Глава 26

Два дня конференции пролетели, как один миг. Раньше я не бывала на подобных мероприятиях, всё было в новинку, интересно. Я посетила все семинары, которые смогла, послушала всех, кого успела. Никогда раньше я не получала столько нужной, интересной информации в одном месте и за такое короткое время. Сказать, что я была в восторге – ничего не сказать.

Вечер и ночь между насыщенными днями мы провели с Эльбрусом, в кои-то веки никуда не спеша. Мы ужинали в панорамном ресторане в Москва-Сити. Я невольно вспомнился самый первый наш поход в ресторан на берегу Финского залива и моё смущение от происходящего. В этот раз я постаралась держаться с большим достоинством, хотя не смотреть в удивлении по сторонам и не вздрагивать от цен оказалось сложновато.

Ночевали в просторном номере на огромной кровати, правда, наш сон она видела лишь пару часов, под самое утро, когда Морфей всё-таки сморил наши пресыщенные бурной ночью организмы.

Вечером мы должны были сесть на Сапсан, чтобы через несколько часов выйти на перрон родного города. После длительной прогулки перед поездом меня безбожно клонило в сон. Точно так же сильно, как я была счастлива выпавшей возможности почерпнуть новые знания и провести время с Эльбрусом, я устала.

– Подремли, – прошептал Эльбрус, устраивая мою голову на своём плече на заднем сиденье такси.

Я провалилась в глубокий сон почти мгновенно. С секунду перед моим взором проплывали старые дома центра Москвы, и тут же всё поглотила уютная темнота. Открыла глаза, кажется, через несколько минут, сонно оглянулась. За окном была непроглядная ночь, подсвеченная яркой иллюминацией и фонарями.

– Приехали? – встрепенулась я, потянулась за телефоном, посмотреть время. – Мы опоздали на поезд! – выпалила, в ужасе смотря на, как всегда невозмутимого, Эльбруса.

Нашёл время демонстрировать спокойствие! Последний Сапсан ушёл примерно в девять вечера, сейчас перевалило за одиннадцать. Нужно срочно покупать билеты на обычный поезд, в плацкарте должны быть места, хоть боковые.

– Не опоздали, – спокойно ответил Эльбрус. – Просто дал тебе поспать. Ты так сладко сопела, – улыбнулся он, провёл пальцами по моему лицу, заставляя зажмуриться от нечаянной ласки, как кошка, которую почесали за ухом.

Он расплатился с таксистом, я запоздало поняла, что последние три часа мы просто стояли на парковке у Ленинградского вокзала, чтобы я могла выспаться. Водитель терпеливо ждал, пока я открою глаза, Эльбрус оплачивал его терпение, отнюдь не по тарифу эконом.

– Поспешим, – сказал Эльбрус, подавая мне руку на выходе из машины.

За прошедшие два дня я начинала привыкать, что подавать мне руку, открывать дверь, отодвигать стул в ресторане может только он, ни водитель, ни официант, никто другой не имеет права. Было в этом что-то хищническое, притягивающее.

– Ты поменял билеты? – уточнила я, гася лёгкое недовольство.

Я обещала Тиме вернуться этой ночью, выйдет, что приеду утром, когда он уже проснётся в садик, ведь можно было разбудить меня, посоветоваться хотя бы.

– Поменял.

Мы остановились у вагона, внешне мало чем отличающегося от остальных поездов, стоящих на вокзале. Приветливо улыбнулась молодая девушка – проводница в выглаженной форме, жестом пригласила войти.

Я понимала, что Эльбрус не мог взять билеты в обычный плацкарт, как это сделала бы я. Сомневалась, что его устроит четырёхместное купе, морально готовилась к вагону СВ, даже успела немного обрадоваться открывшейся перспективе вытянуть ноги, но то, что увидела, поразило до глубины души.

– Что это? – в удивлении оглядела я отведённое нам пространство.

Красный просторный диван, такое же кресло, телевизор на стене, шкаф, личный санузел…

– Люкс, – спокойно ответил Эльбрус, устраивая мой небольшой чемодан на колёсиках у стены. – Люкс в «Гранд Сервис Экспресс».

– Ты с ума сошёл? – скорее не спросила, а утвердила я. – Мы спокойно могли доехать на Сапсане, любом другом поезде, всего-то восемь часов пути. Не Сибирь пересекаем, в конце концов.

– Тебе надо выспаться, мне – поработать, – спокойно ответил Эльбрус. – Конца света не случилось. Мы приедем в восемь тридцать вместо двух ночи. Нормально выспишься, проведёшь выходной с сыном, а не борясь со сном.

– Это дорого!

– Это – нормально, – по слогам проговорил он, ставя точку в беседе.

Нормально… ну хорошо, согласна, нормально, когда есть деньги, но у меня-то их не было. О, нет, я не надышалась выхлопных газов, не сошла с ума настолько, чтобы решить, что Эльбрус попросит меня оплатить свою часть расходов, но всё равно почувствовала себя не в своей тарелке, словно корова, нацепившая балетную пачку.

Через час Эльбрус вытянул ноги на кровати, устроив на груди макбук, сосредоточенно смотрел на экран, время от времени нырял в телефон. Я прислушивалась к перестуку колёс, которого почти не было слышно, смотрела в темноту ночи за окном, устроившись рядом с Эльбрусом, закинув бедро на его ногу.

Двигала пальцем по груди, шее, выводя непонятные фигуры, круги, знаки бесконечности, завитушки, похожие на вензеля. Палец сам собой задевал мужской сосок, пока я, плавно покачиваясь, млела от происходящего.

Похоже, пачка корове очень даже подходила…

– Милана, – рыкнул Эльбрус, выдёргивая меня из обрывков неясных мыслей. – Сейчас же прекрати!

– Что? – моргнула я непонимающе.

– Вот что, – Эльбрус взял мою ладонь, положил себе на пах, выразительно глядя на меня, приподнимая одну бровь. – Ещё несколько минут, и с этим придётся что-то делать.

– Даже не представляю, что с этим можно сделать… – я кокетливо поправила волосы, слегка влажные после душа, сдавила требующий внимания член, чувствуя, как он увеличивается под ладонью.

Фантастическое чувство власти пьянило, дарило ощущение вседозволенности, понимание, что прямо сейчас я могу сделать всё, что угодно, и этот мужчина покорится мне…

Этот высокий, мощный, чрезмерно властный, не терпящий возражений, не допускающей мысли, что что-то может произойти не по его указке, не станет спорить. Сейчас – нет. И причина тому – я.

– Я понимаю, что ты уже не двадцатилетняя девочка… – начал он, обрушив мои мечты всевластия. Снял воображаемое кольцо и швырнул в жерло Роковой Горы, не сходя с места.

– А вот сейчас обидно было, – мстительно прошипела я, одновременно с силой щипая за мужской сосок, ещё и ногтями сдавила.

– Твою мать! – воскликнул Эльбрус. – Мила, я тут пытаюсь думать головой, а не… не тем местом, которые ты держишь в руке. Да, ты не двадцатилетняя девочка, должно же мне было когда-то повезти! Но это не значит, что я, – он выразительно качнул бёдрами, бесцеремонно напоминая о собственных размерах, – могу трахать тебя после сегодняшнего шестичасового марафона.

– Восьми, мы занимались сексом восемь часов…

– Тем более! – обрубил он.

Демонстративно уставился на экран макбука, где красовались какие-то горы в закатных лучах. Интересная заставка, занимательная.

– Всё! – через несколько секунд объявил Эльбрус.

Быстрым движением отставил макбук на стол, перевернул меня, подмяв под себя. Упёрся одной рукой в одеяло, чтобы не раздавить своим весом, окинул жадным взглядом, прожигая им, распаляя.

Потянул за пояс махрового халата, надетого на меня, распахнул, провёл рукой от бедра до груди, останавливаясь на животе, чтобы немного надавить снизу, вызывая прилив желания.

Лёгкое поглаживание по половым губам продемонстрировало, что опасения Эльбруса были не на пустом месте. Небольшим раздражением, которое не стоило трогать хотя бы сутки. Вот только моему организму уже было безразлично, подсев на иглу оглушающих оргазмов, без которых пришлось существовать долгие годы брака, он бесцеремонно требовал своего.

Эльбрус спускался скользящими поцелуями по шее, груди, остановившись там на какое-то время, опустился на живот, слегка прикусив в районе пупка, подхватил меня под бёдра, вынуждая широко раздвинуть ноги, опустился губами ровно на клитор, избегая мест с лёгким раздражением.

Я взвилась в громком стоне, радуясь звукоизоляции в купе, и уже через несколько мучительно сладких минут взорвалась в так необходимом оргазме.

– Ложись спать, – услышала я, когда пришла в себя.

– А? – я показала рукой на член, который, очевидно, прямо-таки со всей возможной выразительностью, считал иначе.

– Мне действительно нужно поработать, а тебе отдохнуть, – спокойно, будто его половой орган не стоял колом, ответил Эльбрус. – Переживу.

– Ладно, – удивительно легко согласилась я, устраиваясь под уютным одеялом, чувствуя, как накатывает усталость.

Очень много впечатлений, наверное, слишком много, для проведший восемь лет жизни в крохотном военном городке на пустынном Кольском полуострове, среди серых сопок, скал и убегающего за горизонт моря.

– Должна будешь, – услышала сквозь морок, кивнула и провалилась в сон, не представляя, что готовит грядущий день, вернее – утро.