ГЛАВА 28

— Вы не огорчитесь, любовь моя, если идти во дворец придётся ножками? Для того, чтобы не дать вам уйти порталом, пришлось активировать один очень замысловатый артефакт. Даже если его заблокировать — попробуйте! Ах, да… Простите, совсем забыл! Сейчас это у вас вряд ли получиться. Так вот, даже если его заблокировать, пространство так искажается, что ещё несколько часов совершенно невозможно строить порталы. Впечатлены, дамы?

В приторно-нарочитой любезности мятежника было что-то… жуткое. Леденящее душу, что и без того корчилась от невыносимой боли. Он ведь не мог не отдавать себе отчёта в том, какие чудовищные муки испытывают сейчас молодые женщины. Он — маг. Очень сильный. Даже если мага не пытать подобным образом — ему страшно представить, что магии лишат… Это внутри. Внутри самой сути его существования! Лишить магии — всё равно что лишить… души.

Каждая клеточка в телах девушек зудела и ныла, ища привычную магию, которая медленно, нехотя уползала в ненавистную цепь!

Но в глазах их мучителя не было ни сочувствия, ни страха. Довольное лицо, сияющие, счастливые глаза. Даже преданные ему солдаты — и те внутренне содрогались, хотя они, вероятно, видели и не такое на своём веку. Маги смотрели на своего предводителя как… на обезумевшего.

Наверное, мужчину можно было бы назвать красивым — высокий рост, широкие плечи, правильные, гармоничные черты лица. Чёрные длинные волосы стянуты в хвост. Образ портили жестокость в глазах и самодовольство в каждом движении. Магу нравилось, что девушкам плохо — крылья носа палача раздувались, он дышал их страданием, пил, смакуя, боль, наслаждаясь торжеством.

Девушки шли, запинаясь, и никто не протянул руку помощи. Мятежники прятали глаза, стараясь держаться подальше от сияющих цепочек, обвивающих руки и щиколотки пленниц. На следующем повороте принцесса споткнулась — Анни из последних сил бросилась к ней, стараясь поддержать.

— Смотрите под ноги, любимая, — поморщился дож Теодато. — Будьте аккуратны. Не торопитесь. Мы ведь не хотим огорчить ваших венценосных родителей? Чем позже мы придём — тем меньше у них останется сил держать защиту. И тем быстрее мы договоримся.

Анни и Ирри, переглянувшись, попытались сесть на пол подземного перехода — раз уж к ним всё равно предпочитают не прикасаться. Но обжигающая магия схватила за шею и потащила вперёд, словно беззащитных слепых котят.

— Нет-нет-нет. Ведите себя смирно, мои дорогие. Не сопротивляйтесь — так будет ещё больнее.

Маг рывком поставил Анни, которая запуталась в платье, на ноги. Бросил вопросительный взгляд на Ирри. И — явно не удержавшись, погладил девушку по щеке.

— А ведь всего этого могло бы и не быть… — вздохнул он.

— Я вам верила, — прошептала принцесса.

— Ну, тут, должен отметить, во всём виноват ваш батюшка. Вижу, — добавил он, увидев, как исказились губы девушек в презрительной усмешке, — Вы мне не верите. А жаль.

— Жаль, — выдохнула принцесса, на мгновение забыв о боли. — Жаль, Тео.

— У вашего отца не было слуги преданнее, чем я, — Теодато вдруг перестал ухмыляться и стал серьёзным. — Других не держат на должности главного безопасника королевства. Всё для блага короны. За все годы — ничего для себя. Но… один ваш взгляд, принцесса — и я погиб.

Он вдруг посмотрел на Ирри с ненавистью. Она вздрогнула — и замерла.

— Я никогда не думал, что можно вот так потерять голову. Что бывает страсть, сильнее принципов и устоев. Одержимость, съедающая изнутри, перечеркивающая всё, ради чего я жил. Болезненная, сводящая с ума, доводящая до исступления. Вам уже не смешно, моя дорогая? — вдруг улыбнулся он.

— Тео, — прошептала Ирри — в её глазах появились слёзы.

— Идёмте, — приказал он. — Осталось немного.

Окружённые солдатами, девушки шли под голос мятежника, и каждый шаг давался с трудом, каждое движение отдавалось невыносимой болью во всём теле. Сознание притупилось — им вдруг стало всё равно, они желали одного — чтобы всё, наконец, закончилось. Как можно скорее…

— Я понял, что не безразличен вам и отправился к вашему отцу, — продолжал мучитель. — Просить вашей руки. Руки принцессы. Первый раз я что-то попросил для себя. И… мне отказали.

— Это было чуть больше года назад? — прошептала Ирри.

— Один год, три месяца и девятнадцать дней. Видите, как много можно успеть за столь небольшое время?

— Находясь на вашей должности? Пользуясь доверием моего отца? Думаю — немало, — тонкая струйка крови медленно ползла по подбородку девушки, лицо стало белым, но глаза сияли ненавистью — ненавистью, которая ещё поддерживала силы.

Довести разговор до конца. Выяснить мотивы палача перед смертью — это всё, что она ещё может сделать. Последний раз взглянуть в лицо убийцы. Даже на то, чтобы проклясть сил у неё уже не хватит…

— Королю стоило бы меня арестовать, когда он отказал мне, — безразлично пожал плечами дож Теодато. — Но он посчитал, что достаточно сказать о том, что моё увлечение — глупость. Можно подумать, я — институтка в припадке первой любви! Он… выпил со мной вина и посоветовал забыть, не предав этому событию особого значения. Хотя бы попытался меня отравить этим самым вином… Но нет!

Анни во все глаза смотрела на человека, который чуть было не уничтожил тысячи жизней невинных людей. Вспомнила, как дрожала земля под ногами, как защитная стена готова была рухнуть, как чуть не погибли люди в паровозе… Дан. Дан мог погибнуть из-за него! Она могла погибнуть. И всё это — ради любви к принцессе.

— Я всё продумал — если схлестнуть короля с северными, — кивок на Анни. — Их руками легко можно уничтожить противника. Останется лишь наблюдать, как события начнут разворачиваться в мою пользу. Эрик Второй не будет договариваться с правителем, чьи руки по локоть в крови его подданный — ни в чём не повинных, мирных северных граждан. Он уничтожит вашего батюшку и придёт ко мне! И всё бы получилось, если бы не одна не в меру настырная девчонка. Довольно, кстати, талантливая. Я, пожалуй, даже попытаюсь оставить вам жизнь, если согласитесь работать на меня, — Теодато посмотрел на Анни. — При условии, правда, что сможете восстановиться и вернуть себе магию… Если же нет — увы, заинтересованность в вас отпадёт сама собой. Жаль…

Анни задрожала.

— Какая верная у вас подруга. Замечательное… приданое. В любом случае, секреты, что хранятся в этой очаровательной головке, я непременно узнаю и постараюсь реализовать с максимальной выгодой. Всё для блага короны! Моей короны…

— Любовь такой не бывает, — прохрипела Ирри, сжав кулаки. — Любовь — светлое чувство, Тео. Оно приносит счастье, а не боль и смерть. Любимых не мучают, не забирают у них магию, не пытаются убить их семью. Вы никогда не любили, вы мечтали о власти! Я вам нужна лишь за тем, чтобы претензии на трон были хоть сколько-нибудь законными.

— И это тоже, — губы искривила злая усмешка. — Из меня выйдет прекрасный король. А из вас — восхитительная королева. По большей частью лишённая магии, но… что делать. Слишком у вас её много. Зато дети будут прекрасными. Кстати, мы пришли, — он кивнул на тяжёлую каменную дверь.

— Добро пожаловать в тронный зал!

* * *

Все тронные залы похожи друг на друга какой-то особой неуютной торжественностью. И не важно, решены интерьеры в темно-синих с серебром тонах, как у Эрика Второго, или же в мраморном зале царит бело-золотая легкость, как в южном дворце… Ощущения везде одинаковые — сбежать хочется.

Именно эта мысль билась в голове Анни, несмотря на боль и отчаяние.

Странно… Она не думала о том, как глупо они попались, подставив короля юга и его семью. О том, что жить осталось считанные минуты. Что не попрощается с Даном. Не увидит маму. Не погладит в последний раз Тьму…

Она думала о том впечатлении, которое производят тронные залы. Дож Теодато станет королём. Каким тронный зал станет при таком… замечательном правителе? Подумать только, и он ещё прикрывается любовью! Нашёл отговорку… Как будто светлое, нежное чувство любви может иметь хоть какое-то отношение ко всей той гадости, что он натворил…

Мысли Анни текли плавно, размеренно… Отстранённо. Так, словно её саму всё, что происходит вокруг, не касается совершенно. Она посмотрела на Ирри. У принцессы было такое же спокойное, ничего не выражающее лицо. Что это? Почему им обеим вдруг стало всё равно? И совсем не страшно? Анни понимала — это уходит магия. Последствия воздействия артефакта. Надо бороться…

Она не успела собраться с силами и что-либо предпринять — чьи-то руки отбросили её назад, к прихвостням Теодато. Девушка вскрикнула, дёрнулась — но силы были неравны.

Проклятая цепочка…

Если Боги услышат, и она выживет — она себе обещает… Запрётся в лаборатории и не выйдет оттуда до тех пор, пока не сделает так, что этот артефакт никогда больше не причинит вред ни одному магу!

Анни огляделась. Предателей было несколько десятков. Надо же… Каких-то сорок подлецов, и мирная жизнь двух королевств — Севера, и Юга — под угрозой. Взрывы. Убийства. Похищения.

Люди вокруг были одеты в чёрное — она уже видела такую одежду… Диверсанты там, на Севере! Лица закрыты масками. Должно быть, после всего, что они натворили, невозможно смотреть на мир и друг на друга друга, не спрятав лицо…

Человек десять стояли за спиной бывшего главы безопасности, остальные контролировали кокон защиты, в котором…

Анни замерла, не веря собственным глазам. Король и королева Юга, Двое молодых людей, один — рыжий, как отец и Ирри, другой — черноволосый, как королева. Все четверо сидели спиной к спине на ступенях трона. Казалось, они совершенно не обращали внимания на то, что происходило за прозрачными, подрагивающими искрами стенами кокона. Королевская семья держала защиту на пределе своих возможностей, отчего казалось, что они погружены в транс.

Дож Теодато вытащил Ирри на середину тронной залы и поставил перед собой — тоненькую, хрупкую, на запястьях и щиколотках принцессы хищно поблескивает артефакт, будто скалился, ухмыляясь…

— Замечательно! Наконец-то вся семья в сборе! — провозгласил Теодато, театрально раскинув руки.

Королева увидела дочь. Вскочила на ноги, не выдержав. В это же мгновение со всех сторон в защитный кокон понеслись атакующие заклинания — видимо момента, когда у кого-то из королевской сеьи не выдержат нервы, нападавшие и ждали. Маги внутри содрогнулись, гримаса боли пробежала по лицу королевы. Черноволосый принц, самый младший, на мгновение побледнел. Анни показалось вдруг, что они не выдержат… У парня потекла носом кровь — он брал силы под контроль. Сфера дрогнула, замерцала — но устояла.

Анни выдохнула — это же какой мощью обладали члены королевской семьи, чтобы столько времени сдерживать натиск целой толпы… А ведь младшему принцу на вид не больше пятнадцати лет.

— Браво! — дож Теодато разразился аплодисментами. — Браво!

Он бегло осмотрел своих сторонников. Некоторые из тех, что пытались продавить королевскую защиту, выглядели изрядно потрёпанными — не так просто давалось им выматывающее противостояние с королевской семьей.

— Жаль, — проговорил мятежник, изображая искреннее раскаяние. — Жаль… Своим нелепым сопротивлением вы лишь оттягиваете неизбежное, — и он уронил принцессу на колени.

Ирри не издала ни звука — лишь звон цепочки разнесся по огромной зале жалобным эхом.

Королева вскрикнула, король сжал кулаки. Двое парней — рыжий и черноволосый крикнули:

— Ирри? Зачем? Зачем ты вернулась?

Девушка дёрнулась было к своим, но предатель держал её крепко. Она закрыла лицо руками.

— Не поверите, — довольно рассмеялся дож Теодато. — Принцесса спешила к вам на помощь. Вон, — кивок на Анни, — подмогу привела. У вас прекрасная дочь, и я всё ещё прошу её руки. В случае нашей женитьбы, она останется в живых. Подумайте! Подумайте хорошенько. Вы можете подарить жизнь дочери, внукам, и… племянникам.

Он лучезарно улыбнулся, одарив взглядом каждого члена королевской семьи.

— Соглашайтесь. Это самое заманчивое предложение, которое вы сегодня услышите. Остальные будут… Не столь привлекательны.

Анни всхлипнула, но не от отчаяния, а скорее от злости! Собственная беспомощность сводила с ума.

И тут…

Может, померещилось? От… отчаяния…

Под ногами той части вражеского отряда, что продолжала продавливать защиту королевской семьи, на мгновение промелькнула тень. Юркая. Изящная. Анни присмотрелась. Стараясь не привлекать к себе внимания, собрав все оставшиеся силы, перешла на магическое зрение — получилось лишь на несколько секунд — расплата тут же болью растеклась в голове…

Анни сжала зубы — ей нельзя, нельзя привлекать к себе внимания! Тьма… Ошибки быть не может — кошка полупрозрачным призраком, двигаясь так, словно она играла с клубком ниток, тянула за собой прозрачный шлейф тумана. Янтарные глаза вспыхнули — обрадовалась, что её заметила хозяйка! Мелькнул розовый язычок в пасти — и видение исчезло…

Должно быть, Анни всё же выдала себя и дернулась вперед — один из охранников рванул за плечо. Девушка зашипела от боли, стараясь унять сердцебиение. Только бы они ничего не заметили! Только бы не подняли тревогу!

— Сдавайтесь! — торжествующе ревел дож Теодато. — Потому что…

Он схватил Ирри за волосы — она закричала.

— Достаточно! — раздался недовольный, удивительно знакомый голос и дож Теодато кубарем отлетел от принцессы.

Анни почувствовала, как чья-то магическая сила тащит её через всю залу — волоком, не поднимая с пола, всё ближе и ближе к королевской семье и трону.

— Ваше величество! — услышала она сквозь гул в ушах недовольный рёв двух голосов…

Клер! Это Клер, и… И милорд Вольф!

— Вы же обещали! — крикнул безопасник.

Тут Анни увидела, как к ней летит золотая монета! В голове помутилось — пиратского золота она боялась больше, чем цепи, выпивающей магию. Закричав, она попыталась увернуться — но… у неё не получилось.

Миг — и монета коснулась груди — кожу обожгло так, что дышать стало невозможно! Рядом застонала от боли Ирри.

На чьей же стороне Клер? Неужели… предательница?

И вдруг… цепи упали с протяжным звоном и рассыпались в прах, едва коснувшись пола! И в это же момент их втянуло в кокон. Под защиту.

— У нас! — закричал король Юга, удерживая дёрнувшуюся девушку.

Рыжеволосый принц поймал сестру, закрыв собой. Анни увидела что Ирри жива и на ней тоже нет цепей. Королева, бросив неодобрительный взгляд на девчонок, вместе с младшим принцем продолжала держать защитный кокон.

Анни на мгновение потеряла сознание, но когда пришла в себя — расстановка сил в тронном зале изменилась.

Солдаты в чёрном — те, что нападали на защитный кокон королевской семьи — рухнули, словно подкошенные, и теперь лежали, не шевелясь. Тьма не зря готовила свою диверсию — десяток солдат, удерживающих Анни, теперь прикрывали дожа Теодато, который уже поднялся с пола, улыбаясь и вытирая кровь с разбитого лица.

— Добро пожаловать на Юг, дорогие северяне, — довольно проговорил он. — Наконец-то мы все в сборе.

Странно было слышать его слова — Анни не видела никого, кроме милорда Вольфа — ни короля Эрика, ни его поданных — по каким-то соображениями, прибывшие сохраняли заклинание невидимости.

Наступила зловещая тишина… словно все собирались с силами перед новой схваткой — оценили мгновение передышки — и…