ПромоКация

В этот раз мне удалось выспаться. И проснулся я до того, как прозвенел будильник. Встал с кровати, добрёл до ванной и привел себя в порядок. Холодная вода быстро сняла с меня остатки сонной оторопи. Я сразу же оделся и вышел из комнаты.

В гостиной было пусто. Я покосился на часы, и убедился, что время раннее. Захотелось посидеть в кресле и почитать газету под чай, но я переборол себя. Забрал со стола переодику и спустился в приемную.

Там тоже было пусто. Я устроился в кресле, нашел объявление о найме на работу в Васильевскую лавку, и выписал имя главного приказчика и телефон. А затем принялся с интересом листать газету и читать последние новости "жёлтой прессы".

Это дело меня увлекло, и я оторвался только после того, как рядом раздалось покашливание.

— Доброе утро, вашество, — негромко поприветствовал меня Фома и поставил передо мной заварочный чайник и пустую чашку.

— И тебе того же, — отозвался я, отбросив газету. — Как твои дела?

— Я ключи выточил, — гордо признался он и выложил передо мной на столике несколько сверкающих изделий.

— Это ты сам? — поразился я, взвешивая в руке один из ключей.

— Заготовки были толстоваты. Но у меня получилось их сточить.

— А ты уже проверил? Подходят?

— Конечно, — довольно улыбнулся парень. — Даже родной ключ не так плавно проворачивается.

— Ты любой ключ сделать можешь? — прищурился я и налил чай в чашку.

— Пожалуй, — пожал плечами помощник. — Но я могу и без него открыть…

Он смутился и тут же пояснил:

— Вы не подумайте, вашество, я не домушник. Просто в деревне моей часто ключи терялись. Замки-то закрывать было не принято постоянно. Только ежели кто уезжал надолго, да амбары запирали с осени на здоровенные замки. А ключи за это время теряли или забывали, куда положили. Вот и звали меня на помощь.

— И отмычки у тебя имеются? — воодушевился я.

— Они не так называются, — нахмурился парень. — Просто кой-какие инструменты.

— Ты бесподобен, — я хлопнул помощника по плечу. — В твоей порядочности я не сомневаюсь. Даже не думал о тебе плохо.

— Спасибо, — Фома расплылся в улыбке и пригладил голову, явно позабыв, что волос там осталось мало. — Я тут хотел у вас узнать…

— Что? — я посмотрел на часы, отмечая, что до начала рабочего дня еще много времени.

— Вчера привезли одежду и обувь. И я не знаю, какую надобно одевать каждый день, а какую оставлять для особых случаев.

— Тут все просто, — я встал на ноги и поправил полы пиджака. — Чем светлее ткань официального костюма, тем важнее встреча, где она будет уместна. Но на великосветский прием, где придется меня сопровождать, тебе стоит одевать только черный пиджак и белую рубашку. Чтобы не отсвечивать на фоне аристократов.

— Понял.

— На каждый день подходят серые и коричневые костюмы. Синий хорошо будет для суда, чтобы не походить на арестантов, но казаться солидарными с жандармами.

— Запомню.

— Носки обязательны, и это не обсуждается. Головной убор уместен везде, кроме приема в высшем свете и в помещении его тоже стоит снимать, сразу за порогом.

— Понятно, — кивнул Фома и при этом казался на редкость сосредоточенным.

— Знаешь, если тебе удобно, то я приглашу к нам помощника моей бабушки, и он проведет тебе ликбез.

— Не надо мне ликбезав всяких, — побледнел парень. — Барин, я не из таких. Хоть девушек и опасаюсь, но…

— Погоди, — я едва сдержал хохот. — Я про обучение простым правилам поведения. А не про то, что ты подумал.

— Ох, — Фома прижал ладонь к груди и качнул головой. — Мне говорили, барин, что в городе всякое бывает и надо держать ухо востро. Вот я и опасаюсь.

— Я бы никогда не предложил тебе чего-то подобного, — пообещал я совершенно искренне. — И мне тоже нравятся девушки. Тут мы с тобой на одной стороне.

— Это я уже понял, — парень усмехнулся. — Иначе вы не выбрали такую ладную секретутку.

— Секретаршу, — я строго погрозил собеседнику пальцем. — А то слово оскорбительное и прошу его не применять.

— Хорошо, — серьезно ответил помощник.

В дверь робко постучали, и парень направился к порогу.

— Хорошо… оставьте записку… сравним… позвоним…

Я с любопытством прислушивался к обрывкам разговора и дождался, пока парень вернется в приемную. В его руках была плетеная корзинка из лозы, прикрытая льняной тряпицей.

— Что это? — осторожно уточнил я.

— Это… — Фома на мгновение прищурился, явно вспоминая нужное слово, — промоакция.

— Что?

Помощник протянул мне листок бумаги, на котором было выведено имя и номер телефона.

— Кто эта Жанна Надьевна? — все еще не понимал я.

— Баба какая-то с торговых рядов, — спокойно пояснил Фома. — Хочет в дом кухаркой наняться. Вот и принесла промокацию.

— Пробник, — поправил я.

— Он самый.

Под салфеткой высилась гора пирожков на бумажном блюде. Рядом небольшие баночки, в которых нашлись соусы нескольких видов, варенье и мелко нарубленная зелень с пряной солью. В прямоугольном контейнере оказался паштет из печени с морковкой и сливками.

— И как это понимать? — я все еще не мог взять в толк, что происходит.

— Я оставил заявку, так сказать. Намекнул по секрету нужному человеку, что в барский дом требуется кухарка и домоправительница. При этом дал понять, что вкусы у хозяина довольно простые, он не привередничает, но не дурак сытно поесть. Что выбирать буду также и я, что хозяину моему подойдет.

— И эта Жанна принесла нам пробник?

— Сегодня ее день, видимо.

— То есть?

Фома ухмыльнулся как-то по-хулигански и пояснил:

— Они там жребий тянули, кто и в какой день будет нас потчевать и хвастаться своими талантами.

— Прям жребий? — подивился я. — Сколько же там желающих наняться?

— Много, — хитро сощурился парень. — Я ж намекнул между прочим, что хозяин тут — одинокий княжич приятной наружности и хороших манер.

— Смотрите, чтобы зелья какого не подсыпали, — флегматично заметила Любовь Федоровна, заглянувшая Фоме через плечо.

— А зелья не подсыпят какого? — тут же повторил я вопрос.

— Я такие вещи нюхом чую. И враз пойму, вашество. Не извольте беспокоиться.

Я взял один из пирожков и разломил его. Внутри оказались медовые почти прозрачные яблочные дольки.

— Ночные чудеса, — восхитился я.

— Будет и получше, — уверенно пообещал Фома. — Вы ни о чем не беспокойтесь, вашество. Только когда что особливо вкусное откушаете, то мне скажите. Я энти бумажки с именами буду сохранять и потом сыщу нам лучшую кухарку.

— Ты тоже ешь, — приказал я. — Твоему вкусу я доверяю не меньше чем своему.

— Благодарю, вашество, — Фома взял пирожок и практически целиком запустил его в рот. — Вкуфно.

Поставив тарелку на столик, остальные продукты парень понес на кухню.

Я же вернулся на диван с чашкой чая.

— Хорошего ты помощника себе отхватил, — похвалила меня Любовь Федоровна. — Я б не догадалась так хитро все обставить. Теперь с месяц можно не беспокоиться о еде и выбирать кухарку вдумчиво и со вкусом.

— С хорошим вкусом, скажу я вам, — откусив новый пирожок, заметил я.

— И ведь платить не придется!

— Это меня немного смущает.

— Обмана нет, — тут же заступилась за Фому хозяйка дома. — Все по честному. Парень ничего не просил и не заказывал. Люди сами сделали выводы и решили таким вот образом найти путь к вашему желудку. Хотя я сомневалась, что некромант будет иметь успех в торговых рядах. Однако, уже пошли слухи о порядочном адвокате, что помог какому-то бедолаге найти завещание его тетки.

— Так быстро пошли слухи? — поразился я.

— Юноша, ты даже не представляешь, как легко их было запустить, — женщина поправила локон волос и лукаво мне улыбнулась.

— Уж не рекламу ли вы мне делаете? — поинтересовался я.

— Призраков обычные люди слышат иначе, чем некроманты. Но мы можем внушить им, что они знают о чем-то или вспомнили нечто. Невнятный шепот сознания…

— Не знал об этом, — тотчас оживился я.

— А много ли живых в курсе о тайнах почивших? — не стала ничего пояснять Виноградова.

— Был бы вам благодарен, если вы поделились некоторыми знаниями.

— Ваш бухгалтер бы мог поделиться, — тотчас отозвалась женщина.

— А могу ли я вам доверить свои финансовые дела?

— Кому если не мне? — воскликнула призрачная женщина и прижала ладони к груди. — Я вас не предам. Меня нельзя посадить или запугать. Невозможно перекупить…

— Но что взамен? — резонно осведомился я. — Что вы хотите в оплату своих услуг? Ведь не деньги же вам нужны?

Любовь Федоровна вздохнула и потупила взор. Она уселась на край стола, сложила руки на коленях и несколько долгих мгновений молчала.

— Я скучаю по деньгам, — неожиданно призналась она. — Ты даже не представляешь, как мне не хватает этого ощущения власти над средствами. Как я хочу их считать, раскладывать по столбикам цифры, складывать, терять один нолик и потом искать его до самой полуночи или находить только к самому утру, словно загнанную добычу. Я представляю каждую купюру, сложенную в пачку, каждую монетку, размещенную на соседней в высокий столбик. И сердце мое, давно замершее, словно наливается силой. Я как будто бы вновь живу.

— Все так просто? — удивился я, чем вывел из размышлений призрака.

— Просто? — она нахмурилась и недовольно поджала губы. — Я, почитай, всю свою жизнь провела в подсчетах. И никогда не видела большей радости ни в чем другом. Да, можешь считать меня ограниченным человеком, но я люблю цифры. Мне нравится оформлять счета, делать сметы…

От дальнейшего разговора нас спасла секретарь. Хлопнула входная дверь, а затем зацокали каблуки. И я отвлекся от Виноградовой и налил себе чай:

— Доброе утро, Арина Родионовна.

Девушка остановилась у стола, удивлённо посмотрела на меня и осторожно уточнила:

— Павел Филиппович, с вами все в порядке?

— В полном, — заверил я секретаря и сделал глоток чая. — А что?

— Ну просто ещё вчера вы говорили, что утро рабочего дня не может быть добрым, а сегодня…

Я махнул рукой, сделал ещё глоток и поставил чашку на стол:

— Вчера был первый рабочий день. И самый тяжелый. А сегодня я уже потихоньку въезжаю в ритм. Да и работы будет меньше. Дежурство закончено, остались только разовые консультации. До тех пор, пока мы не дадим рекламу в газеты.

— Понятно.

— Угощайтесь, — я предложил ей пирожки, и девушка подозрительно осмотрела горку выпечки.

— И кто с самого утра вам приготовил такое великолепие?

— Еще горячие, — подтвердил я. — И это напекла незабвенная… Жанна Надьевна.

— Не знаю, о ком вы, но выглядит здорово.

— На вкус еще лучше.

Арина вздохнула и покачала головой:

— Я уже позавтракала.

— Думаете, пирожок будет лишним?

— Это у многих мужчин есть встроенная функция, при которой они могут поедать все подряд и оставаться в форме. С девушками это не всегда работает.

— Вы в прекрасной форме, — сказал я, и тут же добавил, — извините, если это замечание прозвучало неуместно.

Арина отвернулась, но я успел заметить ее порозовевшие щеки.

— Скоро привезут канцелярию. Я хотела принять ее сама, если вы не возражаете.

— Буду только рад. Я не особенно разбираюсь в папках и степлерах.

— Ну конечно, — ядовито добавила Любовь Федоровна, которая в это время разместилась на подоконнике. — Мужчины не разбираются ни в чем скучном, потому что им так удобно.

— Знаете, Арина Родионовна, я решил нанять бухгалтера, — сказал с энтузиазмом и покосился на притихшего призрака.

— Это хорошо. В любом деле нужен профессионал.

— Согласен.

— Вы возьмете кого-то из семьи, которые работают на вашу фамилию?

В напряженной тишине послышалось, как на кухне второго этажа из крана капает воды. И, кажется, где-то очень близко застонало стекло.

— Я принял решение взять на испытательный срок нового… кхм, человека.

— Это не слишком рискованно? Доверять финансы постороннему? — озаботилась девушка.

— Что она понимает? — возмутилась Виноградова.

— Хотя, — тут же Арина рассеянно улыбнулась, — вы ведь наняли меня. Значит, решили обойтись без влияния своей семьи.

— Что ж, не такая уж она и безнадежная, — Любовь Федоровна улыбнулась и посмотрела на секретаршу уже без обиды. — Пожалуй, я даже смогу выделить ей премию ко дню рождения императора. И к слову, мне нужен будет кабинет. Соглашусь на гардеробную в своей комнате наверху.

С этими словами женщина эффектно всплеснула руками и растворилась. Жалюзи на окнах одновременно качнулись.

Арина Родионовна удивленно моргнула, потом посмотрела на меня и села за стол.

— Мне стоит об этом беспокоиться? — уточнила она.

— Вы в доме некроманта, — я развел руки в стороны. — Тут иногда может быть неспокойно.

— Здесь призрак? Прямо сейчас? — глаза секретарши расширились.

Но она не выглядела испуганной, и потому я решил сказать правду.

— Тут действительно живет призрак. Слухи о доме правдивы. Но при этом вам не о чем беспокоиться. Дух не злой и не агрессивный. Вполне себя порядочная дама, с которой я иногда общаюсь.

— Неужто сама Любовь Виноградова? — выдохнула секретарша. — О ней ходят невероятные слухи.

— Неужели? — я был рад, что героини этих самых слухов не было поблизости. Вероятно, она могла остаться недовольной, что мы ее обсуждаем.

— Поговаривают, что в ее доме был схрон добра одного контрабандиста. И все, кто пытался забраться в него — пропадали.

— Все? — уточнил я.

— Все, — повторила девушка шепотом. — Говорят, они погибали страшной смертью.

— А кто говорит? — я едва сдержал улыбку. — Если все сгинули?

— Ну… — Арина нахмурилась и закусила губу. — Ведь слухи не просто так появляются.

— Действительно, — по комнате пронесся ветерок, который разнес это слово словно далекое эхо.

— Занятная история. Надо будет выяснить подробности.

Арина вынула несколько чистых листов из стопки, положила их перед собой, и на мгновенье на ее лице возникло странное выражение, словно девушка предвкушала наступление праздника.

— А ещё сегодня я, наконец, закажу компьютеры, — добавил я. — Ну или во всяком случае попытаюсь.

— Это было бы очень хорошо.

Я же встал с дивана, подошёл к столу и положил перед секретаршей записку с номером телефона:

— А сейчас, Арина Родионовна, я хотел бы попросить вас позвонить вот по этому номеру и назначить мне встречу с Епифаном Петровичем Селивановым.

— Представить вас как адвоката Чехова? — уточнила девушка и я кивнул.

Арина Родионовна сняла трубку и принялась нажимать на кнопки, набирая номер. Поднесла трубку к уху:

— Алло, это Васильевская лавка? — начала она, и, услышав ответ, защебетала в трубку:

— Добрый день. Вас беспокоит секретарь адвоката Павла Филипповича Чехова. Могу ли я услышать Епифана Петровича? Хорошо, жду.

Я удивлённо покосился на часы. Десять минут девятого, а главный приказчик уже на рабочем месте. Воистину утро начинается с чудес.

В динамике послышался приглушённый голос, и Арина продолжила разговор:

— Алло, Епифан Петрович? Вас беспокоят из офиса адвоката Павла Филипповича Чехова. Мой руководитель хочет встретиться с вами… По какому поводу?

Она обернулась ко мне, ожидая ответа на озвученный вопрос:

— Урегулирование рабочего спора, — едва слышно прошептал я, и Арина повторила в трубку сказанное мной:

— Спасибо. Да, сейчас уточню.

Она прикрыла ладонью динамик и обернулась ко мне, и понизив голос спросила:

— Епифан Петрович уточнил, когда вам удобно?

— Через час, — ответил я.

Арина кивнула и произнесла в трубку:

— Через час… Хорошо… спасибо.

Секретарь положила трубку на аппарат и продолжила:

— Епифан Петрович будет ждать вас в главном офисе. На пропускном пункте о вас предупредили.

— Вот и отлично. Тогда я вынужден буду отлучиться. Перенесите сегодняшних клиентов на послеобеденное время. И закажите мне, пожалуйста, извозчика.

— Будет сделано, начальник, — бойко отрапортовал девушка и снова сняла трубку телефона.