Глава 5

Глава 5

На следующий день после учёбы я сидел и делал артефакты. Вроде несложная задача. Аккуратно нанести специальным маркером узор, затем охватить пониманием получившуюся руну и влить энергию, активируя ядро. Звучит просто. Но на самом деле занимает немало времени и сил. Сам узор наносится медленно, слой за слоем, кое-где перекрывая друг друга. Здесь требуются внимание и концентрация. Малейшая ошибка или неправильная линия, и вся работа насмарку.

Нанесение узора занимает больше часа времени, и этот процесс никак не ускорить. Правда, наверно, можно это как-то автоматизировать. Как на фабрике, которую я посещал со школьной экскурсией. Всё-таки это мир технологий, и наверняка здесь уже давно придумали необходимые механизмы, которые могут облегчить жизнь рунолога. Но, с другой стороны, когда ты лично вручную нанёс узор, ты помнишь каждую линию и понимаешь, к чему она относится и для чего нужна. Это упрощает активацию руны и дает более полное понимание, что в итоге весьма положительно сказывается на качестве конечного продукта.

Отложив законченную пластину, я взялся за следующую. Решил сегодня три артефакта нарисовать и один активировать. Остальными займусь завтра.

– Привет! – В дом вошли Адик и Аглая.

Я кинул взгляд на часы. Уже девять часов вечера. Вот я засиделся! Встав из-за стола, размялся. Всё тело затекло от долгого сидения.

– Я думал, вы куда-нибудь пойдёте. Вечер пятницы всё-таки.

– Решили дома посидеть. Мы тебе ужин принесли! – Адик достал вкусно пахнущие лотки. Похоже, зашли в ресторан поужинать, заодно и мне купили.

– Спасибо! – Я сглотнул набежавшую слюну. Да, сильно проголодался. – Очень кстати.

Аглая решила поухаживать за мной. Переложила еду на тарелки и пододвинула мне.

– Как у тебя дела с артефактами? – Адик посмотрел на стол, где царил беспорядок. Когда я работаю, мне так удобно.

– Есть два готовых. Ещё один сделаю сегодня и за выходные планирую три штуки изготовить. Но это исключение. В подобном режиме мне работать не нравится, – предупредил его я.

– Отлично! – Адик потёр руки. – В воскресенье встречаюсь с определёнными людьми. Евгений Михайлович дал наводку. Они готовы взять три артефакта. И цена в десять тысяч их совсем не смущает!

– Странно это всё, – произнёс я с набитым ртом, – такие цены за неопробованный артефакт. При этом многие считают, что целительских артефактов вообще не существует, и это полный бред!

– Это дураки так говорят! – вступила в разговор Аглая. Потом вдруг резко покраснела и тихо добавила:

– Ну, или те, кто мало знает, – видать, вспомнила, как сама когда-то с недоверием отнеслась к подобной возможности.

– Короче, я пробил эту тему, – произнёс с важным видом Адик, – подобные артефакты встречаются на рынке. Многим уже сотня лет. Но есть несколько современных мастеров, которые их делают. Однако появляются такие артефакты очень редко и стоят... – Он выдержал долгую паузу, – от пятидесяти тысяч рублей!

– Ничего себе! – удивлённо выдохнула Аглая. – Обидно. Я сильный целитель, но мне редко удаётся заработать в месяц больше пяти тысяч. А ведь я почти каждый день принимаю пациентов.

– Серьёзно? – Настала моя пора удивляться. В моём прошлом мире целители были одними из самых богатых и уважаемых людей. Их было мало, а настоящих мастеров вообще можно было пересчитать по пальцам. – Я думал, твои доходы гораздо выше.

– Конкуренция, – печально вздохнула Аглая, – да и больницы с большинством заболеваний отлично справляются. Эти чертовы современные технологии. Вот то-ли дело раньше, лет сто назад! Работа целителей была почетной и оплачивалась соответственно. Правда и шарлатанов было много, как и неумех.

– Но при этом люди готовы платить огромные деньги за артефакт с руной лечения, – улыбнулся я, радуясь этому факту.

– Дураки! – фыркнула в ответ Аглая.

– Не, всё правильно, – покивал Адик, – такой артефакт может спасти жизнь. Это стоит любых денег.

– У меня другой вопрос. Не будет ли у нас проблем при продаже моих артефактов на чёрном рынке? Боюсь, мы приковали к себе внимание. И если гильдия магии узнает об этом, они вцепятся в меня, как клещ.

– Тут всё схвачено! – Адик успокаивающе похлопал меня по плечу. – Именно поэтому разговоры с дядей Женей вёл я. Ты тут вообще не при делах. Каждый мастер может делать артефакты для личного использования. Ну и... подарить другу он его может. Согласен?

После моего кивка Адик продолжил, хотя я уже понял, к чему он ведёт:

– Ну а подаренный артефакт, получается, моя личная собственность. Я могу делать с ним всё, что захочу. Продать, передарить... Могу подарить и получить благодарность. Это идеальный вариант. Просто, если я продам подарок и официально заявлю об этом, придётся платить весьма немаленький налог. Проще подарить… а через пару дней мне переведут десять тысяч рублей.

– Эти десять тысяч всё равно подарок, – возразил я, – значит, и налог в сорок процентов...

– Не. Эти десять тысяч я проведу, как оплату за консультацию. Там налог значительно ниже, – Адик был очень доволен своей находчивостью. Хотя скорее он с кем-то знающим посоветовался. У него не мало знакомых и друзей.

– Так, вычитаем налог и двадцать процентов тебе. Мне остаётся почти шесть с половиной тысяч, – прикинул я. Мы ещё вчера обговорили, что часть денег я буду отдавать Адику. Тот сначала отказывался, но Аглая его убедила, объяснив, что так будет правильно. Все переговоры и встречи с покупателями берет на себя Адик, как и налоги, и возможные риски.

– Очень даже неплохо. Только меня волнует один вопрос, – я покрутил в руках артефакт, – может быть, сделать его менее похожим. Ведь Колычев наверняка прознает. Ору будет...

– Да пусть поорёт! – махнул рукой Адик. – Ты уже вроде привычный, – друг расплылся в широкой улыбке.

Поблагодарив Аглаю и Адика за ужин, я вернулся к работе, от которой меня отвлёк звонок Лунёва. Тот напомнил, что завтра к девяти я должен быть готов.

Когда я лёг спать, ощутил, что у меня горит огнём символ паучка на запястье. Приложив к нему руку и подав немного энергии, открыл канал связи.

– Что такое? – обратился я к Серкху.

– Максим, – я услышал растерянность в его голосе, – не знаю, что происходит, но вокруг тебя стали появляться новые нити. Их невероятно много. Некоторые тянутся очень далеко.

– Любопытно, – произнёс я в ответ. В принципе, этого следовало ожидать. Информация обо мне стала расходиться, как круги по воде. Целительское заклинание. Накопитель, который мы сделали с Зотовым, уже поступил в продажу. Моя дуэль с сыном генерала Медведева. Всё это не могло пройти бесследно.

– Думаю, это хорошо, – решил я, – только рановато. Мне бы набраться сил сначала. Что тебя заставляет так нервничать?

– Ну... я понимаю, что слишком слаб и не в состоянии уследить за всеми нитями вероятностей. Их теперь слишком много, а некоторые тянутся вообще очень далеко. Я боюсь не справиться!

– Ха, слушай, жители этого мира, как и в моём прошлом мире, отлично живут без поддержки личного Серхка. Так что не бери на себя слишком много. Твой отец вообще не обращал внимания на все вероятности, которые меня опутывали, хотя, поверь, их было немало. Да и не дорожил он моей жизнью. К тому же, я считаю себя взрослым и самостоятельным человеком, способным справиться с трудностями без чьей-либо помощи.

– Возможно, – голос Серкха был задумчив, – но мой отец был силён и опытен. Он мог спокойно подождать ещё сто лет и найти себе нового питомца, который бы открыл ему дверь в материальный мир. Я таким терпением не обладаю, – признался Серхк, и это уже был прогресс, – да и... привязался я к тебе.

– Давай так: отслеживай просто непосредственные угрозы моей жизни в ближайшее время.

– Это я могу! – Я прямо увидел, как Серкх задрал нос, произнося эту фразу. – Я вижу всё на ближайшие четыре часа!

– Меня это вполне устроит, – успокоил я малыша.

В девять утра в дверь позвонили.

– Максим? – За дверью стоял мужчина лет тридцати пяти.

– Да, – кивнул я.

– Я от Лунева, идём, – он вышел на улицу и подошёл к машине, – садись.

Я привычно двинулся к пассажирской двери.

– Нет, – с лёгкой улыбкой покачал головой мужчина, – садись за руль!

Хм... водить машину я не умею, но раз просит, сяду.

Усевшись за руль, понял, что мне тут непривычно и неудобно. Руль мешается, ноги не вытянуть. Мужчина сел рядом со мной, на пассажирское сиденье.

– Меня зовут Олег, – представился он, – и я буду твоим инструктором. Обучу вождению автомобиля, подготовлю к сдаче экзаменов.

– Вот так подарок! – озадаченно пробормотал я. – А права с шестнадцати лет выдают?

– Конечно. Права, паспорт, кредитки. Ты уже взрослый парень!

Пока он говорил всё это, я гладил руками руль, примеряясь к нему. До этого момента я даже не сидел на месте водителя. Но, думаю, ничего сложного в управление автомобилем нет. Адик водил, иногда вообще не глядя на дорогу. Наверно, лошадью сложнее управлять. Она животное своенравное.

– В общем, на экзамене лютовать не будут. Всё договорено. Так что можешь присматривать потихоньку себе автомобиль. Через пару месяцев у тебя будут права, – закончил речь мой инструктор.

Первым делом он объяснил, как правильно устроиться за рулём. Помог подвинуть слегка сиденье назад и подрегулировать спинку. Сразу стало удобнее. Оказалось, в машине целых три педали и ещё рычаг коробки передач. И как во всем этом не запутаться?

Десять минут Олег мне рассказывал, как переключать передачи и трогаться с места. Зачем на это столько времени тратить? Включил и поехал!

О... как я ошибался в тот момент, считая, что вождение автомобиля очень простое дело, которое каждый может освоить за день.

Домой я вернулся с мокрой спиной. Мои пальцы устали сжимать руль. Веко подёргивалось. Проще сходить в поход с наёмниками, чем час кататься по городу!

– Ты чего? – встретил меня в дверях Адик.

– Машину учился водить, – я выхлебал стакан воды и опустился на стул. А ведь завтра Олег опять обещал приехать к девяти утра.

– Смотрю, успешно! – Адик весело расхохотался. – Ничего, брат. Я так же страдал первые дни. Сейчас вспоминаю те моменты и сам удивляюсь. Чего там было сложного? Так что держись. С каждым разом всё будет проще и проще. А сейчас бегом собирайся. Через пятнадцать минут нам надо быть в спортивном клубе!

Быстро собрав вещи, я запрыгнул в машину к Адику. Всю дорогу наблюдал, как легко он ведёт машину. Совершенно не задумываясь, нажимает на педали и лёгким движением руки переключает передачи. Неужели и я так смогу?

На занятии были те же ребята, что и в прошлый раз. Опять нас хорошенько поваляли по полу, но на этот раз и у меня получились некоторые приёмы. Прогресс был налицо, и это не могло не радовать.

Попрощавшись с Евгением Михайловичем, мы вернулись домой. Первым делом я позвонил Лунёву и поблагодарил его за такой интересный подарок. Сам бы я точно не скоро нашёл время заняться автомобильными правами. Да и Адик сказал, что это долгая и весьма бюрократически сложная процедура. Надо пять дней в неделю посещать теоретические занятия, сдавать промежуточные экзамены и прочее. В то время как, по идее, ту же теорию можно просто выучить самостоятельно, но без обучения в школе к экзаменам не допускают.

– Кстати, насчёт твоих учеников-целителей, – напомнил Лунёв, – я тебе сейчас скину методичку и записи нескольких учебных боёв. Они проходят обычно в конце года. Даже есть межшкольные, но вряд ли ты планируешь подготовить свою группу к такому уровню.

– Не планирую, – согласился я, – просто хотелось бы добавить им уверенности в своих силах. Мне не нравится, что целителей считают людьми второго сорта и слабейшими среди магов.

– Не совсем так, – в голосе Лунёва слышалась улыбка, – на гражданке, возможно, но когда идут боевые действия, целителей очень уважают. Тем более, многие из них проявляют чудеса героизма, вытаскивая и спасая людей, не взирая на угрозы.

В воскресенье Адик забрал три готовых артефакта с рунами лечения и уехал на встречу. Я с ним не поехал. Встречу назначили в дорогом ресторане, так что за безопасность друга я мог не переживать. Часа через два он вернулся довольный, но задумчивый.

– Я так и не понял, что за человек купил у меня твои артефакты. И дар на него не сработал. Точнее, только я его выпустил, как он посмотрел на меня с удивлением и покачал головой, мой, не балуй...

– Неважно, – махнул я рукой, – главное, что артефакты купил.

– Да. Оплату перевёл при мне. Никакой наличности. Всё чисто.

– Н-да... не так я себе представлял чёрный рынок, – согласился с ним я.

– Угу...

***

Матвей Фёдорович устроился в отдельном купе поезда «Москва-Нижний-Новгород». Ехать всего чуть больше двух часов. Но хотелось провести это время в тишине и спокойствии.

Поездка в Москву выдалась на удивление суетной. Давно он столько дел не делал за два дня. И самое смешное, что причиной всей этой суеты и неудобств был его ученик Максим.

После разговора с императором Колычев утром отправился в военный госпиталь, где его лично принял главный врач, мужчина в возрасте лет за восемьдесят и в немалых чинах. Принял он Матвея Фёдоровича как родного. Напоил чаем, поговорил. Провёл небольшую экскурсию. В этот госпиталь привозили военных с особо тяжёлыми случаями. Границы империи были необъятны, и то тут, то там происходили всевозможные стычки. Где-то контрабандисты шалили, где-то соседи. Два артефакта, что были с собой у Матвея Фёдоровича, главный врач принял как большую ценность.

– Иногда нам привозят сразу большое количество раненых, которым требуется срочная помощь. Бывает, и гражданских везут. Сил на всех не хватает, хотя у меня трудятся прекрасные мастера. Возможность иметь под рукой такой артефакт очень облегчает жизнь, – говорил врач, заполняя необходимые бумаги. Он надел артефакторные очки и долго разглядывал руны, периодически покачивая головой и что-то тихо шепча себе под нос.

– Вы узнаёте эти руны? – поинтересовался Колычев. В эффективности артефакта он уже убедился лично, но услышать мнение профессионала было интересно.

– Без сомнения, без сомнения, – мужчина отложил артефакты в сторону. На его лице можно было прочитать удовлетворение, – поражает глубина понимания мастера, который их делал, как и сила воли. Это удивительно. Неужели ему всего шестнадцать лет?

– Так и есть, – Колычев поджал губы, чувствуя, что на него снова начинает давить ревность. О нём самом с подобным пиететом никогда не говорили. А здесь мальчишка удостоился громких похвал от очень серьёзных людей.

– Тестовая группа у нас готова. Люди военные. Будет вестись запись, – коротко произнёс главный врач госпиталя, – вы будете присутствовать на операции?

– Нет, спасибо! – Колычев покачал головой. Вот уж чего ему точно не надо, так это смотреть, как ковыряются внутри живого человека. Да и от вида крови мастера сильно мутило. Появилось это, к счастью, недавно. Во время войны не было таких проблем.

– Хорошо, – кивнул главный врач, – сегодня мы опробуем оба артефакта. Завтра заключение будет висеть на нашем сайте. Ссылку я вам скину, можете прикрепить потом к карточке артефакта.

– Спасибо! – Колычев пожал на прощание руку главного врача и отправился дальше.

Следующим пунктом его плана было посещение старого друга, генерала Виктора Медведева. Колычев поддерживал отношения с ним настолько плотно, что Виктор решил отправить свою дочь учиться в Нижний Новгород, и она гостила у Матвея Фёдоровича в имении первые несколько дней, пока не сняли отдельное жильё, достойное уровня княжны.

Однако после того как на Анну произошло нападение, мастер так и не собрался пообщаться с Медведевым лично. Частично Матвей Фёдорович ощущал свою вину, предложив для обучения школу Нижнего Новгорода. Виктор послушал, и именно здесь на девушку произошло нападение. Да, Колычев понимал, что его вины в этом не было, но осадок... оставался.

Переодевшись в своей московской квартире, Матвей Фёдорович отправился в особняк Медведевых, который находился на набережной реки Яуза.

Виктор Медведев принял его в своём кабинете. Генерал выглядел слегка помятым. Под глазами набухли тёмные мешки. Повелительно махнув рукой, он указал Колычеву на свободное кресло.

– Виктор? Выглядишь не очень, – с ходу заявил Матвей Фёдорович. Он понимал, что подобное начало разговора звучит не совсем правильно, но лукавить не хотелось. Как ни крути, генерал был человеком прямым и, несмотря на своё положение, не любил ни лести, ни лжи.

– Что есть, то есть! – развёл руками генерал Медведев. – Столько забот навалилось в последнее время, – он замолчал, разглядывая Матвея Фёдоровича.

– А ты, хоть и набрал лишний вес, я смотрю, бодр и полон сил! – Князь покачал головой и внезапно улыбнулся. – Что-то давно в гости не заезжал и не навещал меня. Давай уж, рассказывай, старый друг. Ведь неспроста заехал, после того как два месяца молчал! – В глазах Медведева промелькнула весёлая искорка. Он отлично умел напускать на себя суровый вид, но со старыми друзьями мог позволить себе слегка расслабиться.

– Извини, Вить, заехал бы и раньше. Но у самого дел выше крыши. Да ещё и вину за собой ощущаю. В городе моём напали на Анну. Ты её так быстро забрал, не позвонил, не поговорил. Мнится, обиду на меня держишь?

– Ишь, как заговорил, – расхохотался Медведев, – будь проще. Незачем подобный высокий штиль.

– Так что?

– Да, прости меня. Надо было раньше увидеться и объясниться, – Медведев поднялся из-за стола, при этом достаточно бодро, подошёл к Матвею и протянул ему руку для рукопожатия, – мир?

– Конечно, – Матвей пожал протянутую руку, – а между нами война была?

– Да не было ничего. Ты прав. Первую неделю я сердился, и на тебя в том числе. Как же, не уберёг доченьку. Но у меня тут хватает достойных советников. В первую очередь, жена моя. Быстро вправила мне мозги. Так что, ты извини, что я про тебя нехорошо думал. Недостойно это!

– Да ладно уж, – Колычев от подобных извинений весь расплылся в кресле, расслабился. Сейчас Паша был похож на себя прошлого. Этакого крепкого, простоватого, но весьма хитрого и при этом добродушного. Он носил много масок, но Матвей Фёдорович знал главное: Виктор был не злым. Мог поорать, но камня за пазухой не держал.

– Я и сам хотел тебя навестить, да дел много. Шведы зашевелились, с турками на границе тоже неспокойно. Грядёт что-то...

– Понимаю, – кивнул Матвей, – ещё хотел разъяснить непонятки с учеником моим, Максимом Андером.

– Этот мальчишка твой ученик? Я и не знал... – Медведев состроил недовольное лицо, – вот кому-то в ближайшее время влетит за неполные доклады!

– Так что, к нему есть какие-то претензии?

– С ним странная история, – Виктор сел, но не за стол, а в кресло напротив Колычева, – служба безопасности ручается, что его помощь при нападении на Анну была очень ценной. По сути, Геннадий почти исчерпал свой источник. Анна не смогла бы оказать никакого сопротивления. Так что я понимаю, что парень спас мою дочь. Но! – вытянул палец Медведев и, задрав высоко подбородок, продолжил как истинный аристократ:

– Признать факт спасения дочери простым школьником, значит, показать, насколько слаб мой род.

Колычев молча кивнул. С этой точки зрения ситуацию он не рассматривал, но очень хорошо понимал. Род Медведевых принадлежит к древней аристократии. Признать, что простолюдин спас дочку главы, по сути, это позор. Такого генерал точно не мог допустить.

– Вижу, понимаешь, – кивнул Медведев, – поручил я его наградить, но так, без лишнего шума, и забыл о нём. А тут оказывается, что мой сын, оболтус, выдумал там себе что-то и вызвал парня на дуэль. Не знаю, как у вас, в Нижнем, а в московских салонах подобный вызов сам по себе является позором! Действующие военный. Маг. Вызывает на магическую дуэль школьника! Стыд и срам! – резко рявкнул генерал командным голосом и тут же спокойно продолжил:

– Да ещё и проиграл, – он широко улыбнулся, явно довольный этим фактом, – ну что ты так удивлённо смотришь? Конечно, я рад, что мой Пашка проиграл. Это такой щелчок по его задранному носу. А то зазнался мальчишка. Решил, что он серьёзный боец, первый парень на деревне. А тут какой-то неумытый простолюдин его сделал, даже не вспотев. Ах! Ты видел запись боя? Нет? Ну да, тебе же это не интересно. Ты и крови нынче боишься. Но парень твой хорош. Очень талантлив! Не испорти мне его! – Князь погрозил пальцем Колычеву, который сидел в некоторой растерянности.

– Так, и что с Максимом? Претензий нет? – собрался он, вспомнив, что пришёл решить в первую очередь именно этот вопрос.

– Да какие там претензии? Всё честно было и по правилам.

– Говорят, твой сын зол очень на него? В Москве смеются над ним.

– Ерунда, – махнул рукой Виктор, – так, друзья подшучивали денёк-другой, да и забыли уже. К тому же, он на Дальний Восток собирается. Так что спи спокойно.

Далее разговор пошёл уже в более тёплой атмосфере. Виктор пригласил Матвея Фёдоровича на ужин, который накрыли в главном зале. Они слегка выпили и расслабились. Потом растопили баньку, и Колычев остался на ночь у своего старого друга, боевого товарища, а нынче аж генерала.

Поделился с ним Медведев и причиной нападения на Анну. Несмотря на выпитое, он сразу посмурнел, когда об этом зашёл разговор.

– Чувствую и за собой вину, – признался он, – поставили мне адъютантом молодого паренька. Лет двадцать пять ему было. За место это, говорят, такие схватки происходят! В общем, почётным и безопасным оно считается. Ездил я в Маньчжурию на переговоры, а паренёк где-то отстал. Нагонял меня с фуражистами. А там и банда. Погиб он. Так бывает, – развёл руками Виктор, – лично ездил к его матери, весть принёс. Подкосило её это известие. Она и так вдовой была. Да ещё и последняя из рода осталась. Два года прошло, и всё это время копила эта женщина злость на меня. Распродала фамильные драгоценности и оплатила наёмников. Приказ был простым: убить мою дочь и, по возможности, так, чтобы мучилась. Глаз за глаз, кровь за кровь, – Медведев отпил холодного пива из запотевшей кружки, – так что я очень благодарен твоему пареньку и найду, чем ему отплатить!

– Подъезжаем! – объявил проводник, выводя Колычева из дрёмы. Не выспался он. И имя было у этой причины. Максим Андер, вот это имя. Но, как ни крути, парень с первого дня начал приносить деньги, а не стал бесполезным балластом, как большинство учеников, на которых обычно уходит много времени и сил. Надо же обучить, проконтролировать, чтобы не стыдно было потом говорить, что это мой ученик.

Поднявшись на ноги, Матвей Фёдорович достал свои сумки и выставил их посреди купе. Слуги заберут. А вот что дальше делать с Максимом, непонятно. Может быть, подать заявку и оформить ему «мастера»? Скинуть с воза проблемного ученика и жить дальше своей жизнью. «Ладно, – махнул Колычев рукой, – торопиться некуда. А так пока у парня хоть какая-то защита».