте сюда! — Мы собрались вокруг Лешего. — У нас только один новичок, — его взгляд остановился на мне, — ему подскажет Ким, остальные знают, что кому делать. Приступаем!

Ребята, надев перчатки, разошлись по сторонам. Кто-то полез на верх кучи и начал там рыться, кто-то ковырялся в стороне. Мы были как маленькие муравьи на огромной куче. Здесь можно было рыться бесконечно.

— Идёт, — сказал Леший, глядя мне за спину, — ты ему спуску не давай, — произнёс он сурово, обращаясь ко мне. Я лишь ухмыльнулся и не спеша обернулся.

К нам направлялся невысокий мужчина. Лет ему было слегка за тридцать, но выглядел он значительно старше. Лицо, обезображенное шрамом, обветренное и потемневшее от грязи и загара, делало его старше своих лет. Только лёгкость походки и вызывающий взгляд говорили о том, что он не так уж стар. Одет мужчина был в замызганную спецовку, ну руках тёмные, кое-где порванные перчатки. Рядом с ним так же не спеша двигалось несколько его приятелей.

Подойдя к нам, мужчина поморщился и сплюнул на землю.

— Что ценное найдёте — зовите, Маха подбежит, — кивнул он на худощавого мужчину, вставшего рядом со мной.

— Это наш участок! — насупился Леший.

— Заладил тут, — хрипло рассмеялся главный, — вы приходите только на один-два дня, а мы тут каждый день. Скажи спасибо, что вас совсем не выгоняем, мы же с пониманием — сироткам тоже нужен хлеб! — Он снова рассмеялся, трясясь всем телом.

— Что мы нашли, то наше! — твёрдо произнёс Леший. Он был здоровей этого мужичка, но в его голосе ощущалась неуверенность. Леший разговаривал с позиции младшего, что было в корне неправильно.

— А это что, новенький? — Мужчина перевёл взгляд на меня и улыбнулся, показывая подгнившие зубы. — Прописка требуется! Одолеешь нашего бойца — работай. Нет — уползай отсюда, и чтобы мы тебя больше не видели!

— Если одолею, всё, что мы найдём, наше! — твёрдо ответил я, делая шаг навстречу мужчине и протягивая руку.

— Наглый, — он задумчиво почесал затылок и громко свистнул, — народ, подтягивайтесь на прописку!

Ватага мужичков радостно загомонила и начала собираться вокруг нас в ожидании зрелища.

— Ты мне нравишься! — Мужчина попытался похлопать меня по плечу, но я слегка сдвинулся, и его рука промахнулась. Это его особо не расстроило. — Меня зовут Август. У мамани была странная любовь к древнему Риму. Между прочим, Август — это в честь Юлия Цезаря. Так что пришлось соответствовать. У меня тоже есть своя империя! — Он обвёл рукой свалку.

— Поздравляю, Август. Я — Максим, — представился я в ответ, — так мы договорились? Если победа за мной, то вы нас не трогаете.

— Ладно, — он снова сплюнул мне под ноги, — ради хорошего зрелища готов принять твои условия. Народ, что скажете?

Мужчины, окружившие нас, радостно загомонили, выражая своё согласие.

— Бой на кулаках до потери сознания или до невозможности продолжать бой, — Август презрительно окинул меня взглядом, — дам тебе бойца попроще, а то никакого зрелища.

— Это ты зря, — я спокойно покачал головой, — простого я уложу одним ударом. Найди мне противника покрепче.

— Как бы тебе твоё бахвальство боком не вышло, — Август сузил глаза, а его ухмылка превратилась в оскал. — Адик! — После его выкрика к нам подошёл невысокий чернявый мужичок.

— Чего? — лениво отозвался он, смерив меня взглядом. — Прибью же мальца, — он вопросительно посмотрел на Августа, — я не умею сдерживаться. Ты же знаешь!

— Да он сам попросил! Хочет сильного!

Адик снова смерил меня взглядом, подвигал плечами, покрутил головой, разминая шею.

— Ты, парень, извини, если сразу вырублю. По-другому не умею!

— Нормально, — я отошёл на пару шагов и тоже немного размялся, разогревая мышцы. Адик выглядел серьёзным бойцом, но, скорее, в прошлом. Сейчас у него уже появилось пузико, и движения рук не отличались резкостью. Хотя на свалке вряд ли ему найдётся достойный конкурент.

— Максим, Максим! — начали скандировать мои приятели.

Мы разошлись в разные стороны на расстояние примерно в три метра.

— Начали! — махнул рукой Август.

После его команды Адик кинулся на меня со всей возможной для себя скоростью. Для обычного человека он был неплох, но для меня не опасен. Я лёгким подшагом ушёл в сторону. Адик с недоумением развернулся на месте, не сразу поняв, что я уже за его спиной. Снова кинулся на меня, грамотно опустив голову, спрятав её за выставленной вперёд и готовой для удара рукой.

Я снова сместился, но на этот раз слегка запоздал, и Адик постарался этим воспользоваться, активно заработав кулаками. Но ни разу по мне не попал.

Последний удар у Адика получился сильным, размашистым, но не точным. Он пытался дотянуться до меня и практически полностью открылся. Сделав небольшой шаг навстречу бойцу, я резку ударил снизу вверх ему в челюсть и ощутил, как клацнули зубы Адика. Его голова резко дёрнулась вверх, глаза бойца закатились, и он бесчувственным кулём свалился у моих ног.

Настала тишина. Все в шоке смотрели на Адика и на меня.

— Это как? — Август резко подбежал к Адику и положил ему пальцы на шею в поисках пульса. — Жив! — выдохнул он, злобно глянув на меня.

— Сейчас очухается, — сказал я, потирая кулак, — я прошёл ваш тест? — расправив плечи и нагло улыбнувшись, поинтересовался у Августа.

— Если он не придёт в себя… — злобно начал Август, и в этот момент Адик открыл глаза и ошалело осмотрелся.

— То что? — Я сделал резкий шаг к Августу. Этот император помойки пытается мне угрожать?

— Что со мной было? — Адик с трудом поднялся на ноги, пошатнулся, но устоял. — Ну ты даёшь! Как кувалдой! Зачётный апперкот! — Он крепко пожал мою руку. — Меня Адик зовут, — снова зачем-то представился, — давай завтра ещё раз смахнёмся?

— Я сюда на один день. Может быть, в следующую субботу снова буду. Так что завтра не выйдет, — я с недоумением смотрел на Адика — на его лице была радостная улыбка, словно мужик встретил давно потерянного брата. Совсем не такого я ожидал от человека, только что отхватившего нокаут.

— Тогда через неделю. Договорились! — Адик сграбастал меня в объятия и пару раз весьма увесисто хлопнул по спине. — Ты — орёл! Давно я так не улетал! Будут проблемы — обращайся! Я сразу вижу достойного человека.

После чего повернулся и нетвёрдой походкой пошёл в глубь свалки под недовольным взглядом Августа.

— Ладно, работайте! Уговор в силе, — злобно сплюнув на землю, ответил мне Август.

— Круто ты его! — ко мне подбежал радостный Ким. — Говорят, этот Адик был известный бойцом, но потом случилась какая-то история. В ресторане подрался с дворянином. Так что сейчас на полулегальном положении.

— Когда-то он был хорош, — согласился я с Кимом и посмотрел на кучи мусора, что окружали нас со всех сторон, — что делать-то надо?

Мы наконец приступили к работе. Ким быстро всё объяснял. Надо было разбирать технику. Например, холодильник для аристократов были из дорогих пород дерева. Надо было отрывать дверцы и боковые стенки — их можно было сдать в столярку и получить нормальные деньги. Из стиральных машин выковыривали двигатели и какие-то чипы. Если что-то было непонятно, следовало звать Кима, а он решал, стоит с этим связываться или нет.

Работать было нелегко. Лазить по кучам было опасно. То нога проваливалась, то что-то цеплялось за одежду, то лишь в последний момент удавалось чудом сохранить равновесие и не свалиться с горы. Отрывать дверцы тоже оказалось непросто, но Ким притащил мне небольшую железяку, с помощью которой дело пошло на лад.

Самым неожиданным для меня оказалось то, что свалка была просто кладезем магической энергии. В это место свозили мусор из верхнего города, населённого аристократами. Почти на половине устройств были руны. Где-то они были повреждены и из-за этого не работали, но энергия в них оставалась. Такие я с особым удовольствием от неё избавлял. Например, мне попалась задняя стенка от холодильника. Тонкий и некрасивый лист фанеры, обитый изнутри бархатной тканью. На листе была трещина ровно посередине. Видать, холодильник уронили, руна пришла в негодность, и его просто выкинули на помойку. И пусть функция холода не работала, но сама руна энергию не растеряла, и было её немало — почти пять унций!

В одном месте я набрёл на кучку использованных сигнальных артефактов, типа тех, что висели почти в каждом магазине. Они были практически разряжены, но для меня годились. Тем более, их там валялось не меньше десятка. В каждом где-то по пол унции магии. Для мага с нехваткой энергии — настоящий клад.

Шесть часов работы сильно вымотали. Зато мой источник был практически полон. Я набрал пятнадцать унций энергии. За это время мы с Кимом, который работал со мной в паре, три раза отвозили полные тележки на базу к воротам. Там всё скрупулёзно подсчитывали, взвешивали и записывали в тетрадь.

Когда мы приехали, наконец, в интернат, в холле Леший поделил наш заработок. Получилось почти по семь рублей на человека. Ким радовался — сегодня был богатый день.

Я же, поужинав, дошёл до своей комнаты, принял душ и упал на кровать. Этот день меня серьёзно вымотал.

Савва где-то гулял, планшета у меня не было, а сидеть через мой телефон в интернете было сплошным мучением, так что я выключил свет, закрыл глаза и почти сразу провалился в сон.

* * *

Обилие магической энергии в моём источнике пробудило воспоминания. Вместо ожидаемого сна я будто провалился в своё прошлое.

— Андер! — истошно кричал капитан воздушного судна. — Нас подбили!

— Вижу, — я сидел в кресле-каталке, вцепившись в его поручни пальцами так, что они побелели, — ты можешь что-нибудь сделать?

— Направляю дирижабль на кроны деревьев, они помогут смягчить падение, но следует готовиться к худшему!

— Господин, активируйте защитные артефакты! — обратился ко мне адъютант. Ильдар стоял рядом со мной в капитанской рубке. Одну руку он положил на эфес боевой сабли, другой держался за поручень, пытаясь сохранить равновесие. Даже в такой момент адъютант в первую очередь думал о моей защите.

— Не беспокойся обо мне, моё кресло — очень мощный артефакт, я выживу, — сняв с шеи один из амулетов, я протянул его Ильдару, — срочно надень! Он должен помочь!

— Нет! — Мой адъютант и телохранитель, а также единственный близкий друг отступил на шаг. — Вам нужнее.

— Ты смеешь ослушаться моего приказа? — разозлился я в ответ. — Сейчас же надень! — Я бросил в него амулет, и он ловко поймал его.

— Ваша безопасность на первом месте, господин!

В этот момент корпус воздушного судна снова содрогнулся от прямых попаданий магии. Накопители, что обеспечивали защиту, давно иссякли, и мы были абсолютно беззащитны. Дирижабль задрожал, закрутился на месте, затем, неожиданно для всех, полетел вверх.

— Воздух уходит, — капитан ещё сильнее побледнел.

— Зато мы отлетаем в сторону от вражеских магов, — попытался найти что-то хорошее в происходящем Ильдар. Он всегда был таким — даже в критической ситуации пытался меня приободрить. Обращался со мной, как с маленьким, периодами меня это жутко бесило. Но, честно признаюсь, мне было приятно, что у меня есть настоящий друг, который служит мне не только за деньги.

— Какая разница? — В голосе капитана слышалась паника. — Мы будем падать с большей высоты, управление не работает! — Он судорожно дёргал за рычаги.

Нас кружило с большой скоростью. Я прикрыл глаза — мой чувствительный мозг сводило с ума это головокружение. Артефакты, которыми я увешан с ног до головы, сработают автоматически, — я направил на них большую часть энергии из своего источника. Не уверен, что сумею спастись. Но я сделал всё, что мог.

Активировал защитный щит. Под него попали и капитан, и Ильдар. Это увеличит их шансы. Энергия текла из меня мощным потоком. Плохо, что не видно, насколько близко земля. Идеально было бы активировать щит прямо перед падением, а мы по-прежнему болтаемся в воздухе. Капитан лежит на полу без сознания — при особо сильном рывке он не удержался на ногах и врезался головой в переборку. Я видел, как его лоб заливает кровь.

Ильдар распластался на полу, держась руками за массивный стол, намертво приколоченный к полу. Для меня время как будто застыло. Вокруг медленно летали предметы. Вот пролетел чайник, из которого мы десять минут назад наливали чай. Врезавшись в стену, он оставил на ней мокрое пятно и снова продолжил полёт. Моя коляска, благодаря заклинанию, оставалась на месте. Я был единственным пятном порядка в этом хаосе.

Защитное поле, которое я раскинул, не слишком помогало. Оно защищало от внешней угрозы и должно было смягчить удар при столкновении с землёй. Но дирижабль продолжал лететь по только ему ведомой траектории, то забираясь вверх в облака, то резко пикируя вниз.

Ильдар оказался прав: обстрел нашего корабля прекратился. Мы наверняка уже порядком удалились от вражеских магов, но моя энергия с каждым мгновением уменьшалась. Сдвинуться с места и подъехать к окну, чтобы оценить наше положение, я не мог. Стоит только отменить заклинание — и мою коляску вместе со мной начнёт мотать по каюте. Оставалось надеяться, что земля близко, и к моменту встречи с ней во мне ещё останется магия.

Дирижабль снова взлетел вверх, завис на мгновение и с диким свистом ринулся вниз, с каждым мгновением набирая скорость. Ильдар закричал, ускорение оторвало его от пола. Я максимально усилил заклинание щита. Не было сомнений, что на этот раз встреча с землёй неизбежна.

Очнулся я на земле. В паре шагов от меня валялась покорёженная коляска, вокруг — обломки дирижабля. Перед глазами — кровавый туман. Дышать тяжело, похоже, рёбра сломаны.

— Ильдар! — закричал я, понимая, что выжить у него не было шансов. — Ильдар!

На мои глаза навернулись слёзы. Он был со мной последние десять лет и стал настоящим другом. Мы прошли с ним не одно сражение, и погибнуть вот так, не забрав с собой ни одного врага, было обидно.

С трудом преодолевая боль, я смог подползти к остаткам моего кресла. Некоторые руны на нём всё ещё полыхали энергией, которую я мгновенно поглотил. Мне требовалась энергия. Много энергии, чтобы осуществить то, что я задумал.

Времени было мало. Наверняка маги сейчас спешат к месту крушения, чтобы удостовериться, что выживших нет. Вступать с ними в схватку бесполезно. Так что у меня имелся лишь один вариант — воспользоваться артефактом, который я делал всю свою жизнь. Для этого требовалось очень много энергии, которой у меня практически не осталось. Но я не собирался сдаваться. Даже когда кажется, что выхода нет, его нужно искать.

С большим трудом мне удалось привести своё тело в сидящее положение. Бережно достав механические часы, каждая деталь которых была испещрена рунами, я положил их в центр будущей магической печати, после чего, взял кинжал, висевший всё это время у меня на поясе, начал чертить руны.

Узор будет сложным, а времени мало. Но я должен успеть. Руки уверенно чертили печати. Сейчас и здесь я делал невозможное, по мнению современной магической науки: совмещал ритуалистику с магией призыва и завязывал всё это на артефакте и своём теле.

Схема была не отработана, но я готовил её более десяти лет. Знал каждую чёрточку, каждую руну и пентаграмму.

Наконец всё было законченно. Я влил всю накопленную энергию, и пентаграмма, несколько раз мигнув, загорелась ярким светом.

— Серкх! Приди ко мне! — прокричал я, сидя в центре узора.

Надо мной появилось тёмное облако. На нём прорезались багрово-красные глаза. Они в упор смотрели на меня.

— Помоги мне! Я столько лет делился с тобой энергией и выполнял твои поручения. Был твоим верным товарищем и… слугой, — последнее слово мне далось с трудом.

— Хм… — У сгустка мрака появился рот, — любопытно.

Облачко облетело по кругу пентаграмму, увитую рунами, задерживаясь над ключевыми точками. Уровень знания Серкха был огромен. Но, похоже, мне удалось его впечатлить.

— Я хочу запустить свой артефакт и вернуть себе нормальное тело. Он давно готов. Но у меня практически не осталось энергии, и мне нужна помощь. Я совсем не владею портальной магией. Можешь отправить меня в безопасное место и помочь с проведением ритуала?

— Время с тобой было интересным, — Серкх замер напротив моего лица, — ты честно делился со мной энергией и не требовал ничего взамен, кроме моих знаний. Ты заслужил мою помощь.

— Я готов служить тебе и дальше, — опустив голову, ответил я, — но для этого мне надо выжить.

— Хорошо, — Серкх принял решение, — я помогу тебе. Только… на своих условиях!

Ну как же иначе. Серкх был астральным созданием и не имел выхода в материальный мир. Только с помощью призывающих он мог покинуть астрал и обрести материальную сущность. Ещё давно, когда я искал способ вернуть себе возможность ходить, мне попался один из запрещённых трактатов, где был описан ритуал призыва. На мой призыв откликнулся Серкх. Мы с ним сумели найти общий язык. Не могу сказать, что наши отношения напоминали дружбу. Скорее, они были взаимовыгодными и с годами наполнились взаимным уважением.

— Я не сомневался, — проворчал я в ответ, — ты никогда не славился благотворительностью.

— Ты возьмёшь моего ребёнка, — огорошил меня Серкх.

— Что? — Я ожидал от него чего угодно, но не подобного предложения. — Может быть, две тысячи унций магии за шесть месяцев? Такая плата мне более по душе. Я же не нянька, а боевой маг-артефактор!

— Нет. Я отправлю тебя в другой мир. Так у ребёнка будет шанс выжить.

— А этот чем плох?

— В этом я не потерплю конкуренции! — рявкнул Серкх.

За годы общения, я неплохо его узнал и сразу понял смысл фразы. Отцовская любовь — это хорошо, но когда ребёнок подрастёт — он бросит вызов своему отцу. Так они устроены. Другого выхода просто нет. Остаться должен только один, сильнейший.

— Может быть, всё-таким магия? — Мысли о другом мире меня напрягали. Не то чтобы я боялся, но без подготовки и знаний это могло стать проблемой.

— Моё дитя поделится с тобой знаниями, чтобы ты смог выжить в новом для тебя мире, — прочитав мои мысли, ответил Серкх, — время уходит, вражеские маги уже близко. Торопись!

— Хорошо! — решился я.