Глава 18 · Битва за будущее

Я погасил фонарь и обернулся к стоявшему рядом со мной Фоме:

— Часть призраков еще остались в доме. Полагаю, уходить по своей воле они не хотят.

— Уверены? — нахмурился Фома и деловито осведомился, — Замышляют чего?

Я пожал плечами:

— Скорее всего. И уж точно не желают нас видеть.

— И как нам вызнать про то, кто там затаился? — протянул Питерский и оглянулся на толпу духов, которая расположилась за нами.

Несколько дам в бальных платьях с обгоревшими подолами обмахивались веерами. Рядом с ними топталось около десятка босых подростков в ночных рубахах различного фасона. И мне не хотелось думать о том, отчего они погибли. Немного в стороне стояли мужчины в военной форме разных лет. Все они походил друг на друга стрижками и формой бород. Именно такие прически принято было носить в императорской семье много веков подряд.

— Господа, мне нужна ваша помощь, — обратился я именно к последней группе. — Знаю, что мы прибыли к вам внезапно. Может, даже побеспокоили вас этим. Однако смею заверить, что наш правитель знал о нашем визите. Именно он пригласил нас, чтобы проверить резиденцию и определить, нет ли в ней опасности для живых.

— Полагаете, что вы здесь для этого? — подала голос одна из дам, но кто именно было неясно, так как каждая прикрывала лицо веером.

Вопрос прозвучал странно, словно с издевкой.

— Подскажите, кто обитает в резиденции и не желает выйти добровольно на свет моего фонаря? — вежливо уточнил я.

— Это старая гвардия, — послышался голос высокого князя, который подозрительно походил на одного из каменных императоров, стоящих чуть поодаль. — Окружение покойного Павла. Они держатся обособленно. С нами не общаются. Да и нам, если говорить по чести, не особенно интересно якшаться с этим сбродом. Они и при жизни не были дружелюбными людьми. И смерть не сделала их лучше.

— Того самого Павла? — уточнил я, и призрак кивнул:

— Они давно в резиденции засели. В последнее время совсем обезумели от злобы. Порой по ночам так воют, что сил нет это слушать. Многие наши ушли в стены, чтобы забыться сном и не внимать этим стенаниям.

— А питаются они чем?

— Страхом, — просто ответил собеседник и пригладил усы. — Ну и чужих призраков пожирают, если те на их территорию забредут. Не удивлюсь, если они начали пожирать друг друга.

— Вашу власть они не признают, мастер-некромант, — подал голос юноша, который до того стоял между высокими фигурами родичей.

Он вышел навстречу, и мне подумалось, что передо мной нынешний император, который скинул лет тридцать. Молодой призрак заметил мое смущение и обозначил короткий поклон.

— Мне хотелось попросить у вас помощи, господин Чехов, — произнес он шелестящим голосом. — Когда-то в наше обиталище приходила ваша бабушка. Кажется, прошла пара лет. Или десятилетий… — призрак замолк и его взгляд застыл.

Я знал, что надо подождать немного и дух очнется. Но стоящий рядом Фома решил поторопить призрака.

— Время у вас течет иначе, ваше благородие, — уважительно пробасил он, привлекая внимание местный мертвых.

— Удивительно, что сейчас в резиденцию высшего света пускают всяческих… — скривился юноша.

— Что есть, то есть, — не растерялся Питерский. — Вы уж не обессудьте, что мы не обучены манерам. Зато свое дело знаем. И можем развеять кого надо.

Призраки в военной форме заволновались. Дамы принялись по старинной привычке падать в обморок, чтобы левитировать в полуметре над землей. Это выглядело до того странно, что даже их мертвые соседи осуждающе заворчали, наблюдая это представление.

— Полно вам! Перед людьми стыдно. Вы ж все что под юбками показываете гостям! — воскликнул один из князей.

Дамы тотчас приняли вертикальное положение и смущенно отошли подальше.

— Никого развоплощать мы не намерены, — пояснил я, чтобы успокоить толпу. — Фома Ведович и его команда здесь для того, чтобы восстановить порядок.

— А вы сами? — холодно осведомился юноша со взрослыми глазами.

— Я окажу всю возможную помощь.

— Постарайтесь остаться в живых, Павел Филиппович. На этот раз я не стану отказываться от помощи некроманта. Вашей бабушке я ответил, что не хочу уходить. За это время многое поменялось… Сейчас я хочу покинуть этот мир.

Я вздохнул. Видимо, мой визит нарушил шаткий баланс призрачного мира этих мест. И теперь я не представлял, что можно ожидать от тех, кто засел в резиденции. Обернулся к охранникам, которые стояли в нескольких шагах от меня. Уточнил:

— Живые в здании есть?

К чести дружинников, при упоминании непредсказуемых призраков, они не струсили. Ну или просто сумели сохранить невозмутимый вид:

— Семья Императора и его окружение уехали за город… — начал один из них, и я поморщился:

— Я спрашивал вас не об этом. Скажите, есть ли в здании живые.

— Разве только слуги, — ответил главный. — Если надо, мы можем организовать эвакуацию.

— Это надо было делать раньше, — жестко оборвал их я. — Теперь мне нужен один человек, который хорошо знает дом. Чтобы этот доброволец провел группу в помещения для слуг, и жандармы вывели гражданских.

Охранники переглянулись, а затем один из них, тот, что был за старшего, вышел вперед:

— Я пойду, — решительно заявил он.

— Быть может, есть смысл, чтобы пошел мертвый? — предложил юный призрак.

Но отчего-то я решил, что доверять призракам в этом месте не стоит. И потому медленно покачал головой.

— Нам проще работать по привычной схеме.

Было заметно, что Фома со мной согласен. Он коротко кивнул и уточнил:

— Заходим в дом, вашество?

— Придется. Наш визит изменил расстановку сил. И я не знаю, к чему это может привести.

— Мы способны помочь вам, мастер-некромант, — произнес один из призраков. — Все же вы не безобидные. Способны за себя постоять…

— Емельян Романович! Что вы удумали! — выкрикнула одна из дам и вновь попыталась упасть в обморок. Но вовремя опомнилась. — Если вас там пожрут. То кто нам поможет новых призраков привести к порядку? Кто поможет их изничтожить? Или нам придется веки вечные терпеть кого-нибудь вроде этого…

Женщина беззастенчиво ткнула пальцем в Питерского. Тот усмехнулся, показав клыки, и дама попятилась.

— Не вздумайте уходить, Емельян Романович! Не бросайте нас…

Я поднял ладони, призывая всех присутствующих к порядку и заговорил:

— Призраки, которые служат мне, связаны со мной клятвой. И в случае развоплощения попадут в межмирье. А вот где окажетесь вы в случае гибели, я не ведаю. Если же я провожу вас через врата — у вас будет шанс начать новую жизнь. А брать на себя ответственность за вас я не готов. Так что лучше вам подождать нас здесь. Фома, твои люди умеют сражаться с призраками?

— Нас учил биться Михаил Морозов, мастер, — ответил за Питерского один из сотрудников нового отдела. — На тренировках выходило неплохо. Осталось проверить, как оно будет на практике.

Голос парня звучал абсолютно спокойно. И я кивнул:

— Хорошо. Тогда вы с Фомой Ведовичем выведите слуг, а я попытаюсь поговорить с этими протестующими.

— Я с вами, Павел Филиппович… — начал было Питерский, но я его прервал:

— Спасение людей — первоочередная задача.

Питерский нахмурился, но перечить не стал. И мы направились к крыльцу. Уже на пороге я выставил тотемы. Четыре пня выбрались из-под земли и принялись отряхиваться, словно огромные коты. Они выглядели довольно устрашающими. Настолько, что молодые шаманы из группы заметно поежились. Я обернулся к бойцам.

— Я направлю миньонов к засевшим в доме. Чтобы узнать, что им нужно. И пока они будут вести переговоры, вы зайдете в дом и проводите всех живых наружу. Основная задача вывести из-под удара всех живых. Все ясно?

Жандармы кивнули, и я призвал из межмирья Лешего, Митрича и Минина. Этой троицы должно было хватить для того, чтобы отвлечь внимание. Как только призраки материализовались, описал им задачу, и миньоны исчезли в особняке. Я же зажег «Фонарь Харона» и смотрел, как три красных силуэта стремительно приближаются к тем, что засели в доме. И как только точки сблизились, дал знак Фоме:

— Начинайте.

Охранник-проводник кивнул, открыл дверь и исчез в здании. Фома с подчиненными последовали за ним. Я же продолжил наблюдать за призраками. По счастью, те не заметили в доме живых гостей, привлеченные новыми мертвыми. И несколько минут в здании царила тишина. А затем все резко изменилось.

Силуэты призраков в тумане внезапно вспыхнули, а затем один из них погас. И троица моих миньонов попятились к выходу. Красные силуэты местных последовали за ними, видимо, преследуя.

Я погасил фонарь и поспешно создал эвакуационную группу, призвав зомби со щитом и мясника. И скомандовал:

— Идем.

Распахнул входную дверь и шагнул в холл.

Помещение было огромным, его высокие потолки, украшала роспись. Талантливый художник изобразил сцены из военной истории империи. Краски, хотя и потускнели от времени, всё ещё сохраняли свою яркость.

Стены холла были выложены темным мрамором, создающим ощущение склепа. Я невольно поежился.

В дальнем конце холла находилась широкая лестница, ведущая на второй этаж.

От холла в стороны расходились два коридора. Справа было помещение для слуг. Дверь слева была закрыта. И как раз оттуда слышался шум. А через секунду и рев Минина:

— Убивать! Калечить! Жечь!

— Значит, нам туда, — решил я и дал знак мяснику, который одним движением выбил заколоченную крест накрест досками дверь. Я лишь на секунду задумался, зачем было закрывать крыло таким варварским способом.

Зомби со щитом шагнул в проем, и в этот момент нити силы зазвенели, сообщая, что один из миньонов пал. Нужно было торопиться.

Крыло было заброшено уже давно. И едва я вошел в узкое помещение, как в нос ударил запах затхлости. И пыли. А стены толстым слоем опутала паутина.

— Интересно, почему пауки любят всякую нечисть? — пробормотал я, продвигаясь вслед за щитником. Ответа, как водится, не прозвучало.

Первое помещение, которое скорее всего когда-то было столовой, было захламлено. Мебель была сдвинута и перевернута, а посуда разбросана по полу. И едва мы вошли, как я заметил Лешего и Митрича. Они спиной отступали к нам. А за ними в зал ввалились местные обитатели. И заметив нас враз остановились. Выстроились в линию, буравя нас злыми багровыми глазами. И эти взгляды мне не понравился. Призраков здесь было около трех десятков.

— Добро пожаловать в нашу обитель, мастер-некромант, — послышался насмешливый голос.

А через секунду вперед выступил мужчина в сером полевом мундире. Голову призрака украшал парик старого образца. А в руке мертвый император сжимал обнаженную шпагу.

— Да не прячьтесь вы за спинами товарищей. Какая в этом честь? — прокаркал он.

Я жестом окутал себя броней и шагнул вперед, отодвигая зомби. Дал знак призракам, которые отошли в сторону. Злобный дух смерил меня с головы до ног испытующим взглядом и кивнул:

— Итак, я слушаю. Зачем вы вторглись в нашу тихую и размеренную жизнь?

Он внимательно посмотрел на меня, ожидая ответа, и я произнес:

— Меня попросили проверить резиденцию.

Ответом мне был хриплый смех:

— Попросили? Уж не хотите ли вы сказать, что избранник Мары, как цепной пес, послушно бросился выполнять просьбу?

Я поморщился: этот тип попытался загнать меня в тупик одной фразой. Старался спровоцировать, но я ответил:

— Вы пытаетесь вольно трактовать мои слова, Павел Петрович. Я не говорил, что мне приказали. И судя по тому, как вы нас встретили, пришел я не зря.

Павел вздохнул:

— Ваш приход вносит попытки изменить естественный путь, в котором слабый обязан погибнуть. Но мы предвидели это. И тем будет интереснее. Тем более вы очень нам помогли, сломав печать на той двери. И теперь мы будем свободны.

— Печать, — протянул я, начиная понимать, почему призраки не рассеялись по дому. — Вот что вас держало.

Павел усмехнулся и покачал головой:

— Вы начинаете меня разочаровывать, мастер-некромант. Зачем нас держать? Здесь у нас было все, что нужно. Мы управляли Империей и при моих родичах, и при технократах Демидовых. Главное, найти слабое звено в свите правящей фигуры. Человека, который слаб духом, но при этом слово которого имеет вес. Если переманить такого человека на свою сторону, император становится послушной марионеткой. И делает все, что ему говорят.

Он широко развел руки, словно показывая степень влияния и продолжил:

— Мне даже не нужно выходить на публику. Достаточно вкладывать правильные мысли в головы правящих семей, позволяя куклам считать себя теми, кто правит и все решает. А если человек начинает своевольничать — можно подбить кого-нибудь устроить переворот. И все.

— То есть все эти годы правил империей ты, — заключил я.

— Больше некому! Но теперь многое изменилось. Этот миньон Шуйских заставил нас понервничать. А потом нас запечатали здесь, оставив впасть в спячку и медленно умирать. Разве это справедливо?

Он сурово взглянул на меня, и я спокойно ответил:

— Вполне.

Павел поморщился:

— Я так не считаю.

— Император избран Искупителем, чтобы решать вопросы Империи. Живые должны решать вопросы живых.

— Это отказ от вековой мудрости. Опыта, который был собран за столетия.

— Это отказ от пути Искупителя, — возразил я, и Павел усмехнулся:

— Тут ты прав. В межмирье есть куда более могущественные силы, которые могут дать тебе покровительство.

Фигуры призраков принялись подергиваться, меняясь. Словно из-под человеческих силуэтов начали проявляться натуры зверей. Изменился и сам Павел. Вместо человека передо мной стояла какая-то огромная рогатая тварь. А тонкая изящная рапира превратилась в здоровый обоюдоострый меч.

От императора к каждому слуге проятнулась нить силы. Словно он был источником для каждого своего вассала.

— Так вот кто послушно выполнял приказы, — протянул я, рассматривая стоявшего передо мной призрачного демона. — Не Павел главный, а тот, кому он сам служит.

— Это как посмотреть, — хрипло пролаяло существо. — Но я бы назвал это взаимовыгодным сотрудничеством. Которое привело к краху и моих слабых родственников и этих выскочек Демидовых. А после того, как мы сметем Шуйских, Империя в полной мере познает нашу власть. Мы убьем всех, кто будет стоять на нашем пути. Нас не привязать к этому особняку. Вся империя станет нашим домом. Я лично уничтожу тех, кто дорог тебе, глупый мальчишка. И начну с того шамана, который топчется у порога и хочет войти сюда, нарушив твоей приказ.

— Убивать! Калечить! Жечь! — взревели слуги, стоящие за спиной мертвого императора.

Призрак бросился вперед, но я успел уйти в сторону и пропустить удар огромного меча. Кожу обдало холодом. Сбоку послышались выстрелы. Это Леший и Митрич без команды вступили в бой. А мясник бросил крюк, выцепив из толпы одного из призраков. Щелкнули зубы миньона, перекусывая противника пополам. Я же быстро призвал оставшихся в межмирье миньонов. И бой вокруг закипел.

— Избранник Мары, — проревел Павел. — Твоя голова будет красиво смотреться в моей коллекции. Я оставлю твоего призрака служить мне…

Я молча атаковал, но призрак играючи отбил мечом несколько воющих черепов, которые с легкостью должны были развеять противника. А через долю секунды стремительно контратаковал. Броня погасила силу удара, но я аж попятился, настолько сильным вышел выпад. Демон взмахнул мечом. В этот раз меня закрыл зомби. Я усилил миньона, но его отправил в межмирье один удар. И судя по тому, как миньон развалился на части, мне подумалось, что в строй он вернется нескоро.

— Слабо, — прокомментировал Павел и шагнул вперед. Я бросил в противника костяную пыль, которая окутала бойца и должна была разъесть призрака за секунды, но через мгновенье Павел как ни в чем не бывало вышел из облака. А на серой коже не было ни одной подпалины.

— Слабо, — лениво повторил он.

Павел или его покровитель был силен. Император был неуязвим. Его не брали способности, и одолеть его можно было только в ближнем бою. И с моим уровнем фехтования, эта задача была практически невыполнима. И я это понял. Осознал и должен был смириться. Но против логики в груди заклокотала темная ярость. Я заметил, что на окружающих предметах появились зеленые блики. Это мои глаза загорелись потусторонним огнем. Плечи заныли, раздалался звук рвущейся ткани пиджака, и спину располосовала дикая боль. За мной распахнулись темные крылья из дыма и силы.

Круг ширился. Количество призраков с обеих сторон сокращалось. Павел взмахнул клинком, рассекая подвернувшегося под руку своего же слугу. Лезвие развалило беднягу пополам. Нить силы, которая тянулась к призраку от императора, лопнула. Павел оказался напротив меня, замахиваясь снова. И я шагнул под удар. Этот ход на долю секунды озадачил противника, но мне хватило времени.

Две темные плети тьмы связали императора. Павел зарычал, пытаясь разорвать путы. У меня было времени на один вдох, чтобы довести план до конца. Или финал боя будет не в мою пользу. Потому что в бою остался только мясник и Леший. Они из последних сил теснили десяток непобедимых противников. Но я догадался, что враги станут простыми призраками, когда император падет.

Щелчком пальцев я создал за спиной Павла портал. А затем врезался в призрака, обхватив его крыльями. Мы оказались в непроницаемом коконе, в котором единственным источником света были мои глаза. Только я понимал, что мы падаем в портал полный тьмы и холода, в объятья самой смерти.