Глава 40. Долгая дорога домой

В восемь ноль одну Север, как штык, сидел в своей столовой, в недоумении рассматривая стол, накрытый на одну персону.

— Они блинчики пекут, будут завтракать попозже, только встали. — улыбнулась ему Жанна, подавая кофе. — Какая девочка чудная, Север Демидович, просто загляденье.

— Я буду завтракать там. — нервно вскочил со стула Север и направился на кухне, куда его манил запах блинчиков и не только.

Он застыл на пороге, глядя на бывшую жену в розовой пижаме, которая колдовала у плиты, пока девочка в точно такой же пижаме, высунув язык, стояла на стуле рядом с мамой и усиленно размазывала по блину творог.

— Мамочка, я тебе помогаю? Я твой помогатор-р-р-р-р? — рычала девочка, радостно подпрыгивая на стуле.

— Да, моя радость, ты мой помогатор-р-р-р!

— Мамочка, а я хор-р-р-ошо, р-р-рычу?

— Да, тигрёнок, лучше всех.

Жанна умилительно вытерла слезу передником, накрыла на стол и испарилась, Север, которого две розовые пантеры в упор не замечали из-за шума вытяжки, сел за кухонный стол. Кусок в горло не лез и он смотрел на них, просто любовался. Когда Кира развернулась с тарелкой блинчиков, её губы сжались в тонкую ниточку.

— Доброе утро. — осипшим голосом сказал Север.

Девочка слезла со стула, громко ойкнула и уставилась на него, своим гипнотизирующим взглядом разноцветных глаз.

— Добр-р-р-р-ое ут-р-р-о. — сказала ему девочка за двоих и подошла ближе к нему.

— Как тебя зовут?

— Ав-р-р-р-о-р-р-а. А тебя?

— Север.

Девочка залезла на другой стул возле тарелки, которую ей поставила мама на стол и забыла про дядю, её блинчик был куда интереснее. Вся в мать…

Север заставил себя оторвать взгляд он своей дочери и взглянул на Киру. Ей, казалось, всё равно, что он есть рядом, что нет. Они позавтракали в тишине, а после разошли по своим комнатам. Север не поехал на работу, нервно расхаживая по дому, он не знал, что ему делать, что сказать, как сказать.

Он дождался, пока две девочки выйдут на прогулку и пошёл за ними, выпустил собак из загона, где они сидели с прошлого вечера и три принцессы сразу кинулись к ещё двум. Наконец, Север увидел на лице бывшей жены радость от встречи, пусть не с ним, а с её бывшей собакой. Пока собаки заняли девочку игрой, Север всё-таки завёл разговор с бывшей женой.

— Богиня утренней зари, значит? Очень красиво.

— Вообще-то, я назвала её в честь крейсера. Уж очень он мне понравился. — фальшиво улыбнулась ему Кира.

— Почему она так странно говорит?

— Мы не умели выговорить букву «р», теперь умеем.

— Какое у неё отчество?

— Угадай с трёх раз, ты же умный, или это заблуждение?

— Моё, значит, а фамилия?

— Некрасова, как у меня.

— Почему ты о ней молчала?! — не выдержал Север, не хотел на неё нападать, но всё таки сделал.

— Потому что! — вспылила она и отошла от него подальше.

Он снова говорил не то, что на самом деле хотел. Его нервы били током по всему телу и он чувствовал как весь дрожит от напряжения, бассейн утром не помог, вечером тоже. За обедом и ужином, где они были втроём, он предпочёл молчать, чтобы не сказать лишнего и не усугубить ситуацию.

Аврора с любопытством поглядывала на него, иногда задавая вопросы, он отвечал, с трудом заставляя голос не срываться. Он будто шёл по тонкому льду к ней и её маме малюсенькими шагами, а они отходили всё дальше, не давая ему приблизиться. И пока лёд не треснет, Север будет идти, других вариантов у него не было.

*****

— В смысле она уехала? Куда, мать вашу? — орал Север в трубку, когда ему сообщила охрана, что из ворот его дома выехал внедорожник.

Он стучал по рулю пальцами, пока стоял в пробке. Первый раз за четыре дня уехал на работу на пару часов и Кира тут же смылась. О чём она думает? Она думала о себе, пока Север не думал ни о ком кроме себя самого, понял он, когда подъехал к клинике, возле которой был припаркован её автомобиль. Он влетел в холл и выпытал в регистратуре, в каком кабинете его жена с ребёнком. Бывшая жена…

Кира сидела в коридоре у кабинета врача, одной рукой обнимала дочку, которая дёргала её за лямку рюкзака и что-то говорила, другой Кира держала в руке листок бумаги и сосредоточенно читала.

— Почему ты с ребёнком по больницам ходишь? Почему мне не сказала?

— П-р-р-р-р-ивет, Север-р-р-р-р. — улыбнулась ему Аврора, помахав ручкой.

Он по наитию протянул к ней ладонь и погладил по голове.

— Потому что я мать-одиночка, я всё делаю всегда с ней. Я в ванной ни разу за три года одна не мылась.

Кира метнула на него раздражительный взгляд, поднялась, взяла дочку за ладошку и поспешила по коридору.

— Мамочка, кушать хочу. — жалобно протянула Аврора, не поспевая за мамой.

Через полчаса они сидели втроём в ресторане, где за счёт они оплатили бы столько, сколько у её бабушки была пенсия. Кира научилась считать деньги и знала им цену. За четыре года она не заработала ни копейки, работая официально, однако, приходилось что-то тратить и как-то сохранять остальное. Она освоила правила фондового рынка, рынок акций и законов московской биржи, вкладывала в акции различных компаний, сформировала инвестиционный портфель и смогла не только сохранить то, что у неё было в начала самостоятельной жизни, но и даже заработать сверху на дивидендах и разнице купле-продажи акций с учётом инфляции.

Это было для неё единственной зарядкой для мозга — считать свои прибыли и убытки, анализировать, куда двигается компании, в которые она планировала вложиться. На сегодняшний день она пришла к выводу, что вкладывать в недвижимость на старте, было бы менее эффективно, как и держать деньги на вкладе. Кира хвалила себя за дальновидность, всё-таки мозги у неё были, надо бы начинать ими пользоваться по полной.

— В следующий раз, когда тебе нужно будет пойти куда-то, ты скажешь мне и не будешь таскать ребёнка по два часа в машине, а потом по больницам. — отвлёк её от просмотра графика падения акций газовой промышленности безмозглый тупица.

— Я везде с ней хожу, я привыкла, она тоже. — огрызнулась Кира, убирая телефон.

— Я найму няню.

— Себе найми, понял? Никакой няни! Я максимум согласна на Жанну. — тихо прошипела она. — Никакого чужого человека рядом с ней! Потерпишь недельку, не переломишься. Тем более, пока не надо, операция откладывается, анализ свёртываемости плохой.

— Как часто ты сдавала кровь на гемоглобин? Ты же знаешь, что он у тебя низкий.

— Север, хватит! Ешь молча, не включай папочку, у тебя плохо получается. — огрызнулась она, разрезая ножом мясо для дочери.

Аврора в это время была занята карандашами и раскраской, которую ей дал официант и взрослую ругань шёпотом не слушала, напевая себе под нос детскую песенку.

Кира сосредоточенно пилила мясо ножом, не видя, как Север рядом с ней напрягся, глядя на вошедших в зал ресторана женщин — мать и дочь, обе Озёрные. Мария скользнула по его столику взглядом, удивлённо подняла брови, нервно кивнула на его попытку встать и подойти к ней, и тут же выскочила с матерью из ресторана.

Кира этой трепетной встречи бывших, которых она считала нынешними, не заметила, а вот Север заметил, каким ненавистным взглядом наградила его бывшую жену и ребёнка мать Марии. Может, надо как-то с Машей объясниться? После своего резкого побега с вечера в башне, Север с ней не общался, да и о чём? Расстались ведь по-хорошему, что выяснять?

*****

Маше, как оказалось, было что ему сказать, она назначила встречу на следующий день и не стала ходить вокруг да около.

— Я беременна. Буду рожать, от тебя ничего не нужно, если хочешь быть отцом, то я не возражаю.

Север в это время хотел головой об стол биться, пока лоб не разобьёт. Был у него один сын, за неделю резко стала плюс два ребёнка, один пока только в зародыше.

— Мы ведь предохранялись. Ты была на таблетках. — осторожно напомнил он.

— Ты меня в чём-то обвиняешь? — презрительно приподняла брови Мария и резко подорвалась со стула. — Отлично, вопрос твоего присутствия в жизни твоего ребёнка резко отпал. Тем более у тебя уже есть. Всего хорошего.

Север после этого удара по голове отправился к единственному человеку, который мог, может, и не поддержать его от всей души, но постебаться и поднять настроение. Сын его надежды оправдал.

— Ну, пап, что тебе сказать — чекать надо презик на предмет прокола, а лучше вообще в девушку не кончать. Я вот с Оксаной только ПА практикую, и в ересь про таблетки не верю, как бы она широко ноги не раздвигала. — похлопал Дима по плечу отца. — Я с ней расстаться, кстати, хочу, ей идти некуда и квартиру не потянет, как-то пока жалко её.

Северу было жалко себя, как он умудрился так опростоволоситься, сначала четыре года назад, а теперь с Машей. Наверное, это бумеранг — летел четыре года и вот ударил, сразу два.

— Когда меня с крейсером Авророй познакомишь?

— Приходи завтра на ужин.

*****

Колючий ёжик Кира исподлобья поглядывала на старшего брата своей дочери и молчала, пока он интересовался Авророй и её детскими делишками. Север также молчаливо сидел во главе стола, как патриарх семьи Морозовых, только вот все в его семье носили не его фамилию. Сын отказался возиться с документами и жил с фамилией матери, эта мадам отказалась от его фамилии после развода.

Дима пытался заговорить и с Кирой, но она односложно отвечала и говорить явно не желала. Она отвыкла от людей, особенно от мужчин. Хотя с ней пытались познакомиться, даже пытались ухаживать, даже не смотря на наличие ребёнка, но с теми, кто был её возраста ей было откровенно неинтересно, а от тех, кто постарше, она старалась держаться подальше. Мамочка-одиночка на детской площадке её предостерегла:

— Ты девка красивая, молодая, мужики смотрят на тебя, особенно женатые, и знаешь, кого видят?

— Кого?

— Потенциальную любовницу! А что? Ты девушка в трудном положении, одна, с ребёнком на руках, тебя пальчиком помани, приласкай, денег на памперсы накинь и всё, ты поплыла. А в случае чего, он тебе скажет — пошла ты, дорогая, у меня свои дети есть, я твоего ребёнка воспитывать не буду, поиграли и хватит, кинет тебе денег, чтобы не так обидно было и найдёт следующую. Матери-одиночки самые удобные любовницы.

Почему-то Кире в тот момент показалось, что та женщина описывала ей свою жизнь в красках, но всё-таки от мужчин решила держаться подальше, да и негде ей было с ними встретиться и желания особого она не испытывала. Накрыло разок с Севером, да прошло быстро, так что она списала это на алкоголь и его кобелизм. Как он, интересно, объяснил своей невесте, что у него живёт бывшая жена с ребенком? Или вообще не сказал?

*****

Кира привела Аврору в большой детский центр в торговом центре, девочка в таких ещё не была, мама оплатила ей час развлечений, а сама присела за столик ожидания для тревожных родителей, внимательно наблюдая за своим чадом. Ей надо было научиться выдыхать, она постоянно переживала за каждый чих своей дочери, её падения и слёзы, эта тревожность превратила её в невротичку и Кира это осознавала. Она подумывала начать ходить к психологу, может, начать пить антидепрессанты. Но, сначала операция, потом всё остальное.

Мимо неё пробежал мальчик лет пяти, быстрый, как ураган, он запнулся и упал, перекатившись через голову. Желудок матери ухнул куда-то вниз и она подорвалась к чужому ребёнку, поднимая его на ноги и осматривая на предмет повреждений.

— Ты как, парень?

— Нормально. — буркнул он, потирая лоб.

— Отойди от моего сына! — раздался голос позади Киры.

Она обернулась и увидела Машу. Москва всё-таки большая деревня, особенно среди тех, у кого уровень доходов примерно соизмерим. Кира отошла от её ребёнка и села обратно за столик, схватив свой кофе в стаканчике и нервно поглядывая на дочку, которая спокойно играла с какой-то девочкой.

Мария нагло села напротив Киры, раскладывая свой обед из кафе здоровой еды, хотя рядом был свободный столик. Бывшая Морозова понимала, кто первая уйдёт, та и проиграет. Кира уже проигрывала — в футболке из массмаркета, кроссовках и штанах оттуда же, рядом с женщиной в деловом костюме, один парфюм которой стоил больше, чем вся одежда Киры. Женщины встречают друг друга по одёжке.

Некрасова судорожно вспоминала — мыла ли она вчера голову и есть ли у неё дома что-то из косметики, чтобы начать уже замазывать тёмные круги под глазами? Разглядывая Машу, у которой причёска была будто из салона, а макияж безупречен, Кира сравнила себя с замарашкой, а её с принцессой голубых кровей. Выбор тут очевиден. Вот она и стала любовницей, которой попользовались, а Маша, похоже, жениха своего спалила, но отпускать не собиралась. Она решила за него побороться.

— Каждая мать желает своему ребёнку счастья, да? — слегка приподняла она идеальную бровь, отпивая кофе из стаканчика. — Это ведь дочка Севера?

Кира упрямо сжала губы, не желая с ней говорить.

— Нам, кстати, надо общаться и устанавливать отношения. Я жду ребенка от Севера, так что мы, считай, породнимся.

Сердце в груди Киры выдало последний отчаянный стук и будто затихло, она взглянула на невесту Севера и всё про него поняла — он ещё хуже, чем был раньше.

— А ты знаешь, как мужчину привлечь, да? Пришла вся такая роковая женщина в красном с сиськами наружу и окрутила мужика. Ты ему ничего, кстати, не подсыпала? А то это часто бывает. Он о тебе и не вспоминал всё это время, а в тот вечер, как собачка на привязи поскакал. Добилась своего? А теперь больше шлюхой быть не надо, да? Можно расслабиться. — усмехнулась она и насмешливо кивнула на её футболку с пятном от детского сока, который пролила на неё Аврора. — Уже с ним живёшь? Север очень добрый человек, ответственный, чем ты его заарканила? Дочке нужен папа? Ребёнок больной? Глаза у неё такие страшные.

Лицо Киры побагровело от злости, которая взорвалась в ней вулканом, эта идеальная женщина может сколько угодно оскорблять её, но не её дочку. Она взяла свой стакан с кофе, сорвала крышку и плеснула Маше в лицо, и да, он был ещё горячий. Девушка вскрикнула и вскочила на ноги, Кира тоже.

— Иди и всё это скажи своему мужчине, а не мне. Понятно тебе? — зарычала Кира, сжимая кулаки, которые так и чесались. — К нему все вопросы!

— Да пошла ты, шалава! Бывшая жена перешла в разряд любовниц-шлюх! — усмехнулась Маша, вытирая кофе с лица. — Она точно от него или ты оленя из него делаешь?

Кира потеряла контроль, с размаху ударив Машу по щеке, вцепилась бы в волосы, да услышала голос своей дочки.

— Мамочка…

Она обернулась, увидев испуганные глаза своей малышки, подхватила её на руки и убежала. Да, она проиграла, больше Кира была не боец, слишком стала уязвима, и люди будут тыкать в самое слабое место, если им нужно будет её сломать.

*****

— У вас тут в Москве, по-моему, в воду что-то подмешивают, сучье зелье, например. — усмехнулась Кира, жалуясь своему пернатому другу.

Больше ей жаловаться было некому, Эдик уехал на съемки контента для одной блогерши, и Кира позвонила Филину, который предложил прогуляться по парку. Пока Аврора, быстро забывшая о скандале, произошедшем на её глазах, весело скакала по детской площадке, Филин оказывал Кире психологическую помощь.

— Ты пойми, здесь ставки очень высоки, особенно на мужиков, таких как Север. За него можно и нужно бороться, даже грязными методами. — вздыхал Филин, встревоженно глядя на отношенную Киру. — И ее пойми, она беременна, ей похоже, дали от ворот поворот. Она жила в твоей тени почти два года, её постоянно сравнивали с тобой, можно даже травлей это назвать. Я был там, когда вы встретились в первый раз, видела бы ты её лицо, когда ты его поцеловала. Она унижена, очень сильно, а униженная женщина это тикающая бомба. Над ней смеются в сети, ваша фотка стала мемом.

— Она жила в тени? — горько усмехнулась Кира. — Я теперь тень самой себя, Филин. Мне даже духу не хватает с Вовчиком встретиться. Бросила его на бабку с дедом и рада, что избавилась. Я за саму себя уже бороться как будто не могу.

— Волчонок, я не знаю, чем тебе помочь, правда. — жалостливо состроил лицо Филин. — Извини, что, когда твоя бабушка умерла, я не был рядом. С огнестрелом в больничку прилег, через двадцать дней только очнулся.

Кира вытаращила глаза, осматривая Филина на предмет дырок, он расстегнул рубашку на груди и показал шрам, в районе сердца.

— Мы теперь с тобой одной крови — ты и я. — нервно засмеялась Кира, оттягивая футболку, где алел её шрам от ножа Данилы.

— А на лице всё-таки отшлифовала, почти не видно.

— Аврора постоянно меня целовала и дула на него, думала болит. Решила убрать.

Север наблюдал эту веселенькую картинку издалека, вот откуда росли крылья — Кира скрыла от него ребенка с подачи Филина. Четыре года он смотрел ему в глаза и врал.