ГЛАВА 3

Анни приоткрыла глаза. Вспомнила, как уснула, едва дождавшись, чтобы проводница расстелила постель.

Тьмы рядом не было. Но она уже не та наивная дурочка, что ехала когда-то на Север и потеряла котенка, спасённого по дороге. О, нет! Она — опытный маг, жена и хозяйка чиррхарвы — магического существа, что просто-напросто исчезло из закрытого купе — житейское дело! Видимо, кошка отправилась к кристаллам, полакомиться энергией.

— Мяу! — возмутился белый пудель.

Тьма, как обычно, явилась из ниоткуда, и решила привлечь к себе внимание. Хозяйка явно задумалась, а между прочим, пора есть!

Анни покачала головой.

— Тьма… А если ты в чьём-то присутствии вот так… Мяукнешь? Ты же собака!

— Мя-у!

Словно в ответ на её опасения из соседнего купе послышался детский голос:

— Мама, ты слышишь? Кто-то везёт кошку!

Что ответила ребенку мама, девушка не расслышала.

— Вот видишь, — посмотрела она на Тьму. — Что я тебе говорила… И кстати. Надо тебя назвать. Снежок?

— Мяу…

Анни посмотрела на себя в зеркало. К счастью, благообразная старушка никуда не делась и самое главное — она не говорила, к примеру, мужским басом, а потому выглядела достаточно правдоподобно. Иллюзию одежды Анни поддерживать перестала — её платье вполне подходило. А вот сохранять внешность во сне оказалось труднее, чем она думала — это сильно вымотало за ночь.

— Мяу!

— «Гав»! Тьма, ну попробуй, пожалуйста… Ради меня, а? «Гав»! «Гав-гав»! — но Тьма была непреклонна и вновь куда-то исчезла — видимо, в знак протеста.

Выйдя в коридор, Анни почти сразу столкнулась с проводницей.

— Прошу прощения, миледи. Вы не видели котёнка? Голос слышим, а кота — нет. Если животное без хозяина и случайно проникло в поезд, это может быть опасно.

Анни отрицательно покачала головой.

Надо быть осторожнее. Следить, чтобы по пути в Бреном Тьма не забралась в машинное отделение и не мяукала хотя бы на людях!

— А вы не видели моего пуделя? Снежок удрал… Он ещё слишком молод, и не очень хорошо обучен манерам.

— Вам помочь его найти?

— Нет-нет, что вы. Мне неловко утруждать вас. Думаю, я справлюсь сама, — улыбнулась старушка.

Проводница кивнула, и направилась в другой конец вагона.

— Кис-кис-кис… Кис-кис! — раздалось за спиной.

— Тьма! Вот ты где! — прошипела Анни, подхватив по-кошачьи крадущегося вдоль вагона «песика» на руки. — Допрыгалась? Тебя уже ищут!

Безмятежный взгляд янтарных глаз.

— Если нас высадят из поезда, мы не сможем помочь Дану. Это ты понимаешь?

— Мя… — начала Тьма, но, увидев возвращающуюся проводницу, вдруг… — Рррр! Гав! Гав-гав! Рррр…

— Вам надо на улицу? — женщина озабоченно покачала головой. — Не волнуйтесь, пожалуйста. Скоро станция.

Анни кивнула.

* * *

— Жалко, арлап не взяли, — ворчала старушка, неспешно прогуливаясь с пуделем вдоль состава. — А ты — молодец! Умница!

Ветер дул, забираясь под дорогое, но, как выяснилось, не очень-то тёплое пальто. Жаль, что в её теперешнем облике нельзя пользоваться вещами, выданными сотрудникам лаборатории. Оказывается, она успела к ним привыкнуть. Тьма не только научилась гавкать, ни и вести себя стала вполне правдоподобно. Семенила, прыгала — пачкая грязными лапами пальто. Анни радовалась — удивительные существа чиррхарвы!

Однако очень скоро стал очевиден явный недостаток нового образа Тьмы. И где только она успела так измазаться! «Снежок» теперь звучало как издевательство — на спине и лапах пуделя красовались пятна всех форм и расцветок.

— Ничего, — вслух сказала Анни. — Доедем до столицы — пойдем в салон. Денег у нас много — приведем тебя в порядок!

— Мяу! — очевидно, ради спасения Дана Тьма была готова на многое, но не на всё…

Стоянка была длительной. К вагонам третьего класса потянулась шумная, веселая молодежь. Начало учебного года — студенты возвращаются в Магическую Академию после каникул.

Анни стала вспоминать, как сама девчонкой возвращалась в столицу. Мама каждый раз норовила загрузить гостинцами сверх меры. Как она радовалась, когда, наконец, освоила левитирующие схемы заклинаний! И как тут же обнаружилась другая проблема — скрыть это от мамы. Узнай она о таких возможностях — баночек с вареньем стало бы ещё больше. Анни всегда боялась, что в один из дней её просто не пустят в вагон.

Возле последнего вагона никак не стихал шум. Тьма навострила уши — и понеслась прямо туда.

— Стой! — взвизгнула Анни, припрыгивая следом, с трудом делая вид, что она — немощная старушка и так быстро бегать ей всё-таки тяжело.

— … Сожалею, но ничем не могу помочь, — с сочувствием говорил мужчина — таким же голосом недавно он уговаривал лорда Айварса отпустить состав на юг. — Ваши билеты недействительны.

— Как?

Анни присмотрелась. Девчонка лет семнадцати. Огненно-рыжие растрепанные волосы. Дешёвый черный чемоданчик перевязан ремнём. Стоит одна, никто её не провожает. Ни вещей, ни банок с вареньем. Анни вспомнила, как на первом курсе мама пыталась уговорить её взять с собой подушку. Огромную, перьевую — очень тяжёлую. Еле отбилась! И от мамы, и от подушки…

А тут? Разве так провожают ребёнка? Сбежала она, что ли? Вполне возможно — не все родители рады магу в семье. Есть и такие, что считают подобную учёбу никому не нужной блажью. Особенно в деревнях. Ей самой повезло с мамой…

— Поймите, — терпеливо объяснял начальник поезда. — Видите? Время? Ноль часов девять минут. Это было вчера. Ваш поезд… ушёл!

Девчонка опустила голову. Слёзы беззвучно потекли по щекам.

— Отправляемся? — из вагона выглянул проводник.

— Миледи, — начальник поезда уже кланялся Анни, забыв про девчонку. — Вас проводить? Могу я чем-нибудь помочь?

— О… Не могли бы вы мне рассказать, что случилось с юной леди? — слабым голосом начала старушка, прижимая к себе пуделя, который, очевидно, был слишком тяжёлым для неё. — Возможно, я могла бы заплатить недостающую сумму?

— Сожалею, миледи, но все места в третьем классе заняты, — вздохнул начальник поезда. — Барышне придётся сдать билет и купить новый.

Сердце Анни сжалось. Купить новый. Это же половина стипендии! Повышенной. На два билета домой — туда и обратно — она откладывала весь семестр.

— Ах, вот оно что… Проводите девушку в моё купе, — распорядилась она.

— Но, миледи… — проводник отвел старушку в сторону, и, придерживая её за локоть, прошептал: — Подумайте сами! Мало ли кто эта девушка?

Рыжее зареванное создание возмущенно подняла голову.

— Я? Вот… — и она протянула какие-то бумаги.

— О! Подержите пожалуйста, — старушка отдала проводнику испачканного в грязи пуделя (недовольно сверкнули янтарные глаза, и Анни только сейчас заметила, что зрачок собаки так и остался вертикальным). — Смотрите! Видите, — она с гордостью показала проводнику документы. — Девушка поступила в Академию магии.

— Миледи! — простонал начальник поезда, брезгливо отстранив от безупречно чистой формы собаку. — Как вам будет угодно, миледи, — сдался мужчина, в основном из желания как можно быстрее избавиться от глупого грязного пса.

— Р-р-р-р!

— Пошли, — скомандовала Анни, кивнув девушке и забрав у проводника Тьму.

Мысль о том, что девица, возможно засланная, все же мелькнула. Мелькнула — и тут же исчезла. Всё равно она не могла бы поступить иначе…

Анни пыталась вернуть белому пуделю прежний вид заклинанием чистоты, но ничего не получалось. Чиррхарва нейтрализовала все попытки. Почему — было непонятно. Скорее всего, просто капризничала.

— Вредина! — проворчала Анни.

— Я? — в купе вошла спасенная девчонка.

Будущая студентка умылась, переоделась и выглядела уже не такой несчастной.

Анни улыбнулась.

— Ну что ты, милая, — затрясла она головой, изображая старушку. — Это всё Снежок. Пытаюсь обучить его приличным манерам. Ты не голодна, детка?

Разыгрывая весь этот спектакль, Анни внимательно оглядела свою находку магическим зрением. Беспокойство не отпускало — жизнь на Севере научила быть осторожной.

Итак, девчонка. Школы никакой, но сила бурлит. И сила не малая! Как же она её сдерживает, не зная элементарных основ? Понятно — амулет. Верёвочка на руке.

Ладно, с этим понятно — а это что? Анни перевела взгляд на кулон. Янтарный камешек в кожаной оплётке висел на тонкой шее, поблёскивая и отражаясь в глазах Тьмы. Зрачок у пуделя по-прежнему был вертикальным. Анни этот факт беспокоил, но окружающие ничего не замечали. Во всяком случае, пока.

Итак — кулон. Любопытное плетение… Функционал — симпатия и сонливость. Воздействие мягкое, но сильное. Тем не менее, Анни была уверена в том, что сможет нейтрализовать воздействие, даже при необходимости удерживать их с Тьмой личины.

Странно, что кошка поддалась воздействию. Анни вспомнила, как чиррхарва потащила её к девчонке, но тут же отбросила эту мысль. Тьма не могла не справиться с таким пустяком! Тут что-то другое…

— Р-р-р-р… — послышалось в ответ на её мысли.

Старушка сладко зевнула — её клонило в сон. Какая прелесть… Несанкционированное воздействие на человека — до года исправительных работ, между прочим. Ещё неизвестно, попадалась ли девчонка до этого. Если да — наказание может быть и строже.

Тонкие пальчики потянулись к камню на шее. Пасс неумелый, неотработанный, но поток силы мощный. У «студентки» всё получилось, и это при явном отсутствии практики! Сдерживающий силу амулет был выверен филигранно. Кто-то позаботился о том, чтобы у необученного ребёнка не возникло проблем. За ней кто-то стоит…

Анни вздохнула. Весь этот цирк пора прекращать. Поиграли — и хватит. Она щёлкнула пальцами.

— Что тебе надо?

— Вы уснёте — я заберу деньги, — выпалила рыжая, и тут же, вытаращив карие глаза, закрыла руками рот.

Так-то, детка. Не на ту напала. Дипломированный маг, лучшая выпускница Академии и любимица мэтра Бригера. Всё это никуда не делось, между прочим. Миледи Айварс в образе безобидной старушки посмотрела нахалке в глаза.

— Видимо, ни в какую Академию ты не едешь? Жаль. Тебе бы учиться… Заходи. Садись.

Побледнев, девчонка зашла в купе. У юной воровки явно не было плана действий на случай, если встретит сопротивление. Тем не менее, она не сдавалась — на лбу выступил пот, кулаки сжаты.

— Даже не пытайся, — прищурилась Анни. — Бесполезно. Я же говорю — надо учиться. Захочешь — сможешь и не такое. Правда, использовать такой дар в подобных целях глупо. Ты могла бы стать…

— Хватит читать мне нотации! — огрызнулась непрошеная гостья.

— Рррр!

На мгновение выступили черты чиррхарвы. Выглядело весьма устрашающе, и Анни поняла, что девчонка тоже это видела, но не потому, что владела магическим зрением. Она все сделала инстинктивно — не каждому магу так везёт, между прочим. Большинство бьются не одну неделю, отрабатывая навык до автоматизма. Без него никуда, а тут и напрягаться не надо! Может, поэтому этот ребенок запутался в жизни? Всё слишком легко?

— Как тебя зовут? — спросила Анни.

В купе постучали. Девчонка вздрогнула.

— Миледи, — не открывая дверь, окликнула проводница. — Разрешите, застелю постель?

— Конечно. Пойдём, милая. Не будем мешать. Снежок, за мной!

Тьма прекрасно справлялась с задачей конвойного — девчонка вышла в коридор и застыла. Отвечать на вопросы она могла, сбежать — нет. Анни погладила пуделя в знак благодарности.

— Так как тебя зовут?

— А вам не всё равно, кого сдать?

— У вас всё в порядке, миледи? — с тревогой окликнула старушку проводница.

— В полном.

Пожилая леди улыбнулась, а про себя подумала, что вариантов того, кем могла оказаться эта девчонка, в общем-то, не так уж много.

Первый — действительно, студентка, которой просто-напросто не на что учиться. Второй — Айварсы выдали не только деньги, но и такую вот завуалированную «охрану».

Второе возможно, конечно, но скорее всего это не так. Видно же, что школы у девчонки никакой. Даже если это личина, под ней в таком случае скрывался бы опытный маг, иначе во всем этом попросту нет смысла.

Южная шпионка с золотыми монетами? Маловероятно, и по той же самой причине.

Те две монеты, которые чуть не погубили их с Тьмой, Анни разобрала на узелки и составляющие. Теперь в восстановленный браслет (тот самый подарок Бригера), было вплетено заклятие-противодействие. Её могли убить, могли взорвать этот поезд, но подчинить волю — уже нет. И это был пусть не большой, но успех. Полностью нейтрализовать артефакт… Конечно, они искали способ! Но пока реально возможным оставался лишь ритуал с использованием человеческих жертв. В противовес самим монетам, насквозь пропитанным кровью невинных. Этого допустить было нельзя.

Скорее всего — девчонка просто воровка. Но именно в это почему-то отчаянно не хотелось верить! Анни смотрела. И видела в этой дурочке себя.

Что было бы с ней самой, если бы не Академия и мэтр Бригер? Что было бы с Анни Лаапи, если бы не мамаша Алекса? Что было бы, если бы не Север и… Дан? Или не встреть она тех мальчишек с собакой! Кто знает, какую роль она сама играет в судьбе маленького вора? Вернее, Тьма — если уж на то пошло.

Не поступи она Академию, и нашлись бы «добрые» люди — пошла бы воровать, только бы не полоть грядки. Вне всяких сомнений.

— Так почему не в Академию? — вновь принялась за своё старушка, когда проводница ушла, бросив на девочку недовольный и подозрительный взгляд. — Сил у тебя хватает…

— Кому я там нужна?

— А вот так — лучше? Грабить беспомощного человека за то, что тебя пожалели?

— Хотите — вызывайте полицию. Только не надо по ушам ездить!

— Сколько тебе лет?

— Шестнадцать, — снова вырвалась у девчонки правда.

— Давно ты этим занимаешься?

— Неделю.

— И как? Успешно? — девочка опустила рыжую голову.

— Что вы будете делать? — карие глаза смотрели прямо, без страха.

Анни тяжело вздохнула. Сдать её охранникам поезда? Жалко. И дело не только в этом.

Она привлечёт к себе лишнее внимание. Начнутся разбирательства, ей придётся дать показания, возможно, подвергнуться воздействию клятвы — и тогда всё раскроется. Личины спадут. В таком случае, она сама попадётся. Зачем скрывалась, почему зачаровала билет, откуда у неё столько денег и поддельные документы…

— Вот вляпалась! А всё ты, — Анни посмотрела на пуделя.

— Р-р-р-р…

Отпустить? Кто знает, что она натворит? Ещё и сильна, зараза! Не сказать — талантлива, Храон её… Будь она, действительно, старушкой — такой поток магии отправил бы её на тот свет.

— Пойдешь учиться. Ты же ехала поступать в Академию?

— Документы поддельные. Меня никто не возьмёт — экзамены уже закончились, — наглое рыжее существо ухмыльнулось и сложило руки на груди.

— Ничего, — Анни такое поведение разозлило. — У меня связи. Договорюсь.

— То есть или я иду в Академию…

— Или я сдаю тебя полиции.

— Вы берете меня в плен?

— Именно.