Глава 20

Глава 20

– Спасибо, Максим, – Всеволод был очень доволен прошедшей беседой, – честно признаюсь, не ожидал!

– Да не за что, – отмахнулся я.

Мы сидели в ресторане и ужинали. Когда вышли из здания гильдии, на часах было уже почти восемь вечера, и мой растущий организм требовал еды. К счастью, Всеволод неплохо здесь ориентировался и знал место, где можно спокойно поесть.

– Нет, правда. Мне очень неудобно, что ты всё тащишь на своих плечах, особенно, учитывая, что я старше тебя в два раза! – продолжил рассыпаться в извинениях Зотов. Не могу сказать, что мне это было неприятно, но в данный момент хотелось есть, а не выслушивать дифирамбы. К тому же, пусть это и звучит самодовольно, но я и так знал, что я молодец.

– Давай есть! – Я обгладывал куриную ножку. По моим рукам стекал жир.

– Когда она начала говорить о князе Удовиче, я решил, что всё пропало. Удивительно! – Зотов покачал головой, так и не притронувшись к еде.

– Лучше расскажи мне о нём, – попросил я с набитым ртом, запивая еду вкусным морсом.

– Влиятельный владелец дорогих магазинов, которые продают артефакты. У него и фабрики имеются, и заводы. Много всего. Высшая аристократия князя не жалует. Он ведёт дела как купец. Выгода на первом месте. Род Удовичей не такой уж древний. Были просто баронами, но один из предков женился на княжеской дочери. Говорят, князь отдал дочь из-за богатого приданого, но не пережил войны, и император передал княжество роду Удовичей. Тоже тёмная история. Так не принято, но... иногда бывает, – Зотов наконец-то принялся за еду и замолчал, но ненадолго. Его тянуло на болтовню. Перенервничал на встрече.

– Но это всё дела дней минувших. Главное, с его деньгами князь способен решить многие вопросы и знает своё место. В политику не лезет, со старыми родами не ссорится. Императору преподносит дорогие подарки. Опасный человек.

– Если получится, как задумала Мария Ильинична, он станет нашим партнёром, – я сыто откинулся на спинку стула и погладил свой набитый живот. Хорошо!

– Да, – мрачно кивнул Всеволод, – врагам не пожелаешь таких друзей!

– Чего ты опасаешься?

– Говорят, он с криминалом связан. Решает вопросы быстро и резко. Из тех, кто считает, что нет человека – нет проблем.

– Так и не доставляй проблем. Просто делай своё дело, – отмахнулся я. Так можно сказать почти о каждом представителе древнего рода. Да и я привык решать проблемы жёстко и радикально. Нет, убивать не буду, но уволить или выгнать провинившегося рука не дрогнет. Тут всё зависит от меры вины. Так что осуждать князя заочно не видел поводов.

– С другой стороны, – продолжил свои рассуждения Зотов, – с таким партнёром и спокойнее. Князь Удович – хорошее прикрытие.

– А должности Марии Ильиничны недостаточно? – удивился я.

– Нет, – покачал головой мой собеседник, – да и что та должность? Сегодня есть, завтра нет. Сама она из небогатого рода. Связями конечно обросла, но боюсь с потерей должности она многого решится. К тому же, кроме полезных знакомств и должников, у неё появились и враги. Её желание заручиться поддержкой князя вполне обосновано.

Поужинав, Зотов быстро собрался. Ему ещё нужно было ехать в Подольск. Попрощавшись, он покинул ресторан. Я же сидел и искал в телефоне подходящую гостиницу. Мария Ильинична пообещала мне освобождение от учёбы на всю неделю. Правда, она надеялась, что наши вопросы мы решим уже к среде.

Найдя несколько гостиниц, я уже собрался ехать, но вспомнил, что у меня есть хороший приятель, к тому же, настоящий москвич, и стоит посоветоваться с ним.

Павел подошёл к телефону сразу и безапелляционно пригласил меня к себе в гости. Отказать виконту я не мог, да и не хотел. Раз уж оказался в Москве и есть свободное время, почему бы не провести его в хорошей компании?

Позвал меня Павел к себе в квартиру, а не в родовой дом. Дорога заняла чуть больше тридцати минут, что по московским меркам очень мало.

Пропуск на автомобиль был заказан заранее. Стоило подъехать к воротам в жилой комплекс, как они медленно раскрылись. Охранник объяснил, где лучше оставить автомобиль, и показал нужный подъезд.

Комплекс выглядел современно. Десяток невысоких зданий с собственными дворами и сквером. Все дорожки тщательно очищены от снега. На первых этажах зданий куча магазинов, кафе и ресторанов. Удобно, оценил я. Можно спокойно жить, не выбираясь в город.

Поднявшись на нужный этаж, вышел в холл, где меня встретил Павел. Одет он был непривычно, по-домашнему. Шорты, футболка, шлёпки на босу ногу.

– Максим! – радостно поприветствовал меня виконт.

Мы зашли в квартиру, и Павел начал показывать своё скромное жилье. Хотя я бы не назвал его «скромным». Большая гостиная с барной стойкой и кухней, три спальни, кабинет, пара гардеробных. Небольшая комната, которая предназначалась для слуг, была переоборудована под тренажёрный зал. Квартира меня впечатлила своим удобством, продуманностью и современностью.

В прошлой жизни дворец моей семьи тоже впечатлял. Но он, мягко говоря, был не слишком удобен для жизни. Огромные комнаты, где электрическое освещение отсутствовало, а свет давали свечи и магический светильник, яркости которых не хватало, чтобы разогнать темноту в углах комнат.

Кроме этого, перед нами всегда стояла проблема отопления. Зимой было холодно. В своей мастерской я использовал магические отопители. Размер помещения был не слишком большим, и обогреть мастерскую не составляло труда, а вот целый дворец отапливать было не только сложно, но и дорого. И камины не слишком выручали. Также, конечно, отсутствовали все те удобства, что дарит техническая цивилизация, от банального душа с горячей водой, ванной и кучей всевозможных шампуней, гелей и кремов до телевизора и микроволновой печи.

Честно признаюсь, я готов был бы обменять свой прошлый дворец на подобную квартиру. Здесь и жить можно, и гостей принимать. Работать, заниматься спортом и отдыхать.

– Ну что сказать, – впечатлён, – честно признался я, опускаясь на диван.

– Спасибо! – Павел расплылся в довольной улыбке. – Мне квартиру отец подарил, когда этот комплекс только строился. На моё восемнадцатилетие. Я сам выбирал дизайн, следил краем глаза за ремонтом. Правда, обжиться толком не успел. Как только всё сделали, отправился в армию.

– Зато теперь можешь спокойно жить здесь, – закончил я за него.

– Могу. Но пока чаще у отца. Там и еда готовая, и слуги, и о делах можно поговорить, – честно признался он.

Вообще, Павел сегодня был не похож сам на себя. Благожелательный, расслабленный. Не строгий аристократ-военный, как я привык, а нормальный парень. Рядом с ним и я как-то расслабился.

– Сегодня работал допоздна. А завтра воскресенье. Предлагаю погулять. У тебя же нет никаких планов?

– Планов нет, – улыбнулся я в ответ.

– Отлично! Кстати, ты же у нас дней на пять, если я правильно понял?

– Примерно. Хотелось бы быстрее дела закончить, но не от меня зависит.

– Может быть, займёшься установкой рун «ясный взор» на военные автомобили? Я с отцом поговорил. Контракт на десять машин, сумма десять тысяч рублей.

Я задумчиво посмотрел на него. Звучит не так уж плохо. Эти руны даются мне очень легко. Ещё в прошлом мире я довёл их до автоматизма, да и энергии руны жрали немного. Десять машин я могу сделать за полдня. Правда, не стоит показывать своих истинных возможностей, а то ценить не будут. Если исходить из этого, оплата меня вполне устраивала.

– Можно, – кивнул я. Чего зря время терять.

– Ты пойми, – начал с жаром объяснять Павел, – тут же дело не только в деньгах. В первую очередь ты делаешь себе имя. У тебя будет личный контракт с министерством обороны. Это статус! О тебе узнают... – Он замолчал на полуслове. Похоже, мой ответ только сейчас до него дошёл, – то есть ты согласен?

– Конечно! – рассмеялся я в ответ. – Готов в понедельник приступить.

– Здорово, – он подошёл ко мне и хлопнул по плечу, – значит, завтра отдыхаем, гуляем, а в понедельник бумаги и работа.

В воскресенье мы действительно хорошо погуляли. Сходили в парк, покатались на коньках. Познакомились с девушками, позвали их на обед. Вечером отправились в театр. Павел помог в магазине подобрать подходящую одежду, даже предлагал заплатить за меня, на что я лишь рассмеялся и сообщил, что зарабатываю, наверное, побольше, чем он. Мой ответ виконта ничуть не смутил.

Что можно сказать о театре? Весьма интересное место. Как будто мы оказались в моём родном королевстве. Ставили «Ромео и Джульетта». Актёры отлично играли и пели. Все было на высоте. По окончании представления зрители долго аплодировали.

– Вот что значит жить в столице империи, – самодовольно заявил Павел, когда мы сели в машину, – у нас здесь есть всё, на любой вкус. Хочешь театр, хочешь выставки, хочешь на рыбалку...

– Так я и не спорю, – в ответ я пожал плечами. Понятное дело, в столице всё на высшем уровне, – возможно, через какое-то время перееду.

Павел уже заводил речь о том, что мне найдётся место в столице. Здесь и денег больше, и уважения, да и поближе к императору, что тоже немаловажно. Но в ближайшие пару лет я не планировал уезжать из Нижнего. Только начал обживаться и теперь всё бросать? А вот так, иногда выезжать на недельку, это можно. Тем более, кроме Москвы, есть и другие крупные города, в которых не менее интересно. Да и на Российской империи свет клином не сошелся. Я с удовольствием посетил бы и Рим и Париж. Пожил бы там какое-то время. Думаю, это будет интересный опыт. Но лучше его проводит в статусе аристократа. Так что, пока подождем.

Утром мы с Павлом съездили в министерство обороны и заключили контракт на десять автомобилей. Всё прошло достаточно быстро. Мне дали адрес военной части, где выделили ангар, в котором уже ждали машины. Павел остался в министерстве решать свои дела, я же поехал в лавку покупать необходимые для работы материалы.

По дороге принял звонок от Марии Ильиничны, которая сообщила, что предварительная договорённость с князем Удовичем достигнута. Она скинула вариант договора, который я сразу переслал Петру. Пусть посмотрит. Встречу назначили на четверг. По словам Марии, познакомимся и сразу подпишем договор. Князь человек занятой.

Закупив материалы, я поехал в военную часть. Она располагалась на окраине города. Молодые ребята, чуть старше меня, в военной форме убирали снег. Рядом расположился какой-то крупный завод. Кругом заборы. Безлюдно.

На воротах мой пропуск сработал без проблем, и меня пропустили внутрь.

Когда подъехал к одному из ангаров, меня встретил сержант.

– Ты мастер? – обратился он ко мне с недовольным видом.

– Я, – протянув ему пропуск, подтвердил я.

– Что-то ты больно молод, – военный недоверчиво осмотрел меня, – ну да ладно, идём.

Мы зашли внутрь, и сержант включил свет. Здесь действительно стояло десять автомобилей. Правда, машины были не слишком представительскими. Из слов Павла я понял, что мне хотели доверить автомобили для командного состава, а здесь стояли легковые машины, уже явно много повидавшие в жизни.

– Это что за машины? – удивлённо спросил я, прохаживаясь между ними. Некоторые имели вмятины, часть вообще были покрыты пылью, как будто давно не использовались.

– Мне откуда знать? – пожал плечами недовольный сержант. – Сказали, что это твой фронт работ. Их десять? Десять. Значит, всё правильно, работай.

– Они хоть ездят? – уточнил я.

– Наверное, – он бросил безразличный взгляд на машины, – у меня нет времени заниматься тобой. По части без сопровождения не ходить. Закончишь, звони, – он протянул мне карточку со своим номером телефона.

– Подожди пять минут, – остановил я собравшегося уходить сержанта.

Я набрал Павла и сообщил ему о ситуации.

– Опять интриги! – раздражённо ответил виконт. – Я не знаю, как тебе быть. Конечно, позвоню кому следует, но дело может затянуться.

– Давай так, я делаю те машины, что есть. У меня в договоре не указаны ни марки, ни номера.

– Об этом я не подумал, – согласился со мной Павел, – но цель же была сделать так, чтобы генералы или полковники заметили разницу и оценили твоё мастерство!

– Дослушай меня, – твёрдо произнёс я, покосившись на сержанта, который ушёл в дальний конец ангара и делал вид, что ему совсем не интересна тема моего разговора, – делаю те машины, что есть. Внесу их сейчас в приложение к договору, оно у меня имеется. Впишу номера. Получу заработанные деньги, а ты пока ищи, как говорится, кому выгодно меня подставить. Или тебя. Или даже твоего отца. Во всяком случае, будет повод трясти бумагами. Работа выполнена в полном объёме и с соответствующим качеством на тех машинах, которые подсунули. Можете даже акт об ущербе составить. Когда есть ущерб, мне кажется, легче искать виноватых, – закончил я свою мысль.

Павел некоторое время обдумывал мои слова, затем согласился:

– Да. Тут уже и военную прокуратуру можно заинтересовать. Это не головотяпство, а вредительство на конкретную и весьма немаленькую сумму! Делай так!

– Отлично! – Я завершил звонок и позвал сержанта.

– Чего? – лениво произнёс тот, подходя и недобро поглядывая на бумаги, что я разложил на капоте ближайшей машины.

– Сейчас составлю акт. Перепишу автомобили. Их номера и прочее. Потом мне нужно ответственное лицо, чтобы завизировать список. После этого приступлю к работе, – спокойно произнёс я, с усмешкой глядя на сержанта.

– Но... – Служивый слегка завис, – я не имею права подписывать такие документы! Моё дело провести тебя к машинам.

– Так это не проблема. Сейчас всё запишу, а ты будешь просто свидетелем. Потом пойдём к вам штаб, найдём ответственное лицо, пусть подпишет.

– Я посоветуюсь! – ответил растерянно сержант, уходя в глубь ангара и доставая телефон.

Через десять минут прибежал пожилой мужчина.

– Подполковник Смирнов, – представился он мне, после чего оглядел машины и начал кричать на сержанта, брызгая во все стороны слюной.

Через час я приступил к работе в соседнем ангаре. Там стояли три серьёзных автомобиля, явно кого-то из начальства.

– Не знаю, что это было, – рассказывал я вечером свои похождения Павлу, – этот подполковник всё свалил на сержанта. Мол, тот неправильно понял приказ. Привёл меня не в тот ангар.

– Интриги, – поморщился Павел, – не знаю, откуда ноги растут. Я сам в этом ведомстве работаю пару месяцев. Может, военные рунологи воду мутят. Или кто из начальства. Против меня и моего отца там набирается большая свора. Лишний прокол в копилочку им не помешает.

На следующий день я снова занимался машинами, расписывая лобовые и боковые стекла рунами «Ясный взор». Вроде всё начиналось хорошо, но когда я взялся за вторую машину, в ангар зашёл мужчина и уверенным шагом направился ко мне.

– Работаешь? – спросил он, заглядывая мне через плечо. В этот момент я наносил узор руны специальной краской на боковое водительское стекло.

– Кто такой и что здесь забыл? – нарочито грубо ответил я. А как ещё отвечать? Зашёл, не представился, что-то спрашивает. Лезет под руку, подглядывает...

– Ты бы попридержал коней, – ухмыльнулся тот в ответ, после чего достал из сумки очки рунолога и начал изучать мою руну.

– Так кто ты такой? Мы на военной базе или на проходном дворе?

– Если я здесь, значит, меня пропустили, значит, имею право, – мужчина снова проигнорировал мою грубость. Тут вариантов немного. Скорее всего, этот мастер, а это точно мастер-рунолог, нарывается на скандал.

– Товарищ подполковник, – я набрал номер телефона подполковника, который вчера оставил мне его с указанием звонить в случае проблем. Этот случай долго ждать не пришлось, – у меня тут странный тип. Без военной формы. Не представился, не предъявил никаких бумаг. Вы бы разобрались?

– Ты чего? – опешил мастер, снимая очки и зло глядя на меня.

– Ничего, – я пожал плечами, – сейчас придёт начальство, разберётся.

– Совсем страх потерял! – Мужчина подошёл ко мне вплотную. Я лишь усмехнулся. Да, он мастер, и я примерно ощущаю объём его источника. Слегка за триста единиц. Но в бою он вряд ли что-то представляет из себя. Это легко читалось и по походке, и по движению тела.

– Ты продолжай, – улыбнулся я мастеру, – что хотел сказать?

– Мальчишка, да ты знаешь, с кем связался?

– Откуда? Ты так и не представился, старик.

– Какой я тебе старик?

– А какой я тебе мальчишка? Следи за языком, старик!

Мне доставляла удовольствие эта пикировка. А то что-то скучно стало. Хоть какое-то развлечение. Стариком, конечно, он не был. Я бы сказал, что передо мной достаточно молодой мастер. По возрасту слегка за тридцать. При этом источник внушительный. Явно нерядовой человек.

– Так что ты здесь забыл?

– Ты сам не знаешь, куда лезешь! Руны для армии – это прерогатива рода Филенко. Ты залез на нашу территорию. Это не останется без ответа!

– Да на здоровье. Я просто делаю свою работу, а ты мне мешаешь.

Я удовлетворённо посмотрел на него. Фамилия – это хорошо, это зацепка, с которой можно работать.

– Дерзкий ты какой-то! Ты же из Нижнего? Что здесь забыл? Да ещё и ученик. Не хочешь по-хорошему? Значит, будет по-плохому, – заявил мужчина с довольной улыбкой. Я давно заметил, что некоторые люди, когда угрожают другим, чувствуют себя гораздо уверенней. Вот и этот из таких.

– А по-хорошему – это как? – уточнил я.

– Отдаёшь нам пятьдесят процентов. Доделываешь заказ и исчезаешь с горизонта. Больше никаких контрактов с министерством обороны.

– Нет, – коротко ответил я.

В этот момент в ангар влетел запыхавшийся подполковник.

– Что здесь происходит? – грозно рыкнул он.

– Какой-то дядька пришёл и мешает мне работать, – по-простому пожаловался я ему. Похоже, мастера начальник лично не знал. Скорее всего, тот договорился или с сержантом, или ещё с кем-то, чтобы его пустили внутрь.

– Кто такой? – обратился к нему подполковник.

– Из министерства обороны, проверяю качество работы вашего мастера, – тот хмыкнул на последнем слове, всем своим видом показывая, что не считает меня мастером. После чего достал удостоверение и показал Смирнову.

– Хм... – Подполковник внимательно вгляделся в удостоверение, – вы вроде бы должны просто принять работу по окончании. Обычно это так делается. Приезжает комиссия и принимает работу. Тем более вы не военнослужащий, а работаете с армией по контракту.

– Да, безусловно, – снисходительно кивнул мастер, – но в данном случае у вас работает не проверенный человек, и работает с машинами командного состава. Вдруг он вредитель?

– С вредителем министерство обороны контракт бы не заключило, – задумчиво произнёс Смирнов. Но было видно, что слова мастера заставили его задуматься. А вдруг я и правда вредитель? И кто будет виноват?

– К сожалению, я вынужден прервать свою работу, – сообщил я подполковнику, – идёмте, составим бумагу, что я прибыл на место и приступил к работе, но вы не смогли обеспечить мне нужные условия.

– Это какие? – вытаращился на меня подполковник.

– Отсутствие посторонних. Накладывание рун – сложный и трудоёмкий процесс. Мне необходима полная тишина и спокойствие. Этот человек, – я кивнул на мастера, – отвлекает меня и мешает работать. Вы же ничего, похоже, предпринимать не собираетесь. Хотя... давайте, я позвоню сначала Матвееву, Афанасию Николаевичу. Думаю, его стоит известить об этом происшествии.

Подполковник, услышав фамилию Матвеева, тут же засуетился и выгнал рунолога из ангара.

Интересно получается. Этот рунолог весьма удивился, услышав, что я работаю по личному поручению графа. Я уже выяснил, что Матвеев один из заместителей министра обороны. Имеет звание полковника. Влиятелен и неподкупен. Если мастер не знал, что я от него, похоже, копают не под Матвеева. Просто узнали о контракте и решили мне напакостить.

Позвонил Павлу, поделился с ним новостями и своими размышлениями. Виконт согласился со мной и обещал разузнать про род Филенко.

Сделав ещё три машины, я поехал в ресторан на ужин, где меня уже поджидал Павел.

– Сколько ещё осталось? – поинтересовался он.

– Четыре машины. Завтра обещали пригнать, как раз доделаю и контракт закрою.

– Хорошо. Соберу комиссию на пять вечера, успеешь?

– Да. Без проблем. – кивнул я. – Так что за род Филенко?

– Независимые артефакторы. Давно работают с министерством обороны. Многие из них служили. Имеют связи. Род богатый, хотя глава всего лишь барон. У них десяток мастеров разной специальности. Но, в основном, армейской направленности. Делают защиту машин, укрепление, тишину. В общем, всё стандартно, но каким-то образом все заказы на руны для техники попадают только к ним. А тут ты влез в их область.

– Всё как всегда, – вздохнул я, – всюду коррупция. В любом государстве и даже в военном ведомстве. Наверняка делают свою работу по ценам выше рынка.

– Да. Но часто это оправданно. Незнамо кого не допустят к такой работе.

– Мне это чем-то грозит? – решил уточнить я. Не то чтобы я их опасался, но надо понимать степень угрозы.

– Да я не знаю! – раздражённо ответил Павел. – Говорю же, я тут всего два месяца. И такое впечатление, что попал в гадючник. Бесит! И ведь сделать что-то практически невозможно. Даже если бы мой отец был не замом, а главным по обороне… – Он замолчал, задумчиво глядя на меня, – не знаю, что тебе посоветовать. Если не выполнишь условия контракта, попадёшь на неустойку. Вряд ли ты захочешь платить десять тысяч рублей за сорванный контракт. Да и репутация твоя… Отметка о недобросовестности точно появится.

– Да я и не планировал отказываться. Завтра сдам последние машины. Через пару дней уеду из города. А вот насчёт нового контракта уже подумаю. Пока желания браться за него у меня нет. И не только из-за рода Филенко.

В этот момент я почувствовал, как нагрелась татуировка на моей руке.

– Извини, сейчас подойду, – сообщил я Павлу и быстренько ушёл в туалет.

– Серкх, – обратился я к своему невидимому помощнику, – что случилось?

– Велика вероятность, что в ближайшие четыре часа что-то случится. Твоя линия сильно меняется. Не знаю, что это может быть. Прямой угрозы жизни не вижу. Но линия сильно меняется. И новый вариант будет явно хуже. Большие проблемы. Большие!

– Понял, понял.

Я вернулся за стол и стал обдумывать ситуацию. Жалко, что Серкх ещё так слаб. Надо будет потратить время и энергию, чтобы усилить малыша. Польза от него будет большая. Особенно, если я не буду сидеть на попе ровно.

Итак, что мне может грозить? Да ещё и в ближайшие четыре часа? Планов на вечер у меня не было. Поужинать с Павлом и вернуться домой. Почитать учебники, поработать с договором. Пётр прислал версию с поправками, и я хотел сам с ней ознакомиться, прежде чем отправлять Марии Ильиничне.

Дом Павла хорошо защищён. В нем живёт немало аристократов. Вряд ли мне там что-то может угрожать. Остаётся проблема с Филенко. Этот тип был очень недоволен, когда подполковник его достаточно грубо выставил из ангара. Может он мне как-то навредить? Вполне. Каким-то образом он проник на территорию военной части. Может и снова пройти. Испортить мои руны? Это вряд ли. Для этого их надо хорошо понимать. Судя по тому, как мастер их разглядывал через очки, он с этим плетением не знаком. Но может поставить и свою руну. Нет. Другую руну я замечу. Значит...

– Ты можешь пройти на территорию воинской части? – обратился я к Павлу.

– Конечно! – Тот гордо выпятил грудь.

– Тогда доедай и поехали. Посидим в засаде.

– Чего? – Павел опешил от моего предложения.

– Думаю, этот мастер вернётся. Не знаю, что он планирует сделать, но самое простое – поджечь автомобили. Это же какое ЧП. Скандал. Заявят, что я что-то криво сделал. Ущерб огромный. И денежный, и репутационный. Так что поехали. Посидим до двенадцати, максимум до часа ночи. Если я не прав, куплю тебе самое лучшее вино.

– Лучше виски, – пробурчал Павел. Перспектива сидеть в засаде полночи его явно не радовала.

– Это и по твоему роду ударит, – напомнил я, – если что-то случится.

– Ты прав, – он решительно подскочил.

– Да сядь, давай доедим спокойно. Время ещё есть.

Спустя два часа мы сидели в машине неподалёку от ангара. Подполковник Смирнов оказался нормальным мужиком, лояльным Матвееву. Впустил нас через другой вход на военную базу. Выдал тёплые бушлаты и пожелал удачи.

Машина стояла с заглушенным двигателем, но в бушлате было тепло. Павел настроил видеорегистратор так, чтобы записывалось всё, происходящее у входа в ангар. Мы сидели, тихо переговариваясь.

– Я в армии служил на границе, – начал делиться со мной Павел, – Мурманск. Мороз похлеще был. Правда, в засаде мы не сидели. Патрулировать, это да, приходилось. Но вот так сидеть и ждать... Никогда не думал, что в Москве буду заниматься подобным.

– Лучше перебдеть, – тихо ответил я, – предчувствие у меня. Я привык ему доверять.

– Чуйка штука нужная, – согласился со мной Павел, – даже и не знаю, радоваться или расстраиваться, если она тебя не подведёт.

– Радоваться. Что работает, – я посмотрел на часы. Время только-только перевалило за полночь. Военная часть уже спит. Отбой у солдат в одиннадцать часов. За день они выматываются так, что спят без задних ног. Это мне тоже рассказал Павел, как человек, прошедший курс молодого бойца.

– Движение, – тихо произнёс он.

Надо же, сразу видно, пограничник. Первым заметил.

Ко входу в ангар кралась тёмная фигура.

– Плохо, – Павел недовольно скривился, – регистратор даже лица не запишет в такой темноте. Надо брать на выходе!

Лазутчик открыл дверь ангара ключом и тихо проскользнул внутрь.

– Давай так. Я пойду его брать. Как выйдет, ты врубаешь фары. И запись будет нормальная, и пленный в наших руках.

– Это мысль, – согласился со мной Павел.

Тихо приоткрыв дверь автомобиля, я метнулся ко входу в ангар и замер, прислушиваясь. Было слышно, как кто-то ходит внутри и ворчит себе под нос. Ходит нагло и смело. Даже свет включил, судя по тоненькому лучику, что прибивался из-под двери.

Пока он там что-то делал, я тихо стоял, прикидывая, кто это может быть. По идее, могли подкупить любого солдатика. Но слишком уверенно себя ведёт лазутчик. Да и по фигуре похож на сержанта, что подсунул мне в первый день не тот ангар. Тогда всё сходится.

Свет внутри погас, и я приготовился. Действовать придётся быстро.

Тихо скрипнула дверь. Появилась тёмная фигура. Вставила ключ в замок. Я махнул рукой, и фары машины резко вспыхнули, ослепив лазутчика. Я к этому был готов, заранее зажмурившись и прикрыв глаза рукавом. А вот сержант, а это был именно он, растерялся.

– Стоять! – скомандовал я. – Руки за голову!

В этот момент он бросился на меня. Бросился резко, умело. Попытался взять в захват и свалить на землю, но я не зря хожу на занятия. Чисто автоматически я ушёл от захвата, и через мгновение сержант лежал на земле с заломленной за спину рукой.