Васильевская лавка

Центральная контора Васильевской лавки располагалась на окраине Делового района. Передо мной предстал ничем не примечательный двухэтажный дом старой постройки из красного кирпича. Видимо, его признали памятником исторического наследия и пока ещё не снесли.

На крыльце дежурили двое мужичков в чёрной форме частной дружины. Они курили, о чем-то переговариваясь. Но заметив меня, работники мигом замолчали и переглянулись.

— Доброе утро, — поприветствовал я охрану. — Меня зовут Павел Чехов. И у меня назначена встреча с главным приказчиком.

Один из дружинников окинул меня цепким взглядом. Я тоже осмотрел сотрудников, и с удивлением заметил, что на рукавах отсутствовали нашивки с логотипом дружины. И это было необычно. Неужели контора пользуется своей службой безопасности?

Согласно указу Императора, каждая семья, промышленная компания или сеть лавок, могла иметь до десяти бойцов личной охраны. Для большего количества бойцов, главе семьи или руководителю компании нужно было получить специальную лицензию. И стоила такая лицензия недешево. Плюс за содержание дружинников положено платить налог в казну. Правда для семей была одна лазейка в законе. Семьи просто усыновляли нужных бойцов, или брали их на должность слуг. А в случае конфликта с другим родом, такой приемный сын или дочь имел полное право вступиться за честь дома. Промышленники же были лишены такой возможности.

Вторым минусом частной дружины было то, что квалифицированные наемники стоили хороших денег и были нарасхват. Наемник из бастардов, который успел принять участие в двух-трёх боевых конфликтах, получал предложения от многих нанимателей. И зарплата у такого бойца была на порядок выше. Поэтому почти все подрядчики прибегали к услугам наемных компаний. И только корпорации-гиганты могли позволить себе собственную частную дружину. Но Васильевская лавка к таким корпорациям-гигантам не относилась.

Один из дружинников растянул губы в добродушной улыбке:

— Добро пожаловать, господин. Управляющий уже ждёт вас. Идёмте, я провожу.

Мужчина открыл дверь, пропуская меня в здание, и вслед за мной зашёл в холл.

Первый этаж занимали кабинеты консультантов по продажам. Из-за неплотно закрытых дверей слышались непрекращающиеся звонки и гул голосов. Рядом с кулером стояла невысокая девушка в сером платье и мило щебетала с крепким парнем из охраны, который при виде нас сразу вытянулся и принял скучающий вид. Дружинник же покачал головой, но ничего не сказал и поднялся по лестнице на второй этаж, где и располагался кабинет управляющего.

Мой провожатый постучал в дверь, на которой красовалась табличка "приемная", потянул на себя, приглашая меня войти.

Я оказался в светлом помещении со свежевыкрашенными стенами. Плотно подогнанные доски начищенного паркета не скрипели. Вдоль стены стоял удобный кожаный диван, а в углу расположилась пара кресел с бежевой обивкой. Деревянные шкафы со стеклянными дверцами оказались огорожены от посетителей столом, за которым сидел секретарь. Точнее — секретарша.

Перед ней лежала раскрытая книга с цветной закладкой между страниц. Девушка в белоснежной рубашке хмурилась, рассеянно грызла колпачок ручки и, вздохнув, убрала со лба непослушную рыжую прядь волос. на ее запястье зазвенели тонкие браслеты с золотыми бусинками Заметив меня, она оторвалась от своего занятия, мило улыбнулась и поправила на переносице очки в тонкой золотой оправе.

— Доброе утро. Господин Чехов?

— Все верно, — сказал я с ответной улыбкой.

Девушка окинула меня заинтересованным взглядом. Затем нажала на кнопку переговорника, и произнесла:

— Епифан Петрович, к вам посетитель. Адвокат Чехов.

— Пусть войдёт, — послышалось из динамика.

Секретарь отключила связь и указала ладонью на дверь:

— Прошу, проходите.

— Благодарю.

Я пересёк приёмную, вошёл в кабинет.

Управляющий сидел за столом. Его кабинет был просторным, с высокими выбеленными потолками, с которой свисала богатая люстра с натертыми до блеска хрустальными каплями. Окна были закрыты полупрозрачными шторами, и ткань покачивалась на легком сквозняке. Вдоль стены располагались шкафы и несколько полок с книгами. В углу под лампой размещался высокий аквариум, в котором неспешно плавали крупные покрытые золотистой чешуей рыбы.

На стене за спиной хозяина кабинета висели два портрета — действующего императора и его далекого предшественника — основателя столицы империи. Последний странным образом напоминал внешне самого управляющего. Такие же пышные усы, густые брови и шапка седеющих волос, зачесанных набок.

Едва только я вошёл, мужчина приветливо улыбнулся и махнул рукой в сторону кресла:

— Добрый день, мастер Чехов. Прошу, присаживайтесь. Будете чай или кофе?

— Спасибо, но, пожалуй, откажусь.

— Привыкли к определенному напитку? — Епифан Петрович свел брови у переносицы, будто ему и впрямь был важен мой ответ.

— Утро раннее и я уже успел выпить свой чай.

— Ясненько. Итак, что же привело вас ко мне? — поинтересовался управляющий.

— Один из ваших рабочих нанял меня, чтобы решить досадное недоразумение, — начал я.

— Так-так, — подобрался мужчина.

— Ваша компания забыла рассчитать его и ещё нескольких сотрудников после увольнения. И перед тем как подать жалобу в прокуратуру и рабочую инспекцию, я решил зайти к вам. Для разговора.

Управляющий удивлённо поднял кустистую бровь:

— Зачем же привлекать государевых слуг к такому пустяковому делу? Да и ссора с Чеховыми не входит в интересы нашей компании. Назовите имя — и мы решим эту проблему.

Я заколебался ненадолго, но все же выдал имя нанимателя. Епифан Петрович кивнул и снял с рычагов трубку. Набрал номер и откинулся на спинку кресла:

— Алло, Глафира Ниловна? Добрый день. Я звоню по поводу уволенного Ивана Прохорова. Ко мне пришёл его представитель, адвокат Павел Чехов. И говорит, что вы забыли рассчитать Ивана при увольнении.

В трубке послышалось взволнованное бормотание.

— Потрудитесь проверить немедленно!

Спустя несколько секунд на лице управляющего начали появляться красные пятна гнева:

— То есть это правда? Вы в своем уме! Немедленно найти человека и выплатить ему всю причитающуюся ему оплату! Прямо сегодня. И остальным работникам тоже! Я лично проверю и если вы не уладите это дело в указанные сроки, то…

Продолжение фразы повисло в воздухе, но оно и не потребовалось.

— Все будет исполнено, — сказала собеседница и после этого Епифан Петрович швырнул трубку на рычаги.

Вынул из кармана хлопковый клетчатый платок и утёр выступившую на лбу испарину:

— Прошу прощения за это вопиющее… обстоятельство, — тяжело дыша, произнес он. — Уверяю вас, все причастные к произошедшему понесут наказание.

Я встал из-за стола:

— Спасибо за понимание, Епифан Петрович. Я рад, что мы сэкономили время и деньги на судебные издержки.

— Вам спасибо, что пришли с визитом, перед тем как писать жалобы в прокуратуру и рабочую комиссию, Павел Филиппович, — ответил управляющий. — Если это все…

Я задумался, вспоминая профиль лавки. И сел обратно в кресло:

— Вообще-то, у меня есть к вам ещё одно дело, Епифан Петрович. Я только недавно открыл кабинет, и ещё не успел купить компьютеры и оргтехнику.

На лице управляющего заиграла довольная улыбка:

— О, не извольте беспокоиться, Павел Филиппович. У нас есть техника на любой вкус, цвет, и кошелек. И, разумеется, для вас наша лавка сделает солидную скидку.

Я замотал головой. Подобная уступка могла наложить на меня некоторые обязательства. Проще говоря, я становился должен приказчику. Тем более, мне хватало денег, чтобы оплатить товар по полному прайсу:

— Скидка мне не нужна. Предпочитаю платить по счетам без особых условий. А вот два хороших компьютера в сборке и надежный принтер вполне бы пригодились. Единственное, что я бы хотел — чтобы технику привезли уже сегодня.

Управляющий снова снял трубку и набрал номер:

— Харитон Гаврилович, добрый день. У меня к вам есть личная просьба. Не могли бы вы доставить заказ со склада нашему дорогому другу… Нет, не витринные образцы… Да, самое передовое железо последнего поколения… Да, в сборке и с установленной операционной системой… Адрес?

Он зажал ладонью динамик и посмотрел на меня, ожидая ответа. И я продиктовал адрес кабинета. Управляющий кивнул и повторил в трубку данные:

— Хорошо, спасибо, Харитон Гаврилович. Очень выручили.

Он положил трубку на рычаги и с улыбкой посмотрел на меня:

— Ну вот и все. Через пару часов, техника прибудет к вам. Пятилетняя гарантия по договору. Договор заполните на месте. Уверяю, вы будете довольны товаром нашего предприятия.

— Благодарю, Епифан Петрович. С вами приятно иметь дело, — ответил я, но управляющий махнул рукой:

— Полно вам. Это меньшее, что я мог сделать, в виде компенсации за беспокойство. Если вам нужен будет ремонт или обслуживание — звоните сразу в технический отдел и обязательно упомяните мое имя. Всегда буду рад оказаться вам полезен.

Мужчина достал из стопки визиток одну и написал на обороте несколько слов. Протянул мне картонный прямоугольник:

— Вот, держите.

— Благодарю, Епифан Петрович, — ответил я и встал с кресла. — Но рабочий кодекс вы все же больше не нарушайте.

— Да как можно, Павел Филиппович? — притворно возмутился управляющий и улыбнулся. — Дементий вас проводит.

Я хотел было уточнить, о ком речь, но в это время дверь открылась, и в кабинет вошёл тот самый дружинник, который шел со мной сюда:

— Дементий, проводи нашего дорогого гостя, — попросил управляющий.

— Сделаю, Епифан Петрович, — кивнул дружинник,и открыл дверь, выпуская меня из кабинета.

Секретарша проводила меня внимательным взглядом кошачьих глаз и я кивнул ей на прощание.

По дороге домой я заехал в закусочную, чтобы прикупить свежих пончиков для себя и своих сотрудников. Для Арины Родионовны я выбрал коробочку с розовой глазурью, себе взял с ореховой, а для Фомы прикупил упаковку побольше с шоколадом.

Во дворе меня ждал сюрприз. Фома зажал в угол троих мальчишек, судя по потрепанной одежде из сиротского приюта. В руках нанятого мной фабричного рабочего была дубина, которая больше походила на оглоблю.

— Пусти, дяденька, — жалобно проскулил один из подростков.

— Сейчас барин приедет, разберётся, что с вами делать, — угрюмо ответил Фома.

— Барин уже приехал, — ответил я, на всякий случай прикрывая ворота. — Что за шум? Пошто детей обижаешь?

— Дак шкодили, — просто сообщил Фома. — Выхожу я, значит, вашество, на крыльцо, смотрю — а они гадости тута рисуют.

Я посмотрел на указанную стену, но на кирпичах не было и следа от каких-то художеств:

— Что-то не вижу я, чтобы рисовали, — осторожно произнёс я.

— Так правильно, — важно кивнул Питерский. — Я им выдал тряпки и заставил оттирать.

Я кивнул. Аргумент у помощника был весьма убедительным. Уточнил:

— А рисовали что?

— Похабности всякие, — скривился слуга. — Вас и какую-то упырицу.

Я с трудом удержался от смеха, в одно мгновение поняв, откуда дует ветер, и кто мог нанять этих троих.

— Дяденька, отпустите, мы больше так не будем, — тут же заканючил подросток, испуганно глядя на меня.

Но меня это не тронуло. Приютские используют давление на жалость с малых лет. И постоянно играют на эмоциях, когда попадаются в руки городовых. Тем более, я видел, что парнишка, который усиленно шмыгает носом, на деле смотрит на Фому оценивающе и недобро. Словно был бы рад вмазать здоровяку, да опасается не сдюжить.

— Да на вас, ребятки, я зла не держу. Вас же попросили это сделать, да?

Я внимательно посмотрел на подростков. Они быстро переглянулись. И я добродушно улыбнулся:

— Кодекс чести не будет нарушен, если вы не скажете, кто именно вас нанял. Я это и так знаю. Просто передайте своему нанимателю, что при ближайшей нашей встрече я задам ему несколько вопросов.

Парни с готовностью закивали, давая мне понять: "мы все осознали".

— А своим приятелям сообщите, что с адвокатом Чеховым лучше дружить.

— С чего бы это? — подозрительно прищурился тот, кто раньше молчал.

— А с того, что адвокат добрый к своим друзьям и не очень к тем, кто к нему со злом приходит.

— Ясно.

— Ну, раз ясно… Отпусти их, Фома, — попросил я. — Парни поняли, оценили, прочувствовали и больше так не будут.

Фома недоверчиво посмотрел на беспризорников, но дубинку все-таки опустил.

— И как жест доброй воли, я хочу выдать вам аванс.

Я протянул главарю коробку со своими пончиками. Мальчишка тотчас ее схватил и быстро заглянул под крышку.

— Спасибо, барин.

— Добрый вы, Павел Филиппович, — покачал головой Фома и взмахнул огромной как лопата ладонью:

— Ладно, проваливайте. Но ежели я вас ещё раз здесь увижу…

Он погрозил дубиной, давая понять, что в следующий раз разговор с беспризорниками будет другим. Парни все осознали. Начавший со мной разговор, видимо главный в этой шайке, с готовностью закивал. Остальные поддержали групповое раскаяние. А затем приютские быстро исчезли из подворотни.

— Спасибо, Фома, — поблагодарил я слугу. — Только вот как ты их запугать так смог? У бастардов же есть сила. Пусть и у таких мелких.

Охранник только пожал плечами:

— Ну, так и я кой-чего умею, барин.

Я удивлённо вскинул бровь, но уточнять не стал. Поднялся по ступенькам и вошёл в кабинет.

Арины Родионовны в приемной не было. Я покосился на висевшие на стене часы. Полдень. Значит, секретарь ушла на обед.

— Это тебе, — я протянул вошедшему вслед Фоме коробку со сладостями.

— Благодарствую, — тотчас посветлел он и закинул в рот сразу пару пончиков. — А зачем вы этим пацанам гостинец выдали?

— Потому что, мой дорогой друг, нам не помешают глаза и уши на улицах нашего города. Ты хоть представляешь, сколько таких вот детишек бегают между прохожими?

— В деревнях не бывает сирот. Там всех по домам разбирают. Даже меня взяли. Правда ненадолго…

Парень задумался и нахмурился, словно вспомнил о чем-то неприятном.

— Ты не заблуждайся, они вовсе не беспомощные щенки. И вполне могут откусить руку, если протянуть им палец. Но сотрудничать с ними можно. Главное, найти общий язык.

Во раздался шум, а потом кто-то постучал в дверь. За аркой виднелось отечественное авто с логотипом лавки Васильева.

На пороге стоял светловолосый парень лет двадцати, в сером костюме с гербом промышленника Васильева. В руке у гостя была папка:

— Молодой человек, не подскажете, здесь находится кабинет адвоката Чехова? — вежливо уточнил он, обращаясь к Форме.

Слуга оглянулся, пытаясь найти того молодого человека, которого искал гость. И лишь несколько секунд спустя, не найдя никого, кроме себя и пришедшего, уточнил:

— Вы мне, господин?

— Вам, — улыбаясь, подтвердил гость.

— Значит, тут кабинет адвоката Чехова, — кивнул помощник. — Проходите.

— Благодарю.

Парень поднялся по ступенькам и вошел в приемную.

— Мастер Чехов? — обратился он ко мне.

Я кивнул:

— Он самый. Чем могу помочь?

— Привез заказ на ваше имя, — ответил парень и положил на стол папку. — Вот.

Он достал несколько листов и протянул их мне:

— Два компьютера в полной сборке и принтер. Подпишите в местах, где проставлены галочки.

Я взял бумаги, бегло просмотрел строчки позиций в таблице. И правда, последние модели. А вот строчка с ценой в самом низу удивила:

— У вас сегодня день скидок? — уточнил я, но парень покачал головой:

— Никаких скидок. Приказчик сказал отгрузить вам по полной цене.

— Интересные у вас цены, — протянул я.

Взял из стакана ручку и подписал договоры.

Парень забрал по одному экземпляру и убрал их в папку:

— Отлично. Сейчас разгружу и установлю.

Парень вышел на крыльцо, где к нему тут же подошёл Фома:

— Давайте помогу технику перенести, господин.

Гость удивлённо покосился на слугу, но все же кивнул:

— Был бы вам очень признателен.

И парни вдвоем пошли к припаркованной машине. Я же ушел в жилое крыло, поднялся на второй этаж. Прошёл в комнату, вытащил из ящика стола деньги. Отсчитал нужную сумму и вернулся в приемную.

Компьютеры уже стояли на столах. К моему удивлению, мониторы были новых моделей, с жидкокристаллическими экранами.

Загудел принтер, а через несколько секунд курьер подошёл ко мне, держа в руках тестовый лист:

— Принтер подключен к обоим компьютерам, сетка настроена, все работает, — отчитался он и протянул мне визитку. — Если возникнут какие-то неполадки — вот телефон нашей сервисной службы. Гарантия на обслуживание год. Но и после гарантии мы не оставим вас в беде.

— Благодарю, — ответил я, принимая цветастый картонный прямоугольник.

Мастер забрал со стола папку и вышел из приемной. А через пару минут авто с логотипом Васильевской лавки выехало из двора.

— Важный тип, — прокомментировал уход гостя Фома. — От чая отказался. И от помощи в наладке тоже.

— А ты разбираешься в компьютерах? — уточнил я.

— Нет, — ни капли не смутившись, ответил Фома. — Но он об этом не знал. И все равно отказался.

— Важный тип, — согласился я и взял и открытой коробки помощника один пончик.