Глава 6

Это называлось генеральной уборкой.

На самом деле весь выходной я, как бешеный терьер, перерывала шкафы и тумбочки: вынимала, отодвигала, перетряхивала.

Судьба решила меня вознаградить за ослиное упрямство на самой дальней полке второй по счету кладовки. Была бы поумнее, с нее бы и начала. Психолог, блин! Понятно же, что неприятные воспоминания и все, что может их вызвать, прячут как можно дальше, чтобы не наткнуться даже случайно.

Психологическая мина выглядела как старая коробка из-под люстры. Люстра висела в гостиной. Дорогая, высокотехнологичная. Похожая на летающую тарелку из старых фильмов. С пультиком. Пять режимов. Время от времени я их меняла, но в основном мне нравилась простенькая комбинация синего и белого.

Эту люстру я вешала давно.

Коробку сохранила, скорее всего, потому, что на сложное устройство полагалась гарантия. А потом просто забыла выкинуть.

Улыбаясь, я вытащила ее с полки, водрузила на диван, открыла… и мина рванула.

Черт! К такому нельзя быть готовой.

Я сидела, тупо глядя перед собой и отказывая своим собственным глазам в доверии. Этого не могло быть, потому, что этого не могло быть никогда!

И все-таки оно там было. Мое красное платье. То самое. Я поняла это, когда развернула его трясущимися руками. Красное платье с кружевными вставками. Безумно дорогая вещь и, судя по фото, оно мне очень шло. Почему я засунула его в самый дальний угол? А-а! Потому что платье было порвано — и как неудачно, спереди. И не зашить. Кто ж это его так?

Сумерки разума разорвала ослепительная вспышка точного знания.

Я сама! Платье порвала я сама. В приступе злости, отчаяния и самого первого, самого жестокого разочарования.

Он отказался от меня! Он сказал… Нет, эту информацию мозг решил пока придержать. Но я совершенно отчетливо знала, что угробила на это платье все деньги, которые родители подарили мне на совершеннолетие. Я хотела быть самой красивой для него. Провела четыре часа в салоне красоты и была уверена, что могу затмить солнце.

Не затмила…

В уголке коробки лежал сверток, который я сначала приняла за запчасти от люстры и не обратила внимания. Развернула скорее машинально — и вскрикнула от острой боли. Глубокий порез быстро набухал кровью, и вот уже она закапала, превращаясь в дорожку, прямо на платье. Красное на красном. Символично, черт.

Кровь текла, платье пачкалось, палец болел. А я тупо сидела на диване и никак не могла переварить информацию, поступившую в мозг из анализатора типа «глаз», две штуки. В кулечек были заботливо собраны осколки от стеклянной фигурки, и если сложить этот пазл, получилась бы…

Перехватив палец платком, чтобы не закапать палас, я шагнула в спальню. Ну, вот же она! Целая и невредимая! Моя «Танцующая Мышь». Любимая фигурка, непременный атрибут спальни. Вернулась в гостиную.

«Мышь» лежала в осколках.

Она разлетелась вдребезги тогда, когда…

Я уселась на диван по-турецки и уставилась в потолок, щелкая пультиком и наблюдая за танцами огоньков.

Матрица. Перезагрузка.

…Звонить по телефону было откровенно глупо. Поэтому я пошла другим путем, для начала, отыскав бывшего мужа ВКонтакте.

Если судить по аватарке, Андрей здорово изменился. Красивый парень превратился в красивого мужчину. С фотографий в альбоме на меня смотрели он сам, симпатичная темноволосая женщина с короткой стрижкой, смешной карапуз лет трех и огромная, с теленка, собака. Я не очень в этом разбиралась, но, кажется, датский дог.

Аксенов Андрей, женат на Аксеновой Алисе, сын Максим.

Что ж, этого следовало ожидать.

«Андрей, — быстро набрала я в окошечке сообщения, — у тебя есть пять минут? Это важно».

Ждать я приготовилась долго. Вполне вероятным выглядел вариант, что он вообще не откликнется. Но, к моему удивлению, ответ пришел, практически, сразу. «Как под дверью стоял».

«Привет, Бабочка! Как дела?»

Меня окатило теплой и неожиданно чистой радостью. Андрей стал звать меня Бабочкой почти сразу. На мой вопрос — почему, смеялся и отвечал: «Ну, Полька — же! Значит — бабочка».

«Не удивляйся, — быстро отстучала я, — но мне очень нужно знать. Почему я от тебя ушла?»

Пауза… Затем:

«Прости, все равно удивился… Я много месяцев задавал себе тот же вопрос, пока… — Андрей замолчал. Пока не встретил Алису, мысленно продолжила я, но не угадала, — Пока не понял, что нужно задавать совсем другой вопрос. Почему ты вообще вышла за меня. — Еще одна пауза, — Честно говоря, я думал, что ты беременна…»

Теперь паузу взяла я.

«От тебя?» — осторожное.

«Это было бы слишком хорошо!»

«Тогда почему?…»

«Я безумно любил тебя, Бабочка. Неужели ты этого так и не поняла?»

Хм… Чего-чего, а безумия в своем вечно рассудительном и спокойном муже я не наблюдала.

— А сейчас? — захотелось спросить мне. Но я благоразумно заменила эту откровенную провокацию на нейтральное:

«А потом?»

«Потом я понял, что ты меня все время сравниваешь с ним, — Андрей разогнался, строки бежали быстро. Он набирал предложение и сразу отправлял его, — И сравнение не в мою пользу. Что бы я ни делал, я все равно все делал не так. Мне надоело соперничать с призраком, и я просто перестал это делать!»

Очень здоровая и правильная психологическая реакция!

«С призраком?»

Пауза…

«Ты так и не вспомнила?»

«Вспомнила — что?»

На этот раз пауза затянулась. Но я не собиралась отступать. Не в шаге от разгадки.

«Андрей, это ты присылаешь мне письма? Раз в два месяца, а в последнее время — чаще?»

Замерев, я ждала ответа. Долго. Наконец, Андрей откликнулся.

«Письма? Неожиданный ход. Но, пожалуй, может сработать. Сукин сын, приходится признать, он, действительно, умен…»

«Кто?!!» — выстрелила я.

«Ты должна вспомнить сама», — отозвался Андрей и кинул мне грустный, извиняющийся смайлик.

«Так нечестно! Я до смерти напугана!»

«Ты — и напугана? — смайлик рассмеялся, — ни за что не поверю. Успокойся. Он ничем тебе не угрожает. Он на твоей стороне. Просто, так действительно будет лучше».

«Андрей, пожалуйста! Ты же не хочешь, чтобы я сошла с ума?!» — отстучала я.

«Извини, Бабочка. Дал слово!» — смайлик развел руками и значок «on-line» погас.

Ну не гад, а? И он еще раздумывал, почему я от него ушла! Нужно было спрашивать, почему ушла, а не убежала!

Все еще злясь, я до-конца просмотрела альбом, надеясь натолкнуться на разгадку. Андрей явно знал моего таинственного корреспондента, хоть и не питал к нему теплых чувств. Но фотографии мне этой тайны не раскрыли, лишь позволили убедиться, что бывший муж благополучен и вполне счастлив без меня.

И Хвала Господу!

Я очень долго стояла под душем, меняя холодный на почти обжигающий, и назад. Извела полбутылки любимого геля с тонким запахом фиалки.

Андрей прав. Я не боюсь. Никогда не боялась.

Любишь играть, значит? ОК, сыграем!

Вот где пригодилась моя дурная привычка не чистить корзину месяцами.

Все шесть сохранившихся писем легли передо мной, еще теплые после принтера. Я включила локальный «дневной» свет и подвинула ближе коробку с цветными маркерами.

Говорите, что преступление всегда оставляет следы?! Ха! Если бы вы знали, наивные, какие четкие, прямо горящие следы оставляют одни только намерения. Конечно, для того, кто умеет их читать….

Вот сейчас и посмотрим, кто кого первым за хвост ухватит. Трудно искать черную кошку в темной комнате. Но если ТОЧНО знаешь, что она там есть, и не боишься царапин — кошка найдется, никуда она не денется.