Глава 9

— Ваше полное имя?

Сотрудник Департамента Контроля был изрядно потрепан и сильно уставший, неопределенного цвета волосы сбились в грязные космы, тонкое лицо в саже и пыли. Мундир в некоторых местах подпален и порван. Да уж! Досталось сегодня всем. Мое молчание затянулось, и мужчина оторвал взгляд от бумаг. А глаза у него красивые: синие, с густыми ресницами…

— Назовите ваше полное имя!

— Люция-Анна-Гаруш-Кабира Кхана си Эррера.

Мужчина напрягся. Знает, кто перед ним. Потом начал быстро писать.

— Это все твое имя? — не выдержал Герв.

— Полное, — пояснила я, — домашние зовут меня Люция.

Но кое-кому было не до смеха. Кто знал, что больше двух имен получали маги, владеющие несколькими стихиями или дарами.

— Сколько? И какие?

— Три: Вода, Металл, Смерть.

Малость ошеломленный взгляд. Потом новый вопрос:

— Клетис Иадор Кхана си Эррера?..

— Мой отец.

— ВЫ убили его?

— Да.

— Почему?

— Иначе он убил бы меня.

— За что?

Я опустила голову. Контролер вздохнул:

— Леди Кхана, я должен арестовать вас.

— Невозможно, — вмешался Стах Карнеро. — Эта женщина — укушенный оборотень. Как ее альфа я категорически возражаю против ареста.

— Она еще человек! — возразил маг.

— Осталось несколько часов, и трансформация полностью завершится.

— Вот тогда и поговорим, — безапелляционно заявил военный, и в лечебную палату вошли бойцы Департамента.

Меня забрали в полицейское отделение города Миаду. Я сидела в одиночной камере. Вернее лежала. Грудь после проклятия Клетиса Кханы болела не переставая. Рядом с узкой койкой стоял тазик, в который я то и дело сплевывала черные сгустки крови.

Мысли кружились в голове, словно рой пчел. Итак, что мы имеем? Мертвого отца-отступника — раз, мертвого жениха-отступника — два. И я, не мертвая, но тоже отступница — три. Фиговый расклад! А еще я оборотень. Это сразу и четыре, и пять, и шесть. Потому что для магов империи зверолюди — вообще существа второго сорта. Если Карнеро не поможет, меня ждет только одно — смерть. Это он точно заметил. Выкрутиться не удастся: половина боевых магов Департамента видела меня в маске отступника. Остается надеяться на показания волчат: я же им помогла!

В замке заскрежетал ключ. Я торопливо села, поправляя одежду. В камеру вошел тот самый мужчина, который арестовал меня:

— Как вы себя чувствуете? — он задержал взгляд на тазике.

— Спасибо, хорошо. С кем имею честь разговаривать?

— Мадж (военное звание — Прим. авт.) Имрус Зарев.

— Мое имя вам уже известно. Жаль, что нам довелось познакомиться при таких неприятных обстоятельствах, — вежливо улыбнулась.

— Мне тоже, — контролер улыбнулся в ответ и подошел к зарешеченному окну. — Вы знали, что Клетис Кхана возглавляет отступников?

Я сморщилась, отводя взгляд:

— Догадывалась.

— Как давно вы приняли Тьму? — вдруг спросил боевой маг.

— Год назад была представлена ей.

— Всего?

В ответ на его удивление пожала плечами:

— Я не особо хотела этого, но моим мнением никто не интересовался.

— То есть обряд Погружения вы не проходили?

— Нет, — я с надеждой посмотрела на мужчину. — Только Представление Тьме и Посвящение.

Он поморщился:

— Плохо!

Я нервно засмеялась:

— Мадж Зарев, я — наследница рода Кхан. Я поступаю так, как велит семья. Мое Посвящение Тьме было вопросом времени. Я и так протянула куда больше, чем сама надеялась.

Маг спокойно выслушал эмоциональную тираду.

— Почему вы убили отца?

Неопределенно повела плечом и заговорила о другом:

— Я помогла детям, не позволив принести их в жертву. Вы догадываетесь, сколько магсилы принесли бы пять волчат на алтаре?

Зарев нахмурился:

— Хватило бы, чтобы сровнять горы Байани с землей.

— Точно.

— И за это ваш отец хотел вас убить? — предположил военный.

Я неуверенно пожала плечами:

— Не думаю, что убить, но наказал бы так, что смерть показалась бы мне счастьем.

Имрус Зарев помолчал, внимательно разглядывая меня.

— Я говорил с волчатами… Они рассказали, что это вы дали гилайон и велели вызвать нас. Почему?

Я отвела глаза.

— …Не знаю, почему вы переметнулись на другую сторону, Люция, — маг вдруг заговорил тихо, доверительно, как с давней знакомой. — Но благодаря вам, мы практически полностью уничтожили отступников империи. А вы убили их главаря.

Скептически посмотрела на него:

— Вы серьезно думаете, что все отступники уничтожены?.. Тогда рано радуетесь, Имрус. Уж поверьте мне.

Я зашлась кровавым кашлем, и мужчина пошел за тюремным лекарем. Но вернулся он не с лекарем, а с Карнеро и еще двумя незнакомыми волками. Камеру открыл полицейский, пока в коридоре маг ругался с оборотнями. Я привстала, прислушиваясь к словам. Мадж Зарев был зол:

— Леди Кхана — подданная империи Санос. И судить ее будут по нашим законам.

Один из оборотней холодно заметил:

— Мадж Зарев, на основании Положения, подписанного главами восьми государств, в том числе и императором Сарфоломеем, смертный, укушенный оборотнем и прошедший трансформацию, не является более человеком и попадает под юрисдикцию законов местной стаи.

— Она еще не оборотень! — упирался маг.

Другой незнакомец протянул ему лист с распечаткой:

— Это результаты анализа крови. 90 %, что перед нами Черная волчица.

Я догадалась, кто это: поверенные Стаха Карнеро. Первый адвокат подошел ко мне:

— Люция Кхана, вы в прошлом сильный маг и присутствие трех волков не помешало бы вам продемонстрировать небольшое колдовство. Попробуйте!

Я попробовала (честно говоря, самой было интересно: получится или нет?) и пораженно смотрела на собственные руки. Сколько ни старалась — с них не сорвалось даже крохотной искорки магии. Растерянно посмотрела на незнакомца. Тот ободряюще улыбнулся мне:

— Вы оборотень, ваша кровь блокирует магию, — и повернулся к Зареву. — Мадж, у вас еще есть сомнения?

Контролер сокрушенно качнул головой, отворачиваясь.

Выходила из тюремной камеры с опаской, не зная, чего ожидать от оборотней, окруживших меня. Пытливо глянула на Стаха, но лайдир не заметил мой взгляд или сделал вид. Я шла по коридору, а мимо проводили пойманных отступников. Если бы взгляды могли убивать, я была бы уже мертва. Мы вышли из городской тюрьмы и сели в автолет. Адвокаты, попрощавшись с альфой, улетели в южном направлении, а мы собирались, как я понимаю, в Денту. Пересиливая боль, посмотрела на разом посуровевшего Карнеро:

— Стах, мне нужно домой.

— Еще чего! — довольно грубо ответил волк.

— Мне нужно в лабораторию отца. Как только в империи узнают о его смерти и о моем аресте, в замок ринутся все кому не лень. А там очень опасные вещи. Их надо уничтожить.

— Доказательства вины? — ехидно поинтересовался Санторо с водительского места.

Я начала злиться.

— Какие доказательства, Герв? Меня весь боевой состав Департамента видел на поле в маске отступника. Заявись сюда Светлый архимаг — мне это уже не поможет! — посмотрела на Стаха. — Нельзя, чтобы записи Клетиса Кханы попали в руки отступников. Да и вообще в любые другие! Где гарантия, что в Департаменте их уничтожат? А если захотят сохранить в Архиве? При большом желании туда можно попасть! — перехватила внимательный взгляд. — Ты не представляешь, какие страшные вещи делал мой отец просто ради научного интереса. Если хотя бы часть его разработок попадет в руки последователей, мало никому не покажется. Или ты тоже, как Имрус Зарев, наивно полагаешь, что все маги-отступники собрались сегодня у стен Миаду?

— Тебе видней.

— Вот именно! — я прищелкнула пальцами. — Поверь, они везде. В императорской свите, в Департаменте контроля, в каждой мало-мальски значимой госструктуре.

— Уверена?

— Я — да. А ты уверен в Контроле?

И Карнеро решился.

— Хорошо, но я иду с тобой.

Облегченно выдохнула:

— Да на здоровье! Можешь еще и бет своих взять: помогать будут.

Не было времени лететь через пол-империи. В первый момент я по привычке начала плести заклинание Иглы, чтобы проколоть пространство, но волки остановили меня, напомнив про мою новую немагическую сущность. Маюров принес портальную рамку. Я спокойно вошла в слепящее марево, не сразу сообразив, почему напряглись оборотни. Только потом вспомнила про менсах, удерживающий магию. Да, для нас… Точнее для всех рас, кроме зверолюдей, любые портальные рамки совершенно безобидны. А вот если оборотень воспользуется поврежденной рамкой, то… смерть, мгновенная и окончательная.

Мы вышли в метрах ста от замка. Он возвышался на холме и был заметен издалека, старый, древний, построенный в начале Второй эпохи. Я тоскливо смотрела на вековые камни, хранившие род Кхан не одно столетие, понимала, что уже нескоро попаду сюда вновь. Шла по дороге, вымощенной гранитными плитками, как никогда остро ощущая, какие они твердые, почти вечные, думая о том, сколько ног по ним прошло. А мои, возможно, ступают последний раз. Защита замка меня пропустила беспрепятственно, лишь на несколько секунд осветилась красноватыми всполохами. Но моя кровь осталась моею. Карнеро с бетами шаг замедлили, подозрительно разглядывая защитный Полог, но все-таки ступили на мост. Ворота с тихим скрипом сомкнулись за нами. И мне как-то сразу стало спокойнее и увереннее. Мы с волками быстро шагали по дорожке к замку. Краем глаза я видела, как лайдир задрал голову, разглядывая замковые башни. Не удержалась от улыбки, вспоминая с каким апломбом он расхваливал свой «дворец».

— Хм-м-м, — Карнеро повернулся ко мне. — Представляю, как ты тогда смеялась надо мной и моим домом!

Не поняла: я что, вслух говорила?

— Стах?

Но он ушел вперед, а рядом оказался Эмерик Галич:

— Оборотни умеют ментально общаться. Ты не знала?

«Твою мать!» — грубо выругалась, наплевав на воспитание. Я совсем забыла про чтение мыслей, подвластное зверолюдям. Да, был у них такой апгрейд, выражаясь современным языком. Это получается, они слышат все, что я думаю?!

— Да, — Галич кивнул. — Учись ставить ментальные щиты, девочка.

Еще оставалось метров пятьдесят до замка, и двери приветственно распахнулись. Звери словно споткнулись, не в силах скрыть потрясение, когда вместо живых слуг увидели умертвия.

— Юная госпожа! — дворецкий, служивший Кханам еще при жизни, склонился в поклоне. — Рад вашему возвращению!

— Привет, Лаки, — торопливо прошла внутрь и огляделась. — Защита в порядке?

— Цела.

Я удовлетворенно кивнула.

— Хорошо. Эти нелюди со мной.

— Да, госпожа.

Уверенно шагала по залам. Волки шли следом, и я кожей чувствовала, как им некомфортно, как давят их высоченные стены с узкими витражными окнами, как угнетают 24-рожковые люстры с хрустальными подвесками. Казалось, оборотни едва сдерживаются, чтобы не рвануть обратно. И лишь раз они проявили интерес к окружающему интерьеру. На одной из стен висел огромный, в человеческий рост, портрет. Мужчины переводили недоуменные взгляды с меня на женщину, изображенную на полотне. Я улыбнулась:

— Это моя мать!

Санторо тряхнул головой:

— Первородный!.. Словно одно лицо!

И мы пошли дальше, спустились в подземелье одной из башен. В дверях лаборатории я провела запястьем по острому выступу. На коже набухли кровавые капли и тут же впитались в металлическую пластинку, по которой побежали руны, считывая информацию о владельце крови, то есть обо мне. Защита лаборатории «думала» дольше, но все-таки открыла замок. Я повернулась к напрягшимся мужчинам:

— Там много того, что может шокировать. Но давайте сейчас обойдемся без замечаний и вопросов. Очень вас прошу, делайте то, что я буду говорить. Времени мало.

… Хорошо, что предупредила их. Остатки тел (хотя кости принадлежали животным) настроения оборотням не добавили. Плевать! Я прошла к письменному столу, бросила куртку на кресло. Повернувшись к огромному камину, щелкнула пальцами:

— Maollo!

Ничего?! Повторила заклинание огня погромче, а потом вспомнила, кто я теперь.

— Проклятье! — и позвала. — Лаки!

Умертвие тут же оказалось рядом:

— Госпожа?

— Зажги огонь.

Пламя вспыхнуло, словно здороваясь со мной. При отце камин горел всегда, неважно, какая пора года была за окном. А сейчас камин горит, а Клетиса Кханы нет… и больше никогда не будет. Тряхнула головой, прогоняя мрачные мысли. Умертвие стояло рядом, ожидая дальнейших приказаний.

— Лаки, ступай к воротам. Кто бы ни появился, тяни время.

— Да, госпожа!

В огонь полетели многолетние записи, дневники, схемы проклятий и заклинаний. Жалела? Не знаю. Не было времени об этом подумать. А пламя с неутолимым голодом заглатывало все новые и новые бумаги.

Небольшую черную тетрадь, исписанную мелким отцовским почерком, я бросила в камин сама. Стояла и смотрела, как скукоживаются, темнеют листы бумаги, как проваливаются огненными пятнами написанные слова и знаки, как исчезает главный кошмар моей жизни.

Рядом суетились оборотни, о чем-то тихо переговариваясь. Когда из огня выскочил Лаки, мужчины шарахнулись от камина в разные стороны.

— Госпожа Люция, у ворот контролер Департамента. Он настаивает на встрече, говорит чрезвычайно важно.

Я оглянулась. Работа кипела. Волки с азартом таскали к камину стопки листов и тетради. Понятно, что помогали не мне, а были рады возможности насолить некромантам, уничтожив, по сути, бесценные знания.

— Его имя Аким Двойрин, — добавил Лаки, услужливо заглядывая мне в лицо.

— Не слышала о таком. А вы?

Оборотни переглянулись и пожали плечами. Я нахмурилась:

— Что ж, отказать контролеру я не имею права. Пропусти.

Я бегом направилась в зал встречать визитера.

— Герв, за мной! — велел Стах, шагнув следом.

Едва я остановилась в центре гостиной, как появился Аким Двойрин, полноватый мужчина средних лет. Его лицо не было мне знакомо. Маг горестно вздохнул:

— Леди Кхана, я к вам с печальными новостями, — он запнулся, глядя за мою спину, где стояли оборотни.

Я даже не успела принять скорбный вид: Санторо толкнул меня на пол. Надо мной пролетела едва заметная дымка. Это что? Проклятие?.. Я действительно теряла магическое зрение, зато отлично видела, как Карнеро убивал Двойрина. Зрелище было жутким даже для некроманта, благо, что недолгим. Огромный черный волк просто перекусил человеку шею. На пол хлынула горячая кровь, я чувствовала ее тепло и приятный запах. Нахмурилась, путаясь в собственных ощущениях, и машинально протянула руку Санторо.

— Его не было в Миаду, — пояснил Герв, помогая мне подняться. — Он не знал, что это ты выдала отступников и убила отца.

— Скорее всего, здесь есть что-то, указывающее на его связь с преступниками, — Стах уже перекинулся в человека и хмуро посмотрел на лоскуты разорванной одежды. — Твой ходячий скелет может принести мне другие вещи?

Спустя пять минут Лаки уже стоял рядом со стопкой одежды в руках.

— Прошу!

Мы только-только успели вернуться в лабораторию, когда раздался вой защиты замка. Карнеро застегнул ремень и хмыкнул:

— А вот и настоящий Контроль. Оперативно работают.

— Лаки, впусти!

— Да, госпожа! — и добавил. — Гостиную уже убрали.

— …Стоять! Именем короны!

Я повернулась навстречу бойцам Департамента, торопливо швырнув в огонь еще несколько бумаг. И вдруг услышала в голове:

«Все сожгла?»

Не поняла!

«Ментальная связь, — напомнил Карнеро и повторил вопрос: — Ты успела сжечь эту некромантскую бредятину?»

Я недовольно поморщилась, но ответила:

«Самое опасное».

Двери с грохотом распахнулись.

— Какая неожиданная встреча! — перед нами замер мадж Зарев. — Стах Карнеро, укушенная волчица, в недавнем прошлом Кхана си Эррера, — мужчина зло зыркал на нас. — Не более часа назад с кровати встать не могла, а вот в родительский дом потянуло? Скрываем улики?

— Какие?..

Пока беты спорили с Заревым, мы с лайдиром Черных быстро переговаривались.

«Стах, надо будет вернуться сюда позже. Тайники проверить».

«Ты не сможешь».

«Почему?»

«Ты перерождаешься в волка. Уже повышается агрессивность. А будет еще хуже. Тебя придется на время изолировать от людей, чтобы не бросилась ни на кого».

«Дохлый котс!» — выругалась, опуская голову.

Накатил кашель. Я посмотрела на свою грязную рубашку со старыми и свежими пятнами крови. Под предлогом переодеться, покинула лабораторию. Шла по залам, прекрасно слыша шаги мага, посланного Заревым присматривать за мной. В дверях повернулась к мужчине:

— Давай ты проверишь мои покои и подождешь здесь, пока я приведу себя в порядок?

Он смутился, но в комнату вошел вместе со мной. Запустил следилки и, ничего не обнаружив, стал в приоткрытых дверях. Я взяла свежую одежду и направилась в ванную. Включила воду и вытащила из кармана гилайон, чтобы позвонить старому приятелю.

— Эрки?..

— …

— Ты уже в курсе?.. Да, Департамент в замке.

— …

— Разберусь. А к тебе есть дело: перерой бумаги отца. Сам знаешь: их никто не должен видеть. Лаки тебя пропустит. Только тебя!

— …

— Да, условия те же. Спасибо. Увидимся.

Выключила гилайон и спрятала его среди вещей, которые собрала в дорожную сумку. Торопливо стала раздеваться. Стоя под струями воды, я рассматривала почерневшую кожу. Смертельное проклятие черной кляксой расползалось по груди, забивая клетки, сосуды, альвеолы. Но я еще дышала: волчья кровь боролась с магией.

* * *

Не знаю, что волки сказали маджу, но когда я спустилась вниз, увидела всех за круглым столом в малом зале. И не только их. Рядом с Карнеро восседал Ян Грис и еще несколько оборотней, среди них узнала Ричарда Уолкера, Эвана Трейси (наверняка примчались спасать детей). Со стороны магов прибыл кене (генерал — Прим. авт.)) Хает и несколько некромантов, состоящих на службе Контроля. На этом экстренном заседании я присутствовала уже как оборотень, волчица Черной стаи.

Со вздохом села на свободное место между Стахом Карнеро и одним из контролеров. У меня было несколько минут передышки, пока оборотни и некроманты обменивались взаимными колкостями и упреками.

— …Вы растерзали шесть магов!

— Отступников.

— Они могли дать показания.

— Они могли убить еще больше людей и волков. Нам хватило пятерых мертвых сородичей, — огрызнулся Санторо. — Еще столько же ранено.

— Нечего ввязываться в магические битвы.

— Помолчи, Леон, — осек мага Имрус Зарев.

— …Приветствую собравшихся! — донеслось от дверей.

Я улыбнулась, узнав этот приятный голос. К нам приближался Эрки Сетсоме си Макули, мой близкий друг. Его приходу никто из магов не удивился: он являлся деканом факультета некромантии в Академии, был вхож к императору Сарфоломею. Естественно, он одним из первых узнал о случившемся. Эрки сел напротив меня и повернулся к боевикам:

— Какие новости?

Кене Хает покосился на оборотней:

— Ловим сбежавших.

Мужчины в очередной раз принялись обсуждать недавний бой и как не упустить никого из отступников.

А потом дали слово мне. Я говорила долго. И Эрки понял первым.

— Ты не шестая… Ты — девятая.

Я обреченно кивнула головой. Некромант закрыл лицо руками.

— Прости меня, Люц. Я глупец.

— Может, вы уже скажите, в чем дело! — не выдержал Теймур Волотич, вожак Бурых волков, обитающих в империи Санос, вернее в ее бескрайних степях, куда некроманты не совались.

— Ритуал «Девяти младенцев», — пояснила я с деланным равнодушием.

Присутствующие переглянулись, но поняли не все. Один из магов (кажется, я когда-то видела его во дворце императора) пояснил:

— Некроманты, как и большинство людей, боятся старости и смерти. Тело человека быстро изнашивается, даже мага. Двести-триста лет, а дальше жалкая, одряхлевшая старость. А знаний в голове много и магсилы скапливается больше чем надо. Тут ворожить бы и ворожить, а физических сил нет, — мужчина насмешливо посмотрел на притихших оборотней. — Ради молодого тела многие маги готовы заплатить любую цену. Ритуал «Девяти младенцев» как раз из этого числа. Богине смерти — Черноматери — приносится жертва — откуп. Девять детей, кровь от крови, плоть от плоти. Возраст условен: год, месяц или двадцать лет. После такой жертвы душа мага переселяется в новое, молодое тело.

Волотич оторопело уставился на меня и Эрки:

— Некры, вы чокнутые?! Убить своего ребенка, чтобы пожить лишние двести лет?!

Ему никто не ответил.

— Чье тело планировал взять Клетис Кхана? — вступил в разговор Ян Грис.

— Алоиза Саламана.

— Но Саламан ваш жених… был?! — Зарев задумчиво хмурил лоб.

— К моменту ритуала планировалось, что мы с Алоизом поженимся и появится наследник. Потом я бы умерла, оставив все мужу и ребенку.

— Алоиз знал об этом? — спросил кене Хает, знакомый с семьей моего жениха.

— Не думаю.

— Как ты узнала о ритуале?

— Случайно, — я нервно усмехнулась. — Безымянные могилы в родовом склепе, изредка оброненные фразы, Алоиз, рассказывающий об обрядах на крови, которые проводил с ним мой отец. Этого хватило, что пробудить подозрения. А потом я нашла расчеты самого ритуала.

— Подожди, — вдруг напрягся Грис. — То есть твой папаша уже убил восьмерых своих детей?!

Что я могла ему сказать? Ответ очевиден.

— Почему ты молчала? — Серый волк не сводил с меня напряженного взгляда.

— Я пыталась сказать, — мельком посмотрела на поникшего Эрки.

Но тот лишь сокрушенно качал головой. Я не удержалась от скептического смешка.

— Вы что думаете, только моему отцу пришла в голову такая мысль? Я слышала о трех некрах, прошедших этот ритуал. Живут и не чихают! — потом тяжело вздохнула: — После того, как Эрки мне не поверил и отправил домой, стало понятно, что мне не поможет никто. Бежать? Куда? Грани пронзают все миры и межпространства. Меня нашли бы очень быстро. Союзников нет. Друзей, способных помочь, нет. И я стала… верным соратником отца и его ассистентом.

— Что? — не удержался Карнеро, хотя до этого сидел с совершенно безразличным видом.

Я пояснила:

— Только так можно было попасть в святая святых — лабораторию. Если я не могла избежать ритуала, то должна была узнать о нем все, до мельчайших подробностей, чтобы в решающий момент не просто сорвать, а сделать невозможным. Пять лет я была личным ассистентом Клетиса Кханы и стала лучшей из всех его учеников.

— Ты убивала?

А вот и кене Хает вспомнил о своих обязанностях.

— Да, при необходимости. Но ритуальных жертв на мне нет.

— Что за необходимость?

— Некромантам часто приходится иметь дело с не самыми лучшими представителями нашей славной империи. Например, когда поднятый труп на вопрос об убийце указывает на сына, получившего неплохое наследство, а если вскроется правда, то и кандалы с рудниками. Что мешает заткнуть тощую некромантку? — я презрительно поджала губы: — Глупые стереотипы: оценивать силу мага по внешнему виду!

Мужчины непонимающе переглянулись. А Эрки улыбнулся и пояснил:

— Люция не просто некромант, она маг-универсал, владеющий тремя стихиями. Лучше встреча с боевым магом, чем с ней.

Мадж Зарев не удержался и хмыкнул:

— Видели сегодня на поле. Когда она, получив проклятие одиннадцатого уровня, собственного папашу укатала в землю, даже покусанная оборотнем.

Это что за намеки? Я прищурилась:

— У меня не было права на ошибку.

Маги с жаром стали обсуждать ритуал, а некоторые, самые ушлые, под шумок встали из-за стола и чуть ли не бегом направились в лабораторию почитай самого известного мага-ученого. Грис ненавязчиво намекнул кене Хаету на возможные проблемы, и военный рванул следом. Мы с оборотнями остались одни, не считая Эрки и маджа Зарева.

Эван Трейси, помощник мэра Денты, до сих пор молча внимавший беседе, вдруг спросил:

— Почему вы стали защищать волков?

— Волчат, — поправила я. — Это важно. Я не буду бросаться пафосными фразами о внезапном прозрении и обретенном смысле жизни, — не выдержала и отвела взгляд: у Трейси были необычные синие глаза с золотыми крапинами, как и у малышки Отиль, его дочери. — Легко решать жизнь и смерть тех, кого никогда не видел. И все меняется, если ты знаешь их по именам, когда это уже не безликое нечто, а приятные моменты в твоей жизни. Первый закон некромантов знаете? — я посмотрела на побледневшего мужчину. — Не спрашивай имя того, кого собираешься принести в жертву.

Эван Трейси отвел взгляд и сглотнул, а я успела перехватить ментальный отголосок его страха за дочерей. Посмотрела на Санторо:

— Как некры смогли поймать детей?

— Полукровка из Денты продался, — выплюнул Ричард Уолкер. — Везде свои щупальца протянули.

— Это ваша работа: следить за порядком в городе! — огрызнулась я.

— Ту убогую человечку из магазина, которая тебе помогала, мы нашли и остальных найдем. Будь уверена!..

— Рик, — рявкнул Карнеро, и Уолкер замолчал.

Я опустила глаза. Значит, Кейтлин…

«Мертва», — закончил Карнеро, читая мои мысли.

Имрус Зарев с интересом слушал наш разговор, потом пристально посмотрел на меня:

— Леди Кхана, вы были в Денте раньше?

Я кивнула.

— С какой целью? — контролер увидел мои сомнения и посуровел: — Говорите правду!

— Найти брачный договор своей двоюродной бабки Мадары Кханы, где за ней в качестве приданого предлагалась долина реки Тез.

Зарев сообразил сходу:

— Некая госпожа Метси?..

— Сидит перед вами, — криво усмехнулся Уолкер.

За столом повисла напряженная тишина. Где-то на заднем плане слышалась ругань магов в лаборатории. Я смотрела в синие-синие глаза маджа и ждала, что он скажет. А мужчина молчал. И я выдохнула:

— Да, это я забрала…

— Украла! — перебил Карнеро.

— Забрала! — упорствовала я. — …Настоящий документ, подтверждающий наше право на владение долиной.

Эрки замахал на нас руками:

— Какая, к демонам, долина?! Нашли, о чем жалеть! Люц, а как же ритуал? Ведь ты понимала, что отец тебя не простит? — некромант сидел ссутулившись, раздавленный собственной ошибкой.

— Отправляясь в Денту, я допускала вариант, что проколюсь и не вернусь обратно.

Магистр слишком хорошо меня знал:

— Ты нарушила ритуал?

— Да. Конечно, случись что — Клетис со временем нашел бы эти узлы, поэтому… я уже некоторое время поила его одним зельем.

— Каким?

— «Плевок Сва».

Эрки не сдержался и хохотнул:

— Опасная ты женщина, Люц!

Мадж переглянулся с оборотнями и пояснил:

— Зелье, делающее мужское семя мертвым.

Мужчины настороженно покосились на меня. А потом вернулись взволнованные некроманты, подгоняемые кене Хаетом. Один из магов спросил:

— Вы можете подробнее рассказать про ритуал и другие эксперименты Клетиса Кханы?

Я искоса глянула на мрачного Карнеро:

«А ты спрашивал, зачем идти в замок и сжигать бумаги».

— Что? — вскинулся альфа Бурых, уловив наши ментальные реплики. — Вы все уничтожили? Когда?

— Зачем? — взвыл некромант из Контроля.

— Затем, чтобы другим неповадно было! — Карнеро выпрямился. — Надо было весь этот замок взорвать к дохлому котсу!

Я иронично хмыкнула:

— Вряд ли удалось бы. Здесь защита такая, что случись конец света — замок уцелеет.

А некромант продолжал негодовать:

— Да причем тут ритуал? Я его сам с превеликим удовольствием уничтожил бы!

Мадж Зарев возразил:

— Найти описание ритуала не составит большого труда.

— Но там были другие разработки, — тоскливо вставил тот самый маг, чье лицо мне показалось знакомым. — Клетис Кхана, конечно, псих и социопат, но он гениальный ученый. «Купол Мораны» чего стоит? Идеальная защита! Разве нет?

— «Купол Мораны» я знаю. Схему распишу, — пообещала ему.

— Люция, у вас же хорошая память, а вы так долго были ассистентом отца… — оживился некромант рядом.

Я дернулась: не к добру!

— Если я позволю!

Все присутствующие замерли и посмотрели на Карнеро. Оборотень пояснил:

— Люция Кхана теперь Черная волчица и принадлежит моей стае.

— Стах, друг мой!.. — заискивающе начал маг.

Но его грубо оборвали:

— Ты мне не друг, а всего лишь знакомый некр. Не обольщайся!

В зале повисла гнетущая тишина. А я, наверное, только сейчас осознала, что больше сама себе не принадлежу. Многое, если не все, будет решать именно Карнеро. Как-то неспокойно стало на душе.

И, наконец, прозвучало то, чего я так боялась.

— Люция Кхана, вы посвящены Тьме?

Я открыла рот, но меня перебил мадж Зарев:

— Позвольте мне, кене Хает, Люция Кхана посвящена Тьме год назад по моему приказу.

— Что? — опешил военный, и не только он, честно говоря.

Имрус Зарев спокойно пояснил:

— Люция Кхана обратилась ко мне год назад, не желая становиться поклонницей Тьмы. Я посчитал целесообразным оставить ее в группировке как внедренного агента. Именно помощь леди Кханы сегодня оказалась неоценимой и помогла ликвидировать большую группу отступников вместе с их главарем.

Кене Хает недоверчиво уставился на подчиненного, но промолчал, потом посмотрел на меня:

— А Погружение?

— Не было, — облизала пересохшие губы.

Сердце колотилось как бешенное. Стоит волкам открыть рот — и маги поймут, что мадж врет, выгораживая меня. Но оборотни молчали, глядя кто куда, и мыслей их я не слышала. Почему?

«Ментальный щит», — пояснил Стах.

Они не хотят, чтобы я знала их мысли? Да не больно-то и хотелось!

И я, опомнившись, спросила у магов:

— Что с телом отца?

— Сожгли, — ответил один из некромантов.

— Вы соблюдали ритуал?

— Его проводил магистр Эмре Аргири си Саво.

Тот самый «знакомый» маг склонил голову:

— Ритуал прошел успешно. Никто не сможет потревожить дух вашего отца или вызвать из Граней, даже при большом желании.

Я вопросительно посмотрела на Эрки, и тот согласно кивнул, дав тем самым знать, что Аргири можно верить.

— Вот, что бывает с теми, кто зарится на чужое, — тихо заметил Карнеро, но все-таки услышали все.

— Послушай, а вы эти земли честно получили? Вы по закону отжали их у Карайского ковена? — не выдержала я, поражаясь собственной вспыльчивости. С чего завелась-то? — Ты же видел договор, читал его, ты знал, что долина наша! И что ты сделал? Спрятал документы в сейф? Вам же предлагали по-хорошему вернуть их! Переселить поселок и все!

Стах не ответил, посмотрел на некроманта справа от меня:

— Пересядь. Поменяйся с Грисом местами.

— Почему? — не понял магистр.

— Идет трансформация. Растет агрессия. Волчица может броситься.

Я сконфуженно замолчала. Некромант больше не задавал вопросов и торопливо пересел подальше. Ян Грис уселся рядом и вдруг спросил у меня:

— А причем тут вообще долина с деревней? Зачем она вам понадобилась?

Потрогала горячий лоб, чувствуя легкую головную боль.

— Там место силы — Темный источник.

— Да ну?! — удивился Стах.

Я перевела на него тяжелый взгляд:

— Сколько людей и нелюдей гибло там ежегодно? Тонули, пропадали на болотах?

Карнеро задумался:

— Никто не считал.

— Мы считали. От тридцати до сорока в год.

Стах оторопело переглянулся с другими оборотнями. Я усмехнулась:

— А вы на реке летний лагерь для волчат собирались открыть.

— А теперь там опасно? — Теймур Волотич задумчиво поглядывал на некромантов.

Те снисходительно ухмыльнулись:

— Для Темных магов — неопасно, наоборот полезно. А вот для других — как сказать.

Кене Хает сделал пометки в своих записях:

— Хорошо. С долиной и источником разберемся. В любом случае земли пока принадлежат леди Кхане как единственной наследнице.

— Но что будет с ее некромантским прошлым сейчас, когда она окажется в стае оборотней? — поинтересовался мужчина рядом с ним.

Имрус Зарев буквально прочитал мои мысли. Потому что именно о своей дальнейшей судьбе я как раз и думала. Оборотни и некроманты — извечные враги. А я еще и отступница, то есть, из тех, кто целенаправленно отлавливал оборотней для жертвы Тьме.

— Леди Кхана, может вам стоит остаться в более привычном окружении? — мадж внимательно посмотрел на меня.

— Это уже вас не касается! — заявил Карнеро, поднимаясь, и за руку потянул меня.

Успела ответить Имрусу:

— Я чую магию, но колдовать не могу: кровь оборотня обнуляет мои способности.

— Но вы знаете и помните заклинания, проклятия, ритуалы, — не спросил, а указал кене Хает.

— Да.

— Если у нас возникнут вопросы, я могу расчитывать на вашу помощь?

Мое «да» и «нет» Карнеро слились вместе.

Я развела руками, виновато глядя на военных:

— Пусть решает лайдир.

Кене Хает перевел внимательный взгляд на недовольного оборотня:

— Мудро ли Люцию Кхану оставлять в Денте на правах омеги?

— Все! Достали!

И меня буквально силой поволокли из родного дома.