ГЛАВА 15

Она плыла в мягкой полутьме, качаясь в странной, уютной невесомости безвременья, чувствуя, как возвращаются силы, как уходит тревога, как становится… хорошо. Над головой мерцают кристаллы — красный, оранжевый, желтый…

Какой чудесный, какой удивительный сон! Вспыхнули кошачьи глаза, и Анни полетела к ним — туда, где янтарные озёра рассекают вертикальные зрачки, словно порталы в неизведанные миры.

Она жадно глотнула воздух и проснулась. Села на кровати, стараясь унять бьющееся сердце. Темно. С каждым днём светает всё позднее. Север, наверное, уже засыпало снегом, как рассказывал Урс. Снег. Вот чего ей сейчас хочется! Подставить бы лицо белоснежным хлопьям — холодным, по капле остужающим разгорячённые щеки.

По капле… Анни вздохнула. Не удивительно, что ей снятся такие сны. Она думает над созданием камеры. Создать эффект невесомости несложно — кристаллы, поддерживающие левитирующее заклинание в замкнутом пространстве сделают своё дело. Это даст расслабление. Это хорошо. Но что-то её напрягало. Во сне были моменты, когда она чувствовала страх. Почему? Она вспомнила лишённую магии клетку, кокон Дана, что держал обрушенное здание…

Замкнутое пространство не годится — маг, очнувшись, может запаниковать. Лучше — отдельная маленькая комната. С левитирующим механизмом в таком случае, придётся повозиться чуть дольше, но если опустить потолок пониже…

Так. Всё!

Анни заставила себя прекратить думать. Хоть на минуту. Дан спал. Она посмотрела на его ауру — что ж, неплохо. Сила, конечно, ещё не вернулась, но потоки в порядке, а значит, восстановятся быстро. В сравнении с тем, что могло быть — мужу очень даже повезло, слава Храону.

Бесшумно выйдя из спальни, девушка проскользнула в коридор. Дан не проснулся. Обычно он тут же вскакивал — от любого шороха. Ей часто казалось, он вообще не спит, но потом она поняла — армейская привычка. Поняла и научилась не издавать в течение ночи ни единого звука. Чтобы муж поспал. А тут… Дан не просто не открыл глаз — ритм дыхания не сбился. Значит, лекарь вчера милорду Айварсу перед уходом не обычную микстуру выдал. И хорошо. Сон и покой — вот что необходимо магу в таком состоянии, а уж мэтр Бьёрн в этом разбирается как никто.

Анни поплотнее запахнула шаль, решив немного побродить по особняку в утренних сумерках. Ей нужно привести в порядок мысли — их слишком много и они путаются. Она дошла до комнаты Ирри, огляделась по сторонам и вошла. Девушка так и не пришла в себя, однако её магические потоки выглядели намного лучше. Если они воплотят её идею, процесс можно значительно ускорить. Надо только рассчитать энергию каждого кристалла — так, чтобы…

Храон всемогущий, опять! Если мысль жужжит над ухом, дразня и соблазняя — надо быть сильной. Не поддаваться, дать время идее окрепнуть. Так говорила старушка саоми. Север… Хочется вернуться. Съездить к саоми. Посидеть на холме. Ей не хватает всего этого. Да и Тьма скучает — она это чувствует. Почему-то вспомнилось, как она зачаровала чиррхарву в белого пуделя с шариком на кончике хвоста… Вот смеху-то было! А Ирри — ребёнок с огромным розовым бантом, так мастерски изображала её внучку и хозяйку Снежка…

Анни улыбнулась, глядя на бледное личико в обрамлении медных прядей. Девочка, кто же ты? Неужели — враг? Нет. Этого не может быть — она не верит. Тьма не могла ошибиться, её сердце не могло ошибиться…

Нет!

Она погладила Ирри по волосам и пошла дальше — бродить по спящему особняку, спасаясь от назойливых мыслей и преждевременных идей. Она и сама не заметила, как оказалась в подвале — том самом, который его величество распорядился оборудовать под лабораторию.

Мэтр Ярвинен любовался на парящие в воздухе кристаллы. Он что-то бормотал своим любимцам — успокаивал, наверное. Ещё бы — пережить такое! Для мага его кристаллы — живые существа, это Анни поняла сразу, как только они с Даном пришли к паровозных дел мастеру, расспросить о том, как использовать его же изобретение. А оно вон как всё обернулось…

— Мэтр Ярвинен?

— Миледи Айварс, — маг улыбнулся. — И вам не спится? Или красавицу свою потеряли, а?

Словно звезда магического цирка, Тьма прыгала с одного парящего в воздухе кристалла на другой, сверкая янтарными глазами. Чиррхарва была счастлива.

— Доброе… утро, — шёпотом прошептала девушка, усаживаясь рядом с мэтром и не сводя взгляда с кошки.

— Ты смотри, а? Усатая… А знаете, что я заметил? Она ни разу не сбилась. Не перепутала.

— О чём это вы? — удивилась Анни.

— Красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, голубой, синий, фиолетовый. Кристаллы. Она давно по ним прыгает. Но ни разу не нарушила порядок… Зверь не просто скачет с одного кристалла на другой — он соблюдает принцип радуги.

— Есть идеи — почему?

— Конечно, — мэтр улыбнулся, и Анни закусила губу — она улыбается точно так же, когда осознаёт, что собеседник ровным счётом ничего не смыслит в магической защите. — Тут вариантов много…

— Мэтр Ярвинен, я думаю, это очень важно. Вы обязательно должны мне всё-всё рассказать.

— К вашим услугам, миледи, — кивнул маг, всё ещё любуясь представлением, которое Тьма разыгрывала над его головой.

— Знаете, мне всегда хотелось забраться в машинное отделение и полюбоваться на кристаллы. Ещё в детстве. Мне тогда казалось — это самое прекрасное зрелище на свете!

— А теперь?

— И теперь так кажется. Однажды мне дали управлять паровозом…

Анни зажмурилась от удовольствия, вспоминая.

— Вы удивительная девушка, миледи Айварс. Таких я ещё не встречал.

Маг покачал головой, а Анни пожала плечами — пусть мэтр Ярвинен думает о ней, что хочет. Какое-то время они молчали, потом он спросил:

— Вы правда верите, что с помощью кристаллов можно создать что-то, что поможет магам восстанавливаться?

— Я почти уверена в этом, но мне будет необходима ваша помощь.

— Всё, что в моих силах, миледи, — мастер с сомнением покачал головой.

* * *

Завтракали они вдвоем с Илзе. Дану не разрешили подниматься с постели, Ирри ещё не пришла в себя, а мастер Ярвинен сослался на то, что ему необходимо обследовать кристаллы ещё раз. Их разговор его явно озадачил. Много лет мэтр Ярвинен работал с кристаллами в определённом ключе и не мог так быстро принять всё, что происходит. Анни его понимала. Это трудно. Нужно время.

— О чём думаешь? — Илзе посмотрела на Анни.

— Вспоминаю нашу самую первую встречу. Тогда. На перроне.

— И?

— Я тогда подумала, что никогда ничего прекраснее в жизни не видела. Ты была такая красивая! В дорожном костюме цвета пыльной розы. И в шляпке!

— Ты действительно сейчас об этом думала? — Илзе сощурилась, подперев кулачком подбородок.

— Нет, конечно, — Анни вздохнула и принялась за еду.

Они рассмеялись, и какое-то время просто наслаждались завтраком.

— Боюсь, — Илзе посмотрела на Тьму, которая, наигравшись, сладко спала в кресле, — что от мышек придётся отказаться. Надо будет поговорить с отцом — с него станется повесить на нас штрафные санкции за срыв сроков проекта.

— А зачем срывать сроки? — удивилась Анни.

— Ну как же? Столько всего… Мы не справимся.

— Справимся, — Анни обхватила чашку двумя руками. — Ты — займешься картой. Составим список того, что тебе нужно. Я и мэтр Ярвинен — займёмся камерой и артефактом, позволяющим использовать кокон, не подвергаясь магическому истощению.

— А игрушки когда?

— На них мы будем отдыхать. Но сначала я займусь системой безопасности поместья — она мне не нравится. И кстати — карта должна отражать систему защиты каждого здания. Сможешь?

— Смогу. Только какой в этом смысл, если такие как ты будут постоянно всё менять?

— Значит, на смену защиты придётся получать разрешение.

— Ты хоть понимаешь, какой балаган из-за этого начнётся в министерстве магии?

— Да, ты права, — Анни нахмурилась. — Тогда, — тут же просияла девушка, мы сделаем так, что карта будет сама реагировать на изменения.

— Но это…

— Ничего сложного, я помогу. Надо будет только посидеть с расчётами…

Стук в дверь. Девушки переглянулись и пожали плечами — мол, кто бы это мог быть?

— Милорд Айварс прибыл, миледи, — объявил слуга.

Таким взъерошенным и злым Харви Айварса Анни ни разу не видела. Старший брат Дана всегда был таким спокойным, уравновешенным. Безупречно вежливым, а тут…

— Анни! — начал с порога заместитель министра магии в отставке ледяным голосом. — Отправляйся к его величеству. Немедленно. Если у кого и получится до него достучаться, то только у тебя.

— Да что случилось-то? — нахмурилась Анни, сердцем чувствуя — что-то не то.

— Этой… барышни, — кивок в сторону Илзе, — не должно быть рядом с представителями нашей семьи. Ни при каких обстоятельствах.

* * *

Анни смотрела на старшего из братьев Айварсов, не веря собственным глазам. Это — Харви? Спокойный, рассудительный, порой даже скучный…

Что на него нашло? Околдовали? Зельем отравился? Он же вне себя — глаза горят, кулаки сжаты, зубы скрипят — просто шторм Ледяного моря.

Нет, его, конечно, можно понять. Всё-таки попытка подчинить Дана фамильным приворотным зельем — не самый благородный поступок… И не удивительно, что именно у неё, Анни, Харви ищет поддержки. Если разобраться, она тоже не должна любить семейство Дурленпов по весьма объективным причинам, вот только с тех пор много воды утекло. Они с Илзе сдружились. Вместе спасли Ирри. Харви, он ведь просто не знает, какая её новая подруга на самом деле замечательная! Какой она сильный маг! Как важна бытовая магия…

И вообще. Что было — то прошло. Всё ведь хорошо закончилось… «Что спит подо льдами Храона — снегом занесено» — так говорят саоми, а они очень мудрые. Харви просто нужно обо всём рассказать. Он поймёт. Наверное…

Анни посмотрела на Харви. Потом на Илзе. Оба — белее снега, злее разъярённых богов…

Чашки дрожали, тихонько, позвякивая о блюдца, сыр пошёл ядовито-зелёной плесенью, хлеб зачерствел. Ещё немного — и будет неконтролируемый выброс магии. Они что — с ума посходили? Так только дети себя ведут, честное слово! Должны же понимать, какого уровня оба.

В этот момент в столовую постучали, и Анни вздохнула с облегчением, хватаясь за спасительную соломинку — этих двоих срочно было нужно отвлечь.

— Да! — почти крикнула она, надеясь, что это его величество, желательно в плохом настроении — уж он-то быстро со всеми разберётся.

— Ваше магичество, там…

— Где Илзе? — донесся до них громкий знакомый голос.

— Милорд Дурленп?

Вместо короля явился финансовый советник, но настроение у него было то самое — плохое. Так что, можно сказать, Храон услышал её просьбу. Ну… Почти.

— Илзе! Собирайся. Мы уезжаем. Немедленно.

Тьма, дремавшая в кресле, подняла голову. И зачем, собственно, так кричать? С утра. После завтрака. Кошка зевнула и посмотрела на хозяйку, мысленно предлагая объяснить разбушевавшимся мужчинам, как следует вести себя в приличном обществе. Вам бы, голубчики, заблудиться в дремучем лесу, что за долинами саоми на недельку-другую, а там посмотрим…

Илзе перевела взгляд на Анни.

— Нет, — спокойно ответила дочь финансиста.

Девушка, как ни в чём ни бывало, вернулась к завтраку. Слуги уже меняли приборы, уносили испорченные продукты, сервируя стол на четыре персоны — всё-таки у них гости…

— Прошу, — кивнула Илзе.

— О, нет! — вспыхнул Харви. — Покорнейше благодарю, — он поклонился. — Не стоит беспокоиться, я не собираюсь…

— Как вам будет угодно, милорд Айварс, — пропела девушка, жестом предлагая Анни джем.

Анни подумала и присоединилась. В конце концов, у них столько дел, а она, между прочим, ещё не до конца восстановилась, так что… Надо питаться!

— Вы! — начал было Харви.

— Однако, — Илзе повысила голос, не дав ему договорить, — не вижу причин вести себя невежливо, изменяя правилам хорошего тона лишь потому, что двое мужчин врываются к дамам и портят аппетит. Стол накрыт. Хотите — присоединяйтесь, хотите — нет.

— Я настаиваю на том, милорд Дурленп, чтобы вы с вашей дочерью покинули этот дом! — выпалил заместитель министра магии.

— Ваша семейка не будет указывать ни мне, ни моей дочери, как нам следует поступить!

— Хватит, — тихо сказала Анни, аккуратно поставив чашку на блюдце — аккуратно, но так, чтобы звук привлёк внимание.

Всё это, конечно, очень мило, но в доме раненые, и им необходим покой. Еще не хватало, чтобы Ирри, очнувшись, перепугалась или Дан решил, что на них напали.

Она посмотрела на одного милорда. На другого. И негромко проговорила:

— Оставьте нас, господа.

Вдруг стало тихо. Тьма, одобрительно сверкнув янтарными глазами, изящно спрыгнула на пол и отправилась к хозяйке. Мало ли, защита понадобится. Один такой шумный, помнится, уже был — познакомился с её когтями.

— Что? — хором возмутились мужчины, когда пришли в себя.

Анни очень хотелось ответить: «Что слышали!» Очень. Но она сдержалась и, стараясь не показывать присутствующим, как же она гордится собой, ответила:

— У нас — государственный заказ от его величества. И если вы не готовы помочь — пожалуйста, не мешайте.

— Илзе? — милорд Дурленп перевёл взгляд на дочь.

— Что? Есть основания не доверять словам миледи Айварс? Кстати… До меня тут дошли слухи, — Илзе улыбнулась — словно змея укусила. — Совершенно, надо признаться, случайно. Мой дипломный проект. Помните, папа? Я подавала его в министерство магии.

Милорд Дурленп потупился.

— Оказывается, северяне, — кивок на милорда Айварса, — двигались параллельно — и получили заказ государственной важности. Как же так? Я сделала почти то же самое, и если бы было известно, что подобная идея разработана и у нас, то… Однвко мой проект просто не был представлен. Ведь так?

— Илзе, девочка. Ну, пойми. Зачем тебе всё это? Это же труд. Тяжёлый. Даже опасный! А… как же жизнь? Как же счастье?

— Вы хотите сказать: как же при такой работе удачно выйти замуж, удвоив состояние семьи? Я — тоже один из твоих финансовых проектов?

— Илзе!

— Милорд Дурленп, — Анни изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но такое отношение семьи к талантам Илзе просто не укладывалось в голове, — я прекрасно понимаю, что вы очень могущественны, но вынуждена предупредить — если вы будете нам мешать, я приму меры. В конце концов, его величество лично заинтересован в осуществлении данного проекта.

— Я не буду вредить, если вы об этом, — отец Илзе тяжело вздохнул. — Но я по-прежнему против того, чтобы моя единственная дочь была вовлечена во всё это! Это опасно. Я не допущу.

— Я остаюсь, — Илзе посмотрела на отца. — У меня такое ощущение… Что я, наконец, начала жить. Вы что-то говорили о счастье, милорд Дурленп? Так вот. Я счастлива! Впервые после окончания Академии… Поверьте мне. Пожалуйста.

Наступила долгая, мучительная пауза. В глазах милорда Дурленпа мелькнуло что-то… Что-то, явно не относящееся к финансам. Что касается Харви Айварса, его чувства было трудно понять, но Анни этого и не хотелось. Она понимала совершенно отчётливо — ей и Илзе необходимо закончить завтрак и как можно быстрее приступить к работе.

— Милорд Дурленп, милорд Айварс, мы не смеем больше вас задерживать, — твёрдо объявила она.

— Я остаюсь, — чуть склонил голову заместитель министра магии. — Приказ его величества.

— Его величество приказал вам портить аппетит и настроение? — Илзе удивлённо и очень кокетливо приподняла брови.

— Я должен помогать, — Харви скрипнул зубами.

Милорд Дурленп ушёл. Наверное, ему нужно время, чтобы принять то, что он сегодня услышал. И всё-таки между отцом и дочерью сегодня произошло что-то важное. Важное и… хорошее.

Так думала Анни, отправляясь к воротам поместья — посмотреть, что там с защитой. Она оставила Илзе и Харви одних, в надежде, что эти двое всё же договорятся, иначе о какой работе может идти речь?

Едва девушка дошла до ворот, как все посторонние мысли исчезли. Сдуло прохладным осенним ветром. Итак, защита. Она явно не совершенна — Ирри же пробралась! Её найдёныш, конечно, орешек не простой — потенциал у девчонки запредельный и кто она такая — тоже вопрос, но не в этом дело. Враг тоже достаточно силён. Ирри дошла до окон гостиной, и при желании ей бы хватило и сил, и времени, чтобы напасть. Значит, диверсанты тоже смогут, а этого никак нельзя допустить.

Анни медленно шла вдоль забора, считывая нити плетений. Энергии море — это правда. Но распределена она слишком последовательно. Мэтра Бригера на них нет! Защита — это… Это же музыка! Песня… И если кто-то её слышит и готов без труда повторить, то она никуда не годится! Ладно. Сейчас мы подумаем, и кое-что поменяем. Посмотрим, как враги запоют…

Анни поняла, что ворчит, разговаривая сама с собой. Настроение было отличным — их с Илзе ждёт интересная работа, Дан и Ирри поправляются. Вдруг стало легко, захотелось раскинуть руки и закружиться в золоте опадающих листьев, как в детстве!

Она подняла лицо, утонув глазами в высоком, ярком осеннем небе, и почувствовала, как… льдом страха сковало позвоночник. На цоколе ограды лежала монета.

Ей не надо было приближаться, чтобы понять, что на ней изображено. Сердце билось, руки вспотели. Анни стояла, не решаясь подойти. Убежать? Нельзя. Она не может это просто так оставить! Через какое-то время удалось взять себя в руки. Вытереть холодный пот со лба, подойти ближе, и… понять, что монета — пустышка. Нет на ней никаких заклинаний! Просто золотой кругляш, которым придавили записку.

Интересно, зачем? Чтобы не улетела?

Анни сделала шаг вперед. Ещё один.

«Надо поговорить», — прочитала она.