42

Последующие дни были и впрямь похожи на агонию. Ожидание убивало, но сейчас Иван мог позволить себе лишь его. Его будни составляли набившие оскомину стены, отсутствие аппетита и крепкое пойло, которое он вливал в себя щедрыми порциями.

На работу не ходил — взял целую неделю отгулов. Заслужил, ведь до рождения Ваньки работал, как проклятый, брал заказы, особенно те, с которыми не справлялись остальные. Потому что ни Мия, ни его сын не должны были ни в чем нуждаться.

И они не нуждались. Сейчас — даже в нем самом. А он без них не хотел ничего.

В момент, когда пришло уведомление о том, что результаты готовы и им можно подъехать в клинику, чтобы с ними ознакомиться, Иван как раз раздумывал о том, не написать ли Мие. Нет, конечно, они общались за эти дни, но посредством смс. Обычных, даже каких-то обезличенных, что ли. Словно чужие друг другу люди.

Сейчас же хотелось просто взять и высказать все то, что чувствовал. О чем думал, переживал, за что боялся… Начать с того самого момента, когда он впервые ее увидел. Рассказать, каким настоящим спасением она стала для него. Как он сначала не видел в ней ту единственную, с которой бы хотел прожить до конца своих дней. Но потом понял — Мия одним своим присутствием, своим светом, своей любовью выводила его туда, где ему было так хорошо и так свободно.

Раздался короткий стук в дверь. Ваня поднял взгляд от экрана телефона, на котором висело сообщение из клиники, и хрипло выдохнул:

— Войдите.

Он уже знал, что это Света. Она словно чувствовала, когда именно приходить. И точно, стоило только ему разрешить, как Светлана вошла в номер. Выглядела она посвежевшей и отдохнувшей, в отличие от него, вероятно, сейчас больше похожего на привидение, чем на прошлого Ивана Онежского.

— Ваааань… так! — возвестила Светлана, обозревая окружающую обстановку. — Будем приводить тебя в порядок.

За то время, что прошло с момента визита в клинику, они со Светой почти не виделись. Он лишь узнавал у них с Лизой каждый вечер, как прошел день. А они… они выполняли все его инструкции, попросту сидя в номере и никуда не высовываясь. Вот такая вот индивидуальная тюрьма для каждого из них.

— Результаты анализов пришли. Нужно ехать, — выдохнул Иван, поднимаясь с кровати.

Ему показалось, или Света была вовсе не удивлена? Впрочем, это длилось лишь мгновение. Глаза Светланы округлились и она, скрывая улыбку, спросила:

— Почему сразу не сказал?

— Только узнал сам, — отрезал он и, кивнув на дверь, добавил: — Иди Лизу собери. Я в душ, такси вызову и поедем.

Свету как ветром сдуло, а Ваня остался стоять, глядя ей вслед, и вновь в душе его царило лишь одно желание. Бежать.

Он взял конверт дрожащими пальцами. Смял так, что треть бумаги едва не перетерлась в его руке. Здесь, в его ладони, был или приговор, или амнистия. Или индульгенция, ведь он уже столь много за нее заплатил. Непомерную цену, которую заплатить не пожелал бы и врагу.

— Ну… открывай, — шепнула хрипловатым голосом Светлана и Иван разорвал конверт.

А потом жадно вчитался в расплывающиеся перед глазами строки. Ничего… Он не видел в этих символах, буквах и цифрах ровным счетом ничего. Ничего не понимал.

— Можно? — спросила Света, и Ваня отдал ей конверт.

Сам уже все знал. Результаты отпечатались в его мозгу, хотя сознание усиленно блокировало то, что он увидел и понял.

— Да… да, я же говорила!

Голос Светланы раздавался рядом то гремящим шепотом, что самым тихим во вселенной криком. Точнее, это ему так казалось, потому что Иван до сих пор не мог ни осознать, ни прочувствовать.

— Вань… теперь все в наших руках, слышишь?

Света бросилась к нему. Запихнула бумаги в сумку, прижалась к Ивану так крепко, что ему показалось, будто его душат. Впрочем, эти ощущения были весьма близки к тем, что он действительно испытывал.

Лиза взаправду была его дочерью. И это, казалось, поставило сейчас крест на вероятном примирении с Мией, на которое он так надеялся.

Отстранив Светлану, он перевел взгляд на застывшую в метре от них девочку. Его дочь. Да, это была его плоть и кровь. И Света была права — теперь все сосредоточилось именно в его руках, потому что он мог вновь обратиться к тем, кто способен был помочь, чтобы придать ускорение всему, что должно было последовать.

— Поезжайте обратно в отель на такси, — выдавил он из себя.

— А ты? — удивленно спросила Светлана.

— Мне кое-куда нужно, — ответил он и, развернувшись, направился к выходу из клиники.

Ему до чертиков было необходимо увидеть Мию и сына. Потому что прямо сейчас, в эту самую секунду у Ивана возникло чудовищное ощущение, что он не только их потерял, но еще оба они находятся в смертельной опасности.

Оснований для этого ровным счетом не имелось, но Иван, наскоро поймав первую попавшуюся попутку, сел в нее и, назвав адрес, попросил доставить его по нему как можно скорее.