ГЛАВА 18
Просыпаться задолго до рассвета входит в привычку… Мысль мелькнула и тут же исчезла, уступив место необъяснимой тревоге.
— Что? — Дан притянул жену к себе. — Что, Анни?
— Не знаю… — прошептала она. — Я… Я что-то чувствую, Дан…
— Одевайся! — муж вскочил.
Стараясь унять взбесившееся сердце, принялась натягивать платье, до боли в голове продолжая вслушиваться в окружающее пространство.
— Но Дан! Я не знаю… Вдруг это просто…
— Зато я тебя знаю, — проворчал Дан.
— Дан…
— Подмогу вызвал, — тихо проговорил Дан. — Если это ложная тревога — все с облегчением вздохнут. Отравятся по домам, не забыв поблагодарить тебя за бдительность. Поняла?
— Да, — Анни всхлипнула, думая о том, что всё равно не простит себе, если окажется, что всполошила всех зря…
— Любимая, — муж аккуратно развернул девушку лицом к себе, и, слегка сжав её плечи, заглянул в полные ужаса и растерянности синие глаза. — Сейчас, быстро — не думая, не просчитывая, просто скажи — где?
— Ирри.
— Держись за мной.
Они прокрались к соснедней спальне. Дан бесшумно приоткрыл дверь и кинул парализующее заклинание — точно таким же его величество превратил когда-то Ирри в неподвижную статую.
Анни стало страшно — она вдруг представила предрассветные сумерки за окном, полные враждебных теней, плотным кольцом обступивших дом — представила, как за каждым окном, за каждой дверью таится враг, и когда из комнаты раздался тихий смех, едва не закричала! Похолодев, она замерла позади мужа, уткнувшись носом в напряженную спину. Пальцы уже выплетали узор, когда Дан произнёс:
— Госпожа Грем…
— Она самая, — весело проговорил до боли знакомый голос. — Девчонку не боитесь задеть, милорд Айварс?
Дан зарычал, а Анни зажмурилась. «Храон всемогущий, духи северные, саоми, марвалы, кто угодно — помогите», — шептала она про себя.
— Любая попытка атаковать неизбежно заденет Ирри. Подумайте — она ведь вам нужна, раз до сих пор не убили? Может, просто поговорим?
— О чём?
Плечи мужчины напряглись — он готов был ударить.
— Не надо, — прошептала Анни, прижавшись к мужу. — Пожалуйста, Дан.
— Мы могли бы поговорить, допустим, о том, что происходит на самом деле — потом я просто уйду.
Анни на мгновение выглянула из-за спины, но сильные руки тут же вернули её обратно. Те же платки. То же лицо. Вспомнила, как тогда, в сургенге, личина таяла по мере того, как слабела женщина-маг. Тогда всё происходящее заставляло леденеть от ужаса, но теперь, когда она научилась не только наводить на себя чары, но освоила искусство создавать иллюзии из воздуха, — теперь это всё уже не пугало. Удивительно, как знания меняют восприятие происходящего…
— Как вы проникли в дом, не потревожив систему безопасности? — все-таки спросила Анни.
— Все-таки женщины более разумны. Видите, милорд, ваша жена готова к переговорам, более того — она, в отличии от вас, задаёт правильные вопросы.
— Я уничтожу вас.
— И лишитесь союзника.
— Храни меня Храон от таких союзников!
— Мужчины порой тупы беспросветно… Верно я говорю? Анни, вы меня слышите? И согласны? Вы, милорд, вместе со своим королём (таким же «умным»), безрассудно сунулись в дом, где засели барсы правителя юга — раз. Сорвали операцию не только бедняге Ульссону, но и мне, между прочим — это два. Всё ещё хотите отказаться от моей помощи, милорд Айварс?
— Что?
— Нечего военным, а тем более королям, делать на таких операциях, вот что! — голос госпожи Грем стал злым. — Сделали бы всё тихо и грамотно — не было бы всего этого.
— Можно подумать, вы занимаетесь освобождением заложников, — огрызнулся наместник.
— И этим тоже — смотря какой приказ, — вздохнула шпионка.
— Приказ, что был связан с подрывом защитной стены… — зло бросил Дан. — Как ощущения? Выполняли с удовольствием?
Долгое молчание. Анни слышала, как грохочет кровь в собственной голове, чувствовала, сколько боли в молчании той, что занесла руку над беззащитной Ирри.
— Я очень хочу разыскать человека, что ввёл меня тогда в заблуждение, — наконец проговорила госпожа Грем. — Он… был не прав.
Дан рассмеялся:
— Вот как… Собираетесь стать бунтовщицей, миледи?
— Я? Ну, что вы. Я безоговорочно предана своему королю.
— Вот как?
— Клятва на крови отлично мотивирует.
— На нас напали! — крикнула Анни. — Защита!
В тот же миг взвыла сирена, задрожали стены, раздался взрыв…
— Сколько их? — Дан изо всех сил старался перекричать оглушительный вой.
— Пятеро барсов и предводитель, — ответила шпионка. — С последним у меня свои счёты. Личные…
Её голос утонул в раздирающем мозг звуке, Анни, уже не обращая внимания ни на мужа, ни на госпожу Грем, выскочила из-за спины Дана и бросила взгляд на Ирри — ей показалось, ресницы девушки едва дрогнули, но это, возможно, от того, что внутри неё самой всё трясётся и стены ходят ходуном! Дан вновь схватил жену за плечи — словно стал прикидывать — куда бы её спрятать, чтобы спасти?
— Дадите мне возможность вам помочь? — Грем вскинула брови, на кончиках её пальцев вспыхнуло огненно-золотое сияние.
Дан сжал зубы — выбор был не простым. Позади раздался топот.
— Илзе и мэтр Ярвинен, — побледнев, вспомнила Анни, ругая себя за то, что так и не усовершенствовала охранный периметр — отвлеклась на монету и ту злосчастную записку… А ведь могла!
— Барсы идут за Ирри, — напомнила о себе Грем, насмешливо разглядывая застывшую супружескую пару. — Больше им никто не нужен, позвольте мне вам помочь — и вместе мы всех спасём.
— Хорошо, — сдался Дан. — Жаль, я позволил Харви уйти.
— Клянусь магией, что не причиню вам зла. Сегодня…
— Анни!
— Милорд Айварс!
Это прибежали остальные обитатели особняка, не понимающие, что им делать. Только Тьмы не было видно.
— Илзе, мастер Ярвинен, Анни — в подвал! — Скомандовал Дан, приходя в себя. — Защиту на входную дверь!
Все кинулись к лестнице, ведущей вниз. Выскочив к ней, Анни бросила щит. Все понимали — времени мало, мэтр Ярвинен схватил растерявшуюся Илзе за руку и сделал несколько шагов вниз. Анни следовала за ними.
— У нас минут пять. Наверное, — Дан и Грем переглянулись — это был странный союз, но другого выхода не было.
— Удивительной силы защитные щиты строит ваша жена, — как бы между прочим заметила маг, чему-то улыбаясь.
Удар. Еще один. И еще — входная дверь вылетела. Анни, Илзе и мэтр Ярвинен так и застыли в верхней части лестницы — все трое чудом не полетели кубарем вниз, едва не наткнувшись на неизвестно откуда выпрыгнувшего зверя…
Тьма.
Беззвучно ступают мягкие лапы по покрытым ковром ступеням. Глаза полыхают янтарным огнём, с блестящей шерсти то и дело срываются ледяные искры — превращаясь в крупные снежные хлопья, они растворяются в пустоте. Мохнатые уши чиррхарвы-великана едва подрагивают, ловя странные звуки — будто… крысы притаились по углам. Воздух дрожит, подхватывая снежинки небольшими вихрями то тут, то там, — но ничего не было видно.
Вдруг Тьма прыгнула — сверкнули острые когти, и тут же послышался полный боли вскрик! Кошка, обезумев от ярости, била лапами воздух, и каждый раз в месте удара проявлялись фигуры! Скрюченные, они баюкали исцарапанные места, что прямо на глазах превращались в искрящиеся изморозью раны. Окровавленные льдом, маги уже не моги раствориться — их хоть и не полностью, но было видно.
Не ожидавший нападения зверя противник бросал смертельные заклинания не прицельно, пытаясь попасть в зверя. Анни оплела коконом Дана, Ирри, Илзе и Ярвинена, отчаянно ища глазами Грем. Шпионки нигде не было. Время таяло, исчезали драгоценные секунды — кокон надо было замыкать, но держать даже четырёх магов (где же Грем?) — задача поистине непосильная. От безысходности, страха и боли, от близости чиррхарвы (когда Тьма превращается — меняется и ее мир), Анни вдруг почувствовала, что распалась. Распалась на тысячи, миллионы частиц… Её магия заполнила особняк до краёв, до самой крошечной щели, она ощущала каждую пылинку, каждый…
Что это? Сила! Совершенная, мощная энергия — податливая, доступная — бери, сколько хочешь! И она взяла — зачерпнула столько, сколько смогла, не опустошая, не разрушая себя… Радуга. Яркая, мерцающая радуга — это всё, что мелькнуло в сознании. Кокон выдержит! Теперь — выдержит!
Дан отбивался из последних сил, предоставляя жене полную свободу, лишь следя за тем, чтобы ни одна атака не долетела до тех, кого он защищал. Заклинания, мелькающие алыми молниями со всех сторон, пеплом осыпались с кокона. Они шипели, искрились, слепили глаза, Тьма металась по холлу, где то проступали, то исчезали крепкие фигуры в тёмных комбинезонах.
Грем нигде не было. Её не защищал кокон Анни. Она не помогала в бою, как обещала милорду Айварсу.
Где она? Сбежала? Предала?
Илзе и мастер Ярвинен застыли на месте, молясь высшим силам о том, чтобы Анни хватило сил. И вдруг… В воздухе проступили две фигуры — Грем и маг в чёрном плаще. Их лица искажены злобой, дом наполнился криками гортанной, грубой южной речи. Вспышка заклинания, женский крик, гул портала…
— Грем!
Казалось, этому не будет конца. Вой сирены разрывал уши и нервы, вспышки атакующих заклинаний били по глазам. Едва в портале исчезла окровавленная госпожа Грем, южане усилили натиск.
Милорд Айварс держался из последних сил, Тьма, став обычной кошкой, тенью металась у ног, чудом минуя молнии от смертельных вспышек. Анни держала кокон, и это было не трудно, но мэтр Ярвинен с каждой минутой становился всё бледнее, медленно оседая на лестницу, вцепившись в перила обеими руками.
Анни не могла понять, в чём дело, но чувствовала — каким-то непостижимым образом этот человек помогает ей черпать силы из ниоткуда. Ей непременно нужно с ним поговорить — только бы всё это поскорее закончилось! Анни чувствовала что-то ещё. Какую-то проснувшуюся силу, наблюдающую со стороны за всем происходящим, но думать об этом было попросту некогда…
В доме одно за другим вдруг стали осыпаться окна — легко и практически бесшумно, словно первый ледок в лужице треснул! В ту же секунду появились люди в сером. В глазах Дана, тёмных от напряжения, появилась надежда. Подмога! Наконец-то! Трое диверсантов рухнули на пол, спелёнутые заклинанием, напоминающим то, которым его величество превратил Ирри в неподвижную статую.
Вой охранки смолк, замерцали порталы — кто-то всё-таки смог уйти.
— Дан! — Анни бросилась к мужу — ей показалось, он падает.
— Кокон… — прохрипел муж, собирая все силы — только бы не напугать её, показать, что всё в порядке. — Снимай! Снимай, не то мы тебя не восстановим.
Муж привалился к ступеням, а Анни на мгновение задумалась. Дан не знает, что силы — вот они, черпай сколько хочешь, энергии море и неизвестно, как это остановить! До этого она, обессилев, теряла сознание — заклинание держалось какое-то время, растворяясь само по себе, то тут…
Теплые, сильные руки легли на плечи. Анни развернулась — мэтр Ярвинен…
— Мэтр Ярвинен! С вами всё в порядке? — старик едва держался на ногах, лоб покрыт капельками пота, глаза закрываются, он что-то шепчет, хочет ей что-то сказать, боится, что не успеет… — Мэтр Ярвинен! Сейчас… Сейчас…
— Мэтр Ярвинен, — Илзе вовремя оказалась рядом, они вдвоём еле удержали мага, падающего на ступени.
— Радуга… — еле слышно произнёс паровозных дел мастер. — Анни, это кристаллы! Радуга… Выключи радугу, Анни! Красный, оранжевый, жёлтый, зе…
Анни поняла. Всё это время она черпала силы из живых кристаллов, а мэтр каким-то образом помогал держать эту связь. Сейчас её необходимо прервать, и только что ей объяснили, как это сделать. Хотелось бы поподробней, но маг, обессилев, закрыл глаза, больше он ничего не скажет, а это значит — придётся довериться интуиции. Ничего — она справится. Самое главное Ярвинен всё же успел сказать.
Красный.
Анни закрыла глаза и увидела белых сов, парящих над холмом в ледяном небе. Небо вспыхнуло алым. Кроваво-рубиновый шар, ослепив, величественно вставал над горизонтом.
Красный…
Одна из сов взмыла вверх, распластала крылья — красное солнце исчезло, будто и не было.
Семь белых сов — семь разноцветных светил. Оранжевое, жёлтое, зелёное, голубое, синее, фиолетовое солнце. Каждое исчезало вместе с взмахом сильных крыльев, осыпаясь горсткой вальсирующих снежинок.
Никаких цветов — лишь белый, покрытый снегом холм, мерцающие льдом скалы вдалеке и точки удаляющихся птиц в стальном небе.
Прощай, радуга! Спасибо тебе…
— Всё хорошо, — услышала она голос Дана, когда пришла в себя. — Мы справились. Все хорошо.
Илзе без сил опустилась на ту же ступеньку, на которой и стояла.
— Что же это? За что… — шевельнулись её губы.
У Анни сжалось сердце. Это она привыкла к таким вот передрягам, а Илзе — сильный, талантливый маг, вовсе не светская барышня, как того, наверное, желал бы её отец, но то, что она всё же далека от подобных событий, в этом не было сомнений.
Храон всемогущий, дай ей сил, дай мужества справиться…
— Все целы? — в особняк влетел его величество.
Король был вне себя от гнева. Немыслимо, недопустимо! Всех уволить, арестовать, сослать к… К их трижды проклятым северным духам! Да что ж это, в конце концов, такое? Хватит! Никаких союзов по любви — он лично будет подписывать разрешение, с этого момента никаких вольностей подобного рода среди родовитых семейств — эдак они ему всё королевство развалят!
— Продержались, — не открывая глаз, проговорил милорд Айварс.
— Как они тут оказались? Я вас спрашиваю, — король недовольно посмотрел на милорда Вольфа. — Объясните мне…
— Ваше величество! Позвольте мне уйти в отставку, — взвыл милорд Ульссон. — Это же не расследование, не операция. Это же… В отставку! Разрешите…
Начальник службы безопасности выдержал немигающий взгляд короля и низко поклонился:
— Вы можете отследить порталы? — спросил его величество.
— Безусловно. Все три. Особняк оснащён…
— Спасибо, Ульссон! — рассвирепел монарх. — Хоть чем-то оснащён этот проклятый особняк! После операции вы лично отчитаетесь мне, каким образом враг проник в эти стены. Как лучшая защита королевства не остановила…
— Ваше величество… — Анни не могла молчать. — Это моя вина. Я хотела усовершенствовать защиту, но…
— Работайте, Ульссон, — устало отдал команду король.
Анни же достался такой взгляд, что она бросилась к мужу — Дану надо помочь! Подпитать энергией. Он потерял слишком много сил…
Глава безопасности королевства коротко поклонился, и с облегчением выдохнул. До последнего момента он опасался одного — не дай высшие силы, король или ещё кто присоединятся к операции. И будет всё… как в прошлый раз, когда они спасали эту девчонку, Ирри. Или как в этот раз: он же настаивал — диверсантов надо было брать! Сразу брать надо было! Но его величество приказал следить. И вот, пожалуйста…
Доследились.
А кто виноват? Вольф Ульссон виноват, начальник службы безопасности! А его величество? Нет. Его величество не может быть виноват — он же король! А Ульссон что говорил? А? Ульссон хотел посадить маленькую шпионку в большой замок. Грипсхольм. Между прочим, прекрасное место. Ну и что, что тюрьма? Тихо, спокойно. Главное — безопасно! Повар у коменданта отличный, лекари прекрасные, защита всем на зависть, заботливее и внимательнее тюремщиков вообще никого нет, это все знают! Камеры в подземельях — жуткие, это правда. Но кто б стал эту рыжую туда определять?
— Ульссон! — голос короля застал начальника службы бесопасности уже в дверях. — Прекратите ворчать, я всё слышу…
— Ваше величество, о чём вы? Я ни слова…
— Слишком громко думаете. Выполняйте приказ!
А самое главное, — продолжал шёпотом думать маг, — в королевский замок-тюрьму никто бы не пробрался. Хоть совершай налет, хоть нет. А тут… ну, не работа это. Не работа…
— След есть, — доложил один из его людей.
— Прекрасно, — вздохнул Ульссон. — Выдвигаемся.
Анни смотрела вслед безопаснику и вспоминала слова госпожи Грем. О том, что нечего королю и милордам делать на задержании. Может, она была права? И… что с ней сейчас?
Ульссон и его люди ушли по следам порталов южан. Так строить порталы северяне ещё не умели.
«Но это пока, — подумала Анни. — Это пока…»
— Мяу…
— Тьма! Маленькая моя… Спасительница, — девушка прижала кошку к себе.
В янтарных глазах плескалась боль. Сколько же сил она потеряла… Анни посмотрела на бледного мужа, насмерть перепуганную Илзе и безжизненное тело мэтра Ярвинена. Где-то раздавался голос короля, отдающего распоряжения. Она подняла глаза и…
— Ты! Не может быть, — Тьма спрыгнула с рук и бросилась к рыжеволосой девушке, что изо всех сил вцепилась в перила.
— Анни… Что… Что происходит?
— Всё хорошо, — Анни обняла Ирри, не веря собственным глазам. — Теперь всё будет хорошо! Кристаллы! Нам всем надо к ним, в подвал!