ГЛАВА 12

Коридор был пуст, но тишина эта казалась обманчивой — тяжелой, напряженной, как затишье перед бурей. Алисия двигалась бесшумно, ступая на носки, стараясь не скрипеть паркетными досками. Платье струилось за ней, сливаясь с тенями, и в полумраке утреннего коридора она казалась призраком, который пришел за своей тайной.

Кабинет герцога находился в восточном крыле, в конце длинной галереи, увешанной портретами предков. Алисия шла мимо этих портретов и чувствовала на себе взгляды — холодные, оценивающие, осуждающие. Лица Монфоров смотрели на нее с полотен — гордые, надменные, с тонкими губами и темными глазами, которые передавались из поколения в поколение. Она узнавала в них черты герцога — тот же разрез глаз, ту же линию скул, ту же хищную грацию.

Они смотрят на меня, как на добычу, — подумала она. — Как на врага, который вторгся на их территорию.

Она отогнала эту мысль и толкнула тяжелую дубовую дверь.

Дверь не поддалась.

Алисия нахмурилась. Она толкнула сильнее — и дверь со скрипом отворилась, пропуская ее внутрь. Замок был старым, расшатанным — видимо, герцог не ожидал, что кто-то осмелится войти в его святая святых без разрешения.

Она закрыла за собой дверь, но не заперла — на случай, если придется быстро уходить. Просто подперла подсвечником. Потом огляделась, пытаясь понять, с чего начать.

Ключ где-то здесь, — подумала она. — Я чувствую это.

Она подошла к столу, начала осматривать ящики. Первый — пуст. Второй — стопка писем, перевязанных лентой. Третий — заперт.

Алисия нахмурилась. Она потянула ящик сильнее — дерево жалобно скрипнуло, но не поддалось. Замок был крепким, стальным, и без ключа его не открыть.

— Проклятье, — прошептала она.

Она отошла от стола, начала осматривать комнату. Книжные шкафы, стеллажи, этажерки — везде книги, бумаги, свитки. Но нигде — ни малейшего намека на ключ.

Она уже начала отчаиваться, когда чутье — то самое, которое не раз спасало ей жизнь в море, — заставило ее замереть.

Что-то было не так.

Она повернулась к стене за письменным столом. На ней висела картина — большая, в тяжелой золоченой раме. На картине был изображен старый замок на скале, окруженный морем. Волны разбивались о скалы, чайки кружили над башнями, и в этом пейзаже было что-то тревожное, почти зловещее.

Алисия подошла ближе.

Картина висела неровно — чуть наклонена вправо, будто кто-то недавно трогал ее, вешал обратно второпях. Она подняла руку, коснулась рамы — и почувствовала, как под пальцами что-то щелкнуло.

Рама отодвинулась от стены.

Алисия замерла. Сердце колотилось где-то в горле, и она чувствовала, как кровь стучит в висках. Она потянула раму на себя — картина отъехала в сторону, открывая то, что было за ней.

Маленькая ниша.

В нише, на бархатной подушке, висел ключ.

Он был маленьким, серебряным, с замысловатой головкой в виде трех лилий, перевитых терниями. Тот самый ключ. Ключ от шкатулки. Ключ, который они искали.

Алисия протянула руку.

Пальцы уже почти коснулись металла, когда она увидела нити сигнализации. И тут же услышала шаги в коридоре. Тяжелые, уверенные, приближающиеся.

Кто-то шел к кабинету.

Алисия отдернула руку.

Она быстро задвинула картину на место, поправила раму, стараясь, чтобы она висела так же неровно, как и раньше. Потом огляделась — куда спрятаться?

Шкаф. За книжным шкафом была небольшая ниша — туда, если прижаться, можно было втиснуться. Но если секретарь откроет шкаф...

Алисия метнулась к нише, вжалась в нее, затаив дыхание.

Шаги приблизились к двери.

Ручка дернулась.

Секретарь пытался открыть дверь.

Алисия зажмурилась, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Проклятая дверь, — пробормотал секретарь за дверью. — Вечно заедает.

Он дернул ручку сильнее. Дверь жалобно скрипнула, но не открылась — засов, который Алисия случайно задвинула, когда закрывала дверь, держал крепко.

— Ну и черт с тобой, — сказал секретарь. — Позову подмогу.

Шаги начали удаляться.

Алисия выдохнула — тихо, почти беззвучно, — и прижалась лбом к холодной стене. Плечо болело — пульсирующей, ноющей болью, которая напоминала о себе при каждом ударе сердца. Лекарство, которое дал врач, еще действовало, но его действие слабело с каждой минутой.

Она подождала, пока шаги затихнут совсем, и только тогда выскользнула из ниши.

Ключ был здесь. В двух шагах. За картиной.

Но она не могла взять его сейчас — секретарь мог вернуться в любую минуту. И если он застанет ее здесь...

Я вернусь, — пообещала она себе. — Я вернусь сегодня же ночью.

Она подошла к двери, осторожно отодвинула засов, выглянула в коридор. Пусто. Только портреты предков смотрели на нее с высоты, и в их глазах — написанных маслом, но таких живых — ей почудилось торжество.

Они знают, — подумала она. — Они знают, что я была здесь. И знают, что я приду снова.

Она выскользнула в коридор, бесшумно закрыла за собой дверь и быстро пошла к лестнице.

Маргарет ждала ее в комнате.

— Ты нашла? — спросила она, жадно вглядываясь в лицо Алисии.

— Нашла, — ответила Алисия, закрывая дверь и поворачивая ключ в замке. — Ключ висит за картиной в кабинете.

— И ты не взяла его?

— Не успела, — сказала Алисия, садясь на край кровати. — Пришел секретарь. Я едва успела спрятаться.

— Он видел тебя?

— Нет. Он не смог открыть дверь. Подумал, что замок сломался, и ушел.

Маргарет выдохнула — с облегчением, но в этом облегчении была и тревога.

— Значит, ключ все еще там, — сказала она. — Это хорошо. Но мы должны забрать его как можно раньше.

— Я знаю, — кивнула Алисия. — Я пойду сегодня ночью, когда все уснут. Там стоит сигнализация, мне нужно время.

Маргарет посмотрела на нее долгим, тяжелым взглядом. Потом вздохнула и кивнула.

— Хорошо, — сказала она. — Но я пойду с тобой.

— Нет, — покачала головой Алисия. — Кто-то должен остаться в комнате, на случай если герцог или его племянница решат навестить нас. Если они увидят, что комната пуста...

— Они заподозрят неладное, — закончила Маргарет. — Ты права. Я останусь.

— Мы получим этот ключ, — сказала она. — Мы откроем шкатулку. Мы узнаем тайну. И тогда... тогда посмотрим, кто кого.